kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Олег Винокуров. Битва на Тоболе: 1919-й год в Курганской области » 1.7 Армия Временного Сибирского Правительства к осени 1919 года

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




1.7 Армия Временного Сибирского Правительства к осени 1919 года

Как же расположило свои части белое командование, готовясь задержать катящуюся с запада лавину Красной Армии на Тоболе?

На крайнем левом фланге армии генерала Сахарова, наступавшим частям 26-й дивизии, противостоял Сводный казачий отряд. Это была новая часть, созданная лишь 13 августа 1919 года, на базе 2-й Оренбургской казачьей бригады, с добавлением к ней отдельных сотен, полков и батальонов, сформированных по всеобщей мобилизации из казаков 3-го Троицкого и 4-го Челябинского отделов Оренбургского войска. 

Командовал отрядом коренной оренбужец, казак из поселка Магнитного, генерал-майор Лев Николаевич Доможиров. Начальником штаба, был капитан Загребин.

Боевой состав Сводного казачьего отряда на 20 августа 1919 года (70):

1) 2-я Оренбургская казачья бригада, под командованием 44-летнего полковника Василия Михайловича Панова. Это был коренной казак из ст.Усть-Уйской Оренбургской губернии, кадровый офицер, окончивший 2-й Оренбургский кадетский корпус (1894), Новочеркасское кавалерийское училище (1896) и Академию Генерального Штаба (прим.37). Начальником штаба был полковник Иванов. В бригаду входили:

а\ 2-й Оренбургский казачий полк (командир – полковник Бородин), 6 сотен, 311 сабель, 3 пулемета.

б\ 5-й Оренбургский казачий имени атамана Могутнова полк (командир – генерал-майор Наумов), 6 сотен, 273 сабли.

в\ 6-я Оренбургская казачья артиллерийская батарея – 1 трехдюймовое (76-мм) орудие.

2) 34-й Оренбургский казачий полк (командир – подъесаул Ловчиков), 5 сотен, 440 сабель, 4 пулемета.

3) Отдельный казачий дивизион (командир – подъесаул Иванов), 3 сотни, 420-450 сабель, 3 пулемета, в составе:

а\ 1-я Усть-уйская отдельная сотня.

б\ 2-я (Клястицкая?) Отдельная сотня – 1 офицер, 105 казаков, 1 пулемет.

в\ 3-я Атаманская отдельная сотня.

4) 2-й Отдельный Оренбургский сводный казачий дивизион (командир – есаул Чеванов),
2 сотни, 320 сабель, 3 пулемета, в составе:

а\ 33-я Качкарская сотня, под командованием подхорунжего Королева.

б\ 34-я (бывшая 7-я сотня 34-го Оренбургского полка), под командованием вахмистра Бухманова – 160 сабель.

5) Отдельная казачья сотня (командир – сотник Зверев) – 140 сабель.

6) 1-й Отдельный оренбургский казачий пластунский батальон (командир – поручик Шиманович(Пиманович?), 4 сотни, 802 человека, в том числе 460 штыков, 4 пулемета.

7) 2-й Отдельный оренбургский казачий пластунский батальон (командир – сотник Медведев), 572 штыка, 4 пулемета.

8) 3-й Отдельный оренбургский казачий пластунский батальон (командир – капитан Двинягин) – точных сведений о численности нет, 1 пулемет и при батальоне – Отдельная казачья сотня (командир – вахмистр Михайлов) – 172 сабли.

9) 1-й Украинский имени гетмана Сагайдачного пехотный полк (командир – полковник Титовский), 600 штыков, 6 пулеметов.

На первый взгляд, лавине идущих на казачьи станицы красных бойцов (6403 штыка, 130 пулеметов и 23 орудия), противостояла весьма существенная сила – 22 сотни, 1 пехотный полк, 3 батальона, 2160 штыков, 2106 сабель, 25 пулеметов и 1 орудие. Особо впечатляло преимущество белых в коннице, способной поддержать стойкость пехоты в обороне внезапными, сковывающими врага налетами. Детальное же рассмотрение сил, имевшихся у генерала Доможирова, дает совершенно иную картину. Основой казачьего отряда, была 2-я Оренбургская казачья бригада, сформированная в 1918 году во 2-м округе, из мобилизованных молодых казаков. За их плечами был год тяжелейших боев, сделавших из безусых юнцов стойких испытанных воинов. В отличие от них, 34-й Оренбургский казачий полк был только что сформирован в станице Суналинской, из пожилых 40-50-летних бородатых казаков 4-го отдела (станиц Нижнеувельской и др.). Из стариков и малолеток, состояли и все имевшиеся в отряде отдельные сотни и дивизионы. Многочисленная с виду пехота не представляла из себя реальной силы. Все три пластунских батальона, также были составлены из пожилых казаков 3-го и 4-го округов. 1-й пластунский батальон создавался в июле 1919 года в станице Увельской. По докладу осмотревшего его Доможирова, половина пластунов, была в изорванной домашней одежде, большинство не имело осенней обуви и шинелей. Пожилые (до 55 лет) люди, они были утомлены физически, плохо организованы и неустойчивы в боевом отношении. По воспоминаниям отступавшего рядом с пластунами полковника Воротовова, «…старики все ушли в пластуны. Большинство отряжалось так: два соседа запрягали свой тарантас, посадили малолетнего сына кучером на козлы, взяли по винтовке и таким порядком совершали поход. В бою, все подводы с кучерами, были в тылу, а казаки в цепи. …Приданные отряду пластунские батальоны, из стариков-казаков, не усиливали отряд, хотя в них было более 2000 человек. Это наскоро набранные люди, разных возрастов, главным образом старых, не подготовленных, не тренированных, которые не выдерживали, простого ружейного огня. Они только стесняли, подвижность отряда и всячески затрудняли, успешное выполнение боевых задач».

 40

Фото: генерал Л.Н.Доможиров (снимок из статьи А.В.Ганина «Оренбургское казачье войско в Гражданской войне и в эмиграции 1917-1945гг»// Военно-исторический журнал, 2006г, №8, с.29)

Еще хуже, обстояло дело с 1-м Украинским имени гетмана Сагайдачного пехотным полком. Это был один из девяти, созданных в Сибири украинских полков. Семь из них, вскоре были расформированы самим белым командованием как ненадежные. 1-й полк начал формироваться летом 1918 года в г.Омске. Добровольцев было разрешено принимать с территории всех корпусных районов. Однако поначалу, создание полка шло слабо. Осенью полк был передислоцирован в г.Славгород, а весной был доукомплектован в городе Татарске Томской губернии. В боях в Уфимском районе, он понес сильные потери и был отведен в тыл в город Петропавловск. Однако прибывшее в полк новое пополнение было настроено большевистски. Солдаты открыто сочувствовали красным и ждали их прихода. Видя такое настроение личного состава, командиры даже не решались долгое время выдать полку пулеметы, опасаясь массового восстания солдат. Генерал Доможиров, так же не рискнул ввести 1-й Украинский полк в боевую линию, разместив его в тылу в станице Пресногорьковской. Там, по донесению контрразведки, солдаты и даже некоторые офицеры полка стали вести агитацию за красных и терроризировать местное казачье население. Полк был настолько небоеспособен, что в августе 1919 года, даже ставился вопрос о его расформировании.

Но особенно страдали казаки от недостатка артиллерии. Их единственное орудие, в первых же боях вышло из строя, и противник с открытых позиций, мог безнаказанно расстреливать оборонявшихся станичников. Пытаясь усилить отряд, приказом №560 от 23 августа 1919 года по Сибирскому казачьему войску, в его состав временно включили все формирующиеся на Пресновской линии части Войскового Сибирского казачьего корпуса, а именно – 1-ю сотню 7-го, 1-ю сотню 10-го, 1-ю и 2-ю сотни 13-го Сибирских казачьих полков, а так же 1-ю Отдельную кадровую сибирскую казачью сотню. Им было приказано собраться у казачьего поселка Сибирка, где поступить в распоряжение генерала Доможирова (71). Перед офицерами ставилась задача, прикрыть эвакуацию казачьего населения сибирских станиц и поселков. Командиром всех сотен, был назначен подъесаул Белов. Однако к моменту отдачи приказа, район, назначенный им для сосредоточения, был уже прочно занят красными. В приказах по Сводному казачьему отряду, за август 1919 года, ни одна из этих сотен не упоминается, как действующие в составе отряда против красных. Не могло установить с ними связь и командование Сибирского казачьего корпуса в лице генерал-майора А.И.Белова, а так же квартирмейстер 3-й армии полковник Кронковский. Видимо, перед лицом приближающихся красных войск, будучи не вооруженными и не имея распоряжений от начальства, все сотни самостоятельно двинулись на присоединение к своим полкам в район города Петропавловска и на момент их розысков, уже находились в пути.

Таким образом, левый фланг 3-й армии, вдоль Троицко-Петропавловского тракта, где и планировал, наносить основной удар красный командарм Тухачевский, был совершенно не прикрыт сколько-нибудь сильными частями, особенно пехотными.

Еще хуже, обстояло дело севернее, где на участке от Нагорского до Звериноголовской, образовался огромный, практически совершенно не прикрытый войсками промежуток. А ведь именно здесь, к Тоболу подходили 1-я и 2-я бригады 27-й дивизии. Заслонить же эту брешь было просто нечем. Для наблюдения прорыва, генерал Капель, чья Волжская группа держала оборону у Кургана, направил сюда 15 августа 1919 года, еще не бывавший в боях 4-й Оренбургский казачий запасной полк, под командованием полковника Душенкевича. Этот полк, был сформирован 14 июля 1919 года в деревне Смольной под Челябинском, из 17-18-летних казаков 4-го округа Оренбургского казачьего войска, досрочно призванных и после месяца обучения отправленных на фронт. Несмотря на «зеленый» состав, белое командование высоко оценивало его боевые качества. В одном из докладов писалось, что «…за время нахождения, в составе Волжской группы, 4-й Оренбургский казачий полк отлично работает в конной разведке, показал упорство в пешем и лихость в конном строю». К 17 августа 1919 года, в 6 сотнях полка насчитывалось 20 офицеров, 820 сабель и 8-12 пулеметов. Выйдя из деревень Патронное и Лукино, оренбужцы двинулись через дер.Колесниково на юг, в село Чернавское, где рассыпались жидкой цепью разъездов вдоль берега (72). Таким образом, основные силы красной 27-й дивизии (6 стрелковых полков), могли переправляться через Тобол фактически беспрепятственно. Сопротивление им, могло быть оказано лишь номинальное.

На участке красной 5-й стрелковой дивизии у Кургана, на другом берегу Тобола, занимали позиции части Волжской группы, под командованием героя белой борьбы на Востоке России, самого популярного и прославленного 36-летнего белого генерала – Владимира Оскаровича Каппеля (прим.38).

 41

Фото: генерал Владимир Оскарович Каппель.(снимок с сайта http://vosstanie.clan.su)

Уроженец г.Белева, из потомственных дворян Ковенской губернии, он был кадровым офицером, окончил 2-й кадетский корпус в Санкт-Петербурге, Николаевское кавалерийское училище (1903) и Академию Генерального Штаба (1913), служил в 17-м уланском Новомиргородском полку. На фронтах Первой Мировой войны, последовательно прошел должности старшего адъютанта штаба 5-й Донской казачьей дивизии, начальника штаба 37-й пехотной дивизии, заместителя начальника разведывательного отделения штаба Юго-Западного фронта (1917). За боевые заслуги награжден орденом Св.Владимира 4-й степени (1915), присвоено звание подполковника. С началом развала армии, становится командиром батальона в Ударном полку (1917). В апреле 1918 года взят красными на службу и становится сотрудником штаба Приволжского округа, а с июня 1918 года переходит к белым, где сразу же возглавляет Самарский отряд «Народной армии», 1-ю добровольческую дружину, затем бригаду (08.1918), Сводный и 1-й Волжский армейские корпуса (11.1918), Волжскую группу. Присвоено звание полковника (09.1918), генерал-майора, генерал-лейтенанта, награжден орденом Св.Георгия 4-й степени (22.06.1919г). Вот как отзывался о нем, воевавший рядом генерал Молчанов: «…я был против того, что бы он командовал корпусом. Он был хорошим полевым командиром, но у него не было времени, и он не хотел тратить время на другие вещи. Но на такой высокой должности, как командир корпуса, нужно уделять много внимания и таким вопросам как снабжение, транспорт и так далее, чего Капель не любил делать. Он был, прежде всего, настоящим боевым начальником на передовой. Я понял так же, что Капель не любил держать около себя очень деятельных людей. Мне кажется, он все время хотел быть в гуще событий и все хотел делать сам». К моменту занятия красными кавалеристами города Кургана, дивизии Волжской группы еще не успели отойти за Тобол, а враг, был уже у них в тылу, захватив самую удобную переправу. Повернув корпус на юг, генерал Каппель обошел город. Во время этого маневра, 13 августа 1919 года, в части неожиданно приехал Верховный Правитель адмирал Колчак. В дер.Галишево он провел смотр полкам, раздал награды, а затем со своей свитой на семи автомобилях, уехал в штаб корпуса в село Меньшиково (73). Первым помощником комкора, был руководивший работой штаба группы капитан Леопольд Леопольдович Ловцевич, кадровый артиллерийский офицер, окончивший Казанское военное училище (1911), Академию Генерального Штаба (1917) и бывший с Каппелем с августа 1918 года, когда он впервые возглавил штаб Симбирской группы войск Народной армии (прим.39). С 14 по 18 августа 1919 года, штаб группы с состоявшим при нем Отдельным конно-егерский дивизионом ротмистра Языкова, остановился в дер.Становая под Курганом. Здесь, на усиление ее частей, прибыли Отдельная тяжелая (четыре 42-линейных (107-мм) орудия) и Отдельная гаубичная (четыре 48-линейных (122-мм) орудия) батареи. Это была, так называемая тяжелая артиллерия особого назначения (ТАОН), находившаяся, как правило, в распоряжении главкомов и предназначавшаяся для усиления армий и фронтов, действовавших на главном стратегическом направлении. Город Курган, не был чужим для волжан. Еще весной 1919 года, части Волжского корпуса проходили здесь свое развертывание. Тогда же, вероятно им было поднесено от лица жителей города, шелковое зеленое двустороннее знамя прямоугольной формы с узкой малиновой и широкой светло-зеленой каймой, в верхней части которого был вышит бело-сине-красный национальный флаг во всю длину полотнища. На правой стороне знамени, помещался переплетенный вензель «ВК», где буква В вышивалась серебром, а К – золотом. На левой стороне полотнища была помещена надпись «ВОЛЖАНЕ ГЕНЕРАЛА КАППЕЛЯ» (прим.40).

 42

Фото: знамя 1-го Волжского армейского корпуса (Рудиченко А.И., Дуров В.А. «Награды и знаки Белых армий и правительств». М., 2005, С.225.)

Наиболее ответственный участок, напротив курганского железнодорожного моста, занимали части 1-й Самарской стрелковой дивизии, под командованием 48-летнего генерал-майора Александра Самуиловича Имшенецкого (прим.41). Сын простого священника Черниговской губернии, он получил первый свой офицерский чин подпрапорщика 19-го пехотного Костромского полка еще в 1893 году. Затем, долгая и беспорочная служба в 162-м Ахалцихском полку, участие в Первой Мировой войне, звание полковника (24.11.1915). С началом гражданской войны возглавляет отряд, развернутый в августе 1918 года в 1-ю Самарскую стрелковую дивизию. Присвоено звание генерал-майора (11.1918). Работой штаба самарцев руководил подполковник Шимановский. К 17 августа 1919 года, в трех полках дивизии насчитывалось 32 стрелковых роты, 6 кадровых и 167 офицеров военного времени, 2785 штыков, 29 сабель, 59 пулеметов, 7 трехдюймовых (76-мм) и 3 сорокавосьмилинейных (122-мм) орудия. На реке Тобол, они заняли следующие позиции. Сформированный в городе Самаре, 2-й Самарский полк, под командованием подполковника Калаца, занимал оборону у дер.Глинки и далее на юг, вплоть до линии железной дороги. По донесениям видевших полк красных агентов, в это время, в нем было около 200-360 штыков и не более 6-7 пулеметов. За самарцами, в трех километрах восточнее дер.Глинки, в дивизионном резерве, расположился сформированный в городе Ставрополе (ныне Тольятти), 3-й Ставропольский полк, под командованием 32-летнего уроженца г.Волынска, полковника Ивана Феофановича Ромерова (прим.42). Это была самая сильная часть в дивизии, получившая накануне в с.Введенское, 170 человек пополнения из 13-го Казанского кадрового полка. По сведениям красной разведки, в трех батальонах полка насчитывалось до 360-400 штыков и 17 пулеметов, из которых, правда, только 6-9 были в рабочем состоянии. Южнее железной дороги у деревни Смолино, по опушке тянущегося восточнее нее леса, занимал позиции сформированный в городе Самаре 1-й Волжский полк, под командованием 31-летнего уроженца Самары, капитана Дмитрия Васильевича Меча (прим.43) Видевшие полк красные агенты, оценивали его численность в 200-360 штыков при 14 пулеметах, при чем большинство солдат, по их словам, были из башкир-добровольцев. От глаз разведчиков не укрылось плохое снабжение полка, многие бойцы которого были одеты в старую рваную одежду. Здесь же, в окопах на опушке леса, стояла батарея 1-го Самарского артиллерийского дивизиона из 2 трехдюймовых (76-мм) орудий. Артиллеристы, были предметом особой гордости дивизии. Со слов перешедшего к красным 28 августа 1919 года перебежчика из 1-го Самарского артпарка, дивизион состоял из 1-й, 2-й, 3-й легких батарей и 4-й гаубичной батареи под командованием Хлебникова. Все батареи, были сформированы в городе Самаре из добровольцев и имели в своем составе много молодежи – учащихся и юнкеров. 3-я Самарская легкая батарея, даже носила одно время наименование «Студенческой». Большие потери дивизион понес под Миасом, где красными были захвачены 1-я и 2-я легкие батареи, которые затем пришлось создавать заново. Дивизион был основным огневым и такти­ческим подразделением артиллерии. Боевой порядок его, состоял из боевой части (огневые позиции и наблюдательные пункты), дивизионного резерва (пункты расположения зарядных ящиков), артпарка и обоза. Для обеспечения движения и охранения дивизиона на марше и в бою ему обычно придавалась стрелковая рота, а конному артдивизиону — эскадрон или сотня. При артиллерийских дивизионах формировались команды разведки и связи. Левый фланг дивизии у деревни Кетово (Щучье), прикрывал трехротный 1-й Самарский егерский батальон, под командованием капитана В.Я.Белянушкина (прим.44).

 43

Фото: командир Волжского полка полковник Белянушкин (с фото командного состава Ижевско-Воткинской и Поволжских бригад в г.Гирине, март 1923г).

Батальон был сформирован в составе дивизии из прибывших в июле 1919 года из города Омска мобилизованных. Красные агенты оценивали его численность в 500 штыков при 8 пулеметах. При нем же, находились две батареи 1-го Самарского артиллерийского дивизиона, общим числом в 5 трехдюймовых (76-мм) орудий. Штаб дивизии, расположился на железнодорожном разъезде №259. С ним находился весьма малочисленный 1-й Самарский конный дивизион, под командованием есаула Посекина и Самарский инженерный дивизион. На железной дороге, поддержку белым стрелкам-самарцам оказывал бронепоезд «Кондор», состоявший из трех бронированных вагонов с двумя трехдюймовыми орудиями (74).

Южнее самарцев, занимали позиции части белой 3-й Симбирской дивизии, под командованием, 42-летнего генерал-майор Кузьмы Тимофеевича Подрядчика. Выходец из крестьян Лифляндской губернии, он окончил Казанское пехотное юнкерское училище (1904), служил подпоручиком в 31-м Алексеевском полку, 193-м запасном батальоне, участник русско-японской войны. С началом мобилизации в 1914г, назначен командиром роты 308-го пехотного Чебоксарского полка, где дослужился до командира полка (01.1917) и чина полковника (04.03.1917). Затем командовал 305-м пехотным Лаишевским полком (04.1917), награжден многими орденами. Штаб симбирцев, под руководством подполковника Гренгагена, расположился в дер.Воинково. 14 августа 1919 года в дивизию прибыли две роты пополнения из 3-го Симбирского кадрового полка в количестве 340 человек. Теперь, к 17 августа 1919 года, в трех полках дивизии насчитывалось 19 рот, 8 кадровых и 48 офицеров военного времени, 706 штыков, 29 сабель, 33 пулемета, 10 трехдюймовых (76-мм) и 3 сорокавосьмилинейных (122-мм) орудий. По берегам Тобола, она занимала следующие позиции. На правом фланге, у дер.Нижнеутяцкое, протягивая свой фланг вправо, до позиции самарских егерей, занимал оборону 11-й Сенгилеевский полк. Его предшественником была добровольческая рота, созданная в первые дни антибольшевистского восстания в поволжском городе Сенгилее. В июле 1918 года, на ее базе (17 офицеров и 21 солдат), был создан 1-й батальон, из мобилизованных города Сенгилея и уезда. Он состоял из инструкторской роты (из числа офицеров, не вошедших в полк), добровольческой роты и роты мобилизованных. 26 августа 1918 года, в полк прибыло еще 857 мобилизованных, из которых был сформирован 2-й батальон и одна рота 3-го батальона. Но уже в октябре того же года, полк был расформирован. Его штаб отвели в Барнаул, где он стал штабом 3-го кадрового полка 1-й кадровой дивизии. Солдаты и офицеры были оставлены на фронте в бригаде Каппеля, влитые в одну из частей. Фактически полк перестал существовать. Весной 1919 года, во время стоянки Волжского корпуса в городе Кургане, было решено воссоздать эту славную часть. Для этого, воедино свели 3-й батальон Бугульминского полка (бывший 1-й батальон Русско-чешского полка), роту 2-го Самарского полка (10 офицеров и 100 солдат из числа бывших сенгилеевцев) и роту из 13-й Казанской дивизии (10 офицеров и 100 солдат). Новый полк, получил номер – 11, и прежнее славное наименование – Сенгилеевский. Командовал им 34-летний полковник Яков Викторович Алышевский. Это был кадровый офицер, уроженец Петроградской губернии, из дворян, окончивший 2-й кадетский корпус (1903), Павловское военное училище (1905), бывший начальник офицерских повторительных курсов. В белых войсках, он беспрерывно командовал сначала 1-м Вольским полком (17.07.1918), затем был помощником командира(15.08.1918) и командиром 23-го Сенгилеевского стрелкового полка (23.09.1918), а после его расформирования - командиром 3-го (30.11.1918) и 10-го кадровых полков (01.02-09.03.1919). В апреле того же года, Яков Викторович вновь принял командование над родными сенгилеевцами. По данным красной разведки, к 21 августа 1919 года, в полку насчитывалось около 100-150 штыков и 3 пулемета. Осмотревший его в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе отметил сильно заношенную, очень разнообразную и частично даже гражданскую одежду стрелков, отсутствие у многих из них шинелей.

Южнее д.Нижнеутяцкой и вплоть до речки Утяк, занимал позиции 3-й Симбирский егерский батальон, под командованием поручика Ермолова (1-я рота - 67 штыков, 2-я рота-72 штыка, пулеметная рота – 48 штыков, 4 пулемета системы «максим», 12 телефонистов). Осмотревший егерей, в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, отметил их бодрый вид.

За речкой Утяк и вплоть до д.Новозатобольной, занимал позиции 9-й Симбирский полк, сформированный в городе Симбирске под командованием капитана Мацкевича. По данным красной разведки, к 21 августа 1919 года в полку насчитывалось около 200 штыков и 2 пулемета. Осмотревший его в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе отметил хороший вид одетых в английское обмундирование и имевших хорошую обувь солдат.

В резерве дивизии, в деревне Воинково, сосредоточился 12-й Икский полк, под командованием подполковника Александра Ивановича Соловьева. Видавшие его бойцов красные агенты, оценивали численность полка к 21 августа 1919 года, в 200-240 штыков при 3-5 пулеметах. Здесь же, находился Эткульский казачий пеший полк, под командованием сотника Болотова. Он был сформирован 24 июля 1919 года, в оренбургской станице Эткульской, из старых казаков-добровольцев, призыва 1895-1900г и небольшого количества мобилизованных. Полк состоял из 1-й, 2-й и 6-й Эткульских, 3-й Челябинской, 4-й Долгодеревенской и 5-й Миасской казачьих сотен. Правда, при отходе к Тоболу, 5-я Миасская сотня разбежалась недалеко от станции Мишкино. Осмотревший полк в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе указал численность полка в 7 офицеров, 33 унтер-офицера и 379 штыков. Взгляд генерала порадовал бодрый вид казаков. Однако не возможно было скрыть крайне разнообразное, зачастую откровенно плохое обмундирование, недостаток белья и полностью отсутствующее у многих пехотное снаряжение. По докладу сотрудников армейской контрразведки, «…в боевом отношении, полк быстрее других частей устает, так как большинство казаков в пожилом возрасте, но все казаки рвутся к родным станицам».

Вследствие больших потерь, 3-й Симбирский конный дивизион, уже в период осмотра его генералом Сахаровым, в начале августа 1919 года, практически прекратил свое существование, насчитывая в своем составе лишь 4 офицеров и 27 сабель. Для увеличения конницы, в состав дивизии была включена Отдельная оренбургская казачья сотня, состоявшая из 11 урядников и 103 сабель. Осматривавший ее генерал Сахаров, отметил хороший вид лошадей и казаков.

44  

Рисунок: возможный вариант погон чинов Волжской армейской группы. По некоторым источникам  погоны были белого цвета. (с сайта: http://www.kolchakiya.narod.ru).

Огневую поддержку белым стрелкам-симбирцам, оказывал 3-й Симбирский артиллерийский дивизион, состоящий из трех легких и одной гаубичной батарей. 1-я Симбирская легкая батарея, была сформирована во время стоянки Волжского корпуса в г.Кургане, из артиллерийского взвода, выделенного из 2-й Самарской батареи. По данным красной разведки, к 21 августа 1919 года она имела на вооружении 3 легких трехдюймовых (76-мм) орудия. 2-я Симбирская легкая батарея, была вооружена 3 трехдюймовыми (76-мм) орудиями, а в 3-й Симбирской легкой батареи было 4  трехдюймовых (76-мм) орудия. В состав дивизиона, входила и гаубичная батарея, вооруженная двумя-тремя 48-линейными (122-мм) гаубицами. Осматривавший дивизион генерал Сахаров, отметил в приказе бодрый вид артиллеристов одетых в английское обмундирование. Технические функции в дивизии, выполнял 3-й Симбирский инженерный дивизион, сформированный во время стоянки Волжского корпуса в г.Кургане, из Симбирской инженерной роты и кадра Отдельной минно-подрывной команды.(75)

Левый фланг группы генерала Каппеля, прикрывала Волжская кавалерийская бригада, под командованием 36-летнего генерал-майора Константина Петровича Нечаева.(прим.45) Это был один из героев белой борьбы, подобный красному Чапаеву. Родившись в г.Лодзь, в дворянской семье, он окончил Московский кадетский корпус (1902), Тверское кавалерийское училище (1904) и стал кадровым кавалерийским офицером 5-го уланского полка. В его рядах, Нечаев прошел фронты Первой мировой войны, дослужился до звания полковника, был награжден Орденом Св. Георгия 4-й степени. В белых войсках он последовательно командовал офицерским эскадроном (август 1918), 1-м Казанским драгунским кавалерийским полком «Народной армии» (27.08.1918), Отдельной Волжской кавалерийской бригадой. 14 августа 1919 года, его полки переправились через Тобол у села Утяцкого и заняли оборону у д.Нагорской. К 17 августа 1919 года, в двух полках бригады насчитывалось 5 кадровых и 55 офицеров военного времени, 585 сабель, 19 пулеметов и две легких батареи – Волжская конная (3 трехдюймовых орудия) и временно приданная 1-я Казанская легкая (4 трехдюймовых орудия).

Самарский уланский кавалерийский полк, под командованием полковника Фельдмана, был сформирован из Отдельного Самарского уланского конного дивизиона, во время стоянки корпуса в г.Кургане. Его кадр составили солдаты и офицеры бывшего 5-го Александрийского гусарского полка, чьими приемниками считали себя уланы. Перешедшие линию фронта 17 августа перебежчики, рассказывали, что полк состоит из 4 эскадронов, под командованием ротмистра Рождественского (1-й), штаб-ротмистра Антонинина (2-й), штаб-ротмистра Веценевского (3-й) и штаб-ротмистра Гортанова (4-й), в которых состояло 33 офицера и 701 солдат, в том числе около 140-300 сабель и 3-7 пулеметов системы «льюис». Это был лучший ручной пулемет того времени, английского производства. Калибром 7,71мм и массой 17,8кг, он обладал скорострельностью 120 выстрелов в минуту, емкостью диска на 47 патрон и приличной прицельной дальностью в1830 метров.

Волжский драгунский кавалерийский полк, под командованием ротмистра Лебедева, был так же создан во время стоянки в г.Кургане из Отдельного Добровольческого конного дивизиона корнета Фортунатова и Отдельной конной минно-подрывной команды. Основой полка, явились солдаты и офицеры бывшего 5-го Каргопольского драгунского полка, не вошедшие в состав Казанского драгунского полка. В большинстве своем, они были добровольцами из Самарской губернии. Перебежчики рассказывали, что полк состоит из двух кавэскадронов, в которых имелось около 120-150 сабель, при 2-5 пулеметах.

Гордостью кавалеристов была Волжская конная батарея, под командованием подпоручика Иванова. Она была сформирована в Самаре из добровольцев. В русской армии, традиционно существовали конная артиллерия и полевая. В обоих случаях, орудия тянули лошади, но если полевая артиллерия двигалась, нещадно пыля вдоль дорог вровень с пехотой, то конная неслась на бешеном аллюре кавалерии, сломя голову через овраги и буераки. Входивший ранее в состав бригады Волжский конно-егерский дивизион, под командованием корнета Фортунатова, 15 августа 1919 года самовольно снялся с фронта и ушел из казачьего поселка Прорывное на юг, в сторону города Кустаная. Фортунатов стремился степями прорваться обратно на Волгу. С ними ушел и конный дивизион Сибирской армии, чей личный состав в значительной степени, состоял из жителей приволжского города Николаевска (76).

Понимая всю слабость прикрытия левого фланга своей группы, генерал Каппель решил создать там сводную пехотную группу. Свободных частей для ее формирования не было. Тогда, из 1-й Самарской и 3-й Симбирской дивизий, были изъяты 3-й Ставропольский и 12-й Икский полки. Утром 17 августа 1919 года, они, под общим командованием полковника Ромерова двинулись на юг на дер.Обухово. Это серьезно ослабляло оборону участка напротив города Кургана, но хоть как-то прикрывало открытый, по сути, левый фланг группы. Генерал Капель верил в своих волжан. Ведь недаром же о них, подобно о суворовских чудо-богатырях писали, что «…части Волжской группы, сильны своим боевым духом, но поражают своей малочисленностью. Нужно удивляться, как эти полки, представляющие собой небольшие горсточки храбрецов, пролагают себе дорогу вперед».

Это и были основные силы Волжской группы, прикрывавшие курганское направление. Общее их количество, советская разведка по состоянию на 15 августа 1919 года, оценивала в 5400 штыков, 650 сабель, 45 орудий и 125 пулеметов, а всего около 7000 человек. По своему моральному состоянию, это были отличные боевые кадры. Все лишнее, не желающее сражаться, отсеялось из полков во время отхода (77).

Севернее линии железной дороги у города Кургана, занимали позицию части Уфимской группы, под командованием 36-летнего генерал-майора Сергея Николаевича Войцеховского (прим.52). Уроженец г.Витебска, получивший первоначальное образование в реальном училище в городе Великие Луки (1902), он стал кадровым офицером окончив Константиновское артиллерийское училище (1904) и Николаевскую академию Генерального штаба (1912). Служил во 2-й артиллерийской бригаде 20-й пехотной дивизии инспектором учебного отдела (1904—1905) и старшим офицером 3-й батареи (1905—1907), затем инспектор учебного отдела 5-го стрелкового артиллерийского дивизиона в Белостоке (1907), адъютант командующего артиллерийским отделом. С 1912 служил в 1-й гренадерской бригаде, одновременно преподавал тактику в Александровском военном училище и, что было совершенно необычным для того времени – окончил авиационную школу. В апреле — октябре 1913 – служил в штабе Московского военного округа, затем – командир роты в 122-м Тамбовском пехотном полку (10.13 – 07.14), старший адъютант штаба 69-й пехотной дивизии (08.14 – 11.15), штаб-офицер для поручений в штабе 20-го армейского корпуса (11.15 – 01.17), подполковник (1916), начальник штаба 126-й пехотной дивизии (01 – 07.17). Участвовал в боевых действиях в Карпатах и Днепровской котловине, был ранен, награждён несколькими орденами. Видя все более и более прогрессирующий развал русской армии, перешел в сформированный Чехословацкий корпус, на должность начальника штаба 1-й Чехословацкой дивизии, затем – командира 3-го чехословацкого имени Яна Жижки стрелкового полка (12.17), старшего воинского начальника чехословацких легионеров в районе Челябинска (05.18), входил в состав Военной коллегии временного исполнительного комитета чехословацких войск в России. В ночь с 26 на 27 мая 1918, командуя частями 2-го и 3-го чехословацких стрелковых полков, занял без потерь Челябинск, назначен командующим войсковыми частями Челябинской группы и Уральского фронта (27.05.1918), полковник (06.1918), командующий Западной (Уральской, Екатеринбургской) группы войск. В июне-сентябре 1918 группа взяла Троицк, Златоуст, Екатеринбург, вела бои за Нижний Тагил, Кунгур и Тюмень. 17 октября 1918 «за отличия в боях и выдающуюся службу» был произведён Чехословацким национальным советом в генерал-майоры и назначен командующим Самарской группой войск правительства Директории. Под его командованием группа вела оборонительные бои в Поволжье. 8 марта 1919 вернулся на русскую службу с чином генерал-майора, был командующим 2-м Уфимским корпусом, во главе которого участвовал в весеннем наступлении 1919, в боях под Уфой, Златоустом и Челябинском. С августа 1919 — командующий Уфимской группой войск.

 45

Фото: командующий Уфимской группой генерал С.Н. Войцеховский (снимок с сайта http://swolkov.narod.ru).

Сражавшийся рядом с ним Молчанов, отмечал умение генерала организовать хорошую работу штаба, ясные и четкие распоряжения, отдаваемые войскам и точно соответствующие обстановке. Работой штаба группы, остановившегося в дер.Барашково руководил подполковник Бодров. При штабе группы находилась Долгодеревенская оренбургская казачья сотня (78).

На левом фланге группы, примыкая к участку самарцев, занимала позиции 6-я Уральская дивизия горных стрелков, под командованием 26-летнего полковника Всеволда Ивановича Кузьмина (прим.47). Уроженец г.Витебска, из потомственных дворян Ярославской губернии, он окончил Рижскую Александровскую гимназию (1913), два семестра Рижского политехнического института (1914), Павловское военное училище (12.1914 – 05.1915), после чего, на фронтах Первой мировой войны прошел путь от младшего офицера до командира батальона Лейб-гвардии Гренадерского полка. В белых войсках служил в 5-м Томском полку, затем в 12-й Сибирской дивизии. Работой его штаба, находившегося в дер.Шепотково руководил капитан Григорьев. Дивизия была сформирована в городе Челябинске, из жителей Челябинского и Златоустовского уездов. Два ее полка (23-й Миасский и 24-й Саткинский) сражались в составе Южной армии, а в двух оставшихся, к 17 августа 1919 года, насчитывалось 7 кадровых и 97 офицеров военного времени, 523 штыка, 67 сабель, 23 пулемета, 5 легких трехдюймовых (76-мм) и 1 «макленовское» орудие. Полки занимали следующие позиции. На левом фланге, у дер.Челноково, оборону держал 22-й Златоустовский полк под командованием капитана Пучкова. Он был сформирован в городе Златоусте, из добровольцев и мобилизованных. При формировании полка, в него брали старых солдат 1914 года призыва. Правда, горными, стрелки были только по названию, так как специального обучения не проходили. Осенью-зимой 1918 года, три четверти личного состава дивизии скосил тиф, а при отступлении от г.Бугуруслана до стан.Кусы, полк был фактически уничтожен. К середине июля 1919 года, в нем оставалось лишь 70 штыков. В г.Златоусте, было влито пополнение из 500 молодых мобилизованных татар. К 18 августа 1919 года, в двух  батальонах полка насчитывалось 20 офицеров военного времени, 120 штыков и 2 пулемета.

 46

Рисунок: возможный вариант погон чинов 22-го горных стрелков Златоустовского полка 6-й Уральской дивизии горных стрелков (с сайта www.kolchakiya.narod.ru).

Севернее, у дер.Шкодской, занимал позиции 21-й Челябинский полк под командованием Бондарева. Он был сформирован в августе 1918 года, в городе Челябинске, из добровольцев и мобилизованных, под наименованием 1-го Челябинского Народного полка. Окончательно полк завершил свое формирование в городе Златоусте. Затем, на Благовещенском заводе, в него были влиты 8 рот мобилизованных Акмолинской области в количестве 1400 человек, прибывший из Саткинского завода маршевый батальон в количестве 500 человек и прибывшее в мае 1919 года, из Тобольска, пополнение в количестве 400 человек. Бои серьезно ослабили часть и к 18 августа 1919 года, в четырех батальонах полка насчитывалось 1 кадровый и 20 офицеров военного времени, 247 штыков, 19 сабель и 6 пулеметов. В резерве начдива, находился 6-й Уральский егерский батальон, в котором имелось 2 кадровых и 14 офицеров военного времени, 156 штыков и 5 пулеметов.

Дивизионную конницу представлял 6-й Уральский конный дивизион (2 эскадрона, 1 кадровый и 7 офицеров военного времени, 48 сабель и 4 пулемета), сформированный из 1-го Уральского гусарского кавполка, который был создан в феврале 1919 года в Златоусте на базе 1-го Самарского конного дивизиона. Огневую поддержку стрелкам, оказывал 6-й Уральский артиллерийский дивизион, состоявший из двух легких батарей, в которых насчитывалось 3 кадровых и 16 офицеров военного времени, 270 солдат-артиллеристов и 6 пулеметов (79).

Севернее белых стрелков-уральцев, занимала оборону 8-я Камская имени адмирала Колчака дивизия, под командованием генерал-майора Федора Абрамовича Пучкова (прим.48). Кадровый офицер, уроженец г.Бузулук Самарской губернии, он окончил Бузулукское городское училище и Виленское пехотное юнкерское училище (1906), служил подпоручиком (24.03.1906) 310-го Стерлитомакского полка, 234-го Сызранском резервного батальона, 185-го Башкадыкларского полка, получил звания поручика (22.04.1909) и штабс-капитана (22.04.1913), а перед войной поступил в Академию Генерального Штаба (1914). По окончании 2-х классов последней, прикомандирован для испытания к штабу Московского военного округа, откуда направлен на фронт старшим адъютантом штаба 57-й дивизии, получил звание капитана (10.09.1915), исполнял должность начальника штаба 2-й Кубанской дивизии (1916), служил в штабе 45-го корпуса (1917), врио помощника старшего адъютанта отдела генерал-квартирмейстера штаба 4-й армии (на 30.07.1917). Службу окончил подполковником (15.08.1917). После увольнения из армии в 04.1918, приехал в Бузулук, где вступил в Народную армию Самарского Комуча (12.07.1918). Начальник формирований частей в Уфимской губернии (18.07 – 30.09.1918), начальник штаба 1-й Уфимской дивизии (09.1918), начальник штаба 2-го Уфимского корпуса (04.10 — 05.12.1918 и 18.01 — 01.07.1919), полковник (14.04.1919), генерал-майор (14.08.1919). В ходе Златоустовской операции был назначен начальником 8-й Камской стрелковой дивизии (02.07.1919) и с тех пор прочно связал с нею свою судьбу. Работой штаба камцев, остановившегося в дер.Беспалово, руководил ротмистр Соболев.

 47

Фото: крайний справа генерал Пучков (снимок с сайта http://www.belrussia.ru).

Отойдя за Тобол, дивизия готовилась к выводу в резерв для подготовки к наступлению. Это была одна из лучших частей белой армии, созданная осенью 1918 года, из добровольческих повстанческих отрядов Уфимской губернии. Ее полки состояли из русских, татар и башкир – жителей бассейна реки Белой и нижнего течения Камы. К 19 августа 1919 года, в дивизии насчитывалось 3 кадровых и 387 офицеров военного времени, 2581 штык, 276 сабель, 94 пулемета, 18 трехдюймовых (76-мм), 1 сорокавосьмилинейное (107-мм) и 3 шестидюймовых (152-мм) орудий. Центральный участок обороны занимал 29-й Бирский полк, под командованием подполковника Валериана Евгеньевича Сотникова.(прим.49) Это был кадровый офицер, окончивший Академию Генерального Штаба. Его полк, был сформирован из Бирского добровольческого отряда и к 18 августа 1919 года, насчитывал в 12 ротах - 68 офицеров военного времени, 693 штыка, 44 сабли и 17 пулеметов. Осмотрев его в период с 3 по 14 августа 1919 года, генерал Сахаров, отметил в приказе бодрый вид солдат, их хорошую обувь. Правда, шинелей недоставало. В полку было собственное знамя, захваченное впоследствии вместе с обозом в г.Новониколаевске. 1-й и 2-й батальоны стрелков-бирцев, находились при штабе полка в деревне Грачево, 3-й батальон под командованием поручика Князева, был выдвинут в передовую линию, заняв позицию у дер.Костоусово и протянув свой правый фланг до дер.Галкино. Ночь прошла спокойно. Из бесед с местными жителями выяснилось, что на участке правофланговой 11-й роты, в полукилометре не доходя до дер.Галкино, имелся отличный брод через реку, который в данное время был непроходим из-за прилива. Тем не менее, для прикрытия этого опасного направления, у брода поставили два пулемета.

Левее, к дер.Шкодинское, с юга подходил 1-й Сибирский казачий Ермака Тимофеевича полк. Его 1-я сотня, остановилась в 8 километрахк юго-западу от деревни, откуда вела разведку в сторону Илецко-иковского завода. Однако, уже утром 15 августа, казаки ушли на север к своим частям. Для прикрытия участка между деревнями Костоусово и Шкодинское, из села Колташево был выдвинут 30-й Аскинский полк, под командованием полковника М.Старова. Он был сформирован в селе Аскино, из местных крестьян-добровольцев и выделенных из 29-го полка офицеров. По свидетельству Сахарова «…полк дрался выше похвалы, а волость давала не только пополнение людьми, она снабжала полк одеждой, обувью, обозом и пищевыми продуктами». К 18 августа 1919 года, в 12 ротах полка насчитывалось 75 офицеров военного времени, 572 штыка, 46 сабель и 23 пулемета. Осмотревший его в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, отметил бодрый вид солдат, их разнообразную английскую и русскую форму, отсутствие у многих шинелей, но хорошую в целом обувь. Два батальона стрелков-аскинцев заняли позиции по берегу Тобола, а штаб, резервный батальон и 7-я горная батарея расположились в дер.Увальной. На правом фланге дивизии, у дер.Галкино, раскинув свои посты до устья речки Нижний Утяк, занимал позиции 31-й Стерлитамакский полк под командованием Воробьева. Он был сформирован из Стерлитамакского отдельного батальона, в который влились 30-й Архангельский полк и батальон Учредительного Собрания. К 18 августа 1919 года, в 12 ротах полка имелось 1 кадровый и 64 офицера военного времени, 458 штыков, 36 сабель и 17 пулеметов. Осмотревший полк в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, отметил в приказе бодрый вид солдат-стерлитамакцев, обратив при этом внимание на сильно заношенное обмундирование и отсутствие шинелей у части стрелков.

У дер.Грачево, заняли позиции 5-я и 6-я легкие батареи 8-го Камского артиллерийского дивизиона. В дивизионном резерве, в с.Колташово находился 8-й Камский егерский батальон. К 18 августа 1919 года, в его 4 ротах насчитывалось 18 офицеров военного времени, 263 штыка, 6 сабель и 5 пулеметов системы «максим». Осмотревший батальон в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе отметил хорошее и опрятное английское обмундирование егерей, их хорошую обувь.

В дер.Бельково, в резерве стоял 32-й Прикамский полк, под командованием полковника Туркова. Он был сформирован из создавшихся в Прикамье добровольческих отрядов - Алпашского, Мензелинского, Мамадышского, Частопольского, Сокольского и Елабужского. Это был, один из наиболее сильных и стойких полков дивизии. Многие из его стрелков были добровольцами, сознательно сражавшимися против красных. Так, 12 сентября 1919 года у казачьего поселка Михайловка, из красного тыла на казачий разъезд, вышел старший унтер-офицер роты связи 32-го полка Александр Кузьмич Белков, уроженец Вятской губернии, Елабужского уезда, с.Танайки. Выяснилось, что еще в мае, он был отпущен к себе домой в село в отпуск, но затем, вследствие быстрого отхода белых из того района, остался в тылу красных и 3,5 месяца, ночуя в лесах, голодая сутками, переправляясь на собственноручно устроенных плотах через реки, двигался следом за красными, попутно собирая о них сведения. Проделав около 1000 километров, Белков вышел к своим. К 18 августа 1919 года, в 12 ротах полка насчитывалось 1 кадровый и 74 офицера военного времени, 595 штыков, 32 сабли и 20 пулеметов. При штабе дивизии, находился сформированный в городе Бирске из добровольцев, Уфимский конно-партизанский отряд под командованием Щеголихина. Осмотревший его в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе указал, что тот насчитывает 188 сабель, у бойцов «…вид отличный, большинство из интеллигенции, заметен большой подъем». Здесь же, при штабе дивизии находился и 8-й Камский конный дивизион (2 эскадрона, 1 кадровый и 23 офицера военного времени, 112 сабель и 4 пулемета). Огневую поддержку полков осуществлял 8-й Камский артиллерийский дивизион (7 батарей, 5 кадровых и 65 офицеров военного времени, 1254 солдата-артиллериста, 68 сабель и 8 пулеметов). В одной из его батарей, кстати, по некоторым сведениям, служил будущий маршал Советского Союза, а тогда простой 22-летний подпоручик – Леонид Александрович Говоров, мобилизованный в октябре 1918 года в г.Елабуга. Так же, камцам был временно придан 1-й Отдельный тяжелый артиллерийский дивизион особого назначения, состоявший из трех батарей, имевших на вооружении девять 6-дюймовых гаубиц. Поскольку дивизию предполагалось отводить, то ее полковые и дивизионные обозы уже начали отход на восток, через деревни Барашково и Песчаное (80).

Правый фланг камцев, прикрывала 4-я Оренбургская казачья бригада, под командованием полковника Овчинникова. Она была сформирована в районе г.Челябинска, из льготных полков 3-го округа Оренбургского казачьего войска. По берегу Тобола, раскинувшись разъездами от дер.Кошкино до устья небольшой лесной речки Нижний Утяк, ведя активные разведки левого берега реки, занимал позиции 12-й Оренбургский казачий полк под командованием подъесаула Антонова. К 18 августа 1919 года, в 6 его сотнях насчитывалось 11 офицеров военного времени, 200 сабель и 3 пулемета. Позади него, в дер.Новолушниково стоял 18-й Оренбургский казачий полк, под командованием войскового старшины Алиманова. К 18 августа 1919 года, в 6 сотнях полка насчитывалось 10 офицеров военного времени, 263 сабли и 4 пулемета. Все ночи напролет, патрули казаков, следуя глухими прибрежными тропками, наблюдали за берегом, а, вернувшись на рассвете в полк, чистили и кормили лошадей, после чего до вечера спали, отправив в наблюдение новую смену (81).

 48

Рисунок: возможный вариант погон 13-й Сибирской стрелковой дивизии: ефрейтор (49-й Сибирский стрелковый полк); младший унтер-офицер (50-й Сибирский стрелковый полк); старший унтер-офицер (51-й Сибирский стрелковый полк; фельдфебель (52-й Сибирский стрелковый полк. Реконструкция А.Каревского.(с сайта www.kolchakiya.narod.ru).

Севернее казаков-оренбужцев, занимали позиции полки 13-й Сибирской стрелковой дивизии, под командованием 51-летнего генерал-майора Александра Петровича Зощенко (прим.50). Из дворянской семьи, окончив Сибирский кадетский корпус (1887) и Константиновское военное училище (1889), он служил офицером Тобольского пехотного кадрового батальона, получил звание полковника и был назначен командиром 42-го Сибирского стрелкового полка. В белых войсках Восточного фронта с 05.03.1919, был начальником 3-й кадровой дивизии Омского военного округа, генерал-майор (17.03.1919), начальник гарнизона Новониколаевска (05.1919), а в августе того же года, принял только что сформированную 13-ю Сибирскую стрелковую дивизию. Это была молодая часть, созданная в июле 1919 года в Новониколаевске и Барнауле, из мобилизованных молодых сибиряков. Формирование и обучение еще не было завершено, когда дивизию направили на фронт под Челябинск. В первом же бою, значительная часть солдат из 50-го и 51-го полков перешла на сторону красных. Работой ее штаба, остановившегося в дер.Зюзино руководил подполковник Петров. К 19 августа 1919 года, в трех полках дивизии насчитывалось 189 офицеров военного времени, 1506 штыков, 530 невооруженных солдат, 52 пулемета и 11 английских трехдюймовых орудий. Полки занимали по Тоболу следующие позиции. Напротив дер.Кошкино, протягивая свой фланг до дер.Варлаково, занимал оборону 49-й Сибирский полк, под командованием 42-летнего полковника Хрисанфа Ивановича Банчука, уроженцы г.Саранска Бессарабской губернии (прим.51). Это был самый сильный полк в дивизии. Он единственный, в неудачной для белых войск Челябинской операции, не допустил перехода стрелков к красным. Полк был сформирован в городе Новониколаевске, из 37-го Казанского и 40-го Верхнеуслонского полков 10-й Казанской дивизии. К 15 августа 1919 года, в его 4 батальонах, насчитывалось 96 офицеров, 825 штыков, 229 человек в командах, 4 пулемета системы «кольт», 2 пулемета системы «максим» и 10 французских пулеметов. 50-й Сибирский полк, под командованием полковника Урфа, держал оборону у дер.Варлаково, протягивая свой фланг до изгиба реки Тобола у деревни Козьмина. Полк был сформирован в селе Бердск у города Колывань из 39-го Арского и 10-го Казанского кадрового полков 10-й Казанской дивизии. К 15 августа 1919 года, в его 2 батальонах, насчитывалось 25 офицеров, 270 штыков, 44 солдата в командах и 15 французских пулеметов. 51-й Сибирский полк, под командованием полковника Полякова, находился в резерве при штабе дивизии в дер.Зюзино. Полк был сформирован в городе Барнауле из 3-го Барнаульского кадрового полка. К 15 августа 1919 года, в его 4 батальонах, насчитывалось 44 офицера, 780 штыков, 240 человек в командах,  9 пулеметов системы «кольт», 2 пулемета системы «максим» и 15 французских пулеметов. В составе полка, в чине поручика проходил службу будущий выдающийся советский геолог, специалист в области рудных месторождений и член-корреспондент Академии Наук СССР Феликс Николаевич Шахов. Четвертый полк дивизии – 52-й Сибирский, был сформирован в городе Бийске из 8-го Бийского кадрового полка, но на фронт не выдвигался, составляя к середине августа 1919 года гарнизон города Барнаула. Так же, на фронт не попал и 13-й Сибирский егерский батальон, формировавшийся в городе Новониколаевске. В распоряжении начдива, находился малочисленный 13-й Сибирский конный дивизион (35 сабель) и 13-й Сибирский инженерный дивизион (15 офицеров, 323 сапера), сформированный в городе Бийске из 10-го Казанского инженерного дивизиона. Огневую поддержку оказывал 13-й Сибирский артиллерийский дивизион, под командованием подполковника Сушко, сформированный в Новониколаевске, из 10-й Казанской артиллерийской бригады и 1-го запасного артиллерийского дивизиона бывшей «Народной армии». Для усиления огневой мощи, дивизии был временно придан 7-й Уральский артиллерийский дивизион.(82)

Еще севернее, от излучины реки Тобол у деревни Козьмино до деревни Меньшиково (Нижнетобольное), оборону держал белый 30-й Сибирский Чернореченский полк под командованием полковника Федорова из состава 8-й Сибирской дивизии. Он был сформирован в городе Ачинске, из молодых мобилизованных сибиряков 1920-1921 годов призыва. Первоначально, на фронт предполагалось направить всю 8-ю Сибирскую дивизию, но после восстания в ее 31-м Красноярском и 32-м Канском полках, отправка была отложена. К 18 августа 1919 года, в 8 ротах полка насчитывалось 33 офицера военного времени, 896 штыков, 6 пулеметов системы «льюис» и 3 пулемета системы «кольт». Последний, был вторым по популярности станковым пулеметом после знаменитого «максима». Американского производства, калибром 7,62мм и массой в 41кг, он обладал скорострельностью 300 выстрелов в минуту, емкостью ленты в 250 патрон и прицельной дальностью на 2300 метров (83).

И, наконец, крайний правый фланг армии, прикрывала 3-я Оренбургская казачья бригада под командованием генерал-майора Юрия Ивановича Мамаева и начальника штаба капитана Ефимова. Она была сформирована в сентябре 1918 года, из первоочередных полков 3-го округа Оренбургского казачьего войска. Входивший в состав бригады 3-й Уфимо-Самарский оренбургский казачий полк, под командованием войскового старшины Карташева, был создан в городе Челябинске из добровольцев и мобилизованных. Он занимал участок у дер.Меньшиково (Нижнетобольное), протягивая цепь своих разъездов до села Белозерского. К 18 августа 1919 года, в 6 сотнях числилось 11 офицеров, 382 сабли, 3 пулемета «максим» и 2 пулемета других систем. Другой, 6-й Исетско-Ставропольский оренбургский казачий полк, под командованием войскового старшины Избышева, был создан в пос.Сосновском в12 километрахк югу от Челябинска, из добровольцев и мобилизованных. На Тоболе полк остановился в резерве в деревне Глубокой. К 18 августа 1919 года, в его 4 сотнях насчитывалось 16 офицеров, 314 сабель, 2 пулемета системы «кольт», 1 пулемет системы «льюис» и 4 пулемета других систем. Огневую поддержку бригаде, оказывал 2-й Оренбургский казачий артиллерийский дивизион, состоявший из 5-й и 8-й казачьих батарей. К 22 августа 1919 года, в нем проходили службу 1 кадровый и 5 офицеров военного времени, 337 казаков-артиллеристов, а на вооружении имелось 4 трехдюймовых (76-мм) орудия. Для усиления огневой мощи, бригаде был временно придан 11-й Уральский артиллерийский дивизион (84).

Это и были основные силы 3-й армии генерала Сахарова, которым предстояло задержать наступающие красные войска на реке Тобол. Их общая численность не превышала 9-10 тыс. штыков, 5 тыс. сабель, 350 пулеметов и 74 орудий. Таким образом, превосходя своего противника в коннице и сравнявшись с ним по количеству орудий, белые войска серьезно уступали армии Тухачевского по двум основным параметрам – по количеству штыков и пулеметов. А именно эти показатели, и определяли исход полевого противостояния войск. Было ясно, что полками в 200 штыков, на такой сложной для пехоты местности как зауральская равнина, имеющая массу перелесков и закрытых пространств, справиться с наступающими красными будет просто невозможно. Самые сильные белые полки, едва напоминали по численности батальоны. Катастрофически не хватало солдат, роты снизились до 20-40 штыков. При таком неравенстве сил, белые могли иметь успех только в наступлении, располагая инициативой боевых комбинаций над противником. Оборонять же растянутый фронт, было задачей тяжелой и неблагодарной, а главное – заведомо проигрышной. Кроме того, сама группировка частей армии Сахарова на Тоболе, таила в себе один серьезнейший недостаток. Ее наиболее сильные пехотные части, были расположены в районе железной дороги. При этом значительные фланговые промежутки, прикрывались по сути лишь охранительно-наблюдательными конными соединениями. Особенно, это было заметно на юге, где от д.Нагорское и до самой станицы Звериноголовской, образовался огромный в несколько десятков верст, не прикрытый войсками промежуток, куда с запада двигались целых две красные бригады.

Такое расположение войск, делало невозможным длительное удержание рубежа реки Тобол. Даже не знакомому с военным делом человеку становилось ясно, что обороняющихся в курганской излучине белых бойцов, противник рано или поздно обойдет с юга, через открытые фланговые промежутки, создав им угрозу окружения. Вместе с тем, возможности усилить оборону, у белого командования потенциально были. Так, на юг, можно было перебросить части 13-й Сибирской дивизии, не имевшие на своем участке активного противника, а так же стоявшие в ближайшем тылу полки 12-й Уральской дивизии. В армейский же резерв, следовало вывести довольно  многочисленный и устойчивый 30-й Сибирский Чернореченский полк, заменив его на фронте казачьими частями. Ничего этого сделано не было. В результате, хотя план генерала Дитерихса и предусматривал ведение активной обороны на реке Тобол, с нанесением мощных контрударов, однако его реализация в полной мере, имеющимися силами была попросту невозможна. Это было одним из первых, и имевших важные последствия факторов, обусловивших неудачу белого контрнаступления.

В резерв армии, была выведена 12-я Уральская дивизия, под командованием генерал-майора Рудольфа Карловича Бангерского (прим.52).

 49

Фото: генерал Р.К.Бангерский (снимок с сайта http://fotki.yandex.ru/users/wladikass/view/435187/).

Сын фермера с мысы Личкрога Таурупской волости Рижского уезда Лифляндской губернии, он окончил Яунелгавскую городскую школу (1895) и поступил вольноопределяющимся Рижского учебного унтер-офицерского батальона (20.10.1895), откуда затем был переведен в 145-й Новочеркасский полк (08.1897 – 09.1898). Окончив затем Санкт-Петербургское пехотное юнкерское училище (1901), Рудольф Карлович был выпущен подпоручиком в 93-й Иркутский полк (13.08.1901), участвовал в русско-японской войны в составе 36-го Орловского полка, получив чин поручика за боевые отличия(13.08.1905), а затем, окончив Академию Генерального Штаба (1914), проходил службу в звании штабс-капитана (13.08.1910) командиром роты (03.1906 — 01.10.1912, 25.07 – 10.09.1914), офицером для поручений штаба 4-й армии (10.09.1914 — 08.03.1915), старшим адъютантом штаба 31-го армейского корпуса (08.03. — 07.08.1915), принимал активное участие в создании латышских стрелковых полков в Усть-Двинске и был командиром 1-го латышского Усть-Двинского (Даугавгривского) стрелкового батальона (с 12.08.1915), временно командовал 2-м Рижским (05.11. — 19.12.1916) и 4-м Видземским (27.01. — 11.02.1917) Латышскими стрелковыми полками; исполнял должность начальника штаба Сводной Латышской стрелковой дивизии (20.12.1916 — 26.01.1917), командовал 17-м Сибирским стрелковым полком (11.02.1917 — 03.03.1918), получив за боевые отличия звание полковника (30.12.1916). В начале 1918 года, прибыв из отпуска, узнал, что его 17-й Сибирский стрелковый полк отбыл на восток. Следуя за полком, оказался в г. Троицке Оренбургской губернии, где был уволен из армии (март 1918). Затем выехал в Екатеринбург, где оставался до освобождения города от большевиков. С установлением власти белых назначен исполняющим должность дежурного генерала штаба гарнизона г. Екатеринбурга (с 29.07.1918), затем начальником штаба 2-й (с 19.08.1918 — 7-я) Уральской горных стрелков дивизии (06.08. — 10.09, 18.09, 22.09. — 05.10, 29.10.1918), начальником 11-й (16—24.03.1919) и 12-й Уральских (30.10.1918) стрелковых дивизий. Это был опытнейший строевой офицер, принимавший участие во всех важнейших операциях. Отведенную в тыл дивизию предполагалось пополнить и использовать в качестве сильных арьергардов при дальнейшем отходе частей армии к реке Ишим. Работой штаба уральцев руководил капитан Голышев. Дивизия была сформирована в городе Екатеринбурге, осенью 1918 года, на базе 2-й кадровой дивизии из 4–го (Троицк), 6-го (Шадринск), 7-го (Златоуст) и 8-го (Екатеринбург) кадровых полков из мобилизованных жителей Екатеринбургского и Шадринского уездов Пермской губернии. К 17 августа 1919 года, в четырех ее полках насчитывалось 309 офицеров военного времени, 2362 штыка и 58 пулеметов.

45-й Сибирский полк, под командованием полковника Капитонова, был сформирован в сентябре 1918 года в городе Камышлове из мобилизованных, прибывших из 5-го кадрового полка. Осмотревший полк в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе отметил бодрый вид и хорошую одежду стрелков. Правда, шинели были не у всех. К 12 августа 1919 года, полк насчитывал 45 офицеров, 275 штыков и 8 пулеметов. Основную массу стрелков составляли добровольцы из Пермской губернии. Отойдя в резерв в дер.Корнилово (Варгашинский район Курганской области), полк сразу же стал пополняться мобилизованными солдатами-акмолинцами из 4-го Тюменского кадрового полка. Уже 13 августа 1919 года прибыла их первая партия из 262 солдат, а 17 августа 1919 года пришло еще 294 солдата, 5 пулеметов, 150 винтовок, 14 офицеров и 13 юнкеров. В результате, к 18 августа 1919 года в двух батальонах полка насчитывалось 59 офицеров, 13 юнкеров, 401 штык, 139 невооруженных бойцов, 272 вооруженных солдата в командах, 71 невооруженный солдат в командах, 78 человек в учебной команде, 29 связистов, 54 сапера, 18 солдат в комендантской команде, 18 сабель в команде конной разведки, 79 человек в роте пополнения и 13 пулеметов.

 50

Рисунок: возможный вариант погон нижних чинов 12-й Уральской стрелковой дивизии. (реконструкция А.Каревского, с сайта www.kolchakiya.narod.ru).

46-й Исетский полк под командованием полковника М.Е.Обухова, был сформирован  в городе Екатеринбурге, из прибывших из 6-го кадрового полка мобилизованных. Осмотревший полк в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе, отметил едва удовлетворительную одежду стрелков. От глаз генерала не укрылись рваные шаровары, но вместе с тем бодрый внешний вид солдат. К 12 августа 1919 года, в полку оставалось 50 офицеров, 463 штыка и 11 пулеметов. Основную массу стрелков, так же составляли добровольцы из Пермской губернии. Отойдя в резерв в дер.Зарубино (Варгашинский район Курганской области), полк так же стал пополняться мобилизованными солдатами-акмолинцами. 17 августа 1919 года прибыла партия из 230 солдат, 2 пулеметов, 15 офицеров и 11 юнкеров. В результате, к 18 августа 1919 года, в двух батальонах полка насчитывалось 2 кадровых и 68 офицеров военного времени, 11 юнкеров, 528 штыков вооруженных, 109 человек невооруженных, 340 вооруженных солдат в командах, 143 невооруженных солдата в командах, 131 пеший разведчик, 185 пулеметчиков, 50 человек в учебной команде, 36 связистов, 24 сапера, 29 человек в комендантской команде, 28 конных разведчика, 172 человека в нестроевой команде и 15 пулеметов.

47-й Тагильский полк под командованием подполковника Иванова, был сформирован в декабре 1918 года в городе Екатеринбурге, из мобилизованных, прибывших из 6-го кадрового полка. Осмотревший полк, в период с 3 по 14 августа 1919 года генерал Сахаров, в своем приказе отметил  бодрый внешний вид, но едва ли удовлетворительную одежду стрелков. К 12 августа 1919 года, в полку оставалось 58 офицеров, 313 солдат и 13 пулеметов. Отойдя в резерв в дер.Зарубино, полк пополнился мобилизованными. 17 августа 1919 года в него прибыла партия из 291 солдата, 150 винтовок, 4 офицеров и 7 юнкеров. В результате, к 18 августа 1919 года, полк насчитывал в своих рядах 62 офицера, 7 юнкеров, 551 штыков, 113 невооруженных солдат, 273 вооруженных солдата в командах, 75 невооруженных солдат в командах, 72 пулеметчика, 79 человек в учебной команде, 43 связиста, 22 сапера, 28 человек в комендантской команде, 28 конных разведчиков, 262 человека в нестроевой команде и 12 пулеметов.

48-й Туринский полк, под командованием полковника Украинцева, был сформирован в г.Ирбите из мобилизованных, прибывших из 8-го кадрового полка. Осмотрев полк в период с 3 по 14 августа 1919 года, генерал Сахаров, в своем приказе отметил бодрый вид стрелков, их хорошее английское обмундирование, снаряжение и обувь. К 12 августа 1919 года, в полку оставалось 43 офицера, 240 солдат и 6 пулеметов. Отойдя в резерв в дер.Плоское (Варгашинский район Курганской области), полк пополнился мобилизованными. 17 августа 1919 года прибыла партия из 85 солдат из 4-го Тюменского и 180 человек из 1-го Троицкого кадровых полков, а всего 285 солдат, 7 пулеметов, 200 винтовок, 13 офицеров и 12 юнкеров. В результате, к 18 августа 1919 года, полк насчитывал в своих рядах 56 офицеров, 12 юнкеров, 571 штык, 144 невооруженных солдат, 351 человек в командах, 23 пеших разведчика, 114 пулеметчика, 66 человек в учебной команде, 56 связистов, 32 сапера, 44 человека в комендантской команде, 27 конных разведчика, 277 человек в нестроевой команде и 13 пулеметов.

Входивший в состав дивизии 12-й Уральский егерский батальон, под командованием капитана Лагунова, был отведен в резерв в дер.Корнилово. К 12 августа 1919 года, в нем оставалось 12 офицеров, 77 солдат и 5 пулеметов. 17 августа 1919 года, прибыла партия пополнения из 148 солдат, 1 пулемета, 4 офицеров и 8 юнкеров. В результате, к 18 августа 1919 года, в батальоне насчитывалось 16 офицеров, 8 юнкеров, 136 штыков, 37 невооруженных солдат, 137 человек в командах, 48 пулеметчика, 17 человек в учебной команде, 22 связиста, 3 конных разведчика, 103 человека в нестроевой команде и 6 пулеметов. 12-й Уральский конный дивизион, состоял из двух эскадронов, один из которых, был целиком сформирован из башкир. К 22 августа 1919 года, в дивизионе насчитывалось 5 офицеров и 97 сабель. Поскольку сил дивизионной конницы явно не хватало, 19 августа 1919 года, дивизии была передана стоявшая в резерве в д.Копай, Челябинская оренбургская казачья сотня, под командованием хорунжего Александра Смолина. На 22 августа 1919 года, в ней насчитывался 1 офицер и 178 сабель. 12-й Уральский артиллерийский дивизион, был отведен в резерв в дер.Плоское. Здесь, в него прибыло 253 мобилизованных. В результате, к 22 августа 1919 года, дивизион насчитывал 4 кадровых и 23 офицера военного времени, 504 солдата-артиллериста, имел на вооружении 3 трехдюймовых и 2 сорокавосьмилинейных орудий. Технические функции в дивизии выполнял 12-й Уральский инженерный дивизион, под командованием поручика Тибо-Брониовского. По донесению начальников всех частей, прибывшие из кадровых полков солдаты не имели одного из главных предметов экипировки – простых солдатских шинелей, чей покрой почти не изменился, с эпохи едва ли не Наполеона. А ведь это, и спальный мешок на бивуаке, и скатанная через плечо, она защищает солдата от мелких пуль и осколков. Ведь недаром правильно надетая скатка шинели находится напротив сердца. А еще, ее можно использовать как мягкое сиденье, как бруствер при стрельбе. Но главное – это теплая одежда, в начинавших уже наступать осенних холодах. Отсутствие шинелей способствовало развитию болезней. Так, в 48-м Туринском полку из 333 солдат прибывшего пополнения, за неделю с 12 по 17 августа, заболели 71 солдат. Всего, по сведениям командования, из пополнения, прибывшего в дивизию, выбыло 80 больных. Кроме того, поспешность при проведении мобилизаций, заставляла белое командование, смотреть «сквозь пальцы» на физическое и моральное состояние призывников. Однако это было недопустимо на фронте. Строевые офицеры, не желая в бою получить пулю в спину от своих же подчиненных, либо внезапно обнаружить их неготовность к бою, были вынуждены, более внимательно относится к зачисляемым в строй солдатам. В результате, из прибывших в дивизию мобилизованных, 80 человек были направлены в обоз, ввиду непригодности к строевой службе, а еще 100 солдат, как сомнительных в морально-идеологическом плане, поместили под особое наблюдение командования. В связи с тем, что район станции Варгаши, был вскоре забит отходящими обозами Волжской группы и выводимыми во фронтовой резерв частями 13-й Казанской дивизии, 19 августа 1919 года, 45-й полк и 12-й егерский батальон перешли в дер.Кабанье, 46-й и 47-й полки - передислоцировались в дер.Варгаши, 48-й полк и артиллерийский дивизион - были переведены в дер.Васильки, а 12-й конный дивизион и Челябинская казачья сотня - перешли в с.Моревское (85).

И, наконец, с линии фронта в ближайший резерв, выводилась для участия в наступлении Ижевская стрелковая дивизия. Сдав 15 августа 1919 года, свой участок 13-й Сибирской дивизии и 30-му Сибирскому полку, сменившийся 1-й Ижевский полк двинулся от дд.Слободчиково и Кошкина в д.Песчаное. 2-й Ижевский полк, снявшись с участка у дд.Козьмино, Слободчиково, Меньшиково выступил в дд.Большое и Малое Моховое. Штаб дивизии, инженерный и конный дивизионы, артиллерийский дивизион и егерский батальон отошли в с.Арлагуль и д.Высокова, а вновь формирующиеся 3-й и 4-й Ижевские полки остановились в д.Щетниково. В последнюю же, ввиду переполнения д.Моховой отступающими частями, 19 августа 1919 года перешел и 2-й Ижевский полк. Ижевцы, без преувеличения, были лучшей частью белой армии. Их дивизия была сформирована из рабочих и служащих Ижевского оружейного завода, восставших летом 1918 года в тылу советских войск. В тысячеверстном походе от берегов Камы, родились отважные, лихие и смелые ижевские полки. Уже больше года не выходили они из огня беспрерывных боев и сражений, неутомимые, яростные, пламенные, неумолимые и грозные для врага. Были радости побед и горечь поражений, но неизменно повсюду и всегда, была с ними их сияющая слава…

 51

 51+

Фото: командиры ижевцев – полковник Ефимов(слева), генерал Молчанов, командир Ижевского конного дивизиона ротмистр Багиянц (с коллективного фото, Сучанские копи, 1921г и весна 1923г, Гирин из книги «М.Молчанов. Последний белый генерал» М.,2009.)

Командовал ижевцами, молодой 33-летний генерал-майор Викторин Михайлович Молчанов (прим.53). Уроженец г.Чистополя Казанской губернии, из семьи чиновника, он окончил Елабужское реальное и Алексеевское военное училища (1906), был командиром саперных рот во 2-м Кавказском саперном батальоне (1906), 2-м Восточно-Сибирском саперном батальоне (1908), 6-м Восточно-Сибирском  саперном батальоне (1910), участвовал в Первой мировой войне, командуя саперными ротами в 7-м Сибирском саперном батальоне и в 3-й Сибирской стрелковой дивизии на Рижском фронте, дослужился до подполковника. 20.02.1918г на станции Вольмар ранен и взят в плен немцами. В апреле 1918 гбежал из плена. В августе 1918г руководил восстанием в Елабужском уезде, командовал добровольческим отрядом, затем 32-м Прикамским полком. С января 1919г - начальник Ижевской бригады, затем дивизии, присвоено звание генерал-майора (03.1919). Его ближайшим верным помощником и руководителем штаба дивизии был 31-летний капитан Авенир Геннадьевич Ефимов (прим.54). Это был кадровый офицер, окончивший Симбирский кадетский корпус (1907) и Николаевское инженерное училище (1910). В белых войсках Восточного фронта он находился с взятия Казани и по окончании курсов военного времени Академии Генерального Штаба служил первоначально в штабе 2-го Уфимского корпуса, а с 24.02.1919 - начальником штаба Ижевской бригады. С тех пор, вся жизнь их обоих, была неразрывно связана с ижевцами. Большинство бойцов в дивизии были добровольцами и охотно шли в бой. На их плечах, помимо лямок походных сидоров, фляжек, дополнительных подсумков и скаток, лежала тяжесть простых синих погон с буквами «Иж» и белым кантом. Синий цвет у рабочих – был, цветом стали, символом покинутых ими родных заводов. Даже советские историки, отмечали и их заслуги, и воинскую доблесть. Яркую характеристику дает им Спирин, указывая, что это была воинская часть, «…лучшая во всей колчаковской армии. … Обремененные тяжестью преступлений против рабочего класса, они с сознанием обреченных, с клеймом Каина, отчаянно боролись в стане врагов рабочих и крестьян. … ижевцы почти никого не брали в плен, но и сами редко сдавались. Белогвардейское командование бросало Ижевскую дивизию, на самые ответственные участки фронта. Участие значительных групп ижевских рабочих на стороне белогвардейцев, было одним из самых печальных эпизодов гражданской войны…». 1-й Ижевский полк был сформирован из заводских рабочих. Командовал им 31-летний капитан Дмитрий Михайлович Михайлов (прим.55). Уроженец г.Мариямполя Сувалкской губернии, он окончил Виленское военное училище (1914) и дослужился до командира батальона 46-го Сибирского стрелкового полка. Участник Ижевского восстания 1918 года, он был вместе со своими стрелками с первых дней их борьбы. 2-й Ижевский полк, под командованием капитана Владимира Ляпунова, был сформирован из ижевских крестьян. Со слов перебежчика, «…обмундирование и вооружение в полках великолепное, настроение боевое, полки добровольческие…».

 52

Фото: смотр Ижевской дивизии адмиралом Колчаком в 1919 году (снимок из книги В.М.Молчанов. Последний белый генерал» М.,2009.).

Приказом по армии №233 от 29 июля 1919 года, прямо на фронте должны были формироваться дополнительно 3-й и 4-й Ижевские полки. Эта идея была неудачной. Как ни сильны были духовно и материально добровольческие части, все же выделение всего необходимого для формирования еще двух полков, значительно ослабляло их. Вместе с тем, появление в армии двух полков, изначально слабых численно и бедно снабженных, мало меняло соотношение сил на фронте. Тем не менее, 1 августа 1919 года, для создания двух новых полков, в дивизию прибыло пополнение — 52 молодых офицера Иркутского военного училища и 852 солдата, из которых более трехсот, были поправившимися от ранений и болезней ижевцами, а остальные – мобилизованными Бирского уезда Уфимской губернии. Однако, из-за больших потерь понесенных в боях на Урале и у Челябинска, начдив Молчанов решил распределить прибывшее пополнение в уже существующие части, повысив их общую численность с 650 до 1180 штыков, 140 сабель, 10 пулеметов, 7 трехдюймовых (76-мм) и 2 сорокавосьмилинейных (122-мм) орудий. Формирование 3-го и 4-го Ижевских полков, штаб дивизии смог начать лишь за Тоболом, когда части на несколько дней были выведены в резерв армии. Для этого, из существующих полков был выделен командный состав и небольшие кадры. Кроме того, в составе дивизии имелись инженерный и артиллерийский дивизионы, а так же конный дивизион, под командованием прапорщика Якова Богдановича Багиянца (прим.56). 22 августа 1919 года, в штаб дивизии в селе Арлагуль, прибыл совершавший поездку по фронту Верховный Правитель адмирал Колчак. Он произвел смотр полкам. С ним же, прибыло несколько грузовых автомобилей с подарками — папиросы, консервы, варенье, какао и пр. По свидетельству Ефимова, «…после церемониального марша, адмирал Колчак собрал к себе поближе ижевцев и обратился к ним с речью, благодарил за славные ратные дела и самоотверженную службу Родине. Он старался объяснить цель борьбы с большевиками, хотел что-то сказать о положении рабочих, но смешался и смутился. Ижевцы постарались выручить адмирала — послышались голоса: «Не надо говорить», «Мы вам верим», «С вами пойдем до конца» и т. д. Верховный Правитель, был этой встречей с ижевцами очень растроган, а его искренность и желание найти путь к солдатскому сердцу, были понятны и произвели больше впечатления, чем, если бы он произнес, блестящую речь привыкшего говорить опытного оратора» (86).

Кроме того, по железной дороге в район Петропавловска, в резерв фронта были выведены белые 7-я и 11-я Уральские, 13-я Казанская, а так же 4-я Уфимская дивизии, о которых будет сказано позже. Это был основной резерв фронта, предназначенный для перехода в наступление.

Штаб белой 3-й армии остановился на станции Лебяжье. Его работой руководил уроженец Воткинского завода, полковник Виктор Иванович Обретюхин (прим.57). Получив домашнее образование, он окончил Казанское пехотное юнкерское училище (1908), после чего начал службу подпоручиком в 215-м Бузулукском, 186-м Асландузском полках, окончил Академию Генерального Штаба (1914), участник Первой мировой войны, награжден орденами и Георгиевским оружием (15.12.1917), штабс-капитан (14.06.1915), старший адъютант штаба 3-й гвардейской пехотной дивизии (с 21.04.1915), начальник отделения управления генерал-квартирмействерства штаба Главнокомандующего армиями Западного фронта (12.1917), подполковник. С 25.04.1918г на службе в РККА. Прибыл в Казань 05.07.1918г для завершения учебы в Академии Генерального штаба. 06.08.1918г вступил в белую армию, помощник начальника канцелярии военного ведомства правительства Самарского Комуча (с 13.09.1918), начальник отдела снабжения Главного штаба (с 10.10.1918), начальник организационного отдела (с 25.10.1918), генерал-квартирмейстер Западной армии (25.03.1919), полковник (20.04.1919), начальник штаба Западной (впоследствии 3-й) армии (22.06.—10.10.1919). В его распоряжении, при штабе имелся конвойный эскадрон, в который были влиты солдаты распущенного, «ввиду плохого состояния», партизанского отряда Путинцева, находившегося ранее при штабе Уральской группы. Также, на станции Петухово находился 5-й Уфимский отдельный тяжелый дивизион особого назначения, под командованием подполковника Мельницкого. Со слов перебежчика, он состоял из трех батарей, насчитывавших 8-9 шестидюймовых (152-мм) гаубиц системы Шнейдера. Эти полевые тяжелые гаубицы образца 1910 года, имели вес в походном положении 2162кг и вес снаряда 40,9кг. По баллистическим качествам, они не уступали тяжелым гаубицам германской армии, а по дальности стрельбы и мощности снаряда превосходила их. Они могли стрелять до 12 км, но ввиду огромной начальной ссорости— 640 м\сек, канал этих пушек быстро изнашивался. Прямое и главное назначение этих гаубиц было разрушение укрытий, а не поражение живых целей. Для разведки, использовался базировавшийся на станции Варгаши белый 10-й авиаотряд, имевший три самолета «Сопвич» и три самолета «Ньюпор». Опознавательными знаками на крыльях у белых асов, был нарисованный белый круг с синим и красным ободками – цвета российского флага. Это обозначение, осталось со времен 1-й мировой войны и подчеркивало преемственность пилотов. Кроме того, летчики любили украшать свои аэропланы рисунками. Эмблемой 10-го белого авиаотряда был богатырь, летящий верхом на орле (87).

 53

Фото: командующий 2-й армией Н.А.Лохвицкий (снимок с сайта http://east-front.narod.ru/bio/lokhvitsky.htm).

Наступавшей по северной части Курганского уезда 30-й красной стрелковой дивизии, противостояли части 2-й белой армии, под командованием 51-летнего генерал-лейтенанта Николая Александровича Лохвицкого (прим.58). Уроженец города Москвы, из дворян, сын присяжного поверенного, он окончил 4-й Московский кадетский корпус (1887), Константиновское военное училище (1889), Академию Генерального Штаба (1896), служил офицером в лейб-гвардии Измайловском полку, был командиром роты Павловского военного училища, участвовал в русско-японской войне, в чине полковника (1906) командовал 95-м пехотным полком (1912). На фронтах Первой мировой войны командовал бригадой в 25-й (3.04.1915) и 24-й (8.05.1915) пехотных дивизиях, получил звание генерал-майора (1915), а с 21 января 1916 - командир 1-й Особой пехотной бригады во Франции, генерал-лейтенант (1917). Во время Гражданской войны - с 30 июня 1919 года прикомандирован к штабу Верховного главнокомандующего, с 14 июля 1919 - командующий 2-й армией. Это был опытный строевой командир, четко понимавший положение и состояние вверенных ему войск. Работой штаба армии, остановившегося вместе с конвойной стрелковой ротой, 15 августа 1919 года в с.Верхнесуерском, руководил 35-летний полковник Константин Константинович Акинтиевский.(прим.59) Уроженец Чернигова, он окончил Орловский кадетский корпус имени генерала Бахтина (1902) и Константиновское артиллерийское училище (1905), после чего был зачислен подпоручиком в гвардейскую запасную пешую батарею (1905), служил в гвардейском мортирном дивизионе, окончил Академию Генерального Штаба (1913), командовал ротой в 7-м Финляндском полку. С началом Первой мировой войны на штабной работе - помощником старшего адъютанта в штабе 9-й армии (27.10.1915), старшим адъютантом и офицером для поручений при штабе 1-го гвардейского корпуса (1916), старшим адъютантом оперативного отделения штаба 2-й армии (осень 1917), дослужился до подполковника, 28 ноября1917 г. командирован в Хабаровск в распоряжение командующего военным округом на должность начальника штаба округа. По прибытии 21 декабря1917 г. в Хабаровск отказался вступать в должность и выехал в Маньчжурию. 10 января1918 г. прибыл в Харбин в распоряжение генерала Хорвата. С января по май1918 г. - старший адъютант отчетного отделения штаба Заамурского Военного округа. С мая1918 г. по март1919 г. - состоял при штабе Российских войск полосы отчуждения КВЖД, полковник (март 1919), начальник квартирмейстерского отдела Главного штаба (с января по 27 мая1919 г.), начальник общего отдела штаба Верховного Главнокомандующего (27 мая — 10 июня1919 г.), начальник оперативного отдела штаба Верховного главнокомандующего (10 июня — 17 июля1919 г.), начальник штаба 2-й армии (с 17 июля по 12 ноября1919 г.). Это был опытный штабной офицер, досконально знающий свою службу. Армия состояла из трех групп - Конной, Южной и Северной, первые две из которых и действовали против красных уральцев.

 54

Фото: командующий Конной группой генерал В.И.Волков (снимок с сайта http://east-front.narod.ru).

Конной группой, созданной из бывшего Сводного казачьего корпуса, командовал сибирский казак 42-летний генерал-майор Вячеслав Иванович Волков (прим.60). Это был один из организаторов свержения советской власти в июне 1918 года в Западной Сибири, по своим убеждениям ярый монархист. Командовал 1-м Сибирским казачьим полком, с которым совершил рейд по Алтаю и полностью уничтожил красный отряд Сухова. В сентябре1918 г. – уполномоченный командующего армией по Охране государственного порядка, начальник Омского гарнизона. Предотвратил в ночь с 20 на 21 сентября1918 г. захват власти эсерами в Омске, арестовав 21 сентября1918 г. Крутовского, Шатилова, Якушева, Новоселова. Один из главных заговорщиков против Директории, генерал-майор (1918), начальник Омского гарнизона в 1918 – 1919 гг., начальник 4-го и 5-го корпусных районов с правами командующего отдельной армией и с присвоением прав генерал-губернатора Иркутска. В декабре1918 г. направлен во главе 4-го Сибирского корпуса для подавления Семенова в Забайкалье, но разоружен на железной дороге японскими войсками, не допустившими столкновения между белыми. С конца января по июнь1919 г. – официально являлся представителем Колчака по формированию казачьих частей во Владивостоке. Вместе с Катанаевым руководил в апреле – мае1919 г. подавлением Мариинского восстания в Атбасарском уезде, командующий Приамурским корпусом с июля1919 г, командир Сибирской казачьей дивизии, командир Сводно-казачьего корпуса, а затем Конной группы. Работой его штаба, расположившегося 12 августа 1919 года в с.Моревском, руководил полковник Генерального Штаба И.И.Смелов.

Отступая по Зауралью к реке Тобол, части Конной группы, с 3 августа 1919 года, по своей инициативе прикрыли находящийся уступом впереди правый фланг 3-й армии, позволив генералу Сахарову вывести свои части в резерв и выровнять фронт. В результате этого маневра, Конная группа была разорвана на две половины. Одна из них, прикрывала дороги к Тоболу, идущие севернее Илецко-иковского бора, а другая – отступала на город Курган. Это позволило избежать разрыва, между 2-й и 3-й армиями в60 километровпустого пространства. Однако, отходившие к Кургану 1-я Сибирская казачья дивизия, Красноуфимская бригада, 2-я Уфимская кавалерийская дивизия и Легкий стрелковый батальон со штабом группы, оказались отрезанными от частей своей армии, зайдя на полосу соседей. Необходимо было срочно собрать воедино, разбросанные дивизии и бригады. 12 августа 1919 года генерал Волков отдает приказ всем частям, находящимся у города Кургана, форсированными маршами двигаться на север (88).

Уже на следующий день, 13 августа 1919 года, когда красная конница штурмовала Курган, 1-я Сибирская казачья дивизия обошла город с юга через дер.Пименовка. Перейдя Тобол по мелкому броду у дер.Черемухово, казаки вышли в район деревень Лукино, Патронное и Колесниково, где остановились на ночлег. Дивизия, была образована из трех первоочередных полков Сибирского казачьего войска. Командовал ею 43-летний генерал-майора Николай Павлович Кубрин (прим.61). Это был сибирский казак, уроженец станицы Пресногорьковской, где до сих пор стоит его дом, он окончил Сибирский кадетский корпус и Николаевское кавалерийское училище (1895). В 1900 году, в чине сотника в составе 4-го Сибирского казачьего полка совершает поход в Манчжурию, участник русско-японской войны, подъесаул в 7-м Сибирском казачьем полку. Принимал участие в боях под Вафангоу и под Ходцзяпудза, был ранен, награжден орденами, получил чин есаула. После войны назначен помощником атамана 1-го военного отдела Сибирского Казачьего Войска, участвовал в Первой мировой войне командиром 1-й сотни 7-го Сибирского казачьего полка, ранен в голову, награжден орденами, присвоен чин войскового старшины (02.07.1916), командовал 7-м Сибирским казачьим полком. В 1917 году, пытался привести полк в Москву на помощь восставшим против большевиков юнкерам и офицерам, но сделать это не удалось. В середине ноября 1917 года покинул полк, уволился с военной службы и уехал в Пресногорьковскую. С 21 июня 1918 года – начальник 1-й Сибирской казачьей дивизии, генерал-майор. Начальником штаба дивизии был подъесаул Первушин.

 55

Рисунок: знамя 1-й Сибирской казачьей дивизии. (с сайта www.kolchakiya.narod.ru).

К моменту отхода за Тобол, дивизия была серьезно потрепана. Входивший в ее состав 1-й Сибирский казачий Ермака Тимофеевича полк, под командованием полковника В.Водопьянова, состоял из 6 сотен и к 12 августа 1919 года, насчитывал всего лишь 189 сабель и 7 пулеметов. 2-м Сибирским казачьим полком командовал полковник П.И.Блохин. В 6 его сотнях числилось 306 сабель и 4 пулемета. 3-й Сибирский казачий полк, под командованием есаула А.Новоселова, в 5 сотнях имел 514 сабель и 9 пулеметов. 6-я сотня этого полка находилась в командировке в Урянхайском крае. Огневую поддержку полкам, должен был оказывать 1-й Сибирский казачий конно-артиллерийский дивизион, под командованием есаул Калачева. В реальности же, к 12 августа 1919 года, от него имелась лишь 1-я батарея, состоящий из четырех трехдюймовых орудий. За бои под Уфой и на Урале, дивизия была награждена, по постановлению 5-го Чрезвычайного войскового круга Сибирского казачьего войска, знаменем особого образца. На одной стороне полотнища была изображена копия войсковой реликвии – Знамени Ермака, на другой – икона Св. Николая чудотворца (прим.62). Стяг был освящен и вручен представителям дивизии в Омске 14 сентября 1919 года. Едва рассвело, как казаки стали строиться в походные колонны. Марш предстоял не близкий. Вызвав командира 1-го полка, генерал Кубрин дал ему самостоятельную задачу. Казаки-ермаковцы, должны были направиться по западному берегу Тобола до с.Белозерское, где вести разведку и обнаружить подходящего к реке противника. Встретив по дороге красных, либо достигнув села Белозерское, 1-й Сибирский казачий полк должен был перейти за Тобол и идти на присоединение к своей дивизии. Вскоре, 2-й и 3-й Сибирские казачьи полки стали вытягивать свои колонны по тракту. Над головами всадников плескались полученные всеми тремя полками в 1909 году, знамена с Александровскими лентами и надписями: «1582-1909». Пройдя походным маршем, они к вечеру достигли деревень Камышная, Станишная и Лихачево, где остановились на ночлег. На следующий день, дивизия достигла деревень Богданово (2-й полк), Баженово (3-й) и Старопершино, где вновь остановилась на отдых. 1-й Сибирский казачий Ермака Тимофеевича полк, подойдя 15 августа 1919 года к дер.Шкодинское, сразу же обнаружил красных на другом берегу Тобола севернее Кургана в дер.Белоярской. Сочтя задачу выполненной, полковник Водопьянов направился с полком в с.Старопершино (89).

 56

Фото: Командный и офицерский состав 2-й бригады Сибирской казачьей дивизии (7-й и 8-й Сибирские казачьи полки) на сборном пункте перед выступлением на фронт.

1-й верхний ряд (слева направо): есаул И.В. Водопьянов(6), сотник Л.С. Постников(7), сотник А.П. Калачев(8). 2-й ряд: есаул Н.К. Рагозин(4),  есаул Н.П. Кубрин(10). 3-й ряд: есаул И.М. Берников(3), войсковой старшина А.И. Белов(4),  войсковой старшина Е.Н. Осипов(7), есаул В.Ф. Бедрин(9). 4-й ряд: подъесаул П.Г. Грибанов(3), сотник И.З. Сизухин(4), сотник В.П. Михайлов(6). 5-й нижний ряд: хорунжий В.Н. Трошков(1). Источник : В.А. Шулдяков Гибель Сибирского казачьего войска 1917-1920, М., 2004. (снимок с сайта http://www.scarb.ru/photoalbum/sibirskie-kazaki/).

Гордостью группы была Отдельная Златоустовско-Красноуфимская партизанская бригада, под командованием подполковника Александра Семеновича Рычагова. Работой ее штаба руководил подполковник И.Д.Дмитриев. Бригада была создана из повстанческих отрядов, сформированных восставшим весной 1918 года, крестьянским и горнорабочим населением Красноуфимского уезда. 1-й Красноуфимский полк, под командованием поручика Александра Я.Борчанинова, был образован в селе Воскресенском Красноуфимского уезда, из Красноуфимского добровольческого батальона, Уткинского и Златоустовского партизанских отрядов. К 12 августа 1919 года, в двух его батальонах насчитывалось 482 штыка, треть из которых были добровольцами. 2-й Кыштымский полк, под командованием штабс-капитана Я.Д.Жука, был сформирован в феврале 1919 года в городе Кыштым. К 12 августа 1919 года, в двух его батальонах насчитывалось 419 штыков, 93 сабель и 10 пулеметов. Более четверти бойцов были добровольцами. При бригаде находился Ачитский конный дивизион, сформированный из красноуфимцев-добровольцев и небольшого количества мобилизованных Пермской губернии. К 12 августа 1919 года, он состоял из одного эскадрона и насчитывал в своих рядах 192 сабли и 8 пулеметов. Так же, в бригаде имелись Красноуфимский артиллерийский и инженерный дивизионы. Перейдя 12 августа 1919 года реку Тобол у деревни Черемухово, полки белых стрелков-красноуфимцев заночевали в деревнях Кетово и Санино. На следующий день, едва рассвело, они двинулись дальше и к вечеру достигли деревень Барашково, Песчаная и Максимово, где вновь остановились на ночлег. 14 августа 1919 года, Красноуфимская бригада прошла село Мостовское, достигнув к вечеру деревень Нюхалово и Молотово. Здесь, в нее было влито пополнение – только что мобилизованные крестьяне Марайской волости. Вместе с бригадой, двигался отдельный Легкий стрелковый батальон, под командованием полковника Н.П.Лебедева. Он был сформирован из двух рот бывшего карательного отряда капитана Ванягина, действовшего в Кокчетавском и Атбасарском уездах. Еще одну роту, составили взятые из Курганской тюрьмы бывшие пленные красноармейцы, а так же присланные из 4-го Тюменского кадрового полка мобилизованные. Имевшиеся при батальоне кавэскадрон и пулеметная команда были укомплектованы на треть. Всего батальон насчитывал 310 штыков, 20 сабель и 4 пулемета. По приказу комгруппы, сразу по прибытии, батальон был направлен в с.Белозерское, для смены находящегося там 1-го Ударного полка (90).

Кроме них, в районе дер.Шкодинское под Курганом, 12 августа 1919 года, за Тобол отошла 2-я Уфимская кавалерийская дивизия, под командованием генерала Степана Степановича Джунковского (прим.63). Из потомственных дворян, он окончил элитный Пажеский корпус (1888), служил в Драгунском лейб-гвардии полку, достигнув, чина полковника и придворной должности флигель-адъютанта. Со своим полком участвовал в Петрой мировой войне, награжден золотым оружием (1915), присвоено звание генерал-майор (1915), комбриг в 16-й кавдивизии. Работой штаба дивизии руководил Бекевич-Валуйский. Это была одна из тех добровольческих частей, что дала армии Уфимская губерния. Большинство ее командиров, было из пехотных офицеров, а солдаты в основном из уфимских татар и башкир. 1-й Уфимский драгунский полк, под командованием полковника Саблина, был сформирован в городе Белебее из добровольцев и мобилизованных. История полка началась с партизанского отряда, переименованного затем в 1-й русско-чешский кавполк. В ноябре 1918 года, полк получил наименование драгунского. 2-м Уфимским уланским полком командовал ротмистр Дегтярев. 3-й Уфимский кирасирский кавполк, под командованием Редигера, был сформирован в Бирском уезде, на Шафеевом перевозе у дер.Киги, из Отдельного конного дивизиона Народной армии созданного 19 августа 1918 года. 4-й Уфимский Гусарский кавполк, под командованием ротмистра Скрябина, был сформирован из добровольцев 4-го кавполка старой армии в городе Бирске, с добавлением к ним некоторого количества мобилизованных. 3-й эскадрон полка, целиком составили бойцы бывшего Башкирского партизанского отряда. В состав дивизии входили Уфимский конно-артиллерийский дивизион (8 трехдюймовых (76-мм) орудий) и Уфимский инженерный дивизион. К 16 августа 1919 года, гусары со штабом дивизии прибыли в с.Мостовское, уланы остановились в дер.Отставная, а кирасиры заняли с.Марайское. Сюда же в с.Марайское, пройдя по маршруту Нечаево – Щучье – Смолино – Глинки – Шкодское – Костоусово – Галкино – Падеринка – Иковка – Чунеево – Варлаково – Ковалево – Глубокая – Белозерское – Боровское – Нюхалово, прибыл и штаб Конной группы во главе с генералом Волковым (91).

Прикрывая дороги к Тоболу, по северной опушке Илецко-Иковского бора отходила 2-я Сибирская казачья дивизия, под командованием полковника А.Бабикова. Она была образована из 4-го и 5-го второочередных полков Сибирского казачьего войска. 6-й Сибирский казачий полк, в состав дивизии не прибыл, составляя гарнизон города Омска. Работой штаба дивизии руководил капитан М.Б.Дмитриев. Вместе с ними, в арьергарде отступавших частей действовал 15-й Курганский полк с приданным ему артиллерийским взводом. Отступление осложнялось партизанскими выступлениями крестьян. Так, узнав о приближении красных, партизаны-«кустарники» из села Салтосарайское и деревни Пьянково, с присоединившимися к ним местными крестьянами, организовали добровольную дружину около 40 человек. 13 августа 1919 года, при попытке казачьего разъезда заехать в Пьянково, дружинники вступили с ними в бой и, потеряв нескольких раненными и одного убитым. Партизаны смогли отбить казаков, захватив при этом двух лошадей. По записи в метрической книге Николаевской церкви села Пьянково, в этом бою, видимо от случайной пули, погибла замужняя 19-летняя крестьянка из деревни Банниковой – Фекла Георгиевна Бахарева. На следующий день, к радости крестьян, в деревни Пьянкова и Могильная, уже вступили части красной 3-й бригады 30-й дивизии (92).

Севернее, у с.Белозерского, позиции занял белый 1-й Ударный Сибирский полк. Это были остатки частей Ударного Сибирского корпуса, созданного в мае 1919 года, под командованием полковника А.Н.Лабунцова, из 1-й и 2-й Ударных Сибирских дивизий. Работой штаба корпуса, остановившегося в селе Боровском, руководил капитан Б.В.Люба. Входившая в состав корпуса, 1-я Ударная Сибирская дивизия, была сформирована на базе 1-й Ударной Сибирской бригады в г.Екатеринбурге. Другая 2-я Ударная Сибирская дивизия, создавалась из 2-й Ударной Сибирской бригады в г.Тюмени и г.Екатеринбурге. Личный состав полков, состоял из мобилизованных Тобольской и Пермской губерний. В боях на Урале, корпус был разбит, потеряв большое количество пленных. К середине августа, его остатки сконцентрировались у с.Белозерское, где, дождавшись смены, они должны были отойти в тыл на переформирование в район станции Дубынская и сел Яровская-Новоалександровка. Из них предполагалось сформировать новую 1-ю Екатеринбургскую дивизию (93).

 57

Фото: командующий Южной группой генерал Г.А.Вержбицкий (снимок с сайта http://dic.academic.ru/dic.nsf/ruwiki/838210).

Севернее села Белозерского, на восток отходили части Южной группы (бывший 3-й Степной Сибирский корпус), под командованием 44-летнего генерал-лейтенанта Григория Афанасьевича Вержбицкого (прим.64). Выходец из мещан г.Летичева Подольской губернии, он не окончив Каменец-Подольской гимназии, поступил вольноопределяющимся в 45-й Азовский полк (1893), где дослужился до унтер-офицера (1894), а после окончания Одесского пехотного юнкерского училища (1897), служил в 30-м пехотном Полтавском полку. Участник русско-японской войны, командир роты 11-го Семипалатинского полка, штабс-капитан (1905). За боевые заслуги награждён орденами, капитан (1913). Участник экспедиционного отряда, отправленного 12 июля 1913г в Монголию для охраны коммуникаций. Командуя отрядом, 31 августа 1913г занял китайскую крепость Шарасуме. Участник Первой мировой войны, командир батальона 44-го Сибирского стрелкового полка. В боях был дважды ранен и контужен, за боевые заслуги произведен в подполковники, затем в полковники (октябрь 1916), за доблесть был награждён Георгиевским оружием и орденами. В 1917 — командир формируемого 536-го пехотного Ефремовского полка. С 1 сентября 1917 — командир бригады 134-й пехотной дивизии. После перехода фактического командования к солдатским комитетам, не признавая выборность командиров в армии, отказался от предложенной ему должности начальника 134-й пехотной дивизии. За это был судим общим собранием комитетов корпуса и приговорен за неповиновение Советской власти к смертной казни, но смог бежать. 8 декабря 1917 уехал в Омск, затем жил в Усть-Каменогорске, где сформировал офицерскую организацию, активный участник антибольшевистского восстания в этом городе в июне 1918. С июня 1918 — начальник 1-й Степной Сибирской стрелковой дивизии (26 августа она была переименована в 4-ю Сибирскую стрелковую дивизию). 20 июля 1918 был произведён в генерал-майоры за взятие Тюмени. Осенью того же года, командуя Западно-Сибирским отрядом, выбил большевистские войска из бассейна реки Тавды и городов Алапаевска, Нижнего Тагила и Верхотурья, занял Горнозаводский район. Участвовал в Пермской операции. С 12 января 1919 — командующий 3-м Степным Сибирским армейским корпусом Сибирской армии. В том же месяце, за боевые отличия по овладению Уральским хребтом, произведен в генерал-лейтенанты. Успешно действовал во время Кунгурской операции (январь — март 1919). В весеннем наступлении белых войск 1919г его корпус после упорных боев овладел 7 апреля Воткинским заводом, а 13 апреля его части взяли Ижевск. Был уполномоченным правительства с правами генерал-губернатора в освобождённых районах Западной Сибири. С июня 1919г — командовал Южной группой войск Сибирской армии.

 

 58

 58+

Фото: А.Я.Крузе в Русской и Советской армиях. (снимок из личной коллекции О.Морозова, с сайта http://siberia.forum24.ru/).

Работой штаба Южной группы, остановившегося в с.Шмаковское руководил полковник Апполон Яковлевич Крузе (прим.65). Уроженец Санкт-Петербурга, он получил образование в классической гимназии, после чего окончил Владимирское военное училище (1914) и выпущен подпоручиком в 91-й Двинский полк. Участник Первой мировой войны, получил ранение под Краковом (05.11.1914), находился на лечении. С 02.1915 снова на фронте, контужен, начальник команды разведчиков, командир роты, батальона, штабс-капитан (1916), ранен осколками снаряда в лицо и правое бедро, за отличия в бою присвоено звание капитана (1916). Окончил ускоренные курсы Академии Генерального Штаба (1917), старший адъютант штаба 19-й Сибирской дивизии (01.02.1917), начальник штаба 23-й дивизии (26.06.1917), подполковник (1917). Награжден орденами. С 29.01.1918 - начальник 3-го организационного отделения штаба по формированию добровольческих частей на Румынском фронте при управлении генерал-квартирмейстера штаба фронта. С 10.05.1918 зачислен на старший курс Академии Генерального штаба. 25.07.1918, являясь слушателем академии, принял активное участие в свержении советской власти и вступил в должность помощника коменданта г.Екатеринбурга. В начале 08.1918 командирован в штаб чехословацких войск на должность начальника штаба отряда Екатеринбургского района. Начальник штаба 4-й Сибирской дивизии (26.08.1918 — 03.01.1919), начальник штаба 3-го Степного Сибирского корпуса (с 05.01.1919), полковник (03.12.1918), начальник штаба Южной группы войск Сибирской армии (с 19.04.1919). Долгие годы в памяти шмаковских крестьян, где остановился штаб Южной группы, которым руководил Крузе, сохранились воспоминания о прекрасном духовом оркестре, игравшем по вечерам на площади и собиравшем множество женщин и молодежи. Группе был придан Отдельный тяжелый артиллерийский дивизион, под командованием подполковника Муффеля, в четырех батареях которого, имелось 9 сорокавосьмилинейных (122-мм) и 2 шестидюймовых (152-мм) орудия.

На левом фланге группы отходила Штурмовая бригада, под командованием подполковника Троицкого. Она была сформирована при 3-м Степном Сибирском корпусе на станции Шумково в Кунгурском районе, на базе стоявшего в Тюмени 6-го кадрового полка. Преобразованный в сентябре 1918 года в 49-й Сибирский полк, он в феврале 1919 года был двинут на фронт, где в мае 1919 года разделен на два батальона, ставшие основой для формирования полков бригады. 1-й Штурмовой полк, под командованием капитана Баландина, формировался в июне 1919 года в городе Шадринске, на базе 1-го батальона 49-го Сибирского полка. 2-м Штурмовым полком командовал 41-летний подполковник Иннокентий Иннокентьевич Китновский (прим.66). Уроженец Томска, он получил образование в Томском реальном училище. В службу вступил вольноопределяющимся (28.09.1896), окончил Казанское юнкерское училище, выпущен подпрапорщиком в Омский резервный пехотный батальон, подпоручик (1.03.1900). В Русско-японскую войну офицер 12-го пехотного Сибирского Барнаульского полка, поручик (1.03.1904), за боевое отличие штабс-капитан (1.06.1904), награжден орденами, капитан 44-го Сибирского стрелкового полка (28.12.1911). В Первую мировую войну командир роты 44-го Сибирского стрелкового полка, подполковник (31.05.1915), награжден Георгиевским оружием (07.11.1915 г.). 30.06.1915 – был ранен, попал в плен. Вернулся в Барнаул (27.08.1918) и был направлен в 3-й Барнаульский полк. Из-за ранений назначен начальником Новониколаевской унтер-офицерской школы. После расформирования школы в апреле 1919г., вновь направлен на фронт. При бригаде имелся 3-й Сибирский Штурмовой артиллерийский дивизион, в составе 1-й (3 трехдюймовых орудия) и 2-й (2 трехдюймовых орудия) Штурмовых батарей, а так же 4-й гаубичной (1 орудие) батареи. 3-я Штурмовая батарея формировалась в городе Красноярске. Под прикрытием арьергардов, вечером 12 августа 1919 года, 2-й Штурмовой полк переправился через Тобол у дер.Речкино, после чего занял позицию у дер.Русаково, где штурмовики уничтожили имевшийся здесь мост. Левый фланг позиции полка протянулся до излучины в 1 версте южнее деревни. В это же время, 1-й Штурмовой полк переправился за Тобол в районе деревень Палкино, Куликово и Пешная, после чего занял позицию южнее дер.Речкино, вплоть до излучины реки напротив дер.Песчаной. Белым стрелкам-штурмовикам, надо было дождаться их смены 14-м Иртышским полком, после чего вся бригада должна была отойти в резерв в район деревень Мокино и Широково. При этом, пользуясь неразберихой во время отхода, многие из недавно мобилизованных солдат стремились вернуться домой. Так 15 августа 1919 года, из учебного батальона Штурмовой бригады, которым  командовал подпоручик Ляпустин, дезертировали стрелки Коржавин Григорий, Миллер Владимир, Корунко Тихон, Матаев Семен, Зимин Андрей, Горбунов Николай, Лензин Иван и Кокшаров Фома (94).

Одновременно, к Тоболу отошли и части 18-й Сибирской дивизии, под командованием 33-летнего полковника Николая Николаевича Казагранди (прим.67).

 59

Фото: капитан Николай Николаевич Казагранди, 1918г (снимок из книги О.А.Немытова, Н.И.Дмитриева «16-й Ишимский стрелковый полк», Екатеринбург, 2009г, с.58-59).

Уроженец г.Кяхты Троицкосавского округа Забайкальской области, из семьи итальянского инженера, он окончил Троицкосавское реальное училище, Владивостокскую и Томскую гимназии, юридический факультет Казанского университета, Владимирское военное училище. Участвовал в Первой мировой войне штабс-капитаном инженерных войск, затем командир Ревельского морского батальона смерти при обороне архипелага Моонзунд на Балтийском море в 1917. После развала русской армии выехал на родину через Сибирь, однако до Кяхты так и не доехал. Участвовал в деятельности тайной офицерской антибольшевистской организации, после начала восстания против большевиков в Сибири сформировал и возглавил 1-й партизанский офицерский отряд. Выступил на фронт во главе отряда 7 июня 1918г. В конце июля 1918г., отряд Казагранди в составе 6-го Степного стрелкового полка, участвовал в ожесточенных боях под Тобольском и Тюменью, а в начале сентября 1918г - под Камышловым, Еремино, Ирбитом, Алапаевском. Произведён в капитаны и назначен командиром 16-го Ишимского Сибирского стрелкового полка, основой которого стал его отряд. 13 октября 1918г., его полк занял город Верхотурье, спустя неделю — Турьинские Рудники. 27 октября 1918 года, Казагранди был назначен командиром Боевой колонны в составе 16-го Ишимского, 19-го Петропавловского полков и ряда других подразделений. В ноябре занял весь Верхотурский уезд, разгромил 3-ю бригаду 29-й стрелковой дивизии Красной армии, участвовал во взятии г.Перми. С декабря 1918г — подполковник, с февраля 1919г — полковник. С апреля 1919г — командир 18-й Сибирской стрелковой дивизии, которая была фактически им создана. Работой штаба дивизии руководил капитан Николаевский. Дивизия была сформирована, на базе кадра выделенного из 4-й и 7-й Сибирских дивизий, из мобилизованных жителей Пермского, Оханского, Верхотурского, Соликамского, Кунгурского, Красноуфимского и Екатеринбургского уездов. Входивший в ее состав 69-й Сибирский полк, был создан в июле 1919 года из 1-го Егерского (ранее – 1-го Ударного) полка. 70-й Сибирский полк, под командованием капитана Сиротина, был сформирован из 2-го Егерского полка, созданного в г.Кунгуре на базе 7-го Сибирского егерского батальона, из мобилизованных пермяков. Полк состоял из двух батальонов, около половины его составляли добровольцы. 71-й Сибирский полк, под командованием подполковника Соколова, был образован из 75-го Сибирского полка, созданного на базе 1-го Кунгурского кадрового полка, из мобилизованных крестьян Осинского, Кунгурского и Верхотурского уездов. Около четверти его составляли добровольцы. Буквально накануне, 28 июля 1919 года, во время боя у стан.Долматово, красным удалось захватить знамя полка. 72-й Сибирский полк, под командованием подполковника Парфенова, был сформирован из 76-го Сибирского полка, созданного в июне 1919 года в Кунгуре на базе 2-го Кунгурского кадрового полка. Кроме того, распоряжении начдива имелись 18-й Сибирский егерский батальон, 18-й Сибирский конно-егерский дивизион, 18-й Сибирский артиллерийский дивизион и 18-й Сибирский инженерный дивизион.

В рядах дивизии, командуя конными егерями, сражался знаменитый 33-летний подполковник Михаил Михайлович Манжетный (прим.68).

 60

Фото: полковник Манжетный, фото 20-х годов, Китай.

Уроженец г.Кельцы, он окончил Воронежский кадетский корпус и Елисаветградское кавалерийское училище (1908), после чего, служил в 54-й драгунском, 17-й уланском Новомиргородском полках (26.03.1907). Дослужился до звания поручика (01.09.1910), после чего, в отличие от многих офицеров, выбрал необычную для себя стезю, переведясь в Отдельный корпус жандармов (10.04.1910), штаб-ротмистр (06.12.1913), заведовал контрразведкой на шведской границе (25.06.1914), присвоен чин ротмистра (06.12.1914), назначен начальником жандармского отделения на ст.Курган (20.12.1917). 10.06.1917 – уволен со службы, 01.06.1918 – командир Сводной сотни в партизанском отряде подполковника Смолина, начальник конвоя штаба 1-й Сибирской дивизии (08.1918), подполковник и начальник самостоятельного отряда (09.1918), помощник командира 1-го Екатеринбургского уланского полка (01.1919), командир конно-егерского дивизиона 18-й Сибирской дивизии (05.1919). Награжден орденами. Возглавляемые им конно-егеря, сражались под стягом, подаренным им весной 1919 года населением Прикамья.

В ночь на 13 августа 1919 года, части 18-й Сибирской дивизии переправились через Тобол у деревень Мысова, Памятная и Волосниково. С утра, они стали занимать места, отведенные им для обороны. 71-й Сибирский полк с 3-й легкой батареей, занял оборону по восточному берегу реки, от дер.Дугино до переправы у села Усть-Суерского, обороняя деревню и саму переправу. 70-й Сибирский полк, с конно-горным артиллерийским взводом, занял позицию у дер.Екимово, протянув свой правый фланг до переправы у села Усть-Суерского. Отход дивизии к Тоболу, прикрывал остававшийся на западном берегу 69-й Сибирский полк. Вместе с 2-й легкой батареей, он занимал позиции у дер.Стенниково. Кроме того, у с.Вагино держал оборону 72-й Сибирский полк (95).

 61

61. Фото: начдив 4-й Сибирской дивизии генерал-майор И.С.Смолин, 1921г.

Последними, 14 августа 1919 года, к Тоболу подошли части 4-й Сибирской дивизии, под командованием 35-летнего генерал-майора Иннокентия Семеновича Смолина (прим.69). Уроженец г.Якутска, окончивший Иркутское военное училище (1905), он служил в 44-м Сибирском стрелковом полку, участвовал в русско-японской войне. Затем служил в 11-м Сибирском стрелковом полку. В период Первой мировой войны — командир роты, батальона, помощник командира и командир 4-го Финляндского полка, был дважды ранен, тяжело контужен, присвоено звание подполковника (1917), награждён орденами и Георгиевским оружием. В начале 1918 года возглавил подпольную офицерскую организацию в Туринске, преследуемый большевиками скрывался в окрестностях города, в июне 1918 перешёл линию фронта, с 20 июня 1918 — командир партизанского отряда, полковник (07.1918), командир 15-го Курганского полка, особой колонны из нескольких полков, начальник 4-й Сибирской стрелковой дивизии (01.1919). В феврале 1919 года присвоено звание генерал-майора. Работой  штаба его дивизии руководил 33-летний подполковник Афиноген Гаврилович Аргунов (прим.70). Уроженец Енисейской губернии, окончивший Енисейское училище и Иркутское военное училище, он был выпущен на службу в 100-й Островский полк. Участник Первой мировой войны в составе 12-го гренадерского Астраханского полка, штабс-капитан (1916), награжден орденами и Георгиевским оружием. Дивизия была сформирована на базе 1-й Средне-Степной стрелковой дивизии. Кадр ее полков составили добровольцы и самомобилизовавшиеся жители Тобольской и Пермской губерний. 13-й Омский полк, под командованием капитана Николая Алексеевича Мельникова, был сформирован в городе Омске, в первые дни антибольшевистского восстания, под наименованием 1-го Степного полка. Его основу, составили 150 местных добровольцев. Затем в городе Ишиме, в полк влилась Ишимская офицерская рота в количестве 96 человек. Добровольцы составили прочный костяк части. Даже к осени 1919 года, после полутора лет боев, их было около половины из личного состава полка. 14-й Иртышский полк, под командованием подполковника Домбровского, так же начал свое формирование в г.Омске, в первые дни после свержения власти большевиков, под наименованием 2-го Степного полка. Затем, в городе Кургане, в него был влит Курганский добровольческий отряд в количестве 150 офицеров, гимназистов и реалистов, а в Шадринске присоединился Шадринский добровольческий отряд из 150 человек. С конца 1918 и до середины 1919 года, полк пополнялся мобилизованными Верхотурского уезда, курганцами и кокчетавцами, а так же шадринцами. К 18 августа 1919 года, он насчитывал в своих рядах 80 офицеров, 299 штыков, 233 пулеметчика, 46 сабель, 336 нестроевых солдат, имел на вооружении 4 пулемета системы «максим», 1 пулемет системы «кольт» и 4 бомбомета. 15-й Курганский полк, под командованием подполковника Бориса Вержболовича, начал свое формирование в городе Омске, сразу же после свержения Советской власти, под наименованием 3-го Степного полка. Чуть позже, в него были влиты две Петропавловских, а так же Ишимская добровольческие роты. После боев в районе Ирбита, в полк включили остатки Курганского добровольческого отряда. К 15 августа 1919 года, в нем насчитывалось 93 офицера, 920 солдат, 24 добровольца, 580 нестроевых чинов, на вооружении имелось 15 пулеметов системы «максим», 6 пулеметов системы «кольт», 3 пулемета системы «Льюис». 16-й Ишимский полк, был сформирован в Омске из 1-го Омского офицерского отряда Казагранди (61 пехотинец и 10 артиллеристов). Позднее, в него влились Тарский повстанческий отряд (19 человек), Петропавловская рота Федоровича и 3-й Омский офицерский отряд (21 человек). Командовал ишимцами 26-летний подполковник Александр Григорьевич Метелев (прим.71). Выходец из крестьян Тюкалинского уезда Тобольской губернии, он окончил Омский политехнический институт и Павловское военное училище, после чего был выпущен прапорщиком в 109-й запасной полк. Участвовал в Первой мировой войне, командиром роты в 190-м Очаковском  и командиром пешей разведки в 312-м Васильковском полках, был ранен, за храбрость награжден орденами, дослужился до штабс-капитана, был контужен под Торно-Буковино. Гражданскую войну встретил, долечиваясь дома в Омске. Стал заместителем командира 1-го Омского Офицерского отряда, командиром 3-й боевой группы, затем 3-й роты, с 5 сентября1918 г. - командир 2-го батальона Омского офицерского отряда, капитан (09.1918), с 16 октября 1918 - врид командира полка. 1 декабря 1918 - за взятие Кушвы награждён французским орденом с пальмовой ветвью, с 22 апреля1919 г. - командир полка. К 16 августа 1919 года, его полк насчитывал 43 офицера, 885 солдат и 228 нестроевых. Ишимцы сражались под знаменем, изготовленным монахинями Верхотурского Покровского женского монастыря и подаренному полку, по решению земства и горожан Верхотурья, в благодарность за освобождения города от большевиков. Стяг был вручен архимандритом Ксенофонтом, командиру полка полковнику Н.Н.Казагранди в первых числах декабря 1918 года на станции Кушва. Это было тканое полотнище с ликом Николая Чудотворца и словами «С нами Бог». В распоряжении начдива имелся 4-й Сибирский артиллерийский дивизион, под командованием подполковника Плотникова. Он состоял из 1-й, 2-й, 3-й легких и 4-й гаубичной Степных батарей. Кроме того, в состав дивизии входили 4-й Сибирский егерский батальон под командованием капитана Емлина, 4-й Сибирский инженерный дивизион, 4-й Сибирский учебный батальон, под командованием поручика Пономарева и 4-й Сибирский конный дивизион, состоявший из конной сотни бурят.

Переправившись за реку и уничтожив мост у дер.Речкино, 16-й Ишимский полк, занял предмостное укрепление у дер.Волосниково, а 13-й Омский полк – предмостные укрепления у деревень Памятное и Екимово. Отход частей к Тоболу, прикрывали остававшиеся на западном берегу у д.Шмаково (Светлый Дол) 14-й Иртышский и 15-й Курганский полки (96).

 62

Схема: Боевые участки 1-го и 2-го батальонов 16-го Ишимского полка на Тоболе.

 



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites