kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Олег Винокуров. Битва на Тоболе: 1919-й год в Курганской области » 1.2 Силы и планы красного командования к сентябрю 1919 года

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




1.2 Силы и планы красного командования к сентябрю 1919 года

Из опубликованных еще в советское время документов ВЧК известно, что сведения о готовящемся наступлении армии Колчака в Сибири, поступали советскому командованию из различных источников. В августе 1919 года, в Москве, был арестован член подпольного «Национального центра» П.М.Мартынов. С его слов, недавно из Сибири в столицу приезжал офицер, рассказавший, что на Восточном фронте готовится удар Красной армии. Куда более подробные сведения, были получены 24 августа 1919 года, от перебежавшего к красным старшего писаря оперативного отдела штаба Волжской группы. С его слов, с линии фронта были выведены в район Петропавловск шесть белых дивизий – 4-я Уфимская, 7-я, 11-я и 12-я Уральские, 13-я Сибирская, 13-я Казанская. Они заняли позиции по восточному берегу Ишима и будут брошены в наступление, как только пополнятся. И хотя писарь несколько ошибся в дислокации дивизий, в целом его рассказ подтверждали и другие перебежчики. Сдавшиеся 20 августа 1919 года в плен, солдаты 50-го Арского полка рассказали, что еще неделю назад, их полк на станции Юргамыш погрузился в вагоны и убыл в район Петропавловска. Два казака-перебежчика из 3-го и 13-го Сибирских казачьих полков, поведали о формировании в районе города Петропавловска конного корпуса в составе 8-го, 9-го, 10-го, 11-го, 12-го, 13-го, 14-го, 15-го Сибирских казачьих полков. И хоть силы нового формирования были преувеличены, его планируемый состав перебежчики указали довольно точно. О сосредоточении крупных сил белой пехоты, оренбургских и сибирских казаков к югу от Петропавловского тракта, постоянно рассказывали крестьяне переселенческих поселков, лежащих к югу от казачьей линии. Фактически, скрыть в абсолютной тайне подготовку к наступлению, белому командованию не удалось.

Проанализировав полученные данные, штаб командарма Тухачевского, еще 26 августа 1919 года, высказал предположение о возможных намерениях белого командования, предпринять новую операцию на правом фланге 5-й армии. Отмечался отвод противником в тыл, в район г.Петропавловска, не менее 4 стрелковых дивизий, а так же формирование нового Сибирского казачьего корпуса из 8 конных полков. Таким образом, прогноз сил и намерений белых, был красным командованием сделан достаточно точно. Забрасываемой в тыл белых агентуре, давались задания произвести разведку района города Петропавловска. Однако, несмотря на наличие столь тревожных сведений, общее ошибочное мнение о нанесении поражения белым на реке Тобол и пренебрежение к их силам, у фронтового и армейского командования не изменилось. Об этом прямо писал участник тех событий Эйхе и военный исследователь Поляк. Имея, в общем-то достоверные сведения о намерениях белых дать сражение на реке Ишим, штаб красной 5-й армии не принял мер к обеспечению своего наступления. Зная, что белые обладают превосходством в коннице, командарм Тухачевский не прикрыл вовремя правый фланг своей армии. Хотя формально, вдоль тракта должна была сосредоточиться целая бригада 35-й дивизии, на деле образовался значительный, не занятый ни кем промежуток в несколько десятков верст, открытый для удара.

Да и красное командование Восточным фронтом, оказалось не в состоянии проанализировать обстановку и разгадать намерения белых. В штабе у командующего Ольдерогге, имелись сведения, что противник, с выходом на реку Тобол, стал спешно снимать с фронта целые дивизии и перебрасывать их в район Петропавловска. Цели этой переброски, были для красного командования до конца неясны, но, как показали дальнейшие события, даже этим сведениям, добытым военной разведкой, должного значения не придавали. Из состава 5-й армии, по распоряжению командующего фронтом, продолжали выводиться для переброски на юг, целых две стрелковых дивизии. Именно их то и не хватало, для создания сильной воинской группировки, в районе Петропавловского тракта. Почему же приняло командование фронтом такое решение, не учитывающее, по словам Тухачевского, «…слабость наших сил и опасность положения на правом фланге»? Надо сказать, что к моменту отдачи командованием Восточным фронтом, директивы о выводе одной дивизии с линии фронта, имевшиеся сведения о противнике, были самые оптимистичные. Они сводились в основном к тому, что белые отходят без сопротивления и в их частях, отмечается сильное разложение. Так, штаб красной 27-й дивизии отмечал, что «по всем данным, силы белых совершенно деморализованы, перебежчики переходят толпами, необходимо разработать директиву, одним ударом дойти до Петропавловска». Такие «шапкозакидательские» настроения, возникли на фоне беспрерывно одерживаемых, от самой Волги и до Урала побед, и были характерны, для подавляющей массы красноармейцев. Так, со слов перебежавшего к белым 18 августа 1919 года, красноармейца 266-го полка, общее настроение бойцов, в красных частях, было «покончить с восточным фронтом до наступления холодов». Позднее, у  взятых в северной части Курганской области, под селом Мостовским, в плен красноармейцев, даже были обнаружены, нарукавные красные повязки, с надписью «последний удар». Вместе с тем, с подходом красных частей к реке Тобол, стало все больше попадать сведений о готовящемся белыми контрударе. Так, 13 августа 1919 года, в оперативной сводке штаба 5-й армии указывалось на сведения, полученные от одного из перебежчиков, который слышал от офицеров, что первая линия обороны белых, будет проходить у станции Петухово, а вторая линия обороны, будет проходить по реке Ишим, куда и оттягиваются войска. Последующие донесения разведки, 15 и 17 августа 1919 года, так же подтверждали отвод частей белой 3-й армии, с линии фронта, «для борьбы на линии Ишима и пополнения». Агенты красной разведки забрасываемые в тыл белых, доносили о строительстве сильных укреплений на реке Ишим, куда отводилась основная масса белых войск. При этом, со слов перебежчиков и агентуры, у Кургана белыми были оставлены лишь части заслона (41).

Другой серьезнейшей ошибкой красного армейского командования, были явно запоздалые меры по формированию кавалерийских частей. Это настолько невероятно, что просто необъяснимо. Если в начальный период, гражданская война была в основном «эшелонной», то уже с конца 1918 года, она превратилась в большую маневренную войну. Это была война на широких просторах, с весьма условной линией фронта. Бои велись за наиболее важные города, железнодорожные узлы, села. Всегда существовала возможность обхода, охвата, удара по флангам и тылам. Война перенеслась в поле, где на первый план выдвинулась не численность, а исскуство маневра. Носительницей маневра, был наиболее подвижный в то время род войск — кавалерия. Конница, которая в годы первой мировой войны почти сошла со сцены, вновь возродилась и стала грозной силой. Только она обладала подвижностью, не зависящей ни от условий местности, ни от состояния погоды. К концу 1918 года, белое командование, наращивая систематически конницу, имело в последней перевес. Это позволяло быстро производить нужную перегруппировку войск и наносить удар по наиболее слабому месту красного фронта. В случае неудачи в бою, белые оставляли небольшой конный заслон, а основными силами уходили, чтобы создать необходимую группировку и нанести новый удар в более опасном направлении. Красные же стрелковые части, ограниченные в маневре, не могли своевременно сосредоточиться на угрожаемом участке фронта, либо быстро уйти из-под удара белой конницы. Даже выиграв бой, они часто не могли добиться полной победы, так как малоподвижная пехота, была не в состоянии вести эффективное преследование конницы, с целью окружения ее и уничтожения. Для выполнения этих задач, красному командованию нужна была своя массовая конница, то есть не отдельные конные части, входящие в состав стрелковых дивизий и решающие задачи в их интересах, а крупные соединения стратегической конницы, способные решать любые задачи как самостоятельно, так и во взаимодействии с пехотой, в интересах армии и фронта. Обстановка властно требовала создания крупных кавалерийских соединений. Массированное применение конницы, особенно для развития успеха пехоты и ударов во фланг и тыл, могло привести к полному разгрому противника. Однако, по мнению будущего советского маршала Буденного, окружавшие наркомвоенмора Троцкого военспецы, всячески тормозили создание крупных кавалерийских формирований. Одни, делали это сознательно, работая в интересах врага, другие – добросовестно заблуждались в определении роли кавалерии в гражданской войне. Очевидно, только этим и можно объяснить те странные метаморфозы, которые произошли с красной конницей на Восточном фронте к осени 1919 года. С выходом на западно-сибирскую равнину, с ее степными южными районами, единственное крупное конное соединение фронта – Сводная кавалерийская дивизия, под командованием В.Д.Соколовского, была разбросана по разным направлениям. Наиболее боеспособная ее часть – Отдельная казачья бригада Каширина (14-й казачий имени Степана Разина и 13-й Верхнеуральский казачий полки, Пластунский Южноуральский полк), приказом №695 от 10 августа 1919 года, была переброшена в Кустанайский район, где ее как-то по быстрому, буквально за считанные дни расформировали. Неофициальной причиной такого решения, было объявлено моральное разложение красных казаков. Оставшиеся от дивизии 2-й Петроградский кавалерийский полк и 26-й кавалерийский дивизион, были сведены в 3-ю Отдельную кавалерийскую бригаду. В дальнейшем, на ее базе предполагалось развернуть новую кавдивизию. Однако, попытки командования 5-й армией собрать для этого в единое целое, имевшиеся в дивизиях конные подразделения, с треском провалились. Но, несмотря на неоднократные требования командарма, начальники пехотных частей не спешили расставаться с приданной им конницей. Так, начдив Павлов, ссылаясь на боевую обстановку, настоял на оставлении 2-го эскадрона 2-го Петроградского кавполка в его подчинении (распоряжение от 20 августа 1919 года). Требуемый к отправке Брянский эскадрон, был превращен в команду конной разведки 238-го полка. Даже находившийся при расформированном 13-м Верхнеуральском казачьем полку артиллерийский взвод, созданный из захваченных у белых 2 орудий и укомплектованный казаками-каширинцами, ушел в распоряжение Инспекции кавалерии 5-й армии, для формирования Отдельной конно-артиллерийской батареи. А после передачи 26-го кавдивизиона в состав 26-й дивизии, на фронте остался лишь 2-й Петроградский кавполк (218 человек, в том числе 120 сабель и 3 пулемета). В результате, в Кургане удалось собрать лишь штаб 3-й Отдельной кавбригады, с находившимся при нем комендантским полуэскадроном (1 командир, 61 солдат), конно-подрывным эскадроном (3 командира, 109 бойцов), санчастью и отделом снабжения. Ни одной строевой части, выделить с фронта не удалось. Правда, по мысли командования, вскоре должен был подойти двигавшийся на фронт через Уфу 1-й Петроградский кавалерийский полк, но его прибытия нельзя было ожидать скоро.

Точно так же, части красной 5-й армии, остались без броневой и авиационной поддержки. 24 августа 1919 года, бронепоезд №18 «Ермак Тимофеевич» вышел из Кургана и пройдя г.Челябинск, прибыл в Троицк, где перешел в распоряжение штаба 35-й дивизии. Однако, уже в первых числах сентября, по донесению командира, бронепоезд пришел совершенную негодность. Из его площадок сыпался песок, в ремонте нуждался паровоз. Было решено отвести «Ермака Тимофеевича» в тыл, в распоряжении Центрброни для капитального ремонта. Для поддержки же красных частей, в Троицке, из захваченных у белых бронепоездов, стал спешно создаваться новый бронепоезд «Красный сибиряк». С уходящего «Ермака», на него было передано 5 пулеметов. И наконец, 21 августа 1919 года, в Кургане, на аэродроме в тупике у станции, приземлились 2 самолета «фартри» и 1 «сопвич» из 28-го авиаотряда, под управлением летчиков Пауля, Янышевского, Батурина, а так же летчиков-наблюдателей Гесслена и Рухина. 28 августа, из Челябинска по железной дороге прибыла остальная часть отряда – всего 97 человек, 8 пулеметов и 4 самолета. Другой – 29-й авиаотряд (3 самолета, 81 человек и 9 пулеметов), находился на станции Мишкино. И хотя 28-й авиаотряд был формально придан 26-й дивизии, а 29-й авиаотряд должен был поддерживать 27-ю дивизию, все красные аэропланы в августе 1919 года в воздух не поднимались, из-за технических неполадок. Оба авиаотряда базировались в г.Кургане, а их управление разместилось в Кургане по ул.Шоссейной (42).

Однако, несмотря на трудности технической поддержки, само настроение наступающей красной пехоты было превосходным. Бойцы горели желанием побыстрее завершить разгром врага. Вот, одно из типичных для того времени, донесений комиссара 1-й бригады 27-й дивизии: «…настроение в частях бригады боевое, красноармейцы идут в бой охотно, горькая и страшная нужда бригады – белье, обувь и обмундирование, белье на красноармейцах пришло в совершенную негодность, у некоторых совершенно нет нижних рубашек… большинство ходит в грязном белье, так как не имеют смены,… в полки бригады влито много Челябинских рабочих, которые пришли совершенно без шинелей… некоторые бойцы ходят босиком, в 242-м полку настроение бойцов хорошее, у всех уверенность в окончательной победе». По докладу военкома 239-го Курского полка, «…белые при отходе почти не оказывают сопротивление, что воодушевляет красноармейцев. Радушный прием местных крестьян, скрывающихся от белой мобилизации, поднимает общее радостное настроение». По донесениям военкомов, недовольство красноармейцев вызывали лишь трудности снабжения – отсутствие шинелей, сапог, сахара. Вместе с тем, было бы ошибкой идеализировать любую армию. Белые источники упоминают о реквизициях у крестьян, которые в основном производили красные обозные части. Правда, каждую жалобу крестьян, красное командование стремилось расследовать. Еще более, красноармейцы распоясывались в казачьих станицах. По информации Политотдела 5-й армии, бойцы 2-го Петроградского кавполка бесчинствовали, отбирали у казачьих семей все, что понравится и даже стали плохо ухаживать за лошадьми, из-за чего многие лошади околели. Всех павших коней заменяли здоровыми, взятыми у крестьян и казаков бесплатно. Да и дезертирство в частях Тухачевского, было развито не меньше, чем в противостоящих им белых войсках. Так, лишь за две недели с 15 по 31 августа 1919 года, из частей 5-й армии сбежали 7 командиров, 538 солдат и 215 новобранцев из маршевых рот (43).

К 1 сентября 1919 года, 26-я стрелковая дивизия, под командованием начдива С.М.Белицкого, комиссара Н.К.Гончарова и начальника штаба А.Е.Белогурова, состояла из (44):

1) 1-й бригады (комбриг Я.П.Гайлит, комиссар Ваврженкевич, начальник штаба Терегулов) в составе:

а) 226-й Петроградский полк (комполка Богданов, комиссар Шестаков) – 1221 человек, в том числе 621 штык, 13 пулеметов и 31 сабля.

б) 227-й Владимирский полк (комполка Кузнецов) – 1415 человек, в том числе 576 штыков, 15 пулеметов и 33 сабли.

в) 228-й Карельский полк (комполка Бородоносенко) – 1415 человек, в том числе 417 штыков, 11 пулеметов и 24 сабли.

г) 3-я Ржевско-Новгородская батарея (командир Теребилин) – 4 орудия, 125 человек, 2 пулемета.

д) 6-я легкая батарея (командир Х.К.Смок) – 3 орудия, 136 человек, 2 пулемета.

2) 2-й бригады (комбриг Ф.В.Васильев, комиссар Евдокимов, начальник штаба Чапкин) в составе:

а) 229-й Новгородский полк (комполка Никольский, комиссар Иванов) – 6 рот, 1144 человека, в том числе 709 штыков, 27 пеших и 32 конных разведчика, 15 пулеметов.

б) 230-й Старорусский полк (комполка Долгополов, комиссар Старовойтова) – 6 рот, 1246 человек, в том числе 880 штыков, 20 конных и 22 пеших разведчика, 17 пулеметов (из них 11 действующих).

в) 231-й Сводный полк (комполка Кокоулин, комиссар Виктор Морозов) – 6 рот, 1039 человек, в том числе 616 штыков, 28 конных и 21 пеший разведчик, 10 пулеметов (из них 1 неисправен).

г) 7-я Ленинская легкая батарея (командир Серебряков) – 4 орудия, 2 пулемета, 224 артиллериста.

д) 8-я легкая батарея – 4 орудия, 143 артиллериста.

е) 26-й кавдивизион – 149 человек, в том числе 98 сабель, 1 пулемет.

ж) 2-й Петроградский кавполк (комполка Петунников) – 3 эскадрона (без 2-го), 306 человек, в том числе 213 сабель, 6 пулеметов.

з) 2-й отряд особого назначения (командир Фомин) – 155 штыков, 2 пулемета, а всего 215 человек.

3) 3-й бригады (комбриг Н.Н.Рахманов, комиссар Микульский, начальник штаба Успенский) в составе:

а) 232-й имени Облискомзапа полк (комполка А.Н.Баткунов, комиссар Болотин) – 747 человек, в том числе 275 штыков, 19 пулеметов и 50 сабель.

б) 233-й Казанский полк (комполка Будыхин, комиссар Волков) – 1014 человек, в том числе 164(?) штыка, 18 пулеметов и 36 сабель.

в) 234-й Маловишерский полк (комполка Иван Дмитриевич Попков, комиссар Огурчиков) – 959 человек, в том числе 417 штыков, 19 пулеметов и 38 сабель.

г) 4-я Смоленская легкая батарея – 4 орудия, 220 человек, 1 пулемет.

д) 5-я Тверская легкая батарея (командир Аркадий Аркадьевич Рооп) – 4 орудия. 218 человек, 1 пулемет.

4) Тяжелый артиллерийский дивизион, в составе:

а\ 1-я тяжелая батарея – 136 человек, одна 6-дюймовая и две 48-линейных гаубицы.

б\ 2-я тяжелая батарея – 136 человек, одна 42-линейная и одна 48-линейная гаубицы.

Красная 27-я стрелковая дивизия, под командованием начдива А.В.Павлова, комиссара В.Г.Бисярина и начальника штаба Шаранговича, на 1 сентября 1919 года, насчитывала в своем составе (45):

1) штаб дивизии – 702 солдата, 140 штыков, 14 сабель.

2) 1-ю бригаду (комбриг К.А.Нейман, комиссар Капустина, начальник штаба М.А.Румянцев), в составе:

а\ 235-й Невельский полк (комполка Крейцберг, комиссар Михаил Александрович Богданов) – 1425 человек, в том числе 131 командир, 7 нестроевых командиров, 805 штыков, 348 нестроевых солдат, 41 сабля, 15 пулеметов системы «максим», 8 «кольт», 2 «льюиса».

б\ 236-й Оршанский полк (комполка В.А.Степанов, комиссар А.Макаров) – 1454 человека, в том числе 180 командиров, 14 нестроевых командиров, 788 штыков, 32 сабли, 155 нестроевых солдат, 10 пулеметов системы «максим», 4 «кольта», 2 «льюиса».

в\ 237-й Минский полк (комполка Улетов, комиссар И.М.Керный) – 1340 человек, в том числе 146 командиров, 105 нестроевых командиров, 686 штыков, 240 нестроевых солдат, 51 сабля, 8 пулеметов системы «максим», 3 «кольта», 2 «льюиса».

г\ 1-я Особая батарея (командир П.В.Мшар) – 46 штыков, 1 пулемет, 290 солдат-артиллеристов, 4 орудия, 10 сабель.

д\ 3-я Крестьянская батарея (командир Н.Н.Сивец) – 55 штыков, 1 пулемет, 175 солдат-артиллеристов, 4 орудия, 52 сабли.

3) 2-ю бригаду (комбриг А.И.Шеломенцев, комиссар Корницкий, начальник штаба Морозов), в составе:

а\ 238-й Брянский полк (комполка Зубов, комиссар П.Мартыркин) – 943 человека, в том числе 403 штыка, 6 пулеметов и 44 сабли.

б\ 239-й Курский полк (комполка В.М.Пышкало, комиссар Теплов) – 1114 человек, в том числе 465 штыков, 22 пулемета и 37 сабель.

в\ 240-й Тверской полк (комполка Волков, комиссар Архипов) – 1023 человека, в том числе 446 штыков, 7 пулеметов и 60 сабель.

г\ 2-я Оршанская батарея (командир Н.И.Шиманский) – 34 штыка, 2 пулемета, 165 солдат-артиллеристов, 4 орудия и 68 сабель.

д\ 2-я гаубичная батарея (командир Михаил Павлович Клейменов) – 2 гаубицы.

е\ 1-й Отдельный легкий артиллерийский взвод – 28 штыков, 2 легких орудия, 45 солдат-артиллеристов.

ж\ 6-й отряд особого назначения – 125 штыков, 12 сабель, 3 пулемета, всего 171 человек.

4) 3-ю бригаду (комбриг Г.Д. Хаханьян, комиссар С.А.Вайнер, начальник штаба М.Л.Рашке),  в составе:

а\ 241-й Крестьянский полк (комполка И.Д.Гусев, комиссар И.О.Серкин) – 729 человек, в том числе 626 штыков и 42 сабли.

б\ 242-й Волжский полк (комполка С.С.Вострецов, комиссар Н.Н.Великосельцев) – 882 человека, в том числе 803 штыка, 30 пулеметов и 44 сабли.

в\ 243-й Петроградский полк (комполка Р.И.Сокк, комиссар В.А.Петров) – 835 человек, в том числе 707 штыков, 37 пулемета и 44 сабли.

г\ 4-я Вяземская батарея (командир Иван Г. Гордеев) – 10 штыков, 2 пулемета, 183 солдата-артиллериста, 4 орудия и 22 сабли.

д\ 5-я Смоленская батарея (командир А.Р. Будников) – 183 солдата, 4 орудия.

5) Тяжелый артиллерийский дивизион:

а\ 2-я тяжелая батарея (командир А.Е.Кузьмин) – 88 штыков, 1 пулемет, 155 солдат, 2 орудия.

6) 27-й кавалерийский дивизион (командир Имерман, комиссар В.Кулаков).

7) 2-й эскадрон 2-го Петроградского кавполка (командир Лямин).

8) Инженерный батальон (командир дивизионный инженер Кошелев) – 270 штыков, 461 человек.

а\ 1-я саперная рота – 85 человек.

б\ 2-я саперная рота – 62 человека, в том числе 54 штыка.

в\ дорожно-мостовая рота.

9) батальон связи, в составе:

а\ 1-я рота связи –  156 человек.

б\ 2-я рота связи – 195 человек, в том числе 110 штыков.

в\ 3-я рота связи – 120 человек.

10) 3-й Социалистический автобронеотряд (командир Евдокимов) –1 бронепушечный и 2 бронепулеметных автомобиля, 6 командиров, 63 солдата, 1 трехдюймовое орудие, 10 пулеметов «максим». Впрочем, к началу сентября тяжелый бронепушечный автомобиль «Гарфорд» был отправлен в тыл в Самару, откуда взамен него должны были прислать другую, более легкую машину, а оба бронепулеметных автомобиля из-за порчи оставлены в Кургане.

11) 5-й отряд особого назначения – 6 командиров и 195 солдат.

Всего к началу сентября 1919 года, в 27-й дивизии насчитывалось 15482 человека, в том числе 3080 штыков, 651 сабля, 211 пулеметов, 23 легких и 4 тяжелых орудия.

Красная 35-я дивизия, под командованием начдива Л.И.Вермана, комиссара Л.Д.Морозова и начальника штаба П.И.Попова, на 1 сентября 1919 года состояла из (46):

1) 1-й стрелковой бригады (комбриг Сергей Дмитриевич Павлов, комиссар Студеникин, начальник штаба Никандр Алексеевич Катерухин), в составе:

а\ 307-й полк (комполка Горский) – 3 батальона, 8 рот, 64 командира, 1395 человек, в том числе 1002 штыков, 20 сабель, 14 пулеметов, 2 бомбомета.

б\ 308-й полк – находился в городе Троицке на переформировании, 1 рота, 20 командиров, 291 солдат, в том числе 108 штыков, 1 пулемет .

в\ 309-й полк (комполка Дусель) – 3 батальона, 8 рот, 72 командира, 1671 солдат, в том числе 1054 штыков, 23 сабли, 27 пулеметов.

2) 2-й стрелковой бригады (комбриг Дмитрий Петрович Ямышев, комиссар Топыркин, начальник штаба Николай Селиверстович Датюк), в составе:

а\ 310-й полк (комполка Николай Васильевич Рякин, комиссар Кирилл Осипович Раевский) – 3 батальона, 9 рот, 73 командира, 1251 человек, в том числе 759 штыков, 12 пулеметов.

б\ 311-й полк (комполка Лиственников) – 3 батальона, 9 рот, 63 командира, 1429 человек, в том числе 1022 штыка, 15 пулеметов, 4 бомбомета.

в\ 312-й полк (комполка Трехсвятский) – 3 батальона, 9 рот, 44 командира, 1101 человек, в том числе 659 штыков, 10 пулеметов.

3) 1-й легкий артиллерийский дивизион (командир Г.Д.Селезнев) – 12 командиров, 689 солдат, 4 пулемета.

а\ 2-я легкая батарея (командир Роман Самуилович Роман, комиссар Панов) – 4 трехдюймовых (76-мм) орудия, 2 пулемета.

б\ 3-я легкая батарея (командир Коркунов) – 4 трехдюймовых (76-мм) орудия, 2 пулемета.

4) 1-я Особая легкая батарея (командир А.Е.Протопопов, комиссар Орехов) – 2 трехдюймовых (76мм) орудия, 4 командира, 94 солдат.

5) Сводная легкая батарея (командир В.С.Бодров, комиссар М.Кузнецов) – 2 трехдюймовых (76мм) орудия, 4 командира, 169 солдат.

6) 2-я конная батарея (командир П.Е.Урванцев) – 2 трехдюймовых (76мм) орудия, 4 командира, 75 солдат.

7) Тяжелый артиллерийский дивизион (командир В.И.Брежнев, комиссар В.Е.Филимонов) – 10 командиров, 465 солдат.

а\ 1-я тяжелая батарея (командир Н.Иродов, комиссар В.А.Гараньчев) – 2 шестидюймовых (152мм) орудия.

б\ 2-я тяжелая батарея (командир Е.Р.Царапкин, комиссар Н.И.Гришанин) – 2 шестидюймовых (152мм) орудия.

8) 1-й Тамбовский гаубичный артиллерийский дивизион (командир Михаил Федорович Фелькер, комиссар Н.Булгаков) – 15 командиров, 261 солдат.

а\ 1-я гаубичная батарея (командир В.Г.Королев, комиссар М.Д.Мухин) – две 48-линейных (122мм) гаубицы.

б\ 2-я гаубичная батарея (командир К.Г.Лысогорский, комиссар П.Ф.Просветов) – две 48-линейных (122мм) гаубицы.

9) 1-й Отдельный кавалерийский дивизион (командир К.С.Ивлев) – 2 конных эскадрона, 8 командиров, 199 солдат, в том числе 89 сабель, 2 пулемета.

10) рота связи при 1-й бригаде – 1 командир, 87 солдат.

11) рота связи при 2-й бригаде – 1 командир, 102 солдата.

12) Батальон связи: 1-я, 2-я, 3-я, 4-я роты связи – 21 командир, 529 солдат.

13) Инженерный батальон:

а\ 1-я саперная рота – 12 командиров, 120 солдат.

б\ 2-я саперная рота – 8 командиров, 168 солдат.

14) Особые отряды:

а\ 4-й отряд особого назначения (командир Филиппов) – 2 командира,  187 солдат, в том числе 129 штыков, 2 пулемета, 10 сабель.

б\ 9-й отряд особого назначения – 17 командиров, 162 человека, в том числе 106 штыков, 13 сабель, 2 пулемета.

в\ 10-й отряд особого назначения – 8 командиров, 136 человек, в том числе 104 штыка, 5 сабель, 2 пулемета.

г\ 11-й отряд особого назначения – 5 командиров, 147 человек, в том числе 110 штыков, 13 сабель, 2 пулемета.

К 1 сентября 1919 года, в рядах дивизии насчитывалось 15 батальонов, 531 командир, 4692 штыка, 105 пулеметов, 6 бомбометов, 2 эскадрона, 131 сабля, 9 батарей, 14 трехдюймовых, 4 сорокавосьмилинейных, 4 шестидюймовых орудий, а всего 11561 человек.

Всего, по оценке Спирина, к 1 сентября 1919 года, в 26-й, 27-й и 35-й дивизиях насчитывалось 18000 штыков и сабель, 500 пулеметов и 78 орудий (47).

Наступавшие по Курганскому, Ялуторовскому и Ишимскому уездам части 30-й дивизии, под командованием начдива Е.Н.Сергеева, комиссара В.М.Мулина и начальника штаба С.Н.Богомягкова, к 1 сентября 1919 года насчитывали (48):

1) 1-ю бригаду (комбриг И.К.Грязнов, комиссар Г.Мяго, начальник штаба Бочкарев), в составе:

а\ 262-й Красноуфимский полк (комполка А.М.Артемьевский) – 85 командиров, 947 штыков, 346 солдат в командах, 57 сабель, 24 пулемета, 3 бомбомета, а всего 2165 человек.

б\ 263-й Красноуфимский полк (комполка И.К.Смирнов, комиссар Глушков) – 85 командиров, 750 штыков, 262 солдата в командах, 63 сабли, 22 пулемета, 5 бомбометов, а всего 1885 человек.

в\ 264-й Верхнеуральскйй полк (комполка К.Д. Малышев) – 63 командира, 745 штыков, 140 солдат в командах, 15 сабель, 18 пулеметов, 1 бомбомет, а всего 1541 человек.

г\ 1-й имени Володарского кавалерийский дивизион (командир Р.Т.Вигант) – 16 командиров, 266 сабель, 3 пулемета, а всего 471 человека.

д\ 2-й Уральский кавалерийский дивизион (командир К.К.Рокоссовский) – 297 сабель, 2 пулемета, а всего 493 человека.

е\ 6-я отдельная саперная рота – 5 командиров, 156 солдат и 1-я рабочая команда – 5 командиров, 162 человека.

2) 2-ю бригаду (комбриг Н.Д.Томин, комиссар И.И.Залогин), в составе:

а\ 265-й Уральский полк (комполка В.И.Виноградов, комиссар А.П.Кононов) – 94 командира, 1486 штыков, 17 пулеметов, 3 бомбомета, а всего 2142 человек.

б\ 266-й рабочий имени Малышева полк (комполка Александр Николаевич Захаров, комиссар Т.М.Бондарь) – 79 командиров, 1286 штыков, 21 пулемет, 2 бомбомета, а всего 1945 человек.

в\ 267-й Горный полк (комполка Александр Семенович Григорьев, комиссар С.Н.Кожевников) - 71 командир, 1477 штыков, 68 сабель, 25 пулеметов, 4 бомбомета, а всего 2387 человек.

г\ 4-й Петроградский кавалерийский дивизион (командир М.Г.Левин) – 250 сабель, 2 пулемета, а всего 387 человека.

3) 3-ю бригаду (комбриг П.Н.Брока, комиссар А.Д.Ильин), в составе:

а\ 268-й Уральский полк (комполка В.И.Хлебутин, комиссар Смолин) – 196 командиров, 1548 штыков, 141 сабля, 27 пулеметов, а всего 2362 человек.

б\ 269-й Богоявленско-Архангельский полк (комполка М.В.Калмыков, комиссар Вызов)  – 105 командиров, 1142 штыков, 102 сабли, 41 пулемет, 6 бомбометов, а всего 2019 человек.

в\ 270-й Белорецкий полк (комполка А.В.Пирожников) – 99 командиров, 90 сабель, 24 пулемета, а всего 1855 человек.

г\ 3-й Уфимский кавалерийский дивизион (командир С.П.Барышев) – 21 командир, 266 сабли, 6 пулеметов, а всего 414 человек.

4) 1-й легкий артиллерийский дивизион (командир А.К.Сивков) – 30 командиров, 12 орудий, 812 солдат.

5) 2-й легкий артдивизион (командир Н.П.Александров) – 27 командиров, 12 орудий, 722 солдата.

6) 1-й гаубичный артдивизион (командир И.П.Лебедев) – 20 командиров, 3 орудия, 543 солдата.

7) 55-й Нарвский партизанский Красных Гусар кавполк (командир С.Г.Фандеев) - 63 командира, 484 сабли, 8 пулеметов, 2 орудия, а всего 589 человек.

8) Батальон связи (командир М.М.Матанский) - 10 командиров, 21 сабля, 347 солдат.

9) Инженерный батальон - 21 командир, 580 солдат.

10) 9-й отряд особого назначения – 67 человек.

Всего, в рядах дивизии насчитывалось 32127 человека, в том числе 13358 штыков, 2120 сабель, 261 пулемет, 29 орудий, 24 бомбомета.

В отличии от белых, к осени 1919 года, красное командование располагало отлаженной системой мобилизации и подготовки пополнений для фронта. На занятых территориях, сразу же начинался призыв местного населения в ряды армии. Так, в августе 1919 года по распоряжению РВС 5-й армии, была проведена мобилизация на всех вновь занятых уральских заводах, кроме Белорецкого и Миасского. По донесению политотдела армии, «мобилизация прошла при огромном подъеме населения в пользу Советской власти». Проводили ее вновь созданные для этого специальные органы – волостные и уездные военные комиссариаты. Всех новобранцев направляли в находящийся в г.Уфе, по ул.Бекетовской, 1-й армейский запасной полк. К 1 сентября 1919 года, в нем находились: постоянный кадр – 228 командиров и 3017 солдат, переменный кадр – 39 командиров и 15443 солдат. В том числе, к отправке на фронт уже было готово 7440 человек – фактически целая дивизия. Остальные еще проходили обучение. Здесь же, готовили и солдат-артиллеристов. К 1 сентября 1919 года, в запасной батарее насчитывалось 130 человек постоянного кадра и 524 переменного. Отдельно готовились кавалеристы. К 8 сентября 1919 года, в Тверском запасном кавполку их насчитывалось 38 командиров и 926 солдат. Кроме того, находящиеся на фронте дивизии имели свои собственные запасные батальоны. Именно в них поступали, присылаемые из армейского запасного полка пополнения, для проверки их знаний и дообучения. Так например, в г.Троицке находился запасной батальон 35-й дивизии. К 1 сентября 1919 года, в нем находилось: постоянного состава – 25 командиров и 138 солдат, переменного состава – 2280 человек. В стоявшем на Кыштымском заводе запасном батальоне 5-й дивизии, к 1 сентября 1919 года имелся только кадр, а переменного обучаемого состава не было. При следовании батальона на Кыштымский завод, 30 августа 1919 года, на железнодорожной стан.Ай, произошло крушение его состава, в котором погибло 3 командира, 9 солдат, было покалечено 8 командиров и 54 солдата. В сентябре 1919 года, батальон перевели на станцию Миасс. В запасном батальоне 30-й дивизии, к 1 сентября 1919 года, находилось 67 командиров, 1566 штыков, 6 пулеметов, а всего 1912 человек (49).

Помимо пополнений готовящихся в армейских запасных частях, в 5-ю армию прибывали пополнения из тыловых округов по нарядам Всероглавштаба:

1) из Ярославского военного округа – 657 человек (95 дезертиров) и 699 человек (68 дезертиров),

2) из Приволжского военного округа (Нижний Новгород) – 179 человек (23 дезертира),

3) из Уральского военного округа (Пенза) – 259 артиллеристов (25 дезертиров) и 63 человека. Всего, в августе 1919 года, в распоряжение штаба 5-й армии из тыла прибыли 1857 человек (50).

Еще одним источником пополнений, служили бывшие военнопленные. Для их сортировки и распределения, при Реввоенсовете 5-й армии была создана Особая армейская комиссия. С 16 по 31 августа 1919 года, ею было направлено:

1) в запасной полк в Уфе – 973 человека,

2) в лагерь военнопленных в Симбирске – 396 человек,

3) бывших красноармейцев по своим частям – 9 человек,

4) в санитарный отдел – 7 человек,

5) в Особый отдел – 6 человек,

6) в хозчасти – 52 человека,

7) в татаро-башкирские части – 160 человек,

8) в артиллерийские части – 3 человека,

9) в 29-е военно-полевое строительство – 13 человек (51).

Налаженная система мобилизации и подготовки кадров, позволяла красному командованию регулярно пополнять дравшиеся на фронте дивизии. При этом, двухуровневая система подготовки в армейских и дивизионных запасных частях, позволяла получать уже готовых к бою и не требующих дополнительного обучения в частях новобранцев. Так, перед форсированием Тобола, все дивизии получили свежее пополнение. К 15 августа 1919 года, в 26-ю дивизию прибыли пять маршевых рот (29 командиров и 1317 бойцов). В последующие две недели, группами и поодиночке, из запасных частей, госпиталей и отпусков, в дивизию прибыло еще 209 человек, а так же влился партизанский отряд в 64 штыка и 74 сабли. В 5-ю дивизию, перед форсированием Тобола прибыло 290 мобилизованных из Казанской и Симбирской губерний, а в 27-ю дивизию - было направлено 260 человек пополнения из перебежчиков-сибиряков и около 1000 челябинских рабочих-добровольцев (52).

Но самым поразительным и абсолютно неизвестным для белого командования, было наличие в тылу всех красных армий Восточного фронта специальных укрепленных районов (УРов). О них не упоминалось ни в одном документе штаба генерала Дитерихса. Между тем, это была еще одна, стоящая в тылу на укрепленных позициях и готовая к бою армия. Так за Уралом, располагались Симбирский (затем Уфимский), Вятский (затем Пермский) и Казанский (затем Сарапульский) укрепленные районы. С выходом на западносибирскую равнину, в тылу наступающих красных армий, было решено построить цепь новых УРов, куда в случае неудачи на фронте, могли бы отойти красные части. Согласно специальной «Инструкции для укрепленныъх районов от 17 мая 1919 года», целью этих позиций, являлось создание «…прочного оборонительного фронта, как предела возможного вторжения вглубь страны и создания платцдармов для оперирования полевых армий». Предполагалось строительство Екатеринбургского, Кушвинского, Челябинско-Златоустовского, Троицко-Верхнеуральского, Оренбургского, Орского и Актюбинского укрепрайонов. Словно Великая Китайская стена, они должны были оградить Центральную Россию от возможного наступления белых, заперев важнейшие дороги через Урал. В состав каждого из УРов, должны были войти по три стрелковых полка (в Кушвинском – два), одна саперная и одна рота связи, караульная рота для охраны оборонительных сооружений и караульная рота для охраны позиций батарей. Для формирования новых укрепрайонов, было решено перебросить на их место, уже упраздненные: Вятский (Пермский) УР – в Екатеринбург, Казанский (Сарапульский) УР – в Челябинск, Симбирский (Уфимо-Бирский) УР – в Троицк. Их оборонительные позиции предусматривались в виде полевых позиций с востока у Екатеринбурга и Челябинска, с юга и юго-запада у Троицка, а так же укреплений запирающих уральские горные проходы у Златоуста, Кунгура и Екатеринбурга.

Задачей Екатеринбургского УРа, было укрепить горные проходы через теснины уральских гор у заводов Уткинского, Атигского, Верхнее-Уфалейского, Низянопетровского, села Нижнесельское, Шишкинского железного рудника, сел Грабовское и Грабово. Строительство укреплений осуществляло 9-е военно-полевое строительство. На восточной границе укрепрайона, создавались укрепленные опорные пункты у станции Богдановичи и села Каменское. Далее к югу, оборонительная линия шла по цепи озер Сунгул, Червяное, Шалиш и Куяш. На юг от оз.Ирисят, было два небольших опорных пункта у деревень Юшкова и Карабелка. Еще одна укрепленная линия, шла от оз.Анжелы, через деревни Травяное, Карагус и Синарское, преграждая путь движения противнику по Челябинскому тракту. Для прикрытия Челябинской железной дороги, предусматривалась оборонительная линия по озерам Ирисят, Кылылташ, Улагач, Саргайды, Ирдяш и Увильды. Сам Екатеринбург готовился к круговой обороне. Для этого, создавались позиции у сел Березовское, Мал.Исток (на главном Сибирском тракте), Бол.Исток, Седельниково, Горный Щит, Шиповка, озера Шувакиш, деревни Пышма (Медный рудник) и Березовского завода, с дополнительными передовыми укреплениями впереди села Арамильского. Отдельно стояли Верхне-Уфалейская оборонительная позиция и укрепленный узел у Сысертского завода. Работы по строительству всех этих укреплений, начались уже с 18 августа 1919 года. В результате, были построены оборонительные позиции:

у Екатеринбурга – на протяжении30 километров,

у села Арамильское – на13 километров,

у села Березовское – на11 километров,

у станции Богданович – на10 километров,

у Каменского завода – на11 километров,

у Нязепетровского завода – на9 километрови у одноименной станции - на10 километров,

у Верх-Уфалейского завода – на10 километров,

на линии озер Шаблиш и Куяш – на25 километров,

по озерам Синарское и Анжело – на10 километров,

у Сысертского завода – на8 километров, 

в горных проходах у Утко-Демидовского завода – на9 километров,

у д.Трека – на7 километров,

у с.Нижне-Сельское – на5 километров,

по линии сел Уткинская слобода, Кауровка и Новоуткинского завода – на13 километров,

у с.Грабовское – на10 километров,

у Атигского завода – на13 километров.

Ввиду недостатка средств и сил, Кушвинский укрепрайон, предназначенный для прикрытия Кушвинского и Верхнетуринского заводов, было решено начать строить, после завершения работ под Екатеринбургом.

Задачей Челябинско-Златоустовского УРа, было запереть горные проходы через Южный Урал. Для этого, предполагалось оборудовать позиции у Верхне-Кыштымского завода, станций Куса и Бердяуш, Саткинского и Юрезанского заводов, а так же у станции Вяговая. По плану создания Златоустовской позиции, первая линия укреплений шла в дефиле озер Тургояк, Коскуль, у разъезда Тургояк и узла дорог у д.Черной. Вторая линия позиций, шла от этого узла дорог на Сыростан, Веселовское и Устинов, через станцию Уржумка и далее по Уральскому хребту до дороги на Куштумглинскую. Кроме того, создавались укрепленные пункты в виде окопов с пулеметными гнездами и проволокой у Кусинского и Петропавловского заводов. У Кыштымских озер, оборонительная позиция шла от реки Актуб и озера Яутлы, по западному берегу озера Увильды и далее между озерами Акуль, Б.Намага, Ирисят, Касли, Сингул, Силач. И наконец под Челябинском, линия укреплений шла с юго-восточной части д.Шершни (на р.Миасс), и тянулась в юго-восточном направлении, через Уфимский тракт к железной дороге, где в одном километре к югу от раз.Шершни, упиралась левым флангом в западный берег Смолинского озера в районе дач, что на берегу в километре севернее д.Смолино. Затем, позиция шла от восточного берега оз.Смолино, по опушке леса в3 километрахсевернее д.Сухолесова и далее на северо-восток на д.Фатиево, где пересекая ее, тянулась до южной оконечности оз.Шелюгино. Это была главная позиция для обороны Челябинска и ее ключом стала д.Фатиево. Затем, позиция шла в дефиле озер Шалюгино и Второе, преграждая железную дорогу из Кургана в Челябинск. Отсюда, укрепления шли с северо-восточной части оз.Второе, огибая с востока д.Петровское и тянулись на северо-запад, преграждая Кунгурский тракт. Артиллерийские позиции были расположены на северо-восток от Челябинска, по дороге на д.Куштумглинскую, на восток на Александровской сопке и на юго-восток по дороге на д.Веселовскую.

Задачей Троицко-Верхнеуральского УРа была кольцевая оборона города Троицка. Для этого, было предусмотрено создание позиций от ст.Бобровской на северо-запад, через дачи Морозова, Шалино, пос.Мельниковский, выс.Новолебединский, ст.Клястицкую, дачи на реке Уй и на пос.Мельниковский, с.Бугристое, ст.Кабрак и ст.Бобровскую. План Троицкого укрепрайона предусматривал создание сети отдельных укреплений по линиям железных дорог в треугольнике Троицк – отрог Полтавский – Кустанай. В районе Троицка, укрепленные позиции начали строиться в 6-7 километрахот города, для обороны на 4 стороны. В районе отрога Полтавский, д.Николаевская и г.Кустаная (у поселков Алексеевского, Михайловского, Наждин, Перинский), укрепления создавались в виде системы из нескольких блокгаузов, со взаимным перекрестным огнем. Каждый блокгауз был приспособлен к круговой обороне и усилен проволочными заграждениями. Все станции Орской (Бускуп, Тарутино) и Кустанайской (Джаркуль, Озерная) железных дорог, так же приспосабливались к обороне и оплетались проволочными заграждениями. Для связи, сооружались отдельные укрепления в районах отрога Владимирский, з.Тугай-теке(узел дорог в 40км юго-западнее Кустаная) и отрога Наталинский (узел дорог в 30км южнее стан.Таугузак). Работы вело 29-е военно-полевое строительство. Сюда же, после ремонта должен был прибыть бронепоезд №18 «Ермак Тимофеевич». Чуть позже, в конце сентября, началось строительство позиций под Верхнеуральском, куда были переброшены части Стерлитамакского УРа. Этот укрепрайон располагался уступом к Троицкому, несколько в тылу последнего и позиции здесь строились в виде отдельных опорных пунктов у г.Верхнеуральска, ст.Магнитная, отрогов Требий и Парижский. Южная группа укреплений проходила по линии заводов Авзянопетровский, Белорецкий, Тирлянский, деревень Березовка и Махмутово. Работы вело 8-е военно-полевое строительство (53).

Таким образом, у наступающих вперед красных армий Восточного фронта, был надежный и прочный тыл, готовый к новым сражениям, даже в случае поражения фронтовых частей.



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites