kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Олег Винокуров. Битва на Тоболе: 1919-й год в Курганской области » 2.4 Боевые действия красной 30-й дивизии у села Белозерского, взятие села Мокроусово

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




2.4 Боевые действия красной 30-й дивизии у села Белозерского, взятие села Мокроусово

Территория современного Белозерского района, лежащего на самом севере Курганской области, была единственным местом, где отступавшие белые части, несмотря на свою слабую численность, пытались не допустить красных к реке, удерживая предмостные укрепления. Главным узлом сопротивления здесь, стало село Белозерское – крупный волостной центр, пересечение дорог с запада на восток, из Сибири в Россию, и с юга на Тюмень и Тобольск. Здесь, наступали части красной 30-й стрелковой дивизии, входившей в 3-ю красную армию командарма Алафузова.

Еще ночью 15 августа 1919 года, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк, наступавший в авангарде, двигаясь по дорогам идущим севернее Илецко-Иковского бора, подошел к дер.Обабково. Здесь, отход белой армии прикрывал 5-й Сибирский казачий полк, под командованием войскового старшины П.И.Путинцева. По сведениям, хранящимся в Белозерском районном музее, ночью передовая рота красных подошла к деревне. В темноте, опасаясь потерять управление боем, командир не решился атаковать селение. Бойцы тихо залегли за крайними домами. Но едва рассвело, как цепь красноармейцев, поднявшись, двинулась вперед. Внезапно, с мельницы, тишину фронта разрубила тонкая строка пулеметной очереди. Бойцы попадали на землю. И в это же время, из ближайшей балки, в атаку бросилась полусотня казаков. Пластаясь по ветру, вихрем летят застоявшиеся кони, сверкают на солнце высоко поднятые над головами шашки. Здесь для пехоты главное – не дрогнуть. Пехота никогда не должна бояться кавалерии, против пехоты она бессильна, если только пехота не поддается панике. Испугаться и начать бежать – гибель. Конница всегда настигнет и зарубит. Нужно твердо стоять на месте и стрелять по атакующей коннице. И та не выдержит. Лошадь так устроена, что не может идти против огня – шарахнется в сторону и побежит обратно. И красные бойцы не спасовали. Ударил пулемет, загрохотали залпы винтовок. Где мгновение назад катилась вражеская лавина, передние ряды уже поворачивают, под разящими ударами свинца и стали, стягиваются к опушке, не входя в лес. Внезапно, по дороге из с.Чаши блеснуло что-то, похожее на вспышку солнечного луча. Вскоре, это нечто движущееся приблизилось и оказалось артиллерийским орудием – знаменитой пушкой-трехдюймовкой. Встав на пригорке у крайних изб, орудие выкатили на прямую наводку. Выстрел – и с громким его эхом, сливается свист летящего снаряда. Шрапнель ударила по казакам. Рассыпавшись по полю, те попытались атаковать, но под градом летящей картечи отошли, осыпая издалека позицию батареи выстрелами. Одним из них, был ранен заряжающий и на его место, подносить снаряды к орудию, встал местный крестьянский мальчик Николай Дмитриевич Казанцев. В этом бою погиб 27-летний обабковский крестьянин Петр Михайлович Джанников, записанный в метрическую книгу Сорокамученической церкви в с.Мендерском. Подошедший красный эскадрон стал преследовать отходящих казаков, которые отступили на д.Шмаково (Светлый Дол).

Здесь, находились главные силы белого арьергарда – 1-й батальон 15-го Курганского полка с артиллерийским взводом и 4-й Сибирский казачий полк. В первом же столкновении разведок, сквозное ранение бедра получил прапорщик 1-й роты, доброволец Гошков Михаил Филиппович, уроженец д.Горки, Стриганской волости, Ирбитского уезда, Пермской губернии и пропал без вести, прибывший недавно из маршевой роты стрелок Туринцев Егор Николаевич, из крестьян с.Тамакульское, Камышловского уезда, Пермской губернии. Подступив к деревне, красные попытались обойти обороняющихся со стороны д.Заречная, но не удачно. В бою под д.Заречной, были ранены стрелки 9-й роты 15-го Курганского полка Смолин Василий Митрофанович, уроженец Пермской губернии, г.Камышлов, Зырянов Федот, родом из Пермской губернии, Шадринского уезда, с.Бугаево и Кулаков Тит, из Осинского уезда, с.Юговское. Поняв, что маневр здесь не поможет, на следующий день 16 августа 1919 года, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк начал наступать на левый фланг обороняющегося здесь, белого батальона 15-го Курганского полка. Залегшие стрелки били по наступающим из винтовок, выпуская по врагам обойму за обоймой. Кружилась сорванная пулями листва, сильная отдача выстрелов раскачивала тела. Сбив обороняющихся с позиции, 269-й полк занял д.Шмаково, потеряв 1 красноармейца убитым и взяв 8 пленных с винтовками. Но бой на этом не закончился. Белый офицер, поднял своих стрелков-курганцев в контратаку. Им вновь удалось выбить красноармейцев и занять д.Шмаково. В атаке были ранены стрелки 3-й роты 15-го полка Харченко Тихон Васильевич, уроженец Тобольской губернии, Калачинского уезда, Царицынской волости, с.Благовещенское и Завьялов Полекар Филиппович, родом из Пермской губернии, Шадринского уезда, Буткинской волости, д.Казаково, а так же без вести пропал Ловков Роман Степанович, уроженец Шадринского уезда, Водениковской волости, с.Неониленское. Впрочем, вскоре, пришел приказ, отходить. В строгом молчании уходили на восток ряды белых воинов, неся над собой частоколы ружей. Оставив д.Шмаково, белые стрелки-курганцы вместе с казаками, отступили на позиции западнее с.Белозерского, прикрывая имевшуюся здесь переправу. Едва последние телеги спешащих на восток полковых обозов скрылись за рекой, как, снявшись с позиции, батальон белого 15-го Курганского полка отошли за реку в д.Песьяное. Уходивший последним председатель Белозерской земской управы Ефименко, лично обрубил канаты державшие наплавной мост через реку у села, отправив его вниз по течению. Отступавший здесь же, 4-й Сибирский казачий полк, вместе со штабом 2-й Сибирской казачьей дивизии, переправился у с.Иковского и расположился в деревнях Кустовая и Чунеево (ныне обе не существуют, между Иковским и Бузаном). Штаб казачьей дивизии остановился в д.Зюзино. Отходивший последним 5-й Сибирский казачий полк, 16 августа 1919 года посотенно переправился через Тобол у дд.Корюкино, Меньшиково и остановился в д.Глубокая. Сдав затем переправы подошедшим частям белой 13-й Сибирской дивизии, казаки ушли в с.Белозерское. Вечером того же дня, 269-й Богоявленско-Архангельский полк без боя занял д.Шмаково.

На левом фланге 3-й красной бригады, наступал 268-й Уральский полк. Его целью была небольшая деревушка Доможирово. Здесь оборонялся отходивший в арьергарде белых частей батальон 14-го Ишимского полка, при поддержке взвода артиллерии. К этому времени, весь белый полк насчитывал в своих рядах лишь около 300 штыков. Завидев наступающие цепи противника, стрелки, ловко насытили свои тяжелые винтовки, острыми жалящими пулями. Разгорелся бой. Оказывая упорное сопротивление, белый батальон с боем отходил через д.Куликово (Палкино), к переправе у д.Речкино. В бою погиб командир 3-й роты 268-го полка и было взято 3 пленных, среди которых был перебежчик 2-й Штурмовой батареи. Кроме него, в занятой после упорного боя д.Куликово, отстав, сдался в плен стрелок Мошкин Василий Андреевич, уроженец этой деревни, а в д.Памятное был взят  в плен еще один солдат из 13-го Омского полка. Взоры крестьян, поразил красный флаг у вступивших в деревню красноармейцев, с огромной надписью: «В Сибирь за хлебом!». Занимавший севернее д.Скатово (Сладкий Лог) белый 59-й Саянский полк из состава 15-й Омской дивизии, обнаружив отход соседей, без боя оставил свою позицию и отошел восточнее деревни, где окопался. Здесь, к красным вышли скрывавшиеся партизаны-«кустарники» А.Вагин со своим братом.

Двигавшийся в авангарде 2-й бригады, красный 2-й батальон 266-го рабочего имени Малышева полка, утром 16 августа 1919 года, выступил из с.Першино на д.Стенниково. Снова идут колонны, бесконечная степь, бесконечный обоз. В трех километрах западнее д.Стенниково, занял оборону белый 69-й Сибирский полк с батареей из трех 76-мм орудий. Начался бой, цепи красноармейцев потекли в атаку. Раскалились стволы орудий, от беспрерывной стрельбы закипела вода в пулеметах. Оказав упорное сопротивление, белые стрелки-сибиряки отбили первую атаку, потеряв раненными стрелков Тихонова Александра и Мансурова Карима. Потери красных составили - 4 убитых и 30 раненных. Возможно, это и есть те четверо неизвестных красноармейцев, похороненных в братской могиле в с.Боровлянка. К вечеру, собрав в кулак все свои силы, красный 266-й имени Малышева полк вновь перешел в наступление. Однако, на удивление красноармейцев, серьезного сопротивления на этот раз они уже не встретили. Выяснилось, что белый 69-й Сибирский полк отошел к д.Волосниково, где переправился за Тобол и занял окопы идущие восточнее дороги из с.Усть-Суерского на д.Зверево. Красноармейцы остановились на ночлег в д.Стенниково. Одновременно, на левом фланге бригады, красный 267-й Горный полк двинулся из д.Тебеняк на с.Вагино. Здесь, в пяти километрах западнее села, занял оборону прикрывавший отход белый 72-й Сибирский полк. Бой начался под вечер. Сначала рявкнули орудия, потом солдаты бросились на штурм окопов. Белые стрелки-сибиряки были отброшены на северо-восток к д.Заозерной и отрезаны от остальных частей дивизии. Форсированным маршем, белому 72-му Сибирскому полку удалось опередить красных и выйти к с.Усть-Суерское, где стрелки переправились за реку и заняли окопы у д.Зверево, протянув свой фланг до переправы у с.Усть-Суерского. Их поддерживали белые 1-я легкая и 4-я гаубичная батареи 18-го Сибирского артдивизиона. Преследуя отступившего противника, красный 267-й полк под вечер без боя занял д.Мясниково, где остановился на ночлег. Здесь, у д.Заозерной, сдались партизаны-«кустарники» Г.Е.Попов и Д.П.Иголкин.

 153

Схема боев красной 30-й дивизии на подступах к р.Тобол.

17 августа 1919 года начались бои за переправы на реке Тобол. Отдохнувший за день, красный 266-й рабочий имени Малышева полк, выступил из д.Стенниково по дороге на с.Усть-Суерское. Летом 1919 года, густо пылились бескрайние полевые дороги Зауралья. Шагали по ним войска, катили колеса пушек, многочисленных обозов, машин. Бинокли командиров шарили по перелескам и складкам полей, а разведчики поили коней водой из студеных колодцев. Колонны бойцов, щетинясь штыками шли к Тоболу. На скрипучих повозках, за ними везли многочисленные пулеметы. В предмостном укреплении у села Усть-Суерское, оборону держал 70-й Сибирский полк. Медленно, неторопливым шагом офицеры обходили окопы. Бойцы занимаются своим делом: одни осматривают и чистят оружие, другие набивают патронами пулеметные ленты, а некоторые, расстелив «по-домашнему», на дне окопа платок, подкреплялись перед боем. Взвизгнув, шлепнулась о сухую глину бруствера шальная пуля, улетела рикошетом в сторону, оставив за собой лишь облачко красноватой пыли. Развернувшись в цепи, красноармейцы энергично двинулись в атаку. Вскоре, от беспрерывной стрельбы, расходуя ленту за лентой, закипели «максимы». Отвинтив медную пробку кожуха, номера спешно доливали воды. Пар клубился над позициями. Несколько атак красных были отбиты. На землю постепенно опускалась ночная тьма. Но бой еще не закончился. Под покровом темноты, глубокой ночью, наступавшим красноармейцам, удалось обойти оборонявшихся с флангов. Под угрозой окружения, белые стрелки-сибиряки бросили позиции и, не слушая офицеров, в панике бросились к переправе. В ночной сумятице, никто даже не поджог за собой слабый свайный мост. Прикрывая отход полка, два белых трехдюймовых орудия, стоявшие за Тоболом, открыли огонь. Воздух задрожал, рвалась шрапнель, земля взлетала черными фонтанами от фугасных снарядов. Подошедшие вплотную к селу красноармейцы остановились. До самого рассвета белая батарея вела по ним огонь. В этом бою, особенно при возникшей панике, белый 70-й Сибирский полк понес тяжелые потери. Только пленных, по донесениям красного командования, было взято до 230 человек. А всего, в боях у Стенниково, Вагино и Усть-Суерского, части 18-й Сибирской дивизии потеряли убитыми 1 офицера и 53 солдата, раненными – 4 офицеров и 46 солдат, из которых 21 солдат был оставлен на поле боя, без вести пропавшими – 3 офицеров (двое из них, вероятно, погибли) и 142 солдата. Со слов попавшего в плен в с.Усть-Суерском офицера, в полк он прибыли лишь за четыре дня до плена, из Иркутского военного училища. Белыми стрелками были оставлены два пулемета – «максим» и «кольт», а так же 15 лошадей. Красный 266-й полк, потерял в этом бою 2 убитыми и 19 раненными. Погибшие, возможно, были похоронены в д.Стенниково, где впоследствии возникла братская могила убитых в мятеж коммунистов. Под утро, к отошедшим за реку белым, переплыв Тобол, внезапно пришел перебежчик из 266-го полка. С его слов, превосходство красных в силах было подавляющим. Севернее, красный 265-й Уральский полк двинулся вниз по течению Тобола на д.Старошадрино. Штаб комбрига Томина остановился в с.Першино (166).

Южнее, на участке 3-й бригады, чей штаб остановился в с.Салтосарайском, бои за переправы так же начались на широком фронте. С утра 17 августа 1919 года, красный 268-й Уральский полк выступил побатальонно из дд.Скопино, Доможирово и Скатово. Его путь лежал на д.Речкино. Раннее утро, красные роты одна за другой вытягиваются на дорогу. Лица у всех решительные, строгие, воздух прозрачен и свеж, вокруг бескрайняя равнина. Белых не было видно. Оставив у д.Речкино один из своих батальонов, весь красный 268-й Уральский полк двинулся вниз по течению реки. После короткой перестрелки была занята дер.Русиково, где 1-му батальону сдалась в плен целая рота белых солдат из 30 человек. Здесь, на участке от д.Речкино до д.Русиково, был оставлен окапываться по берегу еще один батальон полка. Оставшиеся два батальона, продолжали наступать на север на дер.Екимово. Выйдя во фланг и тыл, занимавшего здесь позиции белого 13-го Омского полка, красноармейцы после упорного боя сбили противника. Белые стрелки-омцы с потерями стали отходить к переправе в д.Мысовой (между Памятное и Екимово). Едва последние цепи вступили на мост, как на окраине деревни показались около 100 местных вооружившиеся крестьян и партизан-«кустарников», открывших огонь по прикрывавшей переправу белой цепи. В возникшей суматохе, из полка дезертировал фельдшер Иван Карнаухов, пойманный позднее в Ишимском уезде, через который он пробирался к себе домой. Отбросив белых за реку, два батальона красного 268-го Уральского полка не останавливаясь, атаковали с фронта и в правый фланг 16-й Ишимский полк, оборонявшийся в предмостном укреплении у д.Волосниково. К этому времени, в рядах белого полка насчитывалось 36 офицеров, 727 строевых и 198 нестроевых солдат. Поддерживая наступавших, пыхнула дымками первых выстрелов красная артиллерия и над крышами деревни повисли белые облачка шрапнельных разрывов. Одновременно, с опушки далекого леса, рассыпавшись стройными колоннами, по полю неторопливо зашагали серо-зеленые фигуры. Из окопов казалось, что красные цепи идут одна за другой, угрожающе и неотвратимо плывут по серому разливу полыни, и их ничем нельзя остановить. И тут, несмотря на команду «не стрелять!», зачастили вразнобой пугливые выстрелы. Но фигурки все шли и шли. С трудом сдерживались пулеметчики. И только когда шеренги красноармейцев оказались совсем близко, раздалась команда: «Огонь!». Одновременно, огненным шквалом по наступавшим ударил 4-й Сибирский артиллерийский дивизион. Лежащим в окопах было видно, как запрыгала, заходила ходуном земля, заметались по поскотине с криками люди. Было видно, как мечется в гуще разрывов командир, машет руками, кричит, собирает людей и ведет вперед. На бегу налетает на припавших к земле бойцов, тормошит, старается поднять на ноги. Вокруг все содрогается, рушится, грохочет обвалом. Первая атака была успешно отбита. Но вновь и вновь, поднимались для удара красноармейцы. Несколько их непрекращающихся подряд атак, отбили белые ишимские стрелки. В шуме разрывов, грохота, вздыбившейся земли, пулеметные очереди рвут жаркий воздух. Бой шел весь день. Около 3 часов ночи, изнуренный, понесший большие потери белый 16-й Ишимский полк не выдерживает и оставляет предмостное укрепление, отходя на восточный берег Тобола. За собой, бойцы уничтожают переправу у с.Волосниково. В этом бою, из 12-й роты, пропали без вести ишимские стрелки Строихин Андрей и Леонтьев Герасим. Трофеем красноармейцев, стали забытые белыми в горячке боя 10000 патрон (167). Тем временем, оставленный у дер.Речкино красный 4-й батальон 268-го Уральского полка, так же не сидел без дела. В предмостном укреплении здесь, обороняя переправу, находился весьма малочисленный батальон белого 14-го Иртышского полка. Его было решено атаковать. Стоявшая на позиции за рекой белая батарея 3-го Штурмового артдивизиона, не сделав не единого выстрела, спокойно наблюдала, как подошедший красный батальон сосредоточился, развернулся в цепи и атаковал переправу. Оборонявшие ее белые стрелки-иртышцы стойко держались, но, понеся потери, и в разы, уступая числом, должны были отойти за реку Тобол. Отходя, они успели поджечь за собой мост. Однако, помощник командира взвода 12-й роты 268-го полка Вдовенко, несмотря на сильный огонь, бросился со своим взводом на горевший мост, потушил его и спас переправу. При этом белая батарея из-за несогласованности действий, отсутствия начальника артучастка и связи с пехотой, не поддержала огнем отступающий батальон 14-го Иртышского полка. Орудия встали на позицию, когда бой уже затих, а красноармейцы переправились у д.Речкино, и успели окопаться на берегу. Наблюдательные пункты артиллеристам пришлось искать наспех, и даже снарядов у них было мало. Тем временем, красный батальон двинулся наступать от переправы на север. Положение становилось критическим. Это была первая красная часть, переправившаяся на восточный берег реки и ее прорыв, в случае развития, мог сокрушить всю оборону белых по Тоболу. Для его ликвидации, из д.Песчаной были двинуты все имевшиеся там резервы – белый 15-й Курганский полк, конвойный эскадрон штаба Южной группы и 3-я сотня 17-го Оренбургского казачьего полка. Было решено срочно перейти в контратаку. Вот и исходный рубеж, дальше уже красные.

– Цепь, вперед! – раздались голоса командиров рот.

Белые стрелки-курганцы дружно встали, заняли свои места и, выдерживая интервал в два-три шага, двинулись вперед. Справа и слева шли соседние роты. Впереди, примерно в километре от них, залегли красные. Подпустив наступавших, они открыли огонь из винтовок. Однако стрелки, продолжали идти вперед в полный рост, проявляя удивительное бесстрашие. Раненными упали бойцы 12-й роты Прокин Афанасий Павлович, уроженец Камышловского уезда, Макарьевской волости, д.Шахты, Злодеев Гаврил Евдокимович, уроженец Шадринского уезда, Макарьевской волости, с.Мингали, стрелок 10-й роты Антименков Николай Семенович, родом из Томской губернии, Бультовской волости, д.Тагановка, а так же разведчик 3-го батальона Пластунов Павел Иванович. Эта контратака задержала продвижение красных. В суматохе боя, самовольно покинув цепь, из инструкторской роты 15-го Курганского полка дезертировали солдаты Нетунаев Алекс., Иноземцев Константин, Голиков Сергей, Иноземцев Алексей, Лаврентьев Дмитрий, Иванов Иван, Авдиенко Матвей и Абросов Филипп. Внезапно, на глазах наступавших белых стрелков, красноармейцы выкатили из лощины пулемет. Под его очередями белая цепь залегла. В ответ, заговорили и пулеметы белых. Командиры рот приказали бойцам двигаться перебежками под их прикрытием, сочетая движение и огонь. Применяясь к местности, стрелки стали делать стремительные броски на поле, все более и более сближаясь с противником. Не выдержав этого напора, красноармейцы с боем попятились обратно к переправе. Их артиллерия не могла поддержать своих попавших в беду товарищей, так как весь западный берег реки Тобола, в районе деревень Пешная, Речкино и Волосниково, был пологой равниной, тянущейся на 5-6 километровот реки. Лишь затем начинались небольшие перелески, где можно было установить артиллерию. Но легкая артиллерия красных, была бессильна помочь пехоте с такого расстояния, а гаубичный дивизион еще находился в г.Шадринске. Напрасно комбриг требовал от артиллеристов поддержать наступавшие полки. Едва только орудия выезжали на открытую позицию, как четыре трехдюймовых и два шестидюймовых орудия белых, буквально 5-7 снарядами накрывали их позиции, заставляя красных артиллеристов спешно сниматься и уходить. Поддерживая наступление белых стрелков-курганцев, белая батарея 3-го Штурмового артдивизиона наконец-то открыла ураганный огонь по мосту. Под разрывами снарядов, красный батальон отошел обратно за Тобол, потеряв бою 10 убитых, 31 раненного и 11 контуженных. К нему на помощь в д.Речкино, срочно прибыл батальон из состава красного 270-го Белорецкого полка, сменивший 4-й батальон уральцев. Погибшие в бою красноармейцы 268-го Уральского полка, вероятнее всего были похоронены в братской могиле в д.Доможирово. Со слов местных жителей, в ней похоронены 11 красноармейцев и 1 женщина, которые погибли в боях на Тоболе, были привезены в деревню и похоронены местными крестьянами.

154  

Фото: могила периода гражданской войны в д.Доможирово.

К вечеру того же дня, белый 15-й Курганский полк полностью сменил стрелков-иртышцев и занял участок от д.Русиковой до д.Речкиной. 268-й Уральский полк, за бои под Доможирово, Волосниково и Речкино, потерял 15 убитых, около 100 раненных, в том числе 31 тяжелораненых и 11 контуженных. Было взято около 120 пленных, захвачено 150 винтовок, 10000 патрон и несколько пустых орудийных ящиков. Белая 4-я Сибирская дивизия, 17 и 18 августа 1919 года, потеряла убитыми 1 офицера и 2 солдат, раненными - 10 офицеров и 39 солдат, без вести пропавшими – 127 солдат. К вечеру 17 августа 1919 года, красный 268-й Уральский полк расположился в с.Усть-Суерском (2-й батальон и команда конной разведки), дд.Волосниково (3-й батальон), Русиково и Екимово (4-й батальон). Белые окопались в одном-двух километрах от восточного берега реки и вели меткий артиллерийский огонь. Два орудия красной 5-й Белорецкой батареи, которые должны были поддерживать полк, встали на позиции в трех километрах от дер.Сладкий Лог. Но здесь, их позиция была быстро обнаружена и подавлена огнем белой артиллерии (168).

Но главные события, развернулись в тот день у с.Белозерского. Вечером 17 августа 1919 года, два взвода красной Богоявленской сотни, были направлены для освещения района сел Иковское, Ачикуль, Белозерское. Напитанная влагой пыль слабо курилась под копытами. В полночь, двигаясь осторожно и положив винтовки на луки седел, разведчики прошли не занятое никем село Белозерское. Подходя к дер.Корюкино, их обстреляли находившиеся там казаки 3-й Оренбургской казачьей бригады. Ударила и белая артиллерия. Ночью, когда шрапнель разрывается над головами, люди, даже привычные к ее разрывам, чувствуют себя очень скверно. Красные кавалеристы-богоявленцы отхлынули назад и к утру оставили с.Белозерское. Вслед за ними, восстановив разрушенный мост, в село вступил батальон 1-го Сибирского Ударного полка и три сотни 4-го Сибирского казачьего полка. Днем, красные конные разведчики еще раз пытались подойти к селу. Пятеро кавалеристов на вороных танцующих конях, играя опасностью, отделились от опушки леса и легкой рысью понеслись вперед. Не доезжая несколько сотен метров до окраины села, они остановились и один из всадников, навел на село бинокль. Не выдержав, занимавшие позицию белые стрелки-ударники открыли огонь. Разведчики тотчас же сорвались с места. Не доскакав до опушки, задний всадник вместе с лошадью упал на поле. Бросившись вперед, казаки взяли раненного красноармейца в плен. Вслед за разведкой, днем 17 августа 1919 года, красный 270-й Белорецкий полк атаковал предмостное укрепление у с.Белозерское. По воспоминаниям участника той атаки, «…местность перед Тоболом ровная, ни одного кустика, идти по чистому месту нужно было 2 километра. Наши цепи не останавливаясь нигде, лавиной катились на белые окопы…». Легкий утренний туман рассеивался. Были видны наступавшие роты, красное знамя в лучах поднимающегося солнца, кое-где редкие дымки пушечных выстрелов. Несколько атак красных, белые стрелки-«ударники» отбили плотным артиллерийско-ружейно-пулеметным огнем.

 

 155

 155+

Рисунок: форма артиллеристов и погоны 1-го Сибирского Ударного артиллерийского дивизиона (с сайта www.kolchakiya.narod.ru).

Особо отличились артиллеристы 3-й легкой батареи 1-го Ударного артдивизиона. Осмотрев в бинокли равнину и наступавшие по ней красные цепи, находившиеся на наблюдательном пункте артиллерийские наблюдатели младшие фейервекторы Каширин Алексей Степанович и Кареев Павел Петрович, под артиллерийским огнем красных обнаруживших их НП, продолжали вести наблюдение, называя по телефону цель и расстояние до противника. Четыре орудия били одно за другим. Телефонисты Давыдов В.М и Мавренков И.К, находясь под сильным огнем в передовом окопе, неоднократно исправляли поврежденную связь батареи, с передовым наблюдательным постом. Благодаря этому, удачными попаданиями снарядов на правом фланге, был разогнан красный эскадрон, который хотел неожиданно атаковать. Бомбардир Первушин Н, хорошей и точной стрельбой своего орудия, отбил одну из атак красных, подавив два их пулемета. Наводчик орудия Мельников П.П, под огнем лично исправил телефонный провод с передовым наблюдательным пунктом, чем дал возможность батарее подбить огнем красный пулемет, а пехоте - опрокинуть красных. Наводчик орудия Мартьянов А., под огнем, спокойно бил прямой наводкой по красным, внося в их ряды панику и подавив красный пулемет. Батарейцы Владимиров Николай Дмитриевич, Первушин Алексей Степанович и Санников Николай Андреевич, под огнем доставили на батарею снаряды, дав возможность беспрерывно вести огонь и отбить все атаки красных. Во время одной из атак, на фланг наступающего красного 270-го Белорецкого полка, внезапно вышел эскадрон конницы. В бинокли, было четко заметно колыхавшееся над головами красное знамя и красные ленточки на правой стороне груди кавалеристов. Тем не менее, заподозривший неладное из-за этого внезапного появления конницы, командир красного батальона выслал навстречу ей своих разведчиков. Взяв винтовки наперевес, подъезжая потихоньку и зорко всматриваясь, готовые и выстрелить и рубануть, разведчики первыми крикнули:

- Эй…какой части?

В ответ донеслось:

- Бирского полка.

Белые… Вспышки выстрелов…Бешеный галоп обратно...

В этом бою у с.Белозерское красноармейцы проявили большое упорство. Потери 270-го Белорецкого полка составили 4 убитых и 19 раненных. Один боец попал в плен. Кроме того, в суматохе боя из полка дезертировало 13 красноармейцев. Погибшие, вероятно, были похоронены в существующей до сих пор братской могиле в с.Камаган, где стояли тыловые части их бригады. Потерпев неудачу, красный 270-й Белорецкий полк отошел на д.Куликово (Палкино). За ним в преследование бросились сибирские казаки. Подойдя к д.Скопино, они узнали, о выдвижении из д.Обабково свежего красного батальона 269-го полка. Обдумав положение, офицеры отвели станичников назад. Тем временем, отступив к д.Куликово, красные цепи 270-го Белорецкого полка залегли восточнее деревни, где по ним открыла огонь белая артиллерия. Саперы стали спешно исправлять существующий здесь мост через Тобол. Впереди, на берегу протоки Тобольчик, у стоявшей на высоком яру, между озерами Лебяжье и Мочище деревни Пешная, в окопах занимали оборону остатки 2-й Сибирской Ударной дивизии, сведенные в 3-й Екатеринбургский полк. Здесь, была самая удобная переправа в районе, пригодная для прохода даже артиллерии. Именно по ней несколько дней назад, отошел за реку белый 4-й Сибирский артдивизион.

 156

 156+

Рисунок: варианты погон офицеров и нарукавные шевроны чинов Сибирских Ударных полков 2-й отдельной Сибирской Ударной дивизии (бригады) и 1-й отдельной Сибирской Ударной дивизии. (реконструкция А.Каревского, с сайта www.kolchakiya.narod.ru)

Ночью, к д.Пешной несколько раз подходила красная разведка, но всякий раз отбивалась огнем. В свою очередь, белые разведчики скрытно подошли к залегшим восточнее д.Куликово красным цепям и стали забрасывать их гранатами, но были также отбиты встречным огнем. Стояла непроницаемая, беззвездная тьма. Свежий влажный ветер доносил приглушенный собачий лай и запах свежескошенного сена. Пылали костры. Тихо звеня уздечками, рядом ворочались разномастные кони – темные, вороные и каурые. Один белогривый, вскинув короткую морду, поднял длинные уши, настороженно прислушиваясь, к внезапно возникшему неразгаданному шуму. Вскоре и чутко всматривавшиеся в темноту часовые заметили, как, колтыхаясь в ночи узкими спицами штыков, к ним стремительно приближалась длинная темная лента. Хлопнул первый тревожный выстрел. А дальше, в грохоте смешались и мысли, и взрывы, и время. Прямо перед глазами, - цепь… другая. Быстрый и судорожный огонь. Еще и еще цепи, еще и еще огонь. Окопы громятся чугуном и сталью, и нет уже ни правильного управления, ни порядка. После двух часов боя, наступление красных на д.Пешная было отбито. Тем не менее, опасаясь обхода, сотня 5-го Сибирского казачьего полка, была направлена для освещения местности севернее д.Пешная. Позвякивая удилами, кони стремительно летели по ночной дороге. Черная ночь изменчиво прятала темные папахи казачьего отряда. Где-то за черными полями разгоралось зарево и оттуда, доносились отголоски орудийных взрывов. Внезапно, посреди дороги заметили несколько темных фигур. Передние кавалеристы даже шарахнулись в сторону, но, не увидав на дороге никого другого, направились рысью к незнакомцам, взяв винтовки наперевес. Их было трое. Один, в рваной черной папахе. Другой – длинный, тонкий, в старой фуражке и рваном драповом пальто. Третий – невысокий, коренастый, с корявым мужицким лицом, обросшим рыжеватой бородой. Все они, смотрели на приближающихся всадников хмуро и недоверчиво. Это оказались свои – сбежавшие из красного плена, пробравшиеся через Курган и перешедшие линию фронта стрелки 1-го Егерского полка 169).

К вечеру 17 августа 1919 года, части красной 30-й дивизии заняли весь левый берег реки Тобол, за исключением села Белозерского. В тылу в резерве начдива находилась 1-я красная бригада Грязнова. Ее 264-й Верхнеуральский полк стоял в селе Расковалово на реке Миасс, 262-й Красноуфимский полк со штабом бригады находился в селе Чаши, а 263-й Красноуфимский полк занимал д.Могильное. Почти неделю полки отдыхали стоя на месте. Бойцы варили вкусный суп из солдатских мясных консервов. Командиров сильно беспокоило обмундирование солдат. По докладам политотдела, почти половина красноармейцев в бригаде ходило босиком и в одной рубашке, так как не было ни гимнастерок, ни обуви, ни шинелей. Впрочем, лето еще стояло в полном цвету. По рощам свистели птицы, а по лесам и полям  свистели пули. И под эти веселые свисты, шла напряженная и бурная жизнь. Штаб белой 4-й Сибирской дивизии остановился в дер.Романово. Ее 16-й Ишимский полк, занял позиции у дер.Волосниково и протянул свой фланг до дер.Памятное. Белый 13-й Омский полк оборонялся у дд.Памятное и Екимово, а 15-й Курганский полк держал позицию от д.Екимово до излучины Тобола у дер.Пешной (Песчаной). В резерве находился 14-й Иртышский полк. В лесах, лежа у костров, стрелки пекли на углях горячие картофелины. Севернее расположились части 18-й Сибирской дивизии. Белый 72-й Сибирский полк оборонялся у дер.Зверево, протянув свой фланг до переправы у с.Усть-Суерское, а 69-й Сибирский полк занял окопы идущие восточнее дороги из с.Усть-Суерского на Зверево. За его правым флангом, во второй линии окопов, расположился 70-й Сибирский полк. Здесь, правее села Усть-Суерского, от огородов до мельницы на 300-400 метров, тянулись небольшие одиночные окопы. Позади них, в 300-400 метрахза небольшими озерками, на лугу находилась вторая линия окопов, рассчитанная примерно на два батальона. За нею, шла открытая ровная местность и лишь в кустах, в километре восточнее окопов, начиналась покрытая лесом возвышенность. Штаб 18-й Сибирской дивизии остановился в д.Тюменцево (Заборская).

С отходом за Тобол, для подготовки к планировавшемуся наступлению, было решено вывести в тыл одну из дивизий Южной группы. Выбор, как это ни странно, пал на понесшую наибольшие потери и не самую устойчивую в боевом отношении белую 18-ю Сибирскую дивизию. Для ее замены на фронте, путем сведения воедино разных полков, было решено создать новую часть. Она получила название Сводной Сибирской дивизии. В нее вошел 71-й Сибирский полк, выделенный из состава 18-й Сибирской дивизии и два полка 3-й Штурмовой бригады. Начдивом был назначен полковник Петухов, а его помощником – бывший командир штурмовиков подполковник Троицкий. Работой штаба руководил капитан Рыбаков. Артиллерию дивизии составил 3-й Штурмовой артдивизион, под командованием подполковника Завьялова.(170)

После боев на подходе к Тоболу, целых четыре дня, с 18 по 21 августа 1919 года, активных боевых действий на участке 30-й красной дивизии не велось. По берегам стояло затишье, нарушаемое порой лишь редкой перестрелкой. Полки отдыхали, готовясь к переправе, подтягивалась дивизионная артиллерия. Из г.Шадринска в 1-ю бригаду 22 августа 1919 года выступил гаубичный, а во 2-ю и 3-ю бригады – 1-й и 2-й легкие артдивизионы. К вечеру 21 августа 1919 года, 1-я Кронштадская и 3-я Красноуфимские батареи уже подошли из с.Першино в д.Стенниково, 2-я Красноуфимская батарея прибыла из д.Лебяжье в д.Вагино. Спешными мерами в порядок приводилась дивизионная конница. Блестящие рейды Томина, тяжело сказались на лошадях. По докладу начдива, после возвращения из набегов, конница в дивизии, находилась «…в очень плачевном состоянии… лошади сплошь больны, разбиты и истощены». Командир Нарвского полка Красных Гусар, прибывший 19 августа 1919 года в с.Салтосарайское доносил, что у него в полку «…могут работать только 100 лошадей, остальные негодны». 19 августа 1919 года в штаб 30-й дивизии поступил пакет. Командарм Алафузов, ставил дивизии задачу форсировать реку Тобол и выйти на линию сел Частоозерское и Ражевское. Полки стали перегруппировываться, занимая удобные для переправ места.

Левый фланг дивизии, занимали части красной 2-й бригады Томина. Ее 266-й рабочий имени Малышева полк, располагался на участке от устья речки Суери до д.Новопереладово. Два дня подряд, 18 и 19 августа 1919 года, с утра и до самого вечера, белый 18-й Сибирский артдивизион вел огонь по селу Усть-суерскому, пресекая все попытки красноармейцев подойти к берегу. 21 августа 1919 года, огнем артиллерии была рассеяна красная рота, шедшая на подводах в с.Усть-Суерское. 4-й Сибирский артдивизион, в эти же дни, обстреливал дер.Волосниково, где так же пытались сосредоточиться красноармейцы. Ряды армии постепенно оставлял ненадежный элемент. Так, к красным перебежал стрелок-ишимец 9-й роты Захаров(?) Тихон, а из инструкторской роты 15-го Курганского полка, сбежали солдаты Замиралов Алексей, Афанасьев Родион и Котельников Егор. Из 1-го Штурмового полка дезертировали стрелки 9-й роты Никита Ранев и Никита Усов. Впрочем, и у их красных, дезертирство было распространено. Тем не менее, многие бойцы старались честно исполнять свой долг. В 16-м Ишимском полку, при перестрелках через Тобол, были ранены подпрапорщик 4-й роты Черепанов Петр, один солдат из 3-й роты и стрелок Нигматуллин Хатматулла из 5-й роты. Видимо встретившись с красной разведкой, бесследно сгинул конный ординарец полка Яков Марунов. В эти дни погиб белый солдат Сергей Михайлович Братуев, Ишимский уезд, Маслянская волость, д.Свирбекова. В ночь, с 19 на 20 августа 1919 года, позиции по Тоболу заняла Сводная Сибирская дивизия, сменив отходящую в тыл 18-ю Сибирскую дивизию. При этом, 71-й Сибирский полк занял линию от дер.Дугино до излучины Тобола в полутора километрах южнее д.Зверево. 1-й Штурмовой полк держал оборону у д.Волосниково, протянув свой фланг до вышеупомянутой излучины. Вторую линию окопов занял 2-й Штурмовой полк. В резерве в д.Тюменцево находился учебный батальон дивизии. Смененные части 18-й Сибирской дивизии, выступили через дд.Тюменцево, Вьялково и с.Армизонское на восток в резерв армии. Вечером 21 августа 1919 года, в штаб 2-й бригады, нарочный привез приказ о наступлении. По плану начдива, бригада должна была форсировать Тобол и, двигаясь по долине речки Емуртла выйти на речку Кизак. Одновременно, на всем левом фланге 2-й бригады, противник без боя оставил свои окопы на восточном берегу и отошел. Торопясь использовать эту ситуацию, с утра 22 августа 1919 года, все красные полки без боя переправились через Тобол и заняли прибрежные деревни (171). И лишь только белые батареи 4-го Сибирского артдивизиона, обстреливали левый фланг бригады Томина у дд.Русикова и Волосникова. В свою очередь, красная 5-я Белорецкая батарея обстреляла ночью белую разведку, выпустив по ней 10 гранат, а затем в полдень, открыла огонь по сосредотачивающемуся напротив д.Волосниково противнику, выпустив по нему еще 15 гранат. Весь день 23 августа 1919 года, полки 2-й бригады Томина стояли в занятых накануне населенных пунктах, дожидаясь переправы остальных частей дивизии. На их участок, из с.Салтосарайского, через дд.Вагино и Мясниково двигался Нарвский полк Красных Гусар.

На участке наступавшей, на правом фланге дивизии 3-й бригады Брока, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк так и не смог подойти к Тоболу у села Белозерского. Западный берег реки здесь, усиленно обстреливался артиллерией противника. Южнее, за озером Ачикуль, казачьи конные разъезды продолжали занимать стоявшие на западном берегу деревни. Стояло затишье. Полки полным ходом вели подготовку к форсированию. В приречных деревнях отбирались все переправочные средства. Красноармейцы отдыхали, боев на участке их полка не было. Лишь в с.Мендерском, в результате несчастного случая, погиб один из красноармейцев 8-й роты. Для освещения местности к югу от села Белозерского, туда выдвинулись красная Богоявленская конная сотня и команда пешей разведки 269-го полка. Шли по проселкам, сохранившим следы множества кованых копыт. Кое-где, на обочинах валялись конские трупы, попадались рваные сапоги, мятые картузы, да стреляные гильзы. Внезапно, в д.Ачикуль навстречу выехал всадник с ярким башлыком во главе незнакомого отряда. «Свои или нет?». Грянул выстрел. Мимо. Посланные шенкелями кони рванулись вперед. Деревья мчались, мимо мелькая перед глазами. Разъезд противника стремительно отступал. В руках казаков матово блеснули выхваченные из чехлов стволы винчестеров. Пули зыкнули над плечами красноармейцев и вражеский разъезд, отстреливаясь на ходу, отошел. А в д.Заполой, был обнаружен целый эскадрон противника. Выслушав донесение вернувшихся разведчиков, комполка направил одну из рот 269-го полка в с.Иковское, для обеспечения правого фланга бригады и очистки района озер Белое и Ачикуль. Одновременно, из Кургана, туда же прибыл для связи стрелковый взвод из состава красной 5-й дивизии. К рассвету 18 августа 1919 года, 1-й батальон 269-го Богоявленско-Архангельского полка находился в с.Мендерском, 2-й батальон занимал д.Худяково. Пролетавший в этот день, белый самолет 6-го авиаотряда, заметил сосредоточение 3-го батальона красноармейцев-богоявленцев в д.Обабковой и 3-го Уфимского кавдивизиона в д.Шмаково. Впрочем, наступать на село Белозерское, им так и не пришлось. Подошедшие к нему две роты красного 270-го Белорецкого полка выяснили, что противника впереди нет. Оставив с.Белозерское, белый 1-й Сибирский Ударный полк отошел за реку Тобол. Осторожно ступая, с винтовками наперевес, в село вошла конная разведка. Жителей поразили красивые красные ленты, которыми были украшены всадники. Навстречу красноармейцам вышел перебежчик. С его слов, вместо ушедших в тыл «ударников», позиции за рекой занял белый Легкий стрелковый батальон под командованием капитана Филатова. Его 1-я рота, заняла окопы для стрельбы «с колена», идущие по берегу. 2-я рота держала оборону непосредственно перед с.Белозерским, где были вырыты две линии окопов. 3-я рота находится в резерве комбата.

Красный 270-й Белорецкий полк, оставив один из батальонов в д.Речкино, другим батальоном окопался по рукаву реки Тобол, а третий батальон был направлен в дер.Куликово. По воспоминаниям служившего в полку Королева, команда пешей разведки и окопавшийся по берегу батальон занимали позиции так близко от белых, что нельзя было поднять головы, и можно было легко переговариваться с окопами противника. Вскоре, пришли три перебежчика, а в ночь был захвачен заблудившийся белый ординарец. 20 августа 1919 года, линию фронта перешли еще сразу 20 перебежчиков из 1-го батальона белого 69-го Сибирского полка, а в перестрелке был ранен один красноармеец. Днем, разъезды 270-го полка дважды легкой рысцой протрусили из д.Куликово, но всякий раз при подходе к дер.Пешной, они разгонялись артогнем. Ночью, красная разведка в 10 сабель, вновь подошла к д.Пешной. Развернувшись в лаву,  взвод 5-го Сибирского казачьего полка бросился на нее в атаку. Когда молоденький подхорунжий, наметом повел казаков навстречу красной разведке, над полем зазвучал сигнал галопа. Но, не доводя дела до рубки и не приняв боя, красноармейцы вскачь бежали до рукава Тобола, где по преследующим казакам из окопов был открыт сильный огонь, заставивший тех отойти.

Красный 268-й Уральский полк, занимал на Тоболе линию прибрежных деревень Русиково, Екимово, Мысово, Памятная и Волосниково. В ночь с 20 на 21 августа 1919 года, к д.Екимово подошла белая разведка, которая после обстрела отступила. С утра, батареи белого 4-го Сибирского артдивизиона начали интенсивный обстрел всего участка красной 3-й бригады. К вечеру, усиленным артогнем было подожжено три дома в д.Русикова, горевшие всю ночь и было ранено 2 красноармейца. В это же время, в штаб комбрига Брока в д.Скопино, поступил приказ начдива о наступлении. Согласно ему, полки должны были форсировать реку Тобол и наступать по долине реки Суерь на д.Щукино, выходя в итоге на речку Кизак. Им придавалась закончившая свое формирование в г.Вятке, Отдельная конная батарея под командованием Малясова (172). В это время, штаб 2-й белой армии генерала Лохвицкого, из с.Верхнесуерское перешел в с.Мокроусово. Большое село сверкало белыми трубами за зеленом пригорке на берегу небольшой речушки. Возле церкви стояло несколько двуколок, крытый фургон с красным крестом, а около походной кухни заспанные кашевары кололи на растопку лучину. Улицы оживлены. Проходят солдаты, ржут кони, звякают котелки возле походной кухни. Вот связисты разматывают на рогатках телефонный провод. Четко в ногу, под командой усатого унтера, прошел караул к разводу. Два стройных юнкера в запыленных бескозырках, с карабинами, ловко перекинутыми наискосок через спину, отдали честь вышедшему на крыльцо штаба офицеру. В открытое окно слышно жужжание телефона: младший офицер настойчиво вызывал штаб дивизии. За околицей в пруду казаки купали коней. Лошади фыркали, чавкали копытами, увязавшими в вязком, глинистом дне. Взбаламученная затхлая вода, теплыми струйками стекала с их лоснящейся кожи. Все прекрасно понимали – день-два и мирная жизнь закончится.

22 августа 1919 года, с утра, рота красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка двинулась из д.Скопино на северный берег оз.Ачикуль, для окончательной очистки западного берега Тобола от белых, еще занимавших деревни Большой и Малый Заполой, Кузьмина и Меньшиково (Нижнетобольное). В д.Ачикуль, к роте присоединилась красная Богоявленская конная сотня. Одновременно, красный 3-й батальон 269-го полка двинулся к переправе у д.Корюкино, а 2-й батальон к переправам у с.Белозерское и д.Бочанцево. Каждому из батальонов, было придано по эскадрону 3-го Уфимского кавдивизиона. Обеспечить форсирование должна была 1-я саперная рота, а огневую поддержку оказать красная 6-я Богоявленская батарея. При штабе бригады находился 12-й отряд особого назначения. По воспоминаниям участника тех событий Боровикова И., он, с взводом сапер и взводом рабочей роты, был придан 269-му Богоявленско-Архангельскому полку для устройства переправ на реке Тобол. На рассвете, 2-ой батальон выступил из с.Шмаково на с.Белозерское. Шли по безбрежной равнине. Дорога петляла по пшеничным полям. Одна за другой, двигались роты бойцов с винтовками и вещмешками за плечами. На ремнях висели подсумки с патронами и фляги с водой. Не доходя двух километров до села, батальон развернулся в боевой порядок. Местность была чистая, ни одного кустика. Не останавливаясь нигде, цепи лавиной катились к селу и, пройдя под огнем белой артиллерии два километра, заняли с.Белозерское и д.Бочанцево.После выхода на берег реки, саперам поручили восстановить сожженный белыми мост в д.Бочанцево. Командовавший ими Боровиков с ординарцем поскакали к месту переправы. Над деревней, еще изредка продолжали рваться снаряды. Высунув головы из ям, испуганно смотрели местные жители. Какая-то женщина, высунувшись наполовину из овощной ямы, поманила их огурцом, предлагая перекусить, но двум всадникам было не до нее. Мост, догорая, еще дымился. Спешившись, здесь же стоял взвод кавалерии. Красная пехота перебралась через реку на лодках, окопалась на другом берегу и стреляла вдогонку отступающему противнику. Изредка, гулко бухала стоявшая где-то поблизости красная 6-я Богоявленская батарея.

 157

Схема наступления 22 августа 1919 года, частей 3-й красной бригады 30-й дивизии.

Разыскав старосту, Боровиков предложил ему собрать необходимый материал для постройки моста. Тот отправился наряжать подводы. Тем временем, огонь белой батареи окончательно умолк. И когда подошел взвод саперов, к мосту на шести подводах, крестьяне уже свозили бревна, жерди и доски. Не прошло и двух часов, как строительных материалов было навалено с избытком и саперы приступили к работе. Ширина реки в данном месте, была около30 метров, глубина в омутах порой достигала18 метров, но зато скорость течения была незначительной. Необходимо было взамен сгоревших свай забить двенадцать новых, сделав мост проходимым для легкой артиллерии. Под вечер, Боровикова внезапно вызвали в штаб полка. Комполка поручил ему обследовать переправы на участке 3-го батальона. Лишь в темноте, командир сапер вернулся обратно в д.Бочанцево. Сделанное бойцами приятно порадовало глаз. Уже были забиты сваи, уложены насадки и прогоны, а так же настелена половина настила. С фонарем в руке, Боровиков проплыл на лодке вдоль моста, проверив работу, и указал забить под середину моста еще одну дополнительную сваю, после чего доложил о готовности переправы. Время было к полуночи. На заре следующего дня, он лично, встав во главе колонны, провел по мосту гремящую колесами батарею, после чего, сдав работу, увел своих сапер в д.Екимово. К исходу 22 августа 1919 года, весь красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк переправившись у дд.Корюкина и Бочанцево, окопался в полутора верстах от берега, прикрывая обе переправы. Оборонявшиеся здесь две сотни 6-го Исетско-ставропольского казачьего полка и белый Легкий стрелковый батальон, попытались контратаковать из д.Глубокая, что в5 километрахюго-восточнее с.Белозерского. Несмотря на упорное сопротивление, все их контратаки были отбиты. Под вечер, двинувшаяся вперед красная разведка, обнаружила белых в с.Боровское, где сосредоточилась Красноуфимско-Златоустовская партизанская бригада. С окраины села разведчиков здесь обстреляли.

Красный 270-й Белорецкий полк, с утра 22 августа 1919 года, атаковал переправу у д.Пешная (Песчаная). Здесь, сменив на позиции сибирских стрелков-«ударников», оборону заняли две роты белого 1-го Красноуфимского полка и сотня 5-го Сибирского казачьего полка. Севернее их, вплоть до дер.Памятное расположился белый 14-й Иртышский полк (300 штыков) с командами конных разведок, выделенными из остальных полков дивизии. Напротив дер.Памятное, позиции занимал 4-й Сибирский егерский батальон. Остальные части белой 4-й Сибирской дивизии, по приказу комгруппы генерала Вержбицкого, уже начали отход в тыл к дд.Щукино и Бородино. Встав на позиции у д.Русиково, красная 5-я Белорецкая батарея выпустила 25 снарядов, подавив огонь белой батареи, которая стреляла весьма неточно. Участок для наступления на д.Пешное был очень неудобным. Справа и слева от деревни, до самой реки тянулись болота. Наступать можно было только в лоб. Рано утром, отвлекая внимание противника, красноармейцы 1-й роты пошли по болоту, обходя, деревню справа. Когда внимание белых было отвлечено их движением, начальник команды пешей разведки полка Сергей Васильевич Майков, уроженец Московской губернии, Богородского уезда, Асеевской волости, д.Щелково, со своей командой внезапно бросился в атаку в лоб. Цепь атакующих устремилась вперед, стремительно приближаясь к окопам. Сверкали штыки, мелькали серые папахи и красные лица бойцов, крик и стоны стояли в ушах. Залпы снарядов со свистом проносились над ними, сливаясь с длинными очередями пулеметов. У белых произошло замешательство. Некоторые бойцы стали бросать оружие и пятиться назад. Вот лавина атакующих, уже нависла над окопами и дружным ударом выбила противника из деревни. Преследуя отступающих белых, красноармейцы заняли мост, не дав его сжечь, и закрепились на правом берегу, под огнем открывшей стрельбу белой батареи. Потери красных в бою были незначительны – всего 4 раненных. Зато взяты 10 пленных из белого 1-го Красноуфимского полка, захвачены 16 лошадей и одна патронная двуколка. Поддерживая наступавших красноармейцев, 5-я Белорецкая батарея обстреляла выдвигавшуюся на рубеж атаки сотню 5-го Сибирского казачьего полка, выпустив по ней 40 шрапнелей и заставив казаков отойти на север к дд.Капаруллино и Петухово. Сбитые с позиции белые стрелки-красноуфимцы, стали отходить от переправы в с.Боровское, где стоял в резерве их 2-й Кыштымский полк. Проходя д.Баютово, они внезапно попали под огонь красной 4-й Верхнеуральской батареи, выпустившей по ним 11 гранат и 51 шрапнель. Здесь, в лесах у Боровского кордона, скрывалась группа партизан-«кустарников» под командованием Сергея Игнатьевича Рыжкова. Заслышав гремевший на Тоболе бой, они оборвали провод телефона у поста стоявшего на Боровском кордоне, прервав тем самым связь находившегося в с.Марайское (Мостовское) белого штаба с его передовыми частями на Тоболе. Тем временем, преследуя отступавших на север казаков, переправившиеся через Тобол красноармейцы 270-го Белорецкого, полка вышли в тыл оборонявшемуся на левом фланге батальону 14-го Иртышского полка, занимавшему позиции южнее дер.Речкино, вплоть до излучины реки у д.Пешное (Песчаное). Несмотря на свою малочисленность, белые стрелки-иртышцы, которых было всего 70 штыков, не сдались. Посланная комбатом в сторону д.Пешная разведка, в составе конных разведчиков из команды белого 15-го Курганского полка Калашникова Ильи Васильевича, уроженца Тобольской губернии, Ишимского уезда, Ситниковской волости, д.Шаньгина и Гурьева Степана Гавриловича, родом из Шадринского уезда, Погодайской волости, д.Максимово, пропала без вести. Стало ясно, что красные окружают. И тогда батальон пошел в бой. Русские пошли на прорыв, и удержать их теперь могла только сама смерть. Потеряв в бою убитыми 1 солдата, раненными - 1 офицера и 8 солдат, пропавшими без вести 4 солдат, батальон 14-го Иртышского полка пробился к д.Петухово, где занял позицию по восточному берегу реки Суерь у д.Новодостовалово. Узнав о прорыве фронта и оголении левого фланга, сюда же от д.Речкино, с боем начали отходить другие батальоны 14-го Иртышского полка. Они занимали позиции по восточному берегу речки Суерь, от д.Новодостовалово до стыка с 2-м Штурмовым полком, державшем оборону здесь же по речке до дер.Петухово. На всем участке дивизии шла пальба. Тем временем, переправившись у д.Пешная и преследуя отступающих белых, красный 270-й Белорецкий полк вышел широким фронтом к лежащим вдоль речки Суери деревням Петухово, Капаруллино, Песчаное и Новодостовалово. Бойцам дали пообедать, после чего два батальона 270-го полка и Белорецкая конная сотня, двинулись по левому берегу Суери. В золотистом зное, обступив лесную дорогу, качали лапами столетние сосны… Красные, смоляные, пахучие! Под давлением красных, после полуторачасового боя, белый 14-й Иртышский полк оставил д.Петухово. Здесь, красноармейцами были взяты в плен 8 солдат из 1-го Красноуфимского, 14-го Иртышского и 15-го Курганского полков, а так же 4 лошади с седлами. Всего же, в боях при форсировании Тобола, красным 270-м Белорецким полком были захвачены 2 офицера и 228 солдат. Наступая, красноармейцы последовательно прошли дд.Новодостовалово, Капаруллина и Песчаное. Потеряв 11 стрелков раненными, белые стрелки-иртышцы отошли к д.Широково и с.Шмаковское. Остаток вечера здесь гремела перестрелка. За день, белый 14-й Иртышский полк потерял: убитыми - 1 солдат, раненными - 1 офицер и 19 солдат, пропавшими без вести - 4 солдата. Около 18 часов, к позициям белых у с.Шмаковское, с севера от дер.Зверевой, внезапно вышла красная разведка в 30 сабель. Обстрелянные конными разведчиками 13-го Омского полка, красноармейцы отошли. Штаб полка успокоил измотанных стрелков и офицеров. Вскоре им на смену, сюда должен был прибыть 3-й Сибирский казачий полк, которому надо будет передать свои позиции. Бои за переправы закончились.

На участке красного 268-го Уральского полка, с утра 1-я саперная рота стала строить мосты у дд.Русиково, Екимово, Памятное и Волосниково. Форсировав по ним Тобол, полк двинулся по правому берегу реки Суерь. Перед ним расстилалась слабопересеченная равнина. Только далеко на горизонте, возвышалась поросшая лесом гряда. Где-то там проходили позиции белых. Все ведущие на восток дороги, включая старый почтовый тракт, сходились здесь узлом в одном месте – у дер.Пуховая (Гладунино). Сейчас ее уже не существует, этой маленькой деревушки на востоке Белозерского района. Несколько лет, назад, пронесшийся по полям Зауралья огненный смерч пожара, уничтожил последние жалкие остатки давно брошенных домов. А тогда, по обрывистым берегам реки Суери, звенели детские голоса, ревел скот, да перекликались бабы. Деревня раскинулась по речному берегу, на равнинной местности, больше напоминающей степь с небольшими холмами. В полукилометре к востоку, шумел своими кронами сосновый бор, за которым лежала д.Романовское. С севера и запада от д.Пуховой, раскинулись прекрасные пойменные луга, дающие обильную траву для скота,  да бескрайние, с небольшими перелесками поля, чуть понижающиеся в сторону Тобола. Из села Усть-Суерского, в деревню забегал старый почтовый тракт, расходящийся затем на дд.Романово и Петуховское, а с юга, подпирали обрывистые берега реки Суерь. Здесь, в узле всех ведущих на восток прибрежных дорог, и занял оборону белый 1-й батальон 2-го Штурмового полка, насчитывавший около 100 штыков. Свои позиции белые стрелки-штурмовики оборудовали со знанием дела. Обследование этого района курганским краеведом-поисковиком Усачевым Е., позволило обнаружить, аж целых четыре (!) линии белой обороны. С севера от деревни, на холме на окраине, были найдены около десятка стрелковых ячеек метровой глубины. Отсюда хорошо просматривался участок старого почтового тракта и именно здесь, обороняющиеся белые стрелки приняли на себя первый удар. Взводные командиры, быстро раздали из раскупоренных ящиков американские патроны марки «Ремингтон». Около полудня, вдоль почтового тракта, а так же по полевой дороге, вьющейся по берегу Суери, одна за другой показались красные цепи. Наступать здесь можно было только вдоль дорог. Остальное луговое пространство было заболочено. После небольшой паузы, красноармейцы начали осторожное продвижение перебежками, сопровождая его отрывочной ружейной стрельбой, по казавшимся им наиболее опасными местам  на окраине деревни. Красные, явно провоцировали на ответные действия, намереваясь прощупать расположение и силу обороны противника. Когда до позиций штурмовиков оставалось не более 1-1,5 верст, по красным ударили организованным и довольно плотным ружейным огнем. Дружные залпы заставили наступающих залечь. Им на помощь, спешно выдвинулась 4-я Верхнеуральская батарея, вставшая на позицию. Затворы лязгнув, поглотили первые снаряды. Наводчики припали к панорамам, спешно крутя маховички настроек, стволы орудий, чуть дрогнув, уставились в безмолвную даль. Раздался залп. При первом же выстреле, одно из орудий красной батареи вышло из строя, но зато остальные, открыли несмолкаемый беглый огонь по северной окраине деревни. До сих пор в этом месте, повсюду видны следы того давнего артобстрела. Ячейки окопов буквально усеяны следами воронок от гранат. Именно здесь на холме, было обнаружено наибольшее скопление шрапнели 76-мм снарядов. Почти сто лет назад, бушевал здесь артиллерийский огонь, стоял неумолкаемый грохот разрывов, взлетала фонтанами земля, и сыпались кругом осколки. Выбитые артиллерийским шквалом с позиций, белые стрелки-штурмовики оставили свои окопы, и через две деревенские улицы откатились на восточную окраину д.Пуховой.

 158

 158+

Схема: позиции у д.Пуховой оборонявшиеся белыми в августе (синий цвет) и позиции оборонявшиеся красными в сентябре (красный цвет). Стрелками обозначено направление атак 268-го Уральского полка. А так же шрапнель от 76-мм снарядов, обнаруженная на северо-восточной окраине д.Пуховой.

Здесь по краю поскотины, небольшой цепью ближе к дороге на д.Романовское, вытянулось до десятка стрелковых ячеек, обращенных брустверами в сторону деревни. Они должны были прикрыть дорогу и позволить без потерь отойти с первой линии обороны. Во фланг им, прикрывая дорогу на д.Романовское, был вырыт еще один крупный окоп. Он позволял держать под обстрелом всю восточную окраину деревни. Это и была вторая линия белых позиций. Попадав за брустверы этих окопов, белые стрелки-турмовики открыли огонь по красноармейцам, уже врывающимся на северную окраину д.Пуховой. Впрочем, долго задерживаться здесь было нельзя. Красные обходили деревню с северо-запада, а позади окопов, вплоть до зубчатой опушки леса, примерно на километр тянулось болото. Дав несколько залпов, стрелки-штурмовики покинули эти позиции и перебежками стали отходить по дороге к лесу. Именно здесь, по опушке соснового бора шла третья, и основная, линия обороны. Лес в этом месте, небольшим «мыском» вдается на поле. Вот на нем-то, прямо по краю, и была выкопана траншея полного профиля. С левого фланга, вплоть до дороги на д.Романовское, ее прикрывали пять групп (по 4-5 штуки) одиночных стрелковых ячеек, выкопанных для стрельбы как лежа, так и стоя, и расположенных в паре десятках шагов от опушки леса. Позади траншеи в шахматном порядке тянулась еще одна цепь стрелковых ячеек для стрельбы «с колена». Точно такая же цепь ячеек прикрывала и правый фланг в сторону старого почтового тракта. Она завершалась сложной конфигурации, почти 20-метровым окопом полного профиля, расположенным у самой дороги. Это была типичная траншея, характерная для  периода 1-й мировой войны, выкопанная с траверсами. Ее изгибы, могли защитить бойцов даже при прямом попадании снаряда в соседнюю часть окопа. Таким образом, позиции белых контролировали весь край леса, перекрывая оба пути на восток - старый почтовый тракт и дорогу на д.Романовское. Обойти их было невозможно, так как изгиб реки Суери создавал естественную преграду для такого маневра. Атаковать же эти позиции, можно было лишь по двум имеющимся дорогам, так как казавшийся раздольным для пастьбы скота луг перед позициями белых, на самом деле представлял собой обширное заболоченное пространство. Его надо было обходить справа и слева, прямо напротив наиболее укрепленных участков белой обороны. Попытка красноармейцев с ходу подойти к лесу, сразу же провалилась. С опушки дробно застучал пулемет, прокатился неровный залп и густо затрещали вразнобой выстрелы. Патроны марки «Ремингтон» почти не давали осечки, смертельным вихрем пуль, простегивая идущие к лесу дороги. Наступать по этим проселкам, означало дать белым возможность, словно в тире расстреливать атакующих бойцов на выбор. Надежда красноармейцев была только на артиллерию.

 159

Схема обнаруженных позиций у д.Пуховой: 1 – место, где располагаются окопы на северной окраине деревни Пуховой, 2 – место наибольшего скопления обнаруженных шрапнельных пуль, 3 – цепь стрелковых ячеек на восточной окраине деревни Пуховой, 4 – позиции белых войск на краю леса, 5 – дорога на село Романовское, 6 – старый почтовый тракт между селами Усть-Суерским и Романовским, синие стрелки – предполагаемые направления отхода белых, черные стрелки – сектора обстрела с позиций белых войск на «мысу» леса.

И приданная им красная 4-я Верхнеуральская батарея не подвела ожиданий. Три ее орудия, обрушили смертельный шквал на лесные кроны, под которыми в окопах скрывались белые стрелки-штурмовики. До сих пор, в лесу обнаруживаются многочисленные осколки и фрагменты снарядов. Вокруг окопов все еще видны множество следов воронок. Весь край леса затянуло облаками дыма и пыли. Повсюду взлетали десятки фонтанов земли и грязи. А среди этого хаоса, приникнув грудью к земле, белые стрелки-штурмовики пережидали огонь, лежа в мокрой траве, до нитки промокшие и грязные. Один из снарядов, ударил точно в бруствер ячейки, в которой лежали раненные стрелки 1-й роты Кичев Антон и Колчанов Евгений. Вывернув огромный пласт земли, он засыпал их обоих. Они так и остались пропавшими без вести по спискам полка, эти два солдата. Лишь несколько лет назад, тюменские поисковики случайно наткнулись на два скорченных скелета, в остатках истлевшего обмундирования. Металодетектор сработал на кошелек с монетами, который был на поясе одного из трупов. Со слов копателей, останки были ими собраны и захоронены. Под градом сыпавшейся с неба шрапнели и гранат, белые стрелки-штурмовики оставили опушку леса и стали оттягиваться по дороге на д.Романовское. Тем более что артогнем, был подавлен единственный имевшийся у них пулемет. Тактика пулеметной стрельбы в то время, требовала расположение пулеметчиков несколько особняком от общей цепи бойцов. Во-первых, это расширяло сектор обстрела, а во-вторых, расчет даже одного пулемета, состоял как минимум из 5-6 человек. Это был собственно сам стрелок, второй номер-заряжающий, офицер-корректировщик, он же за главного и как минимум подносчик боеприпасов. Еще пара бойцов обычно располагалась позади позиции и набивала патроны в ленты. А потому, требования для пулеметного гнезда, в первую очередь, определялись размерами, достаточными для размещения 4 человек и достаточным обзором поля боя. Однако при этом, пулеметное гнездо как четко выделяемая цель, становилось уязвимым для поражения артиллерийским огнем и ручными гранатами.

 160

 160+

Фото: настрел гильз на бруствере ячейки и потерянные обоймы с патронами.

Так произошло и в этот раз. Заметив, откуда вьется дымок сгоревшего пороха и мелькает беспрерывное пламя стрельбы, красные корректировщики постарались сосредоточить огонь своей батареи на этом участке. Возможно именно здесь, был убит один из белых офицеров, вероятно корректировавший огонь пулемета. Но бой на этом не закончился. Чтобы  не подвергать своих бойцов напрасному расстрелу из орудий, командовавший ими белый офицер стал отводить солдат на четвертый и последний рубеж обороны. Он располагался в глубине леса, в 70-100 метрахот опушки, у подножья небольшого холма, упираясь флангом в дорогу идущую на д.Романовское. Здесь, скрытно среди деревьев и кустарника, располагалось около семи десятков стрелковых ячеек. Наступавшим от опушки леса красноармейцам они были не видны. Успокоенные отступлением противника с кромки леса, воодушевлённые красноармейцы цепью пошли следом. Войдя в лес, они поднялись на небольшой холмик и, как только начали с него спускаться, сразу же попали под шквальный перекрёстный огонь. Их расстреливали с заранее подготовленных позиций, практически в упор – с 15-20 метров. До сих пор, окопы белых здесь, просто завалены стреляными гильзами марки Кайнок (73 шт.), G-17 (103 шт.), Remington-17 (11 шт.), а край холма и его вершина, густо нашпигованы пулями от винтовок. При этом гильз перед окопами единицы, очевидно попавшим под внезапный огонь красноармейцам, было не до огневого боя. Откатившись обратно на опушку леса, красный командир вновь вызвал на помощь своих артиллеристов, указав им квадрат для обстрела. Загремели орудия, стальная шрапнель густо осыпала верхушки деревьев. И хоть обстрел в густом лесу по большей части был бесполезен, все-таки и эту линию обороны, белым стрелкам-штурмовикам пришлось оставить. Пришел приказ начдива генерала Петухова, белым 1-му и 2-му Штурмовым полкам с 2-й легкой и 4-й гаубичной батареей, отступать на линию дд.Щукино и Большое Ямщиково. Причина отхода была в выходе красных левым берегом Суери в тыл белой Сводной Сибирской дивизии к с.Шмаковскому. При этом белый 71-й Сибирский полк с 1-й легкой батареей, должен был, двигался в д.Дураково, а 2-я и 3-я легкие батареи 18-го Сибирского артдивизиона уже отступали к оз.Черное. Чтобы не оголять фронт, белая 1-я Сибирская казачья дивизия, должна была сменить отводимые в тыл части 18-й Сибирской дивизии у с.Емуртлинское, дд.Щукино и Нюхалово. К вечеру, развивая наступление и преследуя отступающих белых, красный 268-й Уральский полк занял д.Романово, взяв в плен казака из 3-го Оренбургского казачьего полка. Потери красной 3-й бригады, при форсировании реки Тобол составили 19 убитых, 124 раненных и 11 контуженных. Позади наступающих, в резерве дивизии двигались части 1-й красной бригады Грязнова. При этом 264-й Верхнеуральский полк переходил через с.Мендерское в д.Скопино, 262-й Красноуфимский полк шел в д.Обабково, а 263-й Красноуфимский полк выступил в с.Шмаково. С бригадой двигалась 6-я отдельная саперная рота, 2-й Уральский кавдивизион и 10-й отряд особого назначения. Перед комбригом стояла задача двигаться в полупереходе за правым флангом 3-й бригады, через с.Белозерское и д.Нюхалово на с.Маломостовское. Боев полки не вели, лишь выйдя из леса, им сдались 2 перебежчика. Команда конной разведки 263-го полка, под командованием Хщоникова И.И, выйдя за озеро Ачикуль, выбила белую заставу из д.Меньшиково(Нижнетобольное). Еще накануне, оставив позиции на окраине деревни, казаки отступили за реку Тобол. Уходя из д.Меньшиково, солдаты предварительно свалили каланчу, что бы лишить противника удобного наблюдательного пункта и переправили на противоположенный берег все лодки. Заметив подход красных, последняя застава, не принимая боя, подожгла мост и начала отход на д.Глубокое. Однако, меньшиковские крестьяне Александров Николай Михайлович, Ситников Семен Федорович, Приходько Георгий Федорович и другие, быстро потушили огонь, набросав новый настил. К подходу конной разведки, мост был готов (173).

С 24 августа 1919 года, началось общее отступление белых войск 2-й армии генерала Лохвицкого, по всему фронту. Уже с утра, у штаба армии внезапно исчезла связь с командованием фронтом. Загадка впрочем, быстро разрешилась. По свидетельству военного министра барона Будберга, с захватом красными железнодорожной станции Лебяжье, «…штаб 2-й армии и находящийся в нем адмирал Колчак очутились вне всякой связи с соседними штабами армий и со ставкой. Вся связь штаба 2-й армии шла через станцию Лебяжья. Хорошо еще, что в течение всей ночи, красные не догадались перерезать телефонные провода, и нам удалось кое-что передать». Было решено, что для подготовки к грядущему наступлению, Северная группа 2-й армии выведет с линии фронта в резерв, в район сел Пеганово и Истошная, две наиболее боеспособные свои дивизии - 3-ю Иркутскую и 15-ю Сибирскую стрелковые. Кроме того, в с.Армизонское, предполагалось отвести Уланскую кавбригаду из состава белой 1-й кавалерийской дивизии. Конной группе генерала Волкова, было приказано вывести в резерв все свои пехотные части, оставив на фронте, лишь две прикрывающие отход дивизии сибирских казаков. При этом белая Сводная Сибирская дивизия должна была отойти в район сел Куртан и Могильное. Красноуфимско-Златоустовская партизанская бригада отводилась в дд.Середкино, Отставная и Старопершино. Впрочем, из-за стремительного наступления красных войск, уже к вечеру 25 августа 1919 года, штаб Красноуфимской бригады и 2-й Кыштымский полк отошли через д.Осеева в д.Лапушная, а 1-й Красноуфимский полк со штабом бригады, остановился в д.Бол.Каменное, откуда на следующий день выступили в д.Сивково и с.Лиханово. Приданный Конной группе Легкий стрелковый батальон был отведен в Частоозерскую волость. Еще дальше на восток, в район озера Северинское, дд.Яровая и Новоалександровка (севернее оз.Акуш), были отправлены на переформирование снятые с фронта остатки 1-й и 2-й Сибирских Ударных дивизий. Также в тыл, в с.Калмакское, д.Гагарина и с.Частоозерское, в резерв выводилась белая 2-я Уфимская кавдивизия. 29 августа 1919 года, она занимала с.Частоозерское, дд.Денисово, Акульская, с.Долгое и д.Сивково. В тыл отводилась и вся Южная группа. Белой 4-й Сибирской дивизии, была поставлена задача, отойти в район сел Могильное и Куртан. В полдень 25 августа 1919 года, ее полки уже проходили д.Пороги и 26 августа 1919 года, прибыли в с.Могильное. Еще раньше, для пополнения, в глубокий тыл в район деревень Окунево (северо-восточнее с.Уктуз), Травное, Грачи и Кушлук начали отходить полки 18-й Сибирской дивизии. Они двигались на подводах по дороге через деревни Крутиха, Дураково, Зимовье Кызакское, Армизонское, Гагарино и Бердюжье. При этом в самом начале пути в д.Тюменцево, в резерве командующего группой был оставлен наименее пострадавший в боях белый 72-й Сибирский полк. Кроме того, в дер.Дураково (у оз.Дураково, ныне не существует), из состава дивизии был выделен белый 71-й Сибирский полк. Такой массовый вывод войск с линии фронта, не мог не остаться незамеченным красным командованием. Но еще хуже было другое. Оставленных на фронте конных казачьих частей, было явно недостаточно для сдерживания наступающего противника. В результате, отводимые в тыл стрелковые дивизии, лишь на несколько переходов опережали преследующего их врага. Пополняться и готовиться к наступлению, им пришлось буквально на ходу. Речь о полноценном отдыхе для бойцов в таких условиях, конечно же, не шла. Это была одна из серьезных ошибок белого командования в планировании наступления (174).

На рассвете 24 августа 1919 года, белый 14-й Иртышский полк, находился на позиции у д.Широково, ожидая прибытия к себе на смену 3-го Сибирского казачьего полка. Конные сибирские казаки, с полными седельными вьюками, в серых шинелях, на крепких лошадях, следовали по тянущейся между перелесками, петляющей вдоль речки проселочной дороге. За ними шли двуколки, нагруженные мешками и фуражом. Сдав им позиции, белые стрелки-иртышцы направились для присоединения к своей дивизии, уже выступившей из дд.Щукино и Бородино, и следовавшей через дд.Пороги, Тетерья, Утичье, Межумное и Чесноково. Сменившим их казакам, белые офицеры напоследок рассказали, что впереди в д.Романово, накануне уже были красные. Решив проверить эти сведения, в д.Романово был направлен казачий разъезд. Легко бегут степные казачьи кони. Перелески и опушки встречают станичников настороженной тишиной. Противника не видно. Вскоре, впереди показались избы и колодезные журавли. Осторожно заехали в деревню. Со слов встреченных жителей, красных в ней уже не было. Разъезд прошел на западную окраину, где оставил пост из трех казаков. Внезапно, когда основная часть разъезда уже ушла, с опушки леса вдруг выскочили всадники. Блистая шашками, они полным карьером бросились на пост. Двое казаков, вскочив на коней, бешеным наметом смогли уйти, а один станичник так и остался у красных.

 161

Рисунок: флаг 1-го Сибирского Ермака Тимофеевича казачьего полка (с сайта www.kolchakiya.narod.ru)

Севернее, мимо озер Полечихино, Спирино и Лукино, в ночь с 23 на 24 августа 1919 года, отходили белые 1-й и 2-й Штурмовые полки. Чтобы прикрыть их отход, к д.Тюмецево из д.Бол.Шмаково, выдвинулись три сотни 2-го Сибирского казачьего полка. Теперь, оборона белых должна была опереться на отвесные берега речки Крутишка. К утру 24 августа 1919 года, стрелки белого 1-го Штурмового полка, заняли позицию от оз.Острогино, протянув свой левый фланг на юг по р.Крутишка (Виловатка). К северу от них и перед фронтом, вели разведку две  сотни 2-го Сибирского казачьего полка. Белый 2-й Штурмовой полк оборонял деревни Крутиха и Бородино. Перед его фронтом вела разведку одна из сотен 2-го Сибирского казачьего полка. Левый фланг, от д.Бородино до перекрестка дорог в10 километрахсевернее с.Молотово, прикрывал 1-й Сибирский казачий Ермака Тимофеевича полк, выдвинувшийся из д.Ошурково. Штаб 1-й Сибирской казачьей дивизии с 1-й Сибирской казачьей батареей остановился в д.Терпугово. Предполагалось, что части Сводной Сибирской дивизии, отойдут дальше в тыл, оставив сибирских казаков прикрывать линию фронта. Однако отступить, как планировалось, так и не удалось. С утра показались наступающие красные. Штаб красной 3-й бригады Брока, остановившийся в д.Скопино, требовал от командиров полков энергично развивать наступление. И с утра 24 августа 1919 года, красный 268-й Уральский полк выступил из д.Романово, вверх по течению речки Суерь, на д.Широково (ныне не существует). Тихое холодное утро. Невыспавшиеся, полусонные бойцы сумрачно шагали по дороге. Повозки и двуколки шумом колес обнаруживали их движение. Стало уже светло, когда на горизонте стали вырисовываться постройки д.Широково. Развернувшись в цепи, красноармейцы без выстрелов двинулись вперед. Внезапно впереди, в утренней тишине, удивительно отчетливо и звонко раздался звук трубы. Играли тревогу и сбор, и вслед за этим, красные цепи были встречены жестоким ружейным огнем из крайних построек. Упорное сопротивление здесь оказали четыре сотни 3-го Сибирского казачьего полка. Сбив их, красный 268-й Уральский полк, занял д.Широково и с.Шмаковское, потеряв 1 убитым и 12 раненных. Отступая, две сотни 3-го Сибирского казачьего полка заняли оборону у д.Секисово. Еще 2,5 сотни стали отходить в д.Терпугово к штабу дивизии, а один взвод направился в д.Б.Шмаково, для поддержания связи с полками Сводной Сибирской дивизии. Развивая свое наступление, к вечеру, после 3-х часового боя, красноармейцы 268-го Уральского полка выбили сотню белого 3-го Сибирского казачьего полка, потерявшую 1 казака раненным, из д.Секисовой, заставив станичников отойти к д.Волосниково. Красный 270-й Белорецкий полк, стоял в резерве бригады в дд.Песьяное и Петухово. Вышедшая на его участок  казачья разведка (сотня 2-го Сибирского казачьего полка), обнаружила сделанный красными саперами мост у д.Волосниково. Их работу прикрывала переправившаяся на лодках пехотная цепь. Дойдя до д.Зверево и обстрелянные там ружейно-пулеметным огнем, казаки, ведя перестрелку с красной разведкой, отошли на д.Б.Шмаково. Наступавший на правом фланге бригады 269-й Богоявленско-Архангельский полк, 24 августа 1919 года без боя занял дд.Меньшиково, Боровское, Масляная, Баютово. В д.Диановой, были найдены трупы двух замученных красных разведчиков, попавших ранее к белым в плен. При допросе их пытали, оборвали ногти с пальцев, жгли огнем тело, сдирали кожу с рук, кололи штыками и затем повесили посреди улицы, где их трупы, были найдены занявшими деревню красноармейцами. Герои были погребены здесь же, в деревне в братской могиле. Об этом случае широко писала в сентябре газета «Красный набат», издаваемая политотделом 3-й армии. Красные пропагандисты хотели, чтобы все бойцы видели, что означает попасть в плен к противнику. Приданный 269-му полку 3-й Уфимский кавдивизон ушел вперед, ведя разведку на дд.Шмаково и Шумилова. Противника не было видно. После отхода в тыл белых стрелков-красноуфимцев, остававшаяся здесь 3-я Оренбургская казачья бригада оторвалась от красных. Оставив свои арьергарды у с.Морайское (Мостовское) и д.Заложное, казаки-оренбужцы отходили главными силами южнее с.Старопершино. Их должны были сменить на позиции части 2-й Сибирской казачьей дивизии, чей штаб остановился в д.Мал. Молотово (Яблочное), 4-й Сибирский казачий полк расположился в д.д.Бол.Молотово и Нюхалово, а 5-й Сибирский казачий полк находился севернее, выслав одну из сотен к с.Боровское и д.Дианово.

Однако, выступить на позиции казакам-сибирцам так и не пришлось. В их полках нарастало массовое недовольство, из-за неизвестности о судьбе своих станиц. Казаков угнетало, что они вынуждены сражаться вдалеке от своих поселков, которые тем временем без боя сдаются красным, а их родные вынуждены отступать в беженских обозах, бросив все свое хозяйство на гибель и разорение. Дело усугублялось разными слухами. В итоге, копившееся недовольство прорвалось. 25 августа 1919 года, 4-й и 5-й Сибирские казачьи полки, то есть по сути вся дивизия, в массовом порядке отказались исполнять боевой приказ и выступать на позиции, для смены казаков-оренбужцев. Несмотря на призывы офицеров, станичники собрались на общий митинг в с.Мостовское. На обширной площади яблоку негде упасть. Гудит, полнится взволнованным гомоном море голов. В защитных фуражках и погонах толпятся казаки. Большинство из них так называемые «фронтовики», из нарядов 1914-го и 1915 годов. В полной мере хлебнув яда разложения на фронте еще в 1917 году, они начали свою боевую службу Сибирскому правительству с карательных операций против восставших крестьян. Еще хуже было то, что прибыв на фронт, эти части сразу же попали в общий отход армии. Боевой дух их был низким, сплочения с офицерами и веры в Белое дело не было. Как рассказывал один из перебежчиков 5-го Сибирского казачьего полка, «…среди сибирских казаков сильное недовольство войной, полки обмениваются нелегальными делегациями с целью перехода к красным». В стороне, на площади, тесной кучкой стоят офицеры, блестят звездочки на погонах. Сменяя один другого говорят ораторы. После бурных криков и обсуждений, было составлено и подано командиру одного из полков коллективное заявление, о своем желании немедленно идти на другой участок фронта, для защиты своих собственных станиц. Постепенно страсти стихли и станичники разошлись по своим сотням. Тем не менее, командующий 2-й армией генерал Лохвицкий, узнав о неисполнении боевого приказа и митинге, распорядился срочно вывести оба полка в тыл для проведения расследования. Что это означает, казаки знали не понаслышке. Многие помнили, случившееся еще в 1914 году, аналогичное выступление казаков в лагере под Кокчетавом, вызванное грубым обращением с ними офицеров. Тогда, это закончилось массовым расстрелом зачинщиков. Ожидать иной реакции военных властей и теперь не приходилось. А потому, едва стало известно об отводе полков в тыл и понимая, что это означает, сразу 106 казаков принимавших наиболее активное участие в митинге, дезертировали в свои станицы. Восемь из них, были уроженцами станицы Пресновка и поселка Усердное, служившими в 4-м Сибирском казачьем полку, все остальные были из 5-го полка. Такого массового дезертирства, история сибирских казачьих частей еще не знала.

 162

Схема наступления 23-25 августа 1919 года красной 3-й бригады 30-й дивизии.

2-я Сибирская казачья дивизия была спешно отведена в тыл и в ней началось расследование. Выяснилось, что некоторое время назад, в частях появился некий человек, выдававший себя за казака «…явившегося якобы с Деникинского фронта». По всей видимости, это был один из большевистских агитаторов, начавший среди казаков антивоенную пропаганду. Впечатление от его слов, усилилось полученными из станиц тяжелыми известиями об отступлении без боя, о близких вынужденных остаться на милость победителей, о потерях и разорении хозяйств. В результате, уже с 23 августа 1919 года, в обоих полках начались скрытое брожение, вырвавшееся наружу через два дня. Устраивать показательных процессов по результатам следствия не стали. Не то было время, да и главные зачинщики сбежали. Наиболее ненадежной из оставшихся, была признана 1-я сотня 4-го Сибирского казачьего полка. Все составлявшие ее 108 казаков, а так же еще 34 наиболее ненадежных казаков из других сотен, были отправлены под надзор в 18-ю Сибирскую стрелковую дивизию. Остальные сотни 4-го и весь 5-й Сибирский казачий полк, было решено отвести через с.Уктуз к городу Петропавловск, где держать под усиленным наблюдением. Туда ожидался приезд самого Войскового Атамана, который однако, прислал вместо себя стариков-делегатов Круга. Пять из сбежавших казаков, явились вскоре с повинной в стоявший в Петропавловске штаб 4-й Сибирской казачьей дивизии, выразив желание сражаться на территории родного войска. Остальные же, разошлись по своим станицам. Особенно много дезертиров – 74 человека, было из станиц Боголюбово и Надежка. Другие были из Вознесенки, Камышловки, Архангельской, Новокаменки, Плоской, Кладбинки, Первотаровки, Богатого, Дубровного, Новорыбинки и Токушей. И хотя, оставшиеся в 4-м и 5-м полках казаки выражали полную покорность, по мнению офицеров положиться на них было нельзя. Было решено временно распылить полки, направив  наиболее ненадежные две сотни с пулеметной командой в Южную группу, две сотни с пулеметной командой в 1-ю кавалерийскую дивизию, две сотни в бригаду генерала Розанова и еще одну сотню в с.Рямово к штабу армии. Примечательно, что действующие по соседству части 1-й Сибирской казачьей дивизии, волнения внешне никак не затронули. Однако, в результате волнений, пришлось оставить белую Сводную Сибирскую дивизию на позиции, не выводя ее в тыл. Части красной 1-й бригады Грязнова, весь день 24 августа 1919 года, стояли в занимаемых ими ранее населенных пунктах: 264-й полк – в д.Скаты, 262-й полк в д.Обабково, 263-й полк в с.Шмаково (Светлый Дол), штаб бригады – в с.Мендерское. В распоряжение комбрига, из Шадринска двигался 2-й Уральский кавдивизион под командованием будущего советского маршала Константина Рокоссовского (175). Наступавшие на левом фланге дивизии части 2-й бригады Томина, двигались вверх по речке Емуртла, подходя к крупному волостному центру – селу Емуртлинскому.

Развивая наступление, 25 августа 1919 года, едва забрежил рассвет, красный 268-й Уральский полк с 5-й Белорецкой батареей, выступили из с.Шмаковское и д.Секисово. Вскоре был встречен противник. Арьергардная казачья сотня 3-го Сибирского казачьего полка расположилась в д.Волосниково. Вытеснив ее, 268-й Уральский полк развернулся густыми цепями до 600 штыков, с рассыпанной в лаву конницей на флангах. Красноармейцы двинулись вперед на дд.Бол. и Мал.Шмаково, по обоим берегам речки Суерь. Из-за обхода своего левого фланга, две сотни 3-го Сибирского казачьего полка отошли на д.Ошурково, где одна из сотен спешилась и заняла позицию на левом фланге державшего здесь оборону белого 2-го Штурмового полка. Станичники залегли за мостом впадавшей в реку Суерь небольшой речушки Крутишка, во дворах и прямо у изгородей. Напряженно вглядываясь вдаль, они выжидали появления между деревьями противника. Позиция для обороны была выгодна. От кромки леса до моста, красных отделяло ровное открытое пространство. Внезапно оттуда, с опушки леса к мосту, стройно и ладно сверкая оружием, стремительно бросились конные. Под лучами солнца блестели шашки всадников, пряжки их портупей. Кто в фуражке, кто в кубанке, а кто в шлеме с красной звездой. На казачью пику вздето красное знамя. Держит его человек в кожаной куртке, перепоясанной ремнями, легко и горделиво сидящий на высоком вороном коне. Но встреченный дружным огнем в упор, красный эскадрон отступил в беспорядке. Оценив всю выгодность позиции противника для обороны, командир красного полка Хлебутин, направил часть своих бойцов в обход через д.Крутиху. Эта небольшая деревушка, раскинулась по обоим берегам речки. Оборонял ее белый 1-й батальон 2-го Штурмового полка, занявший позиции у переправы. Прикрываясь домами на другом берегу, красные могли подойти к ним едва ли не вплотную. А потому, после небольшой перестрелки, батальон белых стрелков-штурмовиков оставил свои позиции и начал отход. При этом, в плен сдались стрелки 2-й роты Теньковских Григорий, Иванов Родион и Казанцев Ксенофонт, а так же солдаты 1-й роты Кадышников Иосиф, Шумилов Степан и Кунгурцев Федор. Узнав об обходе, оборонявшаяся по соседству у д.Ошурково сотня 3-го Сибирского казачьего полка оставила свои позиции и стала отступать на д.Одину, где находился 1-й Сибирский Ермака Тимофеевича казачий полк. Встретив казаков-ермаковцев, отступающие сотни 3-го Сибирского казачьего полка свернулись в колонны и отошли к своему полку в д.Терпугово. Одновременно, белый 2-й Штурмовой полк, оставив позиции по речке Крутишка, оказывая упорное сопротивление преследующим его красным, отходил через д.Ошурково на д.Щукино. Этот отход, оставил в очень опасном положении другой полк дивизии - 1-й Штурмовой, который занимал позиции севернее д.Крутиха до оз.Острогино и оказался фактически отрезанным от главных сил. Высланная на север для связи полусотня 2-го Сибирского казачьего полка, обнаружила красных уже в д.Голопупово (Петропавловское). Тогда, снявшись с позиции, белые стрелки-штурмовики стали выходить из окружения, пробираясь лесами и болотами к озерам Бол. и Мал. Вяткино, Матренкино. При этом без вести пропали, очевидно дезертировав, стрелки Поспелов Максим, Богданов Дмитрий, Стафьев Григорий, Анцыпов Максим, Карелин Филипп, Малых Андрей, Потапов Федор, Вешкурцев Трофим, Остовский Осип, Нечаев Дмитрий, Шемякин Михаил, Канаткин Прокопий и Абакумов Кузьма. Тем временем, отступавший 2-й Штурмовой полк, так и не сумел задержать красных, подходил к д.Щукино. Красноармейцы, поддерживая свое движение сильным пулеметным огнем, висели буквально «на плечах» отходящих белых стрелков-штурмовиков, не позволяя им закрепиться, ни на одной удобной позиции. Весь отход шел с непрерывной перестрелкой. Особо трудное положение сложилось у мостика через ручей, пробегавший по окраине д.Щукино. На подходе к нему и за ним, раскинулась открытая местность, позволяющая наступающим, словно в тире, перестрелять отходящих белых стрелков. Да еще и полковые обозы сгрудились у переправы, создав непреодолимый затор. Над всем полком, нависла здесь угроза полного разгрома. И тут, на помощь пехоте подошел дивизион 2-го Сибирского казачьего полка. Видя трудное положение своих стрелков, станичники спешились и вступили в бой. К ним присоединилась 2-я сотня, высланая ранее закрыть прорыв у д.Ошурково и пулеметная команда 2-го Штурмового полка. К удивлению обороняющихся, красноармейцы бросались в атаку без всякого строя, кучами, в большом беспорядке, но с криками «ура». Ленты к пулеметам заканчивались одна за другой, выпадая из приемника. То тут то там, к пулеметчикам подползали вторые номера таща за собой все новые и новые коробки патронов. Станичники расстреливали обойму за обоймой, ленту за лентой. Было отбито несколько атак, ранен белый стрелок 11-й роты Николай Никитенко и пропал без вести конный разведчик Шабашов Александр. Тем временем, белая пехота и полковые обозы успешно отошли по дороге на д.Терпугово. Снялась с позиции и пулеметная команда 2-го Штурмового полка. Последними, похватав коней, наметом проскакали через деревянный мосток казаки-сибирцы. На ночь, красный 268-й Уральский полк остановился в занятых им дд.Щукино и Бол.Просеково.

 163

Рисунок: винтовка-«трехлинейка» системы «Мосина», обр.1895г - основное оружие русской пехоты.

Однако, даже удачный отход от д.Щукино, не принес белым облегчения. У д.Терпугово, в их тылу, внезапно показались подошедшие с запада красные. Это был 269-й Богоявленско-Архангельский полк. Выступив на рассвете из с.Боровского, вместе с 6-й Богоявленской батареей и 3-м Уфимским кавдивизионом, он не встречая сопротивления, подошел к речке Суерь. 2-я Сибирская казачья дивизия, которая и должна была удерживать этот участок, в этот день митинговала и на фронт не выдвинулась. В результате, весь удар пришелся на 1-й Сибирский казачий Ермака Тимофеевича полк. Отбрасывая казаков с боем, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк занял деревни Бородино, Терпугово и Одину (Шаршино), после чего, тесня арьергардные сотни казаков-ермаковцев, начал развивать свое наступление вверх по реке Суерь. Действуя в обход правого фланга белых, он занял с.Верхнесуерское, дд.Шумилово, Белова, Шестакова (между Белова и Верхнесуерским), Сосновка, Усть-Карагайское. Сотни 1-го Сибирского Ермака Тимофеевича казачьего полка отступили к д.Середкино. В их тылу, через дд.Круглое, Осеева и с.Мокроусово, отходили на восток в д.Крепость 3-й Сибирский казачий полк с 1-й Сибирской казачьей батареей и штабом дивизии. С ними же следовали и ненадежные части 2-й Сибирской казачьей дивизии. Под вечер, красный батальон 269-го Богоявленско-Архангельского полка начал наступать на д.Середкино с западного берега р.Суерь, обстреливая занявших позиции казаков-ермаковцев ружейно-пулеметным огнем. Оставив деревню, одна из казачьих сотен отошла на1,5 километрапо дороге на д.Круглое, а другая расположилась правее ее. Тем временем, встретив у д.Терпугово противника у себя в тылу, оказавшийся в окружении белый 2-й Штурмовой полк, свернул на дорогу через д.Дураково (ныне не существует). К вечеру, белые стрелки-штурмовики вышли на речку Кизак, в дд.Кокарева и Жиляково. Прикрывавший их отход 2-й Сибирский казачий полк, к ночи с боем отошел к д.Дураково. Штаб полка с двумя сотнями прибыл в д.Кокарево. Вечером, в штаб Конной группы генерала Волкова поступил приказ командарма Лохвицкого об отходе всех частей к оз.Куртан и д.Бол.Каменное. Красный 270-й Белорецкий полк с 4-й Верхнеуральской батареей, по-прежнему стоял в резерве в дд.Песчаная (Песьяное) и Новодостовалово. На левом фланге дивизии, части 2-й красной бригады Томина, заняли с.Емуртлинское и д.Слободчики. Полки 1-й бригады Грязнова, с утра 25 августа 1919 года двинулись догонять ушедшие вперед авангардные части. Красный 263-й Красноуфимский полк выступил через с.Белозерское в дд.Моревское и Масляная, 262-й Красноуфиский полк двигался в дд.Глубокое и Меньшиково, а 264-й Верхнеуральский полк с саперной и рабочей ротами направлялся через дд.Мал.Ачикуль и Бол.Заполой, в д.Корюкино и с.Белозерское. В дивизию прибыл гаубичный дивизион, сразу же двинувшийся догонять передовые части, а в д.Меньшиково, красноармейцам 262-го полка сдались 11 перебежчиков из белого 50-го Сибирского полка. (176)

26 августа 1919 года, ночью, красный батальон 269-го Богоявленско-Архангельского полка с 3 пулеметами и 1 бомбометом, обошел левый фланг и вышел в тыл казакам, занимавшим позиции у д.Дураково. После часового боя, сотни 2-го Сибирского казачьего полка прорвались и отошли на д.Кокорево. Красные на протяжении пяти километров преследовали их. Жители д.Дураково рассказали вступившим красноармейцам, что буквально за пару часов до них, через деревню быстрым маршем прошли на восток белые 1-й и 2-й Штурмовые полки. Стало ясно, что Сводной Сибирской дивизии удалось выскользнуть из окружения и теперь, она торопилась занять новые позиции. Отход пехоты прикрывали казаки-сибирцы. Арьергардная казачья сотня оставила д.Молотово и отошла на с.Мостовское (Мал.Мостовское). К полудню, белый 2-й Штурмовой полк занял позиции у с.Мокроусово. Севернее, по западной окраине д.Бол.Половинная позицию занял 1-й Штурмовой полк с 2-й Штурмовой батареей. Белый 71-й Сибирский полк, держал оборону у д.Мал.Кизакской (не существует, находилась между дд.Жилякова и Крепость). Штаб начдива Петухова остановился в д.Семискуль. Южнее, у д.Лапушное находился 3-й Сибирский казачий полк, а у д.Бол.Песьяное левый фланг отступавших прикрывал 1-й Сибирский Ермака Тимофеевича казачий полк. Белый 2-й Сибирский казачий полк был отведен к штабу дивизии в д.Утичье. Штаб 2-й армии генерала Лохвицкого перешел в д.Лебяжье у оз.Щучье. Вместе с ним, на восток отводились митинговавшие накануне части 2-й Сибирской казачьей дивизии: 4-й Сибирский казачий полк перешел в д.Сливное, 5-й Сибирский казачий полк – в д.Сивково, штаб дивизии остановился в д.Волчья. Штаб Конной группы расположился в д.Бол.Каменное. После полудня, красноармейцы 269-го Богоявленско-Архангельского полка, при поддержке огня 6-й Богоявленской батареи, атаковали на широком фронте дд.Еремино, Кокарево и с.Мокроусово. Бой вспыхнул сразу на всем участке 2-го Штурмового полка. Его 2-й батальон, не оказывая особого сопротивления, отошел из с.Мокроусово к д.Мал.Кизак. По воспоминаниям П.Мокроусова, само село было занято красными без боя. Сюда же в д.Мал.Кизак, потеряв в бою у д.Крепость раненными стрелков Кобелева Николая, Кропачева Семена, Герасимова Степана, а так же пропавшим без вести рядового Кибирцева Ивана, отошел весь белый 3-й батальон. Соединив оба батальона, 2-й Штурмовой полк стал отступать. Внезапно, в его тылу, со стороны д.Жиляково показалась зашедшая в тыл красная конница. Это был эскадрон 3-го Уфимского кавдивизиона. Пришлось остановиться, повернуть и установить пулемет. Впопыхах, второй номер неправильно подал ленту в приемник и произошел перекос патрона. До кавалеристов оставалось уже с полверсты, видно было, как в лучах солнца сверкают их клинки. Трясущимися руками наводчик устранил перекос и зарядил пулемет. Стальная машина застучала, резанув скачущих длинной очередью. Те отхлынули обратно. Другая часть 2-го Штурмового полка – его 1-й батальон и егерская рота, начали отступать из с.Мокроусово по дороге на д.Чесноково. Высланная вперед конная разведка обнаружила, что еще один эскадрон красного 3-го Уфимского кавдивизиона, обойдя, перехватил дорогу для отступления. При этом без вести пропали белые разведчики Падерин Василий и младший унтер-офицер Мецек Владимир. Тогда понимая, что путь отступления вперед отрезан, белые стрелки-штурмовики, не переходя на восточный берег р.Кызак, повернули по дороге на д.Лапушки. Отход шел с боем. Приходилось беспрерывно отстреливаться от красной пехоты наседающей с юго-запада. При этом были ранены белые стрелки Рогалев Тимофей, Юдин Александр, Гриднев Петр, Романов Григорий и Шихалев Тимофей. Умер позднее от ран Козьма Алексеевич Рогачев (Рычагов). Без вести пропали солдаты Синицын Мирон, Батурин Иван и Кошкаров Павел, сбежал солдат Шаврин Андриан. Наконец, в трех километрах от с.Мокроусово, отступающие встретили сотню казаков-сибирцев, которые и стали прикрывать отход батальона, задерживая красных. К ночи, белый 2-й Штурмовой полк вышел на дорогу ведущую, на с.Могильное (Рассвет). За эти дни, он понес большие потери. Находившийся севернее 1-й Штурмовой полк отошел на восток без боя. Из него лишь дезертировали младший унтер-офицер Василий Кашин, Иван Клименко, Лобанов Прокопий и Коровин Петр, уроженец Шадринского уезда, д.Красновская. Всего, в бою под с.Мокроусово, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк потерял 15 раненных и вместе с 3-м Уфимским кавдивизионом захватил 45 пленных из 71-го Сибирского и 1-го Штурмового полков. Еще 12 перебежчиков пришло сдаваться на 6-ю Богоявленскую батарею. 270-й Белорецкий полк с 4-й Верхнеуральской батареей выступил из с.Петуховское в с.Шмаковское. А из тыла в д.Круглое, уже подходил гаубичный артдивизион 30-й дивизии.

Особенно удачным, оказался в этот день рейд красного 3-го Уфимского кавдивизиона в тыл белым. По воспоминаниям жителя д.Утичье Осиева Киприяна Филимоновича, этим успехом, красные кавалеристы были обязаны появлению у них крестьянина Мартемьяна Евгеньевича Аламова, посланного от сочувствующих утичевских крестьян навстречу Красной Армии. Тернист был его путь к своим. Недалеко от дер.Журавлево Уваровской волости, посланец был пойман белыми и посажен в амбар под замок. Ночью, выдавив одну из досок крыши, ему удалось бежать. Темнота и небольшой дождь скрыли следы беглеца и к утру, Аламов вышел в расположение красных. Рассказав о грабежах и безобразиях творимых отступающими белыми частями, он согласился быть проводником. Выступив во главе 3-го Уфимского кавдивизиона левым берегом речки Кизак и минуя населенные пункты, он вскоре вывел отряд к Кизакскому мосту. Здесь стремительно катился на восток, поток отступающих белых частей. Перед узким мостом скопились ожидавшие своей очереди на переправу обозы и батареи. Осмотрев местность, командовавший красными кавалеристами командир, по имени Василий Иванович, приказал бойцам спешиться. Лошадей укрыли в высоких зарослях камыша, оставив для присмотра за ними несколько коноводов. Остальной отряд осторожно двинулся по камышам в сторону Кизакского моста. Дойдя до последнего камышового мыса в1,5 километрахот переправы, красноармейцы развернулись в цепь и, переползая по-пластунски, вышли на удобную позицию. По команде раздался дружный залп, ударил пулемет. Пули просвистели верхом, так как командир запретил стрелять прямо по скопившейся у моста толпе, где было много мирного населения: мужчин, женщин и подростков-подводчиков. В ответ, имевшие оружие обозники открыли бессмысленную стрельбу по камышовым зарослям. Перепуганные лошади, оглушенные грохотом винтовок и пулеметных очередей, стали неудержимо рваться и становиться на дыбы. Одна из подводчиков, 14-летняя девушка по имени Анна, не смогла удержать коня, который, рванувшись, помчался, всей мощью ломая телеги. Перепуганная девушка  бросилась за своей лошадью, но рассвирепевший офицер выстрелил. Пуля попала девушке в грудь. Подойдя к стонавшей на земле в муках жертве, офицер двумя выстрелами из револьвера добил ее. Тело погибшей, родственники увезли для похорон в ее родную деревню Барашково. Продолжая обстреливать камышовые заросли, обозы стали спешно переправляться через Кизакский мост. Тем временем, красноармейцы, передвинувшись на более удобную позицию, открыли огонь уже непосредственно по солдатам и атаковали хвост обоза. Было убито четыре солдата и два офицера, один офицер в чине поручика был ранен, а так же было захвачено 3 лошади с седлами, 13 лошадей обоза с повозками гружеными 160 пудами печеного хлеба, 41 пленный, 41 винтовка и 5000 патрон. Но самое главное – в целости и сохранности была захвачена переправа через болотистое займище. Потери красных составили – 1 легкораненый. Тем временем, проводник Мартемьян Аламов пешком пошел в свою деревню. Подходя к ней, он встретил скрывавшихся в лесу от мобилизации своего отца Аламова Евгения Ивановича, а так же своих односельчан – Шалькова Трофима Лукича и Большакова Андрея. На глазах партизан, через д.Утичье по дороге на с.Могильное (Рассвет), сплошною вереницей двигались военные обозы, с подводчиками, мобилизованными из деревень Мокроусовской волости. В деревню постоянно прибывали все новые и новые части. Все крестьянские дома, дворы и бани были плотно забиты солдатами. За Утичевским озером со стороны д.Тетерье, в наскоро сооруженных окопах были установлены пулеметы. Один эскадрон белой конницы выдвинулся в качестве арьергарда по дороге на д.Лапушки, в сторону Кизакского моста. А там, захватившие мост красные кавалеристы уже занимали круговую оборону. Это было сделано вовремя. На опушке большого осинового леса – Семенова осинника, уже показались три всадника белой разведки. Вскоре, со стороны урочища Золотово показалась белая пехота, на опушке Семенова осинника солдаты стали устанавливать пулеметы, а вверху займища от Понамарева пруда показались два эскадрона. Завязалась перестрелка, которая шла до самого вечера. Однако атаковать переправу, белые так и не стали. С наступлением темноты они отошли, оставив в Семеновом осиннике один эскадрон в арьергарде. Взбудораженные боем у Кизакского моста, последние остатки белых обозов спешно прошли д.Утичье. Лишь в доме Михайлова Филиппа (затем дом Лопарева Валерия) осталось три офицера и несколько солдат из белого разъезда. Поспешивший к Кизакскому мосту Аламов Мартемьян, срочно рассказал обо всем красному командиру. Взяв 20 бойцов, он лесными тропами повел их в деревню Утичье. Выйдя на опушку последнего перед деревней большого леса, так называемого Козлова осинника, красноармейцы выхватили шашки и галопом бросились прямо к деревне. Заметивший их часовой, дал два выстрела, после чего вся белая застава бросилась к лошадям. Тем временем, к занявшим оборону у Кизакского моста красным кавалеристам подошло подкрепление. Вышедший им на помощь красный отряд под командой Федорова, бывшего вагонного сцепщика со станции Екатеринбург, по дороге, напротив, с.Мокроусово, был обстрелян белой заставой. Спешив бойцов, Федоров укрываясь за высоким берегом реки, незаметно повел их к позициям противника и, подойдя на близкое расстояние, внезапно открыл огонь. Белая застава бежала, бросив на месте двух убитых солдат и пулемет системы «кольт» с 7 лентами. После этого боя, белые оставили с.Мокроусово и отошли. Всего за день, 3-й Уфимский кавдивизион потерял 1 бойца убитым и раненными 2 лошади (177). На левом фланге дивизии, части красной 2-й бригады переправились через речку Кизак и заняли с боем с.Пятково. Из тыла, в дивизию двигался 2-й взвод Отдельной конно-горной батареи, только что сформированный в г.Вятка. Он должен был присоединиться к Нарвскому полку Красных Гусар.

 164

Рисунок: горное орудие.

Двигавшийся в резерве части 1-й красной бригады Грязнова, постепенно так же втягивались в боевую линию. Они выдвигались на правый фланг 30-й дивизии, в незанятый никем промежуток с частями соседней 5-й армии Тухачевского. Так, 263-й Красноуфимский полк, к вечеру 26 августа 1919 года, занял д.Молотово и с.Мостовское (ныне Мал.Мостовское). Со слов жителей, лишь утром белые ушли из села по дороге на д.Лапушки. По воспоминаниям Булатова, накануне, вдоль Марайского Сухого Лога, целый день отступала белая пехота. На пригорке, в редких березках расположился санбат. Здесь схоронили умершего от раны в голову 33-летнего солдата Федора Ивановича Шестакова, уроженца Уфимской губернии, Златоустовского уезда, Таступинской волости, д.Гимазов (?), а так же 26-летнего казака 12-го Оренбургского казачьего полка Павла Ивановича Петухова, умершего от болезни при следовании на фронт. Их имена записали в метрическую книгу Богоявленской церкви села Марайского (Мостовское). А по дороге мимо села, на восток все ехал и ехал народ. Это эвакуировались горожане, купечество, городская и деревенская буржуазия. И хотя отступающие прошли быстро, с крестьянами они не церемонились – отбирали скот, хлеб, птицу, тут же резали скотину и варили мясо. В итоге, жители с.Мостовское радостно встретили приход красноармейцев. Все крестьяне вышли на улицу встречать пришедших, женщины готовили обед. Не менее радушный прием, встретил и 262-й Красноуфимский полк, занявший к вечеру д.Заложное. Здесь так же, все население вышло встречать бойцов на улицу с красным флагом с надписью “Да здравствует Красная Армия!”, и с хлебом-солью. В соседнем с.Носково, крестьяне встречали красноармейцев крестным ходом под колокольный звон. По желанию населения, был отслужен благодарственный молебен и весь полк кроплен святой водой. Красный 264-й Верхнеуральский полк в этот день двигался через дд.Боровское и Нюхалово в с.Марай и д.Старопершино. Приданная бригаде 1-я саперная рота исправляла мост у с.Белозерского, а 6-я Отдельная саперная рота основательно укрепляла мост в д.Бочанцево (178).

Казалось, наступление красных полков на восток, так и будет идти – легко и приятно. Следующий день, 27 августа 1919 года, вообще прошел без боя. Не встречая сопротивления, красный 268-й Уральский полк без боя занял лежащие по берегу речки Кизак деревни Уварово (3-й и 4-й батальоны), Грамотеево и Погидаево (1-й батальон), Журавлево и Сивково(2-й батальон). В д.Уварово, фронт перешел бежавший из белого плена лекарский помощник 3-й бригады 27-й дивизии Гришин Федор. Вскоре, красный 3-й батальон без боя занял д.Чистовка (15 километровсеверо-восточнее Уварово). Решив проверить, кто именно занимает д.Зимовье Манайское (15 километровсеверо-восточнее Чистовки), туда был направлен взвод конной разведки. Не доезжая полверсты до деревни, командир красных разведчиков Николай Ложкин с 20 красноармейцами, заметил белую заставу. Скрытно обойдя ее и подойдя к деревни, разведчики внезапно бросились в атаку на белые окопы. Несмотря на возникшее замешательство, белые быстро опомнились и легко отразили атаку огнем. Возвращаясь, разведчики подошли с тыла и взяли в плен выставленную на дороге белую заставу в 17 человек из 2-го батальона 3-го Сибирского полка. Со слов одного из пленных – Максяева Григория, деревню занимали два батальона только что выдвинутого на фронт 3-го Сибирского полка. Красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк, весь день отдыхал в с.Мокроусово и в деревнях Крепость, Кокарево, Соловьево и Еремино. Резервный 270-й Белорецкий полк стоял в дд.Бородино и Бол.Просеково. Отступавшие на их участке белый 2-й Штурмовой полк и егерская рота, отошли через с.Могильное (Рассвет) к штабу дивизии в с.Куртан, где заняли позицию по южной окраине села. Сюда же, прибыл и 1-й Штурмовой полк, отошедший через д.Семискуль. По дороге, улучшив момент, из него дезертировали стрелки Гаврила Пономарев, Дмитрий Пономарев, Степан Казанцев, Илья Таланов, Григорий Ломаев, Максим Баженов, Егор Сумаров, Николай Попов, а так же Степан Волосников. В арьергарде дивизии отступал белый 71-й Сибирский полк, развернувшийся на позиции от перекрестка дорог северо-западнее оз.Семискуль и до южной оконечности оз.М.Куртан, а так же учебный батальон, занявший перешеек озер Бол. и Мал.Куртан. Отход белых частей на фронте, прикрывал 3-й Сибирский казачий полк, раскинувший свои сотни от д.Тетерья до д.Чесноково. Южнее, 1-й Сибирский Ермака Тмофеевича казачий полк, оставив дд.Бол.Песьяное и Лапушки, отступил к мосту в семи километрах по дороге на д.Утичье. Позади него, через д.Шелепово между озерами Черное и Щучье, отходили на восток части белой 4-й Сибирской дивизии. Южнее, через д.Бол.Каменное отступала Красноуфимско-Златоустовская партизанская бригада. Ненадежная 2-я Сибирская казачья дивизия, двигалась дальше всех в тылу, через дд.Полой и Сливное. Штаб Конной группы остановился в д.Сивково, а штаб Южной группы в д.Лиханово (179). Остальные части 1-й и 2-й бригад 30-й дивизии, весь день отдыхали, стоя в занятых накануне селениях.

 165

Карта района озера Черное, где происходили наиболее ожесточенные бои 30-й красной дивизии.

Теперь, задержать наступающие красные части, можно было лишь в районе озер Куртан и Черное, где имелось множество узких дефиле и мало дорог. Оборону здесь, было поручено держать белым частям наиболее стойкой 4-й Сибирской дивизии. Ее 15-й Курганский полк занял позиции у с.Куртан, а остальные части расположились за перешейком озер в дер.Лебяжье, где 14-й Иртышский полк разбил бивак на юго-восточной окраине озера. Здесь были заранее построены укрепленные позиции и проходила главная линия обороны. Именно с нее, когда-то планировало начать свое наступление на запад белое командование. Белая Сводная Сибирская дивизия прикрыла этот район с севера, отойдя главными силами в д.Жиряково и оставив арьергардный полк в двух километрах южнее д.Селезнево (Никулино). С утра 28 августа 1919 года, два батальона красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка с 6-й Богоявленской батареей и 3-м Уфимский кавдивизионом, выступили из с.Мокроусово. Общая масса пехоты, кавалерии, бесконечных обозов и артиллерии, далеко разлилась по дороге. Отступавшая в арьергарде 1-я Сибирская казачья дивизия, с приближением противника оставила дд.Чеснокова, Утичье и, двигаясь через с.Могильное и д.Бол.Каменное, отошла в дд.Кошелево, Журавлево и Сивково. Здесь же по соседству, в районе дд.Сливное, Лопарево и Волчье находилась белая Красноуфимско-Златоустовская партизанская бригада. Части ненадежной 2-й Сибирской казачьей дивизии большими переходами двигались в район дд.Селезнево, Долинино и с.Казанское. После полудня, красноармейцы 269-го Богоявленско-Архангельского полка атаковали батальон белого 15-го Курганского полка на позициях к югу от оз.Куртан. Наступавшие еще издалека открыли шквальный огонь. Одна очередь легла выше занявших оборону белых стрелков-курганцев, другая дала недолет. Пули ложились, поднимая фонтанчики песка. Вот вздыбился песок перед позицией. Красноармейцы явно пристрелялись. Были ранены стрелки-курганцы:

1) Булычев Иван Архипович, уроженец Пермской губернии, Шадринского уезда, с.Красномальское,

2) Кондратьев Семен Маркович, родом из Тобольской губернии, Тарского уезда, Новокарасульской волости, д.Занивка,

3) Белобородов Александр Иванович, из Тобольской губернии, Туринского уезда, с.Дымково,

4) Мартынов Владимир Яковлевич, уроженец Тобольской губернии, Тарского уезда, д.Мартыново,

5) Сабитов Гайнан, родом из Пермской губернии, Шадринского уезда, д.Ичкинское,

6) Матюнин Прохор Семенович, из Тобольской губернии, Туринского уезда, Томиловской волости, с.Куминово.

После упорного боя, белый батальон отступил к д.Шелепово, где имелось две линии хорошо оборудованных и замаскированных окопов. Это были позиции, протянувшиеся далеко на юг, вплоть до д.Большегусиное. Именно с них, белое командование планировало начать свое наступление. И хоть линия развертывания частей была впоследствии перенесена на восток к реке Ишим, заранее подготовленные позиции остались, содействуя отступавшим войскам в обороне. Командир отступивших к Шелепово белых солдат нервно посмотрел на часы – остальные батальоны запаздывали и не успевали оттянуться к перешейку. Дальнейший отход, мог привести к их окружению. Не успели отступившие стрелки-курганцы занять позиции, как с опушки леса, вслед за ними, сыпанули маленькие фигурки, рассыпаясь на бегу и образовывая цепи. По ним, из-за бугров и яров полились свинцовые струи пулеметов, заставившие тех залечь. Бой был упорным. Белому батальону 15-го Курганского полка удалось задержать наступавших красных на два часа, дав возможность отступить к д.Шелепово другим частям полка. В бою были ранены стрелки 15-го Курганского полка:

1) Кобяшов Василий Миронович, Тобольская губерния, Туринский уезд, Озерская вол, д.Чеурская,

2) младший унтер-офицер Маркин Дмитрий Макарович, Тобольская губерния, Тарский уезд, Малокрасноярская волость, д.Людики,

3) Бобоченко Мартын Антонович, Тобольская губерния, Туринский уезд, Добронская волость, д.Клубково,

4) Кривиногов Николай Семенович, Пермская губерния, Верхотурский уезд, Топорковская волость, д.Речное,

5) Курбатов Филипп Андреевич, Пермская губерния, Шадринский уезд, с.Теренкульское,

6) Балухтин Степан Павлович, Тобольская губерния, Тарский уезд, с.Ногорноиванское,

7) младший унтер-офицер Степанов Михаил Петрович, Пермская губерния, Камышловский уезд, с.Катайское,

8) Шишкин Арсений Степанович, Шадринский уезд, с.Усть-Миаское,

9) Столбов Прокопий Фотеевич, Ишимский уезд, Быковская волость, д.Сарталы,

10) Пинягин Федор Васильевич, Ишимский уезд, Усть-Ланская волость,  д.Медведево,

11) Помазкин Иван Андреевич, Шадринский уезд, с.Першино, 

12) Кокорин Андрей Кузьмич, Шадринский уезд, с.Першино,

13) Лаптев Максим Яковлевич, Ишимский уезд,

14) Поспелов Карп Антонович, Шадринский уезд, с.Першино.

Лишь собрав вместе все батальоны, белый 15-й Курганский полк отошел от д.Шелепово на перешеек озер Черное и Щучье. Во время отхода, без вести пропали стрелки 2-й роты 15-го Курганского полка:

1) Статников Алексей Васильевич, г.Омск, ул.Тюремная, д.32,

2) Огнев Петр Андреевич, Пермская губерния, Осинский уезд, Югокнадская волость,

3) Ачимов Иосиф Васильевич, Камышловский уезд, д.Томакульское,

4) Мохов Иосиф Афанасьевич, г.Омск, ул.Продольная, д.192,

5) Самохвалов Филипп Алексеевич, Тобольская губерния, Калачинсккий уезд, Куликовская волость, д.Потанино.

Всего, за два дня, с 27 по 28 августа 1919 года,  красноармейцы 269-го Богоявленского полка захватили 59 пленных и перебежчиков из 15-го Курганского и 71-го Сибирского полков. Потери красных в боях у с.Куртан составили 1 командир роты и 14 бойцов раненными. На ночь, красноармейцы 269-го Богоявленско-Архангельского полка остановились в д.Шелепово. За ними в с.Куртан перешел 270-й Белорецкий полк. В связи с отходом частей 4-й Сибирской дивизии за перешеек озер Черное и Щучье, державший оборону южнее белый 1-й Красноуфимский полк, без боя отошел от д.Сливное и расположился у озер Щучье и Жирное, отправив один батальон в д.Сивково и оставив две арьергардные роты у д.Лопарево. За ним по пятам, шли подходившие с юга части 27-й красной дивизии, занявшие деревни Полой и Бол.Каменное. Развивая наступление, красный 243-й Петроградский полк с двумя орудиями 5-й Смоленской батареи, к ночи занял д.Сливное, взяв в плен отставшего рядового комендантской команды штаба Красноуфимской бригады Шмонина Федора. Утром следующего дня, части 1-й Сибирской казачьей дивизии сменили белую пехоту на участке от оз.Волчье до оз.Кошкуль, прикрыв дорогу на д.Кошелево. Южнее, в д.Сладкое группировалась 3-я Оренбургская казачья бригада. На левом фланге дивизии, части красной 2-й бригады Томина, медленно вытягивались по единственной дороге, ведущей из дд.Прохорово, Комиссарово и Крашенинино через д.Зимовье Кайнакское (20 километровсеверо-западнее оз.Стекленей) на дд.Кайнак, Иваново и Крашеново. Другой дороги по этой болотистой местности не было. Двигавшиеся в резерве дивизии части 1-й бригады Грязнова, к вечеру 28 августа 1919 года занимали: штабриг – д.Белая, 263-й Красноуфимский полк - дд.Межумная, Тетерье, Утичья, 264-й Верхнеуральский полк – дд.Лапушки, Бол.Песьяное, Пившино, 262-й Красноуфимский полк – дд.Старопершино, Боженово, Дмитриевская. Бригада, хотя и считалась в резерве дивизии, но фактически шла в прорыве с соседними частями красной 27-й дивизии (180).

 166

Фото: перешеек озер Черное и Щучье (снимок автора).

29 августа 1919 года, яростные бои на участке 3-й красной бригады продолжились. С утра, высланный вперед на разведку красный 3-й Уфимский кавдивизион, без боя занял д.Бол.Щучье. Местные крестьяне рассказали, что в трех километрах восточнее их деревни, между озерами Черное и Щучье, есть сильно укрепленные позиции белых, состоящие из двух линий окопов полного профиля, хорошо замаскированных и соединенных ходами сообщений. Перед окопами устроена засека. Оборону здесь держал белый 16-й Ишимский полк под командованием подполковника Мятелева. Огневую поддержку ему оказывали 6 легких и 3 тяжелых орудий 4-го Сибирского артдивизиона. Позади в резерве, в лесу в двух километрах западнее д.Лебяжье стоял 13-й Омский полк. Используя болотистую местность и узкие озерные дефиле, белое командование рассчитывало задержать красных, нанести им ощутимый урон, выиграть время и дать возможность другим частям подготовиться к наступлению. А потому, едва заметив в д.Бол.Щучье красную конницу,  белая артиллерия открыла огонь по деревне. Одним из снарядов, был наповал убит 48-летний крестьянин-подводчик Харитон Федорович Ваитович, уроженец Виленской губернии, Елейского уезда, Зарайской волости, села Латыгова. После первых же разрывов, 3-й Уфимский кавдивизион ушел обратно к д.Шелепово.  Полученные сведения о закрепившемся впереди противнике, встревожили красное командование. Было решено сломить оборону врага, предприняв наряду с мощным фронтальным ударом, так же и обходное движение вокруг озер. Для этого, красный 268-й Уральский полк с 5-й Белорецкой батареей, выступил с утра из д.Семискульской. Пройдя, пустую дер.Зимовье Манайское (Кизак) в20 километровсеверо-западнее оз.Стекленей, красные 1-й и 3-й батальоны 268-го Уральского полка с Оренбургской сотней и командой конной разведки, вскоре миновали дер.Дресва (Глининскую). Противника не было видно. Пройдя еще около трех верст за деревню, шедшая впереди красная конница, внезапно была обстреляна из окопов на опушке леса. Стало ясно, что дорога отлично простреливается, и противник занял оборону. С тыла стала подтягиваться красная пехота. Но при ее подходе, белые, не принимая боя, снялись с позиции и начали отход к стоящим рядом двум деревушкам Прохорово и Козлово. До самого вечера, взять их так и не удалось. Здесь оборонялись белые 3-й и 4-й Сибирские полки, из состава недавно прибывшей на фронт 2-й Отдельной бригады полковника Розанова. Пока 1-й и 3-й батальоны красного полка штурмовали д.Прохорово, их 2-й батальон, из д.Дресва (Глининская) наступал на д.Селезнево. Белые оказали здесь упорное сопротивление, и бой за деревню шел три часа, прежде чем красноармейцам удалось выбить врага. Еще один, 4-й красный батальон, оставался  в резерве в д.Глининская. Вскоре сюда же, через дд.Зимовье Манайское и Дресва (Глининская) подошел красный 266-й рабочий имени Малышева полк. Но лишь на рассвете следующего дня, используя обходное движение, белых удалось сбить с позиции. После этого, красный 266-й имени Малышева полк двинулся преследовать белых по дороге на север на с.Армизонское, а 268-й Уральский полк направился севернее озер по дороге ведущей на восток на д.Жиряки. Здесь оборонялись части белой Сводной Сибирской дивизии, чей штаб остановился в д.Сухая (Комлево) (181).

30 августа 1919 года, получив известия об успехе обходной группы, на рассвете, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк атаковал правый фланг белых укрепленных позиций в трех километрах северо-восточнее д.Бол.Щучье. Удар в лоб, всегда считался одним из наиболее трудных для атакующей пехоты. По словам местных жителей, окопы у д.Лебяжье шли по степи за стыком озер, где сейчас через протоку перекинут небольшой мостик. Следов их сейчас уже не осталось. Лишь в сторону оз.Б.Луженое, прикрывая идущую туда дорогу, говорят, еще заметны, отдельные ячейки. Дождавшись приближения красных цепей, открыли беглый огонь белые батареи. Снаряды стали густо ложиться вокруг, засыпая наступавших горячей землей разрывов. Огонь нарастал с каждой минутой и вскоре, все вокруг превратилось в ревущий ад. Полетели вверх глыбы земли, клочья шинелей. Не выдержали, дрогнули красные бойцы, перед всесокрушающей лавиной стали и, оставив боевую линию, вогнув голову в плечи, стали разбегаться прочь, куда-нибудь в сторону от огненного смерча. Трижды, под сильным артогнем поднимались в атаку и вновь отходили красноармейцы. В этот день, 269-й Богоявленско-Архангельский полк потерял 1 убитым и 20 раненных, но продвинуться вперед ему так и не удалось. В принявшем на себя основной удар белом 16-м Ишимском полку: в 7-й роте – убит 1 солдат, 3 ранено и 1 пропал без вести, в 8-й роте – ранено 3 солдат, в 9-й роте – ранен подпоручик Бреск(зг)ин, прапорщик Вирбитский и 2 солдата, 2 солдат пропали без вести. По донесению командира, более половины имевшихся у ишимцев пулеметов было в нерабочем состоянии. Южнее ишимцев, оборону занимал 13-й Омский полк. Белый 14-й Иртышский полк занимал позицию у д. Комлево (Сухая), протянув свой фланг до северной окраины оз.Лебяжье. Дивизия прочно удерживала свой участок. Между тем, севернее озера Черное, дела обстояли отнюдь не так хорошо. Малочисленные белые 1-й и 2-й Штурмовые полки, с утра 30 августа 1919 года, оставив д.Жиряково, отходили по дороге ведущей через д.Зубарево на д.Комлева (Сухая). Едва прошли линию озер, как 1-й Штурмовой полк развернулся на позиции от дороги западнее озер Бол. и Мал.Камышное до д.Комлево (Сухая). От нее и до оз.Лебяжье, позицию держал 2-й Штурмовой полк. Их движение прикрывал 71-й Сибирский полк, занявший позицию фронтом на д.Меньшиково, а затем отступивший в д.Полой. При этом отступлении, из 1-го Штурмового полка дезертировали солдаты Буреков Степан, Смирнов Аркадий, Шабанов Григорий, Вороткин Петр, Шахтин Михаил, Ярков Порфирий, Москвин Владимир, Рябков Осип и Пикшанов Андрей, а из 2-го Штурмового полка сбежали стрелки Симаков Михаил, Ударцев Феолений и Жиряков Павел. На ночь, красный 268-й Уральский полк остановился в д.Жиряки. Штаб красного комбрига Брока находился в д.Уварово, а приданные ему саперная и рабочая роты находились в д.Семискулье. По замыслу комбрига, 269-й Богоявленско-Архангельский полк должен был наступать через села Лиханово, Частоозерское на с.Бутырино и д.Воробьево, а 268-му Уральскому полку ставилась задача наступать по северному берегу озера Черное, через д.д.Зубарево, Гоглино, Калмацкое на д.д.Старорямово, Заозерная и с.Бердюжье. На участке наступавшей, на левом фланге дивизии красной 2-й бригады Томина, ее полки успешно продвигались на восток, с боем заняв д.Иванова. Полки 1-й бригады Грязнова стояли на месте, взяв в этот день 7 перебежчиков (182).

 167

Фото: пулемет системы «кольт-браунинг» - один из самых распространенных в армии белых (снимок с сайта http://world.guns.ru/machine).

И вот наступил последний день августа 1919 года. С утра, белые 14-й Иртышский и 15-й Курганский полки сменили отступившие части Сводной Сибирской дивизии и заняли позиции в2 километрахюжнее д.Даньково вплоть до оз.Лебяжье. Сместившись несколько севернее, 1-й Штурмовой полк занял оборону от оз.Няшино до дороги из д.Даньково в д.Калмацкое, а 2-й Штурмовой полк держал позицию от этой дороги до оз.Белое. В этот день, на их участках стояла тишина. Лишь от полученных ранее ранений, скончался солдат 3-й роты 1-го Штурмового полка Староверов Григорий. Вся сила удара наступавших красных, как и накануне, пришлась белую 4-ю Сибирскую дивизию. Позади, в д.Казанцево расположился штаб Южной группы генерала Вержбицкого. Едва рассвело, как красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк продолжил свое наступление. Красноармейцы, развернувшись в цепи, двинулись вперед на перешеек озер Черное и Щучье. Их поддержала огнем, вставшая на позицию красная 6-я Богоявленская батарея. Шквал снарядов, обрушившийся на окопы белых, потряс каждого своей неожиданностью и силой. Земля содрогалась от адского грохота, огромные комья земли взлетали ввысь и падали на головы. Плотная, едкая пороховая гарь окутала всю линию обороны. Все вокруг кипело, грохотало и казалось, не будет конца этому чудовищному грому на земле. Потом все стихло. Перестали рваться снаряды, дрожать земля. Поднявшие голову стрелки заметили, как вся равнина покрылась густыми цепями. Пехота шла широким шагом, срываясь на бег. Впереди торжественно маршировали знаменосцы: алое бархатное полотнище тяжело развевалось над их головами. Удар красных наносился точно в стык белых 13-го Омского и 16-го Ишимского полков. Ахнув, раскололась многократным эхом молчавшая степь, открыли огонь винтовки, застучали пулеметы. К 6 часам утра, красноармейцам удалось сбить 13-й Омский полк, заставив его отойти на бугры восточнее прежней позиции. Завидев отход соседей, белые стрелки-ишимцы загнули фланг, чтобы не допустить обхода, но затем под угрозой окружения, так же были вынуждены отойти на бугры в одном-двух километрах западнее дер.Лебяжье. Здесь, выровняв фронт, белые 13-й Омский и 16-й Ишимский полки, под непрекращающимся давлением красных, стали отходить на высоты в одном километре восточнее д.Лебяжье. В бинокль, с древнего кургана, начдиву было хорошо видно, как по выжженному полю мечутся люди, над чернеющими брустверами окопов часто пыхают сиреневые дымки залпов, появляются из траншей маленькие фигурки и бегут, бегут, куда-то размахивая руками, сверкая штыками. Он понимал, что это значит – оборона его частей, вот-вот будет прорвана. Но чем же помочь?  Все уже было брошено в бой. К 10 часам утра, красноармейцы преодолели сильно укрепленную позицию белых на перешейке между озерами Щучье и Черное и под сильным артиллерийским огнем вышли к д.Лебяжье. Наступавший на левом фланге полка, командир 3-й роты Каменских Матвей Степанович, уроженец Пермской губернии, Оханского уезда, Таборской волости, д.Чекмени, внезапно увидел позади цепей своей роты невысокое облачко пыли – это конница белых заходила им в тыл. Вдруг, внезапно вымахнув на фланг, она бросилась в атаку. Удар оказался настолько неожиданным, ошеломляющим, что пехотинцы пришли в замешательство. В суматохе, пыли мечется командир роты. В его руке револьвер, правая щека рассечена пулей, и кровь обильно заливает гимнастерку. В пылу схватки, боль не чувствуется. Крича и размахивая револьвером, ему удается остановить панику и заставить бойцов открыть огонь. Конница отбита, и левый фланг вновь двигается вперед, а свалившегося без сознания от кровопотери командира увозят в госпиталь. Вскоре, цепи красных занимают д.Лебяжье. А за ними, из с.Куртан и д.Шелепово, на перешеек уже втягиваются густые колонны красного 270-го Белорецкого полка. Белые стрелки-омцы и ишимцы, остановились на позиции в километре восточнее д.Лебяжье. К ним на помощь из с.Лиханово, был направлен единственный оставшийся у начдива резерв – учебный батальон дивизии. Ему был дан приказ восстановить утраченное положение на перешейке у д.Лебяжье. Учебный батальон придали 16-му Ишимскому полку. Одновременно, с севера пришли тревожные известия. Красный 268-й Уральский полк, выйдя утром из д.Жиряково, после упорного боя занял дер.Зубарево, которая дважды переходила из рук в руки, прошел д.Гоглина и густыми цепями начал наступать на д.Комлева (Сухая). С юга, на помощь ему выдвигался левофланговый батальон 269-го Богоявленско-Архангельского полка, выходивший цепями между озерами Лебяжье и Уфимцево. После упорного боя, одновременным ударом с фронта и с юга, красноармейцы двух полков заняли д.Комлева, оттеснив оборонявший ее белый 14-й Иртышский полк к северной окраине д.Южно-Дубровная. В1,5 километрахуступом, за правым флангом 14-го Иртышского полка, находился левый фланг 15-го Курганского полка. Бой не умолкал ни на минуту. Позиция белых была превосходна, прикрыта болотами, но на ней надо было еще успеть закрепиться. По далеко раскинувшейся слегка всхолмленной равнине, отступивших белых стрелков-иртышцев, преследовали густые цепи наступающих красноармейцев. Их решетили пули, валили осколки. Цепи сжимались, редели, но шли, бежали все вперед и вперед, спеша сократить роковое расстояние, и бросится в штыки. Так и не успев закрепиться, через полчаса боя, белый 14-й Иртышский полк оставил д.Южно-Дубровное и отступил по дороге на с.Лиханово, а 15-й Курганский полк отошел на д.Полой. На ночь, красный 268-й Уральский полк остановился в дд.Южно-Дубровное, Комлева (Сухая), Гоглино, Данькова. Оказавшийся на его участке батальон красноармейцев-богоявленцев, выбив белый 15-й Курганский полк, с боем занял д.Полой, где также остановился на ночлег.

У с.Лиханово, белый 14-й Иртышский полк занял двумя батальонами позицию к северу от села, мимо оз.Татарское до оз.Полой. Еще один батальон с командой пешей разведки, занял оборону между д.Лиханово и озером позади нее, прикрыв дорогу на с.Калмацкое. Сюда же, от д.Лебяжье отступал 16-й Ишимский полк, занявший позицию на северо-восточной окраине деревни. Это был край больших и малых озер, с узкими степными перешейками между ними. Около 18 часов, у с.Лиханово показались наступавшие по дороге из д.Лебяжье, цепи красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка. Красноармейцы сразу же стали обходить деревню слева и справа. Под угрозой охвата, после получасового боя, белый 16-й Ишимский полк оставил позиции перед д.Лиханово и отступил на опушку леса восточнее нее. Красные цепи шли буквально по пятам. Не успевая закрепиться у кромки леса, белые стрелки-ишимцы начали отходить на д.Казанцево. Из-за этого, стоявшие на их левом фланге 1-й и 3-й батальоны 14-го Иртышского полка, были также сбиты с позиции и начали отступать на 4-5 километровот с.Лиханово по дороге на с.Калмацкое. При этом, красная Богоявленская сотня быстро бросившись вперед, отрезала путь отхода стоявшему на правом фланге 2-му батальону 14-го Иртышского полка. Непрерывно атакуемый со всех сторон, он смог пробиться к своим, понеся наибольшие потери при отходе. На ночь, два батальона красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка, Богоявленская сотня и 6-я Богоявленская батарея остановились в с.Лиханово. Белый 14-й Иртышский полк занял позиции в двух километрах на север от д.Казанцево, протянув свой правый фланг до половины расстояния дороги между с.Лиханово и с.Калмацкое. За день, потери 269-го Богоявленско-Архангельского полка составили 2 убитых и 7 раненных. В плен были взяты 40 солдат из 13-го Омского и 16-го Ишимского полков, захвачены 1 пулемет «максим», 10 лент и 10000 патронов. Потери белого 16-го Ишимского полка составили: 1 солдат убит, 2 офицера и 38 солдат ранены, 11 солдат пропали без вести, 3 солдат остались раненными на поле боя. Красный 268-й Уральский полк, за день потерял 11 раненых и 3 контуженых. В бою с ним, в белом 14-м Иртышском полку был тяжело ранен и скончался разведчик Шмаков Николай Венедиктович, а всего полк потерял 4 солдат убитыми, 12 солдат раненными и 3 солдат пропавшими без вести. В 15-м Курганском полку, в бою под д.Полой были ранены:

1) стрелок 3-й пулеметной роты Шнит Василий Антонович, уроженец Томской губернии, Каинского уезда, Нижнекаинской волости, д.Анчан,

2) фельдшер 9-й роты Затыка Гаврил Александрович, г.Омск, ул.Баронская, д.196,

3) стрелок 11-й роты Первухин Семен Федорович.

Пропали без вести:

1) пулеметчик 3-й пулеметной команды Ямов Иван, родом из Пермской губернии, Екатеринбургского уезда, д.Полдневское,

2) Огаров Дмитрий Исаакович, Шадринский уезд, Першинская волость, д.Пески,

3) Пайвин Яков Андреевич, Шадринский уезд, Макарьевская волость, с.Мингали,

4) Юрин Федор Павлович, Шадринский уезд, Уксянская волость, д.Любимово,

5) младший унтер-офицер Тимофеев Василий Федорович, Шадринский уезд, Мехонская волость, д.Сладчанское,

6) младший унтер-офицер Тимофеев Александр Федорович, Шадринский уезд, Мехонская волость, д.Сладчанское,

7) младший унтер-офицер Переоськин Егор Яковлевич Тобольская губерния, Туринский уезд, Благовещенская волость, д.Касаткино,

8) Лиходет Федор Корнеевич, Омский уезд, с.Таврическое,

9) младший унтер-офицер Корягин Федор, Шадринский уезд, Батуринская волость, д.Колесниково,

10) Волосников Федор, Шадринский уезд, с.Бугаевское

11) Шайдуров Демид, Шадринский уезд, с.Бугаевское.

Двигавшийся в резерве красный 270-й Белорецкий полк, остановился на ночь в д.Лебяжье (1 батальон и Белорецкая сотня), дд.Бол.Щучье и Шелепова (2 батальона). Выведенная с фронта белая Сводная Сибирская дивизия, остановилась в с.Калмакское и д.Новорямово. Находившаяся в резерве Красноуфимско-Златоустовская партизанская бригада, в ночь с 30 на 31 августа 1919 года, внезапно столкнулась с подошедшей к ее расположению красной разведкой, которая была отогнана огнем стрелков 2-го Кыштымского полка. На поле боя, был найден убитый разведчик 243-го Петроградского полка. Смененная на фронте сибирскими казаками, к вечеру 31 августа 1919 года, бригада белых стрелков-красноуфимцев отошла к оз.Кабаково, откуда через с.Частоозерское двинулась в с.Зарослое Уктузской волости. Сюда же, по приказу генерала Волкова, из д.Бутырино отходила Уфимская кавдивизия, остановившаяся в деревнях Зарослое, Власово и Половинное (западнее оз.Севергинское). Все они должны были успеть получить пополнение перед планировавшемся наступлением. Прикрывавшая их отход, 1-я Сибирская казачья дивизия, к вечеру этого дня, с линии озер Щучье, Кулаково и Сладкое, отошла к д.Сивково. Штаб Конной группы из с.Частоозерское перешел в д.Бутырино. Наступавшая на левом фланге дивизии 2-я красная бригада, 31 августа 1919 года, заняла дд.Сев.Дубровное и Крашенево (183).

Так и закончились августовские бои 1919 года для полков красной 30-й дивизии. По моим подсчетам, в августовских боях на Тоболе, части красной 30-й дивизии, потеряли не менее 52 убитых, 298 раненных, 18 контуженных, 114 пропавших без вести, 1 пленного, 1 перебежчика, 13 дезертиров (184).



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites