kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Олег Винокуров. Битва на Тоболе: 1919-й год в Курганской области » 2.4 Боевые действия 30-й красной дивизии от села Частоозерского до реки Тобол

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана и его жители
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




2.4 Боевые действия 30-й красной дивизии от села Частоозерского до реки Тобол

Части 30-й дивизии, хотя и входили в состав другой (3-й) красной армии и не подчинялись непосредственно командарму Тухачевскому, но бои на их участке, оказали прямое влияние на действия соседей. Весь день 5 сентября 1919 года, на всем протяжении линии фронта 30-й дивизии, продолжались упорные встречные бои на линии д.Мелкозерово – с.Бердюжье – д.Воробьево. Именно в них, проявился весь недостаток необходимых для наступления сил, в частях белой 2-й армии генерала Лохвицкого. Несмотря на все усилия, потеснить красных им так и не удалось. Обороной 30-й дивизии, руководил начдив Сергеев, чей штаб остановился в с.Верхнесуерском. На стыке двух красных армий (5-й и 3-й) находились войска Конной группы генерала Волкова. Они располагались у с.Частоозерского. Попытка красного 242-го Волжского полка наступать здесь по дороге на с.Бутырино, была отбита белыми 1-м Сибирским Ермака Тимофеевича казачьим и 2-м Кыштымским полками. Однако заняв лежащую восточнее д.Воробьево, красные нависли над правым флангом Конной группы, угрожая ее отрезать. Сдерживая их продвижение, в бой на фланге группы, в районе дороги проходящей по перешейку озер Воробьево и Кечаново, вступили белые 2-й Штурмовой и 71-й Сибирский полки. После ожесточенного боя, красные были отброшены обратно в д.Воробьево. Однако, чтобы не быть отрезанными, белые части стали отходить из района с.Частоозерского на восток. При этом, белая Сводная Сибирская дивизия отошла к оз.Швецовенное (между д.Воробьи и с.Уктуз). От с.Бутырино, прикрывая дорогу на д.Шашмурино, отходили 2-я сотня 1-го Сибирского Ермака Тимофеевича казачьего полка и весь 2-й Сибирский казачий полк. У оз.Кечаново (Пеганово), ведя разведку на север, была оставлена 1-я сотня казаков-ермаковцев. На восток отступали и наиболее стойкие в Конной группе, части белой Златоустовско-Красноуфимской бригады. Если бы человек, подобно орлу мог подняться в вышину, он заметил бы залившее Зауралье золотое море жатвы. То тут, то там, оно прорезывалось полосами проселочных дорог, да текущими по ним стальными реками штыков, на плечах шагающих людей. Зеркально сверкала сталь в солнечных лучах. Одновременно с отступлением белых, с запада, к линии фронта подходили части красной 1-й бригады 30-й дивизии. В их авангарде, по дороге из д.Журавлево, двигался 2-й Уральский кавалерийский дивизион, рассыпав свои разведки на с.Бутырино и оз.Кабанье. За ним, по дороге из с.Лиханово на с.Частоозерское, двигался красный 263-й Красноуфимский полк. Следом, из д.Сивково в с.Лиханово шел 264-й Верхнеуральский полк. Последним, в резерве комбрига, по дороге из д.Шелепово в дд.Лебяжье и Щучье, двигался 262-й Красноуфимский полк. Позднее, к бригаде должен был присоединиться, двигавшийся через с.Мостовское 55-й Нарвский полк Красных Гусар. По ровным накатанным дорогам, мимо бесчисленных озер шли на восток красные полки. К вечеру, они заняли указанные все селения и остановились на ночлег. По замыслу красного командования, бригада должна была нанести контрудар по белым. Поздно вечером, на бешенном аллюре, в штаб комбрига Грязнова прискакал ординарец. Он привез приказ начдива о наступлении. Полкам 1-й бригады ставилась цель наступать на села Утчанское и Бутырино (180).

166

Фото: командир 1-й бригады 30-й дивизии И.К.Грязнов (снимок с сайта http://encycl.chita.ru/encycl/person).

6 сентября 1919 года, командующий Конной группой генерал Волков, решил попытаться зайти в тыл красным полкам, занявшим прочную оборону у дд.Старорямово и Воробьево. Для этого, 1-й и 3-й Сибирские казачьи полки, соединившись в районе озер в7 километрахсеверо-восточнее д.Шашмурино, вместе двинулся в с.Бутырино. Прихватив здесь один из полков Златоустовско-Красноуфимской бригады, они выступили по дороге на д.Беляковское, рассчитывая выйти в тыл красным. Однако этот маневр не удался. Восточнее д.Беляковское, были замечены занявшие оборону красные цепи 1-го батальона 269-го Богоявленско-Архангельского полка. Поняв, что лихого налета в тыл противника не выйдет, офицеры отвели стрелков и казаков обратно на отдых в с.Бутырино и д.Воскресенка, где остановились на ночлег. Тихо потрескивал каганец, освещая скудным светом раскинувшихся на земле казаков. После целого дня бесконечных переходов, люди спали как убитые. На охапке соломы, с высоко вздымающейся богатырской грудью, раскинув длинные ноги, похрапывал намаявшийся за день их командир.

Тем временем, полки 1-й бригады Грязнова занимали исходное положение для контрудара. Первым, в с.Частоозерское прибыл 263-й Красноуфимский полк Смирнова с приданной ему 2-й гаубичной батареей. Рано на рассвете, он сменил полки 3-й бригады 27-й дивизии на позициях у села. Следовавший с ним 2-й Уральский кавдивизион Рокоссовского, был направлен для разведки в сторону д.Вознесенка и с.Бутырино, а один из его эскадронов, двинулся для очистки дороги из д.Дроново в с.Частоозерское, где была замечена казачья сотня. Следом подошли два батальона красного 264-го Верхнеуральского полка с 1-й гаубичной батареей, которые выступили по дороге на д.Дроново. Еще один его батальон оставался в д.Сивково. Эти части, должны были наступать в авангарде бригады на с.Утчанское. Позади всех, в бригадном резерве, двигался 262-й Красноуфимский полк находившийся в дд.Лиханово и Лебяжье. Вечером показались белые. К с.Частоозерскому, с востока стали подходить части Красноуфимско-Златоустовской бригады. Установив на позиции одно орудие, их авангард обстрелял участок 263-го полка, выпустив по нему 20 снарядов (181).

7 сентября 1919 года, должен был стать днем решающего наступления частей красной 30-й дивизии на всем фронте. Однако, вместо этого, дивизия сама оказалась под ударом противника.

На центральном участке красной 3-й бригады Брока, в этот день, используя не прикрытый ни кем промежуток на стыке 1-й и 3-й бригад у озера Аккуль, сотня казаков-сибирцев, зашла по дороге из с.Бутырино в тыл красным и лихим налетом заняла деревни Казанцево и Аккуль, взяв пленных из 3-го Уфимского кавдивизиона, захватив часть обозов красного 269-го полка и полковую команду связи со всем имуществом и начальником команды. Впрочем, троим бойцам 3-го кавдивизиона удалось через несколько дней бежать. Выделив команду для охраны пленных и трофеев, остальные станичники спешились и развернувшись цепью, стали наступать с запада на д.Беляковское, где стояли две роты 1-го батальона 269-го Богоявленско-Архангельского полка и 3-й Уфимский кавдивизион. Подойдя к деревне, казаки начали ее обстреливать. По соседству, в д.Песьяное стоял штаб 269-го полка с полковыми командами. И хотя серьезного урона, казаки нанести своим набегом конечно же не могли, этот выход в тыл красным, сорвал все наступление 269-го полка дальше на восток.

Но главные события, развернулись в этот день на правом фланге 30-й дивизии, на участке красной 1-й бригады Грязнова. С утра, у с.Частоозерское, где занял оборону 263-й Красноуфимский полк, артиллерия белых открыла редкий огонь, а затем показались наступавшие цепи стрелков белой Красноуфимско-Златоустовской бригады. На флангах их поддерживали конные сотни сибирских казаков. Подпустив противника поближе, красноармейцы открыли сильный огонь из винтовок и пулеметов. С большими потерями, наступавшая белая пехота отхлынула обратно. По словам пришедших позднее крестьян-подводчиков, только убитых и раненных, белые вывозили на 50 подводах. В их числе, из команды конной разведки 1-го Красноуфимского полка были ранены рядовые Змеев Тимофей Гаврилович, уроженец Красноуфимского уезда, с.Богородское и Саломатов Павел Ульянович, родом из Красноуфимского уезда, с.Артильское. Потери 263-го Красноуфимского полка в этом бою, составили 7 раненных. В их числе были пулеметчики – командир отделения Бусарев Николай, уроженец Пермской губернии, Усольского уезда, с.Ленвинское, Соломович Алексей Я., родом из Минской губернии, Бобруйского уезда, с.Любовинское, Смирнов Афанасий и Смирнов Петр, оба из Вятской губернии, Малмыжского уезда, д.Дерешата.

Вдогонку за отступающими бросился красный 2-й Уральский кавдивизион. Под д.Вознесенкой, он захватил в плен 2 белых солдат на 2 лошадях, с 2 винтовками, 1 шашкой и 1 седлом. Под д.Казанцево, красные кавалеристы захватили еще  и группу белых телефонистов – 7 солдат, 3 телефона и 12 верст кабеля. Остаток дня и вся ночь у с.Частоозерского прошли спокойно. Остановившейся в д.Денисово красный 2-й Уральский кавдивизион Рокоссовского, отбил атаку эскадрона 2-й Уфимской кавдивизии, потеряв 5 раненных и взяв 2 пленных. На поле боя, осталось двое убитых солдат противника. Одновременно с ударом на с.Частоозерское, стоявшие в д.Дроново части белой 2-й Уфимской кавдивизии (кирасирский, драгунский и уланский кавполки, 2 орудия, конно-инженерный эскадрон), должны были перерезать пути отхода красным из с.Частоозерское на д.Казаркино.

Однако, не успев начать движение, части дивизии сами оказались под ударом. Деревню Дроново атаковали подходившие с запада, со стороны д.Журавлево, два батальона красного 264-го Верхнеуральского полка. Обойдя раскинувшееся у деревни озеро с запада и севера, красноармейцы начали наступать и несмотря на упорное сопротивление белых кавалеристов, после сильного боя заняли деревню. Правда, продвинуться дальше им так и не удалось. Уфимские кавалеристы связали противника боем и перестрелка продолжалась весь день. Двигавшийся в резерве бригады Грязнова 262-й Красноуфимский полк, занял своим авангардным батальоном д.Журавлевка, где внезапно, столкнулся с шедшими с юга на помощь 2-й армии генерала Лохвицкого, частями белой 8-й Камской дивизии. Появление белых было абсолютной неожиданностью. Едва красноармейцы вошли в д.журавлево, как ее атаковали белые 30-й Аскинский и 32-й Прикамский полки, вместе с 4-м  Уфимским конным дивизионом. Под этим мощным ударом, красный батальон 262-го Красноуфимского полка, отступил по дороге через д.Кошелево, мимо оз.Щучье на д.Лебяжье, бросив 1 пулемет системы «максим» и потеряв 4 пленных. Теперь, дорога на д.Сивково в тыл красным была открыта.

Не теряя времени, белый 30-й Аскинский полк двинулся преследовать красных на д.Кошелево, которую вскоре занял без боя, а 4-й Уфимский конный дивизион, вместе с прибывшими к нему на помощь двумя эскадронами 2-й Уфимской кавдивизии и 12-м Оренбургским казачьим полком двинулись на д.Сивково. Конница шла в молчании. Слышался лишь плеск знамен, топот да фыркание лошадей и скрип обозных телег. Пройдя лес, полки выплыли в степь. Легкий ветерок тянул с севера. Солнце проглядывая сквозь тучи сверкало на пиках, наполняя степь яркими бликами. Точно море безбрежное, распахнулось перед войском залитое травами пространство, за которым уже виднелись крыши сивковских домов. Вскоре, конная колонна уже втягивалась на окраину деревни.

В это же самое время, с противоположенной стороны, в д.Сивково въехал посланный квартирьером красноармеец 3-й роты 262-го полка Василий Романович Тетеревков. Остановившись у крайней избы, он слез с коня и зашел в хату напиться. Внезапно, за окном послышался шум и фыркание лошадей, глухие удары копыт по утрамбованной земле. Выглянув, Тетеревков заметил входящую в село белую конницу. Бросив ковш и выбежав из хаты, он одним махом взлетел на коня, и настегивая нагайкой бросился по переулку. Вдруг, в конце проулка показались две конные фигуры. Это были высланные в дозор белые кавалеристы. Они и не подозревали, что прямо на них, с тыла из деревни скачет враг. Приблизившись, Тетеревков расстегнул кобуру и два выстрела взметнули тишину, сбив всадников с коней. Нахлестывая лошадь, отважный красноармеец устремился к опушке далекого леса, откуда к деревне, должен был подходить его батальон. Бешено мчавшегося аллюром по полевой дороге всадника, заметил ехавший впереди пехотной колонны комбат. Привезенное известие было ошеломляющим. Никто не понимал, откуда здесь появились столь крупные силы белой конницы. Храбрость Тетеревкова позволила, несмотря на внезапное появление противника, рассыпать красный батальон в цепь. За свою отвагу, Тетеревков был впоследствии награжден именными серебренными часами. Тем временем, приближение красной пехоты заметили. Протрубил сигнал к атаке и мгновенно, частокол пик торчавших до сей поры вверх, накренился на высоту конских голов. Взвизгнули сабли выдернутые из ножен. Однако, подходивший к селу 1-й батальон 262-го Красноуфимского полка, без трепета встретил катящуюся на него конную лаву.

– Строй карэ! Атака кавалерии! – раздались слова команды.

Перестроились быстро, как еж ощетинились штыками и … замерли. Все ждут…  И вот тут то, едва казачьи и кавалерийские кони перешли в намет, как твердый грунт кончился и скорость движения конницы стала все больше и больше уменьшаться. Красные цепи открыли шквальный огонь, сотни и эскадроны на тяжело дышащих конях отхлынули обратно. И хотя нападение удалось сравнительно легко отбить, не имея связи со своими, красный комбат отдал приказ об отходе. А тем временем, не подозревая о выходе белых им в тыл, к д.Журавлево по дороге из д.Лебяжье, уже подходил красный батальон 264-го Верхнеуральского полка с 1-й гаубичной батареей. Пройдя несколько верст по чистому полю, колонна красной пехоты постепенно втянулась в лес, за которым должна была быть деревня. Внезапно, впереди раздался какой-то шум. В лесной тишине послышались голоса и скрип повозок, но ничего не было видно.

– Наши что-ли? – промелькнула мысль у командира.

Наконец, за очередным поворотом показались силуэты шедшей навстречу конной колонны.

– Казаки!

Увидев друг друга, противники на миг оторопели. В первый момент, все застыли на месте. Но почти сразу же, началась беспорядочная стрельба. Развернувшись, красноармейцы в панике бросились бежать, не слушая голосов своих командиров. Позади них, двигалась 1-я гаубичная батарея, которая должна была занять позицию в километре западнее Сивково. Внезапно, вдали была замечена выехавшая из леса белая конница, которая карьером двинулась навстречу батарее. В бинокль, на плечах всадников были хорошо заметны погоны. Заметив противника, ездовые 1-й гаубичной батареи быстро развернули постромки, хлестнули лошадей и карьером понеслись обратно по дороге на д.Лебяжье. Но тяжело идущие орудия, можно было легко догнать. Чтобы задержать белую конницу, приданное батарее пехотное охранение и артиллеристы-номера, рассыпались в цепь. Подпустив скакавших кавалеристов на200 метров, они открыли огонь, остановив их и дав возможность вывести орудия. Тем временем, часть белой конницы с южной стороны ворвались в д.Сивково. Там как раз, находился обоз 1-й гаубичной батареи. Ему едва удалось уйти, так как нерастерявшиеся ездовые пустили коней карьером. При этом, отставшие от своего батальона красноармейцы-верхнеуральцы, пробегая через д.Сивково и видя отходящий вскачь обоз, вместо того, чтобы задержаться и прикрыть его отход, стали подбегать к повозкам, сбрасывать лежащие на них ящики со снарядами на землю и вскакивать на подводы, крича ездовым:

– Понужай!

Всего были сброшены и утеряны 85 сорокавосьмимиллиметровых снарядов и 60 зарядов к ним. В этой панике, в плен к белым попали батарейцы:

1. Прошин Григорий,

2. Томилов,

3. Русских Василий,

4. Бадин Никита,

5. Носков Алексей,

6. Якушев Андрей, уроженец Пермской губернии, Оханского уезда,

а так же 2 конных разведчика, которые были посланы на разведку командиром батареи.

Кроме того, были утеряны 12 лошадей, 4 подводы и 1 двуколка с ветеринарными лекарствами. Красный батальон 264-го Верхнеуральского полка, во время своего панического отступления, потерял  1 убитым, 6 раненных и 11 пропавших без вести (прим.35). При этом, часть пропавших без вести красноармейцев, а так же оставленный обоз и один из комиссаров были взяты в плен уфимскими кавалеристами. Расстроенный красный батальон отходил на д.Лиханово. Преследуя его, разъезды уфимских кавалеристов двинулись на с.Частоозерское и д.Казанцево.

Взятие д.Сивково имело важное значение. Теперь, стоявшие у с.Частоозерское 263-й и 264-й красные полки оказывались в полном окружении. Чтобы вернуть утраченное положение и восстановить связь с окруженными полками, из д.Лиханово срочно выдвинулись стоявшие в резерве комбрига, два батальона 262-го Красноуфимского полка. После короткой перестрелки, они выбили белую конницу из д.Сивково, взяв в плен 3 солдат из Уфимского Драгунского кавполка и должны были развивать наступление на д.Журавлево. Чтобы, хоть как-то их задержать, из д.Кошелево на д.Сивково двинулись белые 30-й Аскинский и 32-й Прикамский полки с тремя батареями. Им ставилась задача выбить красных из д.Сивково и перехватить тракт из с.Частоозерского в д.Лебяжье. Одновременно, белые 29-й Бирский и 31-й Стерлитамакский полки с тремя батареями, должны были наступать по восточному берегу оз.Щучье на д.Лебяжье, отрезая красным из с.Частоозерского все пути отхода. В резерве начдива белой 8-й Камской дивизии, чей штаб остановился в д.Журавлевка, находился 8-й Камский егерский батальон и подходил 30-й Чернореченский Сибирский полк из д.Долгой. Со слов взятого красными разведчиками в плен солдата-аскинца, при 8-й Камской дивизии действовала и тяжелая батарея из трех 6-дюймовых орудий. Тем временем, красноармейцы 262-го Красноуфимского полка готовили к обороне д.Сивково. Командиры заранее выбрали позиции, измерили дистанции. По их указаниям, красноармейцы вырыли и замаскировали окопчики для пулеметов. Тихо прилегли цепи, безмолвно притаились пулеметы за увядшей листвой. После полудня, четыре легких и два тяжелых орудия 8-го Камского, а так же два легких орудия Уфимского конно-артиллерийского дивизионов, открыли ураганный огонь по красным позициям. Чавкают смазанные замки пушек, глухо падают на землю латунные снаряды. Залп раздается за залпом. В курчавых стружках открытых ящиков холодно сверкает снарядная сталь. Под прикрытием артогня, густыми цепями, с криком «ура», бросились вперед белые стрелки. Наступали 30-й Аскинский подполковника Старова (12 рот, 71 офицер, 550 штыков, 575 человек в командах, 55 сабель и 24 пулемета) и 32-й Прикамский Туркова (73 офицера, 401 штык, 320 человек в командах, 32 сабли и 20 пулеметов) полки. Подпустив белую пехоту на несколько сотен метров, красноармейцы по команде открыли дружный огонь. Оставляя убитых и раненных, белые стрелки бросились обратно. Бой прекратился и несколько часов вокруг царила тишина. В окопчиках – ворох еще теплых гильз. Вдруг, тишина вновь нарушилась и на красные позиции вновь обрушивается град артиллерийских снарядов. Становится видно, как под прикрытием артобстрела, для атаки разворачиваются белые Уланский и Драгунский Уфимские кавполки. К этому времени, по сведениям красной разведки, вся их 2-я Уфимская кавдивизия, насчитывала не больше 750 сабель и 18 пулеметов. Теперь, половина ее, готовилась обрушиться на врага в сабельном ударе. Постепенно, белая конница с шашками наголо переходит на рысь. Пулеметы и винтовки в руках красноармейцев пока молчат. Расстояние между атакующей конницей и красными позициями сокращается. Кавалерия переходит в галоп и сразу же, враз по команде, заработали винтовки и пулеметы. Атакующие группы тут же заметно рядеют. Красноармейцы спокойно, кто лежа из окопчика, кто с колена, а кто и стоя, стреляют по кавалерии. Потери белых возрастают. В их рядах происходит короткое замешательство и все поворачивают назад. Атакующие лавы превращаются в беспорядочную, скачущую назад массу людей и коней. Сильный преследующий огонь усиливает потери и расстройство рядов. Всего пять атак, отбил в этот день 262-й Красноуфимский полк под д.Сивково. Обе стороны понесли в бою большие потери. Лишь к ночи, белые отошли, окопавшись в версте, а кое-где и в трехстах метрах, от переднего края красных позиций. Всю ночь, сторожевое охранение продолжало ружейно-пулеметную перестрелку. Уставшие за день бойцы, пластами лежали у душных, пропитанных пороховым дымом окопов, валялись на истоптанной примятой полыни у пулеметов (182).

167

Фото: командир 2-го Уральского кавдивизиона К.К.Рокоссовский (фото из фондов Мокроусовского музея).

Итак, к исходу прошедших суток, белое наступление в тыл 30-й красной дивизии в районе д.Сивково, явственно обозначилось. Это создавало угрозу всему ее фронту. Тем не менее, игнорируя, а возможно и не зная о возникшей угрозе, 8 сентября 1919 года, командарм Алафузов, с целью оказать помощь частям соседней красной 5-й армии, продолжал требовать от начдива Сергеева, наступать 3-й бригадой в направлении стан.Мамлютка, а 1-й бригадой – из района с.Бутырино на д.Бол.Каменное.

Одновременно, начальник штаба армии Герасимов, потребовал срочно перебросить стоявший в тылу в с.Емуртлинское конный Нарвский полк Красных гусар в с.Бутырино, откуда они должны были ударить в тыл белых на Мамлютку. По мнению штаба армии, это должно было усилить натиск соседней красной 27-й дивизии и совместно с действиями 26-й, 5-й и 35-й дивиий, позволить взять белых «в клещи». Для пополнения частей, из 1-го армейского запасного полка, в 30-ю дивизию были направлены 98-я и 104-я маршевые роты, общим количеством в 390 солдат. Штаб 30-й дивизии располагался в с.Верхнесуерском. По соседству в д.Щукино находились дивизионный инженерный батальон и дорожно-мостовая рота. Сам начдив Сергеев, был категорически против такой оперции. Для успеха удара, у него отсутствовала связь с соседней 27-й дивизией, в связи с чем, было невозможно договориться о согласовании маневра. Кроме того, Нарвский полк Красных гусар был по оценке штаба дивизии совершенно непригоден к боевым действиям, тем более к рейду в тыл противника. Но отданного дивизии прямого приказа, никто не осмелился нарушить и к вечеру, полк Красных гусар двинулся к линии фронта, по дороге на с.Мостовское. Ни штаб армии, ни штаб 30-й дивизии даже не догадывались, что их части уже оказались на острие вражеского удара и речь по сути, шла лишь о их возможности удержать теперь линию фронта. Тем более, что привлечение 30-й дивизии к боям в  полосе 5-й армии, привело к тому, что силы дивизии оказались значительно растянутыми по всему фронту. И теперь, казачья конница получила возможность беспрепятственно проникать в ее тыл через незащищенные участки. Однако, пока штабы в тылу грезили «решительными ударами», полки и бригады на фронте жили своей жизнью, и готовились скорее к отходу, перед лицом усилившего удар противника.

8 сентября 1919 года, командовавший частями 3-й бригады комбриг Брок, правильно оценив значение боев под д.Сивково и опасаясь выхода белых себе в тыл, вместо требуемого от него наступления на Мамлютку, напротив, стал отводить свои полки на запад из района с.Бердюжье. На правом фланге его бригады, от д.Воробьево, оставив ее без боя, отходил красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк. Его колонна, прошла дд.Песьяное, Беляковское, Аккуль и Казанцево, выбив из двух последних казачью конницу. В стычке с ней, были ранены красноармейцы Макаров (Макуров) Степан, Абашев Юсуп, Байдаров Федор, Чирков Игнат и командир взвода Бабылин Александр. По пятам за ними, следовали белые 4-я Сибирская дивизия, занявшая к вечеру д.Песьяное и Сводная Сибирская дивизия, вышедшея в дефиле д.Воробьево и оз.Кечаново (Пеганово).

Поистенне трагические события, произошли в этот день и на участке соседней 1-й бригады, на успешное наступление которой, так расчитывал штаб армии. На рассвете, белые 30-й Аскинский и 32-й Прикамский полки, при содействии 12-го Оренбургского казачьего, Уланского и Драгунского Уфимских кавполков, собрав все силы в кулак, нанесли удар на д.Сивково. К этому времени, на помощь оборонявшемуся здесь 262-му Красноуфимскому полку, подошел 1-й батальон 264-го Верхнеуральского полка. Однако, дружного совместного удара всех сил белых они не выдержали. Оставив позиции у д.Сивково, красноармейцы стали отходить. Не останавливаясь, они стремительно отступили через д.Лебяжье к д.Шелепово, где заняли позицию на выходе из озерного перешейка, раскинув свои цепи от д.Шелепово до оз.Куртан Южное. Преследовавшая их белая Сводная Оренбургская казачья дивизия генерала Мамаева, в составе 3-го Уфимо-Самарского (без двух сотен) и 18-го Оренбургских казачьих полков, заняла д.Бол.Щучье.

Таким образом, фронт 30-й дивизии оказался прорван. Хуже всего, оказалось положение 263-го Красноуфимского и двух батальонов 264-го Верхнеуральского полков, оставшихся у с.Частоозерского и соседней д.Дронова. Они оказались окружены в тылу белых. С донесением о прорыве белых, к ним был послан красноармеец связи 1-го батальона 262-го полка Токарев Петр Зиновьевич. Нахлестывая коня, он спешил предупредить об опасности товарищей. Свежий ветер проносился мимо лица. Изгибающаяся дорога, грозила ежеминутно, внезапной встречей за каждым поворотом, с рыскающим казачьим патрулем. Склонившись к седлу, всадник мчался бешенным аллюром. Ему повезло, путь по которому удалось проскочить оказался свободен.

Вот и село Частоозерское. День был в разгаре, когда Токарев вбежал в штаб 263-го полка с  пакетом. Разорвав печати, командир полка Смирнов, быстро пробежал глазами сообщение. Вести были тревожные – фронт прорван и необходимо было немедленно отступать на запад. Но пока комполка спешно накидывая на плечи шинель, выходил на порог дома, пока ординарец передавал ему повод от заседланного вороного  коня, на улице показалась спешно идущая к штабу группа людей. При виде их, командир остановился. Это были известные в полку разведчики и не выслушать их было опрометчиво. Начальник разведки, лихой и бесшабашный малый, с карабином за спиной и парой гранат за поясом, подойдя сверкнул белозубой улыбкой и тревожно оглядываясь на восток, доложил, что по дороге от д.Бутырино, к селу уже подходят колонны белой пехоты.

– Так что, это златоустовцы, товарищ командир, вся их бригада целиком. И орудия катят.

Сообщение было тревожным, красный полк вот-вот мог оказаться под ударом наступающего противника. В этот день, Златоустовско-Красноуфимская бригада получила 59 человек пополнения и ее командир поручик Рычагов двинул своих бойцов в решающее наступление. Внезапно, дневальный позвал командира  назад, в дом.

– Вас к телефону, товарищ комполка!

Смирнов вернулся, поднял трубку со стола. 

– Понял, можете отходить, сворачивайте связь! – и еще не выпуская из правой руки  телефонную трубку, обратился к вошедшему комиссару:

– От верхнеуральцев Малышев звонил, у них разведка двух пленных взяла, бают, вся 13-я Сибирская дивизия к Дроново с юга подходит. Да вот, еще хлопец из Сивково прискакал, говорит – на запад нам дороги тоже  нет. Там нас уже ждут камцы и казаки. Надо уходить на север.

168

Рисунок: возможные варианты погон генерал-майора, начальника 13-й Сибирской стрелковой дивизии; полковника, командира 49-го Сибирского стрелкового полка; прапорщика 52-го Сибирского стрелкового полка, подпрапорщика 13-го Сибирского стрелкового артиллерийского дивизиона (реконструкция - А.Каревского, с сайта www.kolchakiya.narod.ru).

Даже беглого взгляда на карту было достаточно, чтобы понять – оба красных полка, занимавшие позиции у д.Дроново и с.Частоозерского, оказались под ударом с двух сторон, при чем путь отступления на запад, им был отрезан. Противник бросил в бой все силы, даже не вполне устойчивую 13-ю Сибирскую дивизию. Тем временем, выполнив свою задачу, красноармеец Токарев пробирался из с.Частоозерского обратно в свой полк. Внезапно, из-за очередного перелеска, едва ли не в упор, навстречу ему вынырнула группа всадников. В глаза бросились длинные не подрезанные хвосты у коней и блеснувшие яркой синевой погоны на плечах. Увидев одинокого красноармейца, они тут же выдернули шашки из ножен, крикнув:

– Сдавайся – руки вверх!

В ответ, жесткие пальцы раздернули кобуру, тускло блеснул револьвер. Подняв руку, Токарев пуля за пулей, разрядил во вражеский разъезд весь барабан и бросая позади себя гранаты системы Новицкого, сотрясавшие за спиной землю, начал уходить полями и перелесками. Лишь к вечеру выбрался отважный связной к своему полку, где его уже и не чаяли увидить.

А у д.Дроново, красноармейцы 264-го Верхнеуральского полка спешно занимали оборону. Было видно, как в мглистой степи, далеко шевелились колонны. Это шли белые стрелки-сибиряки. В этот день, входивший в состав 13-й Сибирской дивизии 49-й Сибирский полк полковника Банчука, состоял всего из 4 рот, в которых насчитывалось 48 офицеров, 251 штык, 285 человек в командах и 16 пулеметов. По сути, это был скорее нормального состава батальон. Белый 50-й Сибирский полк подполковника Солодовникова,  насчитывал и того меньше – всего 2 роты, 45 офицеров, 137 штыков, 150 человек в командах и 5 пулеметов. На их фоне, резко выделялся 51-й Сибирский полк полковника Полякова. Он насчитывал 12 рот, 64 офицера, 579 штыков, 307 человек в командах и 6 пулеметов. В 13-м Сибирском артиллерийском дивизионе подполковника Сушко, имелось три батареи, 7 трехдюймовых орудий, 21 офицер и 495 артиллеристов. На  подходе, белая пехота рассыпалась в темные подвижные  линии. Остановившись, бойцы передернули затворы винтовок, тускло мерцали штыки. Начдив Зощенко не спешил давать команду для атаки. С помощью бинокля, он оценивающе осматривал позиции противника и поджидал подхода своих артиллерийских батарей. Красноармейцы с винтовками в руках залегли у плетней и огородов. Окапывались. На флангах и в сквозных проулках, занимали свои места пулеметчики. Слышались команды:

– Без команды не стрелять. Беречь каждый патрон! 

Однако, командир полка Малышев, видел всю невыгодность предстоящего боя. Переговорив по телефону с командиром соседнего полка Смирновым, он решил отводить свой полк. Однако вначале, надо было обеспечить этот отход. Обратившись к командиру первого батальона, комполка приказал:

– Выдели наиболее устойчивую роту из своего батальона и две пулеметные команды. Пусть  задержат противника. В затяжной бой  не ввязываться.

Вскоре, растянувшаяся колонна красной пехоты, уже шла сплошной колеблющейся массой к видневшимся впереди крышам частоозерских домов. Позади, со стороны д.Дроново, слышались звуки все нарастающей перестрелки. Это, красный арьергард, огрызаясь огнем из пулеметов оставил деревню и отходил вслед за товарищами. А в с.Частоозерском, ожидая прибытия товарищей, стояли готовые к выступлению 1-й и 2-й батальоны 263-го Красноуфимского полка. По дороге из д.Казанцево подошел 3-й батальон полка с эскадроном 2-го Уральского кавдивизиона. Со слов комбата, пройдя мимо озера Аккуль, казачья конница уже заняла д.Казанцево и отрезала прямой путь отхода на с.Лиханово. И хотя на тот момент, эта натворившая столько бед сотня сибирских казаков, была уже выбита отступавшими на запад красноармейцами-богоявленцами, никто из собравшихся об этом не знал. Командир полка Смирнов, подвел итог обсуждению. Было решено отступать от села Частоозерское, вдоль дороги на д.Сивково, откуда двигаться на север через дефиле озер Черное и Щучье. Что ждало их за этими озерами – узнавать было уже некогда. Все командиры вышли на порог. На улице, за калиткой, рядом с двумя караульными, низко темнел станковый пулемет, вспыхивали красные огоньки сигарет и  щетинились над головами бойцов штыки. Среди строящихся рот было все заметнее движение.

Вдруг с востока, от темневших за околицей лесов, раздался хлопок и в небо тревожно взвилась динамитная ракета. Багровый свет ее отразился в низких облаках, трепещущей тревогой осветил лица солдат, наборные уздечки у коней. И тут же, заставив многих вздрогнуть в душе, где-то в глубине сумрачной долины, приглушенный расстоянием, ударил первый одиночный выстрел. Солдаты спешно натягивали сапоги на перемотанные портянки и рота за ротой, стали вытягиваться по дороге на д.Сивково.

Скрипят колеса, шуршат шаги, изредка ржут лошади. Никто из красноармейцев и их командиров еще не знал, что используя прорыв между с.Частоозерским и д.Сивково, туда бросилась вся 2-я Уфимская кавдивизия белых, отрезав все пути отхода окруженным красным полкам. До д.Сивково оставалось совсем немного, когда от ближайшей опушки леса, навстречу красной колонне отделилась цепь всадников, человек пятьдесят. И пока Смирнов протягивал руку за болтавшимся на груди биноклем, разрешая все сомнения, по головному батальону всадники прерывисто ахнули винтовочным залпом. Все дальнейшее происходило с устрашающе зловещей быстротой. С фланга, из-за деревьев, на опушку леса стремительно выехала слитая лавина всадников Уфимской кавдивизии. Слышался топот копыт, звяканье уздечек и звон сабель, бьющихся о стремена. Видно было, как ехавший впереди офицер остановился, плоское лезвие выдернутое из ножен свистнуло в воздухе. Стало ясно, что через мгновение, вся эта лавина из нескольких сотен всадников, единой волной обрушится на разбегающихся красноармейцев, захлестнув и похоронив под собой оба полка. Одновременно, в воздухе что-то прошелестело и недалеко от колонны, в воздух взметнулись клубы дыма и земли. Тут же, с опушки леса сосредоточенно ударили пулеметы.  Послышались полные отчаяния крики раненых. И кто-то за спиной командира, громко произнес в сердцах:

– Эх, сплоховала  разведка. Пропустили  ее без выстрела.

Тяжелый ком, словно упал в груди. Вляпались! Было видно, как в замешательстве, бойцы бросились в разные стороны. Смирнов побледнел, зло ощерился и судорожными движениями стал вынимать из тугих ножен саблю. Потом оглянувшись, он что-то повелительно крикнул комиссару, но звуки разгорающегося боя стерли слова. Было видно, как пришпорив коня и припадая к луке, с поднятой над головой саблею, комполка поскакал в самую гущу разбегающихся бойцов.

– На прорыв! – донесся его отчаянный крик.

– В цепь!! Стройся в це-е-пь!!!

И подчиняясь голосу командира, батальоны как пружины быстро, на бегу, стали рассыпаться в цепи. Замешкавшихся, еще не оправившихся от паники бойцов, командиры взводов пинками и угрожая револьверами загоняли обратно в строй. Комиссар скакал вслед за комполка Смирновым, левой рукой придерживая фуражку, а другой торопливо расстегивая на правом бедре кобуру револьвера. Решение принималось мгновенно. Подскакавшему командиру верхнеуральцев, Смирнов повелительно крикнул:

– Рассыпай цепи, прикрывай с тыла, я буду пробиваться на Лиханово!

В пылу опасности, все понимали друга с полуслова. Развернувшись на север, пришедшие в себя цепи 263-го Красноуфимского полка двинулись вперед по дороге на д.Лиханово. Позади, рассыпавшись неровными ломанными линиями, отходил 264-й Верхнеуральский полк. Служивший в нем красноармеец Еремин, находившийся для поручений при командире своего батальона, увидел, что утомленные продолжительным путем по вспаханной местности красноармейцы начинают действовать вяло. Тогда он, по своей инициативе выехал вперед цепи и с криком «ура» бросился вперед. Очередью из пулемета, под ним была убита лошадь, но вскочив на ноги, он продолжал бежать вперед на пулемет белых, несмотря на то, что пулемет  стрелял без остановки. Видя это, вся красная цепь двинулась вперед. Вид безостановочно двигавшейся цепи, заставил белую конницу оставить позицию. При этом Еремин, добежав первым, захватил пулемет и взял в плен 2 замешкавшихся белых пулеметчиков. Ровными залпами опоясывалась красная цепь, заставляя уфимскую конницу жаться к опушке леса и отбивая все ее попытки атаковать. Оба красных полка отступая, старались не терять зрительную связь друг с другом. Заметив их отход, все чаще заухали из д.Сивково белые орудия. Ряд за рядом, уходили снаряды из громозкого ящика на батарее. Ахала земля, сбитые, кружились в воздухе сучья деревьев. Где-то низко визжали пули. До д.Лиханово оставалось около 4 верст, когда с очередной опушки леса раздался выстрел, за ним второй, третий. И тут же, среди общей ружейной перепалки, навстречу подходящим красным полкам, рассыпали свои раскаленные очереди белые пулеметы. Раненными упали красноармейцы Аскадинов Вафа, уроженец Казанской губернии, Тетюшского уезда, д.Аскупарвагой и Зеленин Григорий, родом из Пермской губернии, Оханского уезда, д.Селица.

Взглянув вперед, Смирнов увидел среди деревьев группу белой пехоты, вскинувшей винтовки к плечам и стрелявшей по ним. В тот же момент, чуть сбоку показался Уфимский Драгунский кавполк, выехавший с заблестевшими на солнце клинками наперерез красной колонне. Возле кавалеристов, скинув передки, готовилось к стрельбе легкое орудие. Путь вперед оказался отрезан. Стало ясно, что в с.Лиханово были белые. Взоры всех батальонных и ротных, устремились на командира. Расстегнув планшетку, он спешно бросил взгляд на карту. Теперь, отступать можно было только кружным путем, в обход Черного озера. Смирнов покачал головой и повернувшись к командиру авангардного батальона, перекрикивая треск стрельбы, отдал команду:

– Левее, левее бери!

Тот что-то ответил, но слова потонули в барабанной стукотне выстрелов и в режущем пулевом свисте. Под сильным огнем, отвечая дружными залпами, красные цепи свернули с дороги и принимая к северу, двинулись прямо по полю, проходя мимо с.Лиханово. Раз за разом, с фланга вздымалась на них конная лавина, рвущаяся добраться поющими на замахе клинками. В ответ, ружейный огонь сливался в ровный гул и ни разу не дали красноармейцы, приблизиться к себе белым уфимским драгунам. Так, оба красных полка прошли цепями за день около60 километров, три четверти из которых, пришлись идти под огнем. При этом, уже три дня, красноармейцы были без горячей пищи, сытые лишь тем, что завалялось у каждого из них в солдатских «сидорах». Усталые и оголодавшие, они в этом изнурительном, с беспрерывным боем марше, падали от истощения, но собирали последние силы, поднимались и шли дальше, не желая попасть в плен. Постепенно, когда миновали с.Лиханово, белые уфимские кавалеристы отстали. К вечеру, два батальона и команды 263-го Красноуфимского полка остановились  в д.Зубарево, еще один батальон вошел в д.Гоглино, где застал штаб комбрига Брока, а оторвавшиеся две роты красноармейцев-красноуфимцев с эскадроном 2-го Уральского кавдивизиона, вышли и заночевали в д.Полое. Два батальона 264-го Верхнеуральского полка остановился в д.Комлево(Сухая). Только здесь, удалось напоить лошадей и накормить голодных уставших красноармейцев. Где штаб их бригады никто не знал и приехавший комбриг Брок, временно принял командование на себя. Этот день, дорого стоил 30-й дивизии. По свидетельству Сахарова, удар белой Уфимской группы от линии железной дороги на север, во фланг красным на д.Сивково, позволил частям группы, выдвинуться почти на половинное протяжение всего фронта соседней белой 2-й армии, которая лишь после этого, смогла повести успешное наступление с фронта. В бою, в 264-м Верхнеуральском полку были ранены красноармейцы:

1) Гарафутдин Галиахмет, Казанская губерния, Тетюшевский уезд, д.Валиажская (?),

2) Снегов Ларион (?), Вятская губерния, Малмыжский уезд, д.Павлята,

3) Шайхислатов (?), Вятская губерния, Малмыжский уезд, д.Читай (?),

4) Батуев Иван, Вятская губерния, Малмыжский уезд, д.Иткулат,

5) Головизин Иван, Вятская губерния, Малмыжский уезд, д.Иткулат,

6) Сатритдинов Насретдин, Казанская губерния, Тетюшевский уезд, д.Нишдриса.

За два дня боев у д.Сивково, 262-й Красноуфимский полк потерял 101 бойца и командира, в том числе 11 убитых, 17 пропавших без вести. (прим.36) Было утеряно 6 пулеметов, 96 винтовок, 3 пулеметных треноги, 126 лопат, 11 лошадей было убито и 1 лошадь ранена. Белые сообщали о захвате ими здесь 7 пулеметов (183).

169

Схема боевых действий на участке 30-й дивизии 8-9 сентября 1919 года.

Настало утро 9 сентября 1919 года. Уже многих храбрых упокоила накануне зауральская земля и никто не знал, что готовит выжившим наступающий день. Полки красной 30-й дивизии, откатились на40 километровназад по всему фронту, а штаб 3-й армии командарма Алафузова, все еще уверял соседей, что дивизия готовится нанести удар на Петухово и Утчанское. Стоявший в с.Верхнесуерском штаб начдива Сергеева лучше владел обстановкой, но подгоняемый директивами, вместо перегруппировки разбитых накануне частей, вновь и вновь толкал их вперед в наступление. Посреди просторной комнаты в доме богатого верхнесуерского крестьянина, стоял обставленный скамьями большой стол, на котором была разложена помеченная разноцветными карандашами карта-десятиверстка с красными и синими стрелками, указывающими движение войск. Было задумано повернуть всю дивизию на юг и ударить в сторону железной дороги. По мысли штабных стратегов, полки 1-й бригады Артемьевского, должны были выйти на линию дд.Лебяжье, Сивково и Журавлевка откуда ударить на с.Долгое. 2-й бригаде Томина, ставились задача с линии дд.Зубарево и Орлово, наступать на с.Частоозерское, выйдя на линию с.Утчанское и д.Актабан. 3-я бригада Брока, должна была с линии дд.Орлово и Торопово, наступать на с.Бутырино и с.Уктуз, выйдя на линию дд.Песьяное, Бол.Каменное, Новоалександровка. Пока штаб дивизии разрабатывал планы наступления и чертил стрелы «решительных ударов», красные полки отходили по всему фронту. Центром их обороны становилось с.Шебалино, куда от с.Частоозерского, через дд.Денисово, Беляковское и Калмацкое, шла только что сформированная белая 1-я Екатеринбургская дивизия и 12-й Оренбургский казачий полк. За нею, через дд.Старорямово и Гагарина двигались части Сводной Сибирской дивизии с Уфимским гусарским кавполком. Штаб дивизии переходил из д.Воробьево в д.Песьяное. В резерве генерала Лохвицкого, в д.Сумны, находились так и не вводимые пока в бой полки 2-й Сибирской казачьей дивизии.

Прорвавшиеся из окружения 263-й Красноуфимский и 264-й Верхнеуральский полки, по приказу комбрига Брока, должны были с утра, выступить для присоединения к своей бригаде в д.Куртан. Однако, вернувшаяся из ночного поиска конная разведка донесла, что степной коридор, образованный природой между озерами Черное и Щучье, повсюду перекрыт казаками генерала Мамаева. Впереди же, преграждая путь раскинулись глубокие воды озера Черного. Обходить его нужно было сутки. Однако, со слов местных крестьян, была прямая дорога из д.Комлева прямо за озеро по узкому перешейку. Правда на карте-десятиверстке, было показано сплошное разлившееся озеро. Решили рискнуть и через полчаса, стоявшие у д.Сухая (Комлево) два батальона красного 264-го Верхнеуральского полка, снялись с позиции и ведомые местным крестьянином, двинулись по неширокой, но довольно накатанной дороге. К вечеру, не останавливаясь, красноармейцы прошли перешеек, миновали д.Жиряково и прибыли в д.Куртан. Прикрывая их отход, у д.Зубарево был оставлен 263-й Красноуфимский полк. Именно на него, пришлась вся тяжесть удара, наступавших с востока из с.Лиханово, белых частей 2-й Уфимской кавдивизии и Златоустовско-Красноуфимской бригады. После сильного боя, потеряв 159 бойцов и командиров, бросив на поле боя и утопив в озере 15 пулеметов, остатки 263-го Красноуфимского полка откатились к д.Прохорово, откуда выступили в д.Семискуль, для присоединения к своей бригаде.

170

Фото: братская могила красноармейцев в д.Селезнево (снимок автора, май 2011г.).

Часть погибших красноармейцев, видимо похоронены в братской могиле на кладбище в д.Жиряково, но большинство, не менее 18 человек, очевидно были погребены в д.Селезнево. По воспоминаниям местных жителей, изрубленные трупы красноармейцев сложили штабелем в ограде одного из домов, а затем похоронили в одной братской могиле. Таким образом, все полки действовавшей на правом фланге дивизии красной 1-й бригады Грязнова, постепенно собирались на перешейках крупнейших зауральских озер – Черное, Щучье, Куртан и Стекленей.

Выдвинутый в передовую линию 262-й Красноуфимский полк, с утра занял позицию у д.Шелепово. Его правый фланг, где держал оборону 3-й батальон, находился на чистом поле, между д.Шелепово и с.Могильное (Рассвет). Для его прикрытия, сюда был направлен 2-й эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона (36 сабель). С рассветом, белые 15-й Михайловский, 3-й Уфимо-Самарский, 6-й Исетско-Ставропольский и 18-й Оренбургский казачьи полки, всего до 700 сабель, при поддержке артиллерийского огня 4 легких орудий, начали наступление на д.Шелепово, с задачей прорвать фронт красных и занять д.Куртан. Белой артиллерии, удалось быстро накрыть шрапнелью стоявший на правом фланге красный 2-й эскадрон. В телефон на батарее слышна команда: «Девять ноль». Затем – бах, бах, шрапнель так и свищет, вспыхивая облачками. Но белой пехоте пришлось наступать с фронта, стесненной раскинувшейся гладью озер, по узкому открытому месту. Трижды пытались белые стрелки и казаки перейти в атаку, но были отбиты и понеся потери, отошли к д.Бол.Щучье. Здесь, в резерве стояли 14-й Уфимский и 16-й Татарский полки. В бою был ранен командир 18-го Оренбургского казачьего полка. Понимая всю важность удержания озерных перешейков, начдив Сергеев, чтобы укрепить участок бригады артиллерией, срочно направил из д.Бородино в д.Куртан, стоявшую там Отдельную конную батарею (184).

171

Схема: положение белых частей на участке 1-й бригады по данным (не точным) разведотдела 30-й дивизии.

К 10 сентября 1919 года, линия фронта красной 30-й дивизии, прочно опиралась на озерный район, между селами Могильное (Рассвет) и Армизонское. Обороне здесь, благоприятствоали множество озерных дефиле, позволявших полкам занимать сплошную оборону с надежно прикрытыми флангами. А охват флангов – был основой пехотной тактики того времени. При такой обороне, успех наступающим мог принести лишь сильный «таранный» удар нескольких белых частей, одним кулаком на узком участке. С утра 262-й Красноуфимский полк, при поддержке прибывшего к нему на помощь 1-го батальона 264-го Верхнеуральского полка и 2-го Уральского кавдивизиона, занимал позиции у д.Шелепово. Позади в д.Куртан, находился еще один батальон 264-го полка, а из д.Селезнево в д.Семискуль, двигался потрепанный в бою 263-й Красноуфимский полк. Несмотря на постигшую накануне неудачу, белое командование так же прекрасно понимало значение этого озерного района. Прорвав здесь красную оборону, можно было разорвать фланги двух красных армий, выйти им в тыл. А потому, с утра, около десятка белых орудий ударили по красным позициям. Затем, в атаку пошли белые цепи 15-го Михайловского полка. Главный их удар, пришелся на участок 2-го батальона 262-го Красноуфимского полка. Не выдержав натиска, красноармейцы оставили позиции и стали спешно отходить по дороге на д.Куртан. За ними, начали отступать и остальные красные части. При этом, две роты 3-го батальона 262-го Красноуфимского полка и 2-й эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона, были отрезаны белыми от главных сил и вынуждены отойти куда-то правее.

Внезапно, на пути отступавших красноармейцев оказалось несколько небольших озер, с узким, до полутораста метров перешейком между ними. Это был очень опасный участок. Преследующие белые могли легко, словно в тире, буквально расстрелять идущих гуськом, по открытому месту между озерами красных бойцов. Противника необходимо было задержать. Для этого, в арьергарде была оставлена 7-я рота 262-го полка, под командованием Михаила Григорьевича Снигирева. Ей поставили ответственную задачу – прикрывать перешеек, не давая белым обойти с фланга, отходящие по дороге правее озер красные полки. Несколько раз, белые стрелки атаковали позиции роты Снигирева, но потеряв около 15 человек, бойцы выполнили свою задачу. Отступая, 262-й Красноуфимский и 264-й Верхнеуральский полки оставили вскоре и д.Куртан. Положение необходимо было срочно спасать. Весь фронт красной 1-й бригады оказался под угрозой прорыва. Комбриг срочно выдвинул 2-й батальон прибывшего в д.Семискуль 263-го Красноуфимского полка на перешеек озер Южное и Северное Куртан. Одновременно, на помощь отступавшим направили и 1-й батальон под командованием комбата А.П.Кощеева. Удачным маневром, ему удалось задержать контратакой белых, дав возможность отступавшим красным полкам, занять позиции и закрепиться на перешейке озер Северное Куртан и Стекленей. Наиболее пострадавший накануне в боях у Зубарево 3-й батальон 263-го Красноуфимского полка, был оставлен в резерве комбрига в д.Семискуль.

К вечеру, заняв исходные позиции, все красные полки перешли в контрнаступление. Их сосредоточенного удара, уступающий им численно 15-й Михайловский полк выдержать не мог. Вновь закипел бой. Дымилась земля, почти сливаясь с побуревшей травою, лежали убитые. Их было много на поле. Сбив белых, части красной 1-й бригады после упорного боя вновь заняли д.Куртан, взяв пленных. Красноармейцы заночевали в окопах в3 километрахюго-восточнее деревни, упираясь левым флангом в оз.Черное, а правым флангом – в оз.Куртан Южное. За день, в бою 262-й Красноуфимский полк потерял – 78 бойцов и командиров, в том числе 3 убитых. Потери 263-го Красноуфимского полка составили – 11 раненных (прим.37). Из 264-го полка дезертировали красноармейцы Корев Александр, Оренбургская губерния, Верхнеуральский уезд, хут.Черная речка и Зинаков Иван, Оренбургская губерния, Верхнеуральский уезд, хут.Черная речка. Погибших, очевидно похоронили в братской могиле в д.Семискуль у церкви. Она и до сих пор там есть. Эти памятники, обелиски, холмики поросшие травой… Сколько их именных и безымянных, ухоженных и заброшенных. И каждый – страничка нашей истории. Нарвский полк «Красных гусар», в этот день перешел из с.Мостовское в с.Мокроусово (185).

172

Фото: братская могила у церкви в д.Семискуль (фото Васильева В.).

11 сентября 1919 года, бои на всем фронте 30-й дивизии продолжались, казачьи части просочились в район дд.Вьялково, Жиряково и Козлово, перерезав сообщение между оборонявшимися здесь красными полками. На правом фланге дивизии, на участке 1-й бригады Грязнова, с утра, белый 15-й Михайловский полк и 200 конных казаков, вновь начали наступать на д.Куртан. Удар пришелся на правый фланг красных, где у оз.Куртан Южное оборонялся 262-й Красноуфимский полк. На помощь ему, был направлен красный 264-й Верхнеуральский полки. Превосходящие силы красных, ураганным ружейно-пулеметным огнем, при поддержке огня прибывшего гаубичного дивизиона, отбили наступавшую белую пехоту. Тогда, белая артиллерия – 4 легких и 1 тяжелое орудие, открыли огонь по д.Куртан. Под его прикрытием, цепи стрелков 15-го Михайловского полка стали накапливаться на левом и правом флангах красной обороны. Чтобы не дать им сосредоточиться для атаки, обе красные гаубичные и подошедшая Отдельная конная батареи, стали периодически рассеивать огнем белую пехоту. Но после каждого артналета, разбежавшиеся в стороны стрелки-михайловцы, вновь и вновь упорно собирались вместе.

В это время, над д.Куртан показался летевший с юга белый самолет. Направленные на разведку летчик Муромцев и наблюдатель Вощило заметили, что деревня окружена цепью окопов, а из нее выходит цепь красной пехоты, спеша к месту боя, численностью около полка. Пролетев чуть дальше, летчики увидели, как из д.Семискуль по дороге в д.Куртан подходит обоз еще из 150 повозок. В д.Семискуль были замечены еще около 100 повозок. Стало ясно, что отступать красные не намерены, подтягивая к фронту все свои силы.

После полудня белые стрелки, не предпринимая больше попыток наступасть, стали отходить на юго-восток. Красные полки двинулись за ними. Вскоре, 263-й Красноуфимский и 264-й Верхнеуральский полки уже вошли в д.Шелепово. Чтобы усилить этот участок, белое командование срочно двинуло сюда на помощь 32-й Прикамский полк Туркова (3 роты, 62 офицера, 217 штыков, 320 человек в командах, 32 сабли и 20 пулеметов). Оба белых полка (15-й и 32-й) остановились в километре от д.Шелепово по дороге на д.Бол.Щучье. Их фланг до оз.Черное прикрывал казачий полк. Белая пехота выстроилась двумя цепями и пошла вперед в контратаку. Навстречу им щелкнули первые выстрелы, словно опомнившись запели пулеметы. В ответ, стрелки злобно рявкнули залпом. Длинная ровная цепь, стреляя на ходу двигалась по полю. Со стороны красных доносилось:

– Приготовиться! Пулемет, огонь! Часто начинай!

Под огнем, цепи рвались, путались, но шли вперед. Туда, где уже отчетливо рисовались очертания деревянных шелеповских домов, сады и небольшая часовенка. Два добровольческих белых полка, прокаленные насквозь осознанной железной дисциплиной, поражаемые, но как механизм послушные воле единого командования, залегали, снова и снова поднимались, зацепляясь за каждую удобную складку земли, холодно и умело, все больше приближались к красным позициям. И случилось неминуемое. Не выдержав этого неумолимого натиска, красноармейцы в конце концов отхлынули со своих позиций и оставили д.Шелепово. Однако бой на этом еще не завершился. Приведя в порядок отступавшие части, красные командиры бросили 262-й Красноуфимский и 264-й Верхнеуральский полки в контрнаступление. Казалось никогда не закончится эта мешанина из дней и ночей, огня и стрельбы, из дыма и крови. Красные шли уверенно, смело, с сильным ружейным и пулеметным огнем. Цепь наступающих приближалась, падали с верхушек деревьев сбитые пулями ветки и листья, сыпалась кора. Взводные подбежали к своим офицерам:

– Ваше благородие, разрешите открыть огонь. Противник совсем рядом!

– Давай братец.

Взводные бросились к своим бойцам, на ходу крича:

– Часто, начинай!

Роты открыли огонь. На них бежали с винтовками наперевес, с лицами перекошенными злобой, с тонкими как жала штыками.

– Ура-а-а!... Ура-а-а!... А-а-а!

Дрожащий звонкий голос сквозь треск выстрелов прорвался с фланга:

– Взводный! Обходят нас! Обходят!

Цепь сорвалась и побежала, быстро и легко, не чуя под собой ног, точно кто-то толкал бойцов в спину. Сзади, в вечерних сумерках вспыхивали выстрелы и пули жужжали, обдавая быстрым, коротким, горячим дыханием. То один, то другой из солдат, вдруг торопливо падал на землю, дрыгая ногами, махая руками, либо валился как сноп и сразу застывал в мертвой неподвижности. Упавшие раненные кричали непрерывно, полными ужаса смерти голосами:

– Братцы, не оставьте! Не оставьте!

А над ними, острыми металлическими носами визжали пули, свистели сотнями голосов в буйном вихре уничтожения. К исходу дня, красные вновь заняли д.Шелепово и окопались в километре восточнее нее, захватив в бою 2 пулемета и взяв 8 пленных (186). Их потери за день были чувствительны. В бою под д.Шелепово, красный 264-й Верхнеуральский полк потерял 1 убитым, 17 раненных и 2 попавших в плен, а потери 263-го Красноуфимского полка составили 8 убитых, 43 раненных. В утреннем бою у д.Куртан, 264-й Верхнеуральский полк потерял 1 убитым, 2 раненными, 1 попавшим в плен, а потери 262-го Красноуфимского полка составили 1 убитым и 38 раненных (прим.38).

173

Рисунок полковника Егорова из статьи «Славный Михайловский полк».

Пока части 30-й дивизии вели упорные бои на всем своем фронте, стремясь удержать свои позиции, в армейских и фронтовых штабах, еще носились с идеей удара в район с.Частоозерское, дабы поправить положение на участке 5-й армии. Приказом начдива от 12 сентября 1919 года, 1-й бригаде Грязнова ставилась задача наступать на дд.Шелепово и Бол.Щучье, 3-я бригада Брока должна была наносить удар на дд.Зубарево и Гоглино, а 2-й бригаде Томина предписывалось осуществлять натиск на дд.Калмацкое, Новорямово и Гагарье. Таким образом, для дивизии было предусмотрено фронтальное наступление, без какого-либо маневра.

И если полки 3-й бригады Брока попытались выполнить приказ, то на правом фланге дивизии, на участке бригады Грязнова случилась новая трагедия. В этот день, с утра, главные силы 1-й бригады: 2-й батальон 262-го Красноуфимского, 1-й батальон 263-го Красноуфимского и весь 264-й Верхнеуральский полк с 2-м Уральским конным дивизионом, занимали позицию от южного берега оз.Черное до д.Шелепово. 1-й батальон 262-го полка стоял в резерве в самой д.Шелепово. В резерве комбрига в д.Семискуль оставались еще 2 роты 263-го полка и одна рота прикрывала позиции красных батарей. Прискакавший нарочный сообщил, что Нарвский полк «Красных гусар», уже движется на помощь бригаде из с.Мокроусово. Казалось, ничто не предвещало беды.

Против красных позиций, в3 километрахвосточнее д.Шелепово, в окопах находились белые 15-й Михайловский и 32-й Прикамский полки. К ним на помощь прибыл 4-й Уфимский егерский батальон штабс-капитана Бережкова. Он был только что сформирован при штабе Уфимского корпуса, из учебно-пулеметного батальона (70-80 штыков и 14 пулеметов), двух рот мобилизованных при отходе из Уфимской и Екатеринбургской губерний, а так же одной роты бывших красноармейцев 4-го Камского полка, сдавшихся у с.Верхотурское восточнее г.Осы. В результате, было создано 5 рот, по 30-40 штыков в каждой и 14 пулеметов. Поддержать наступление готовились 4 легких и 3 тяжелых орудия из 4-го Уфимского артдивизиона. Правый фланг белой пехоты, к оз.Черное, прикрывал 3-й Уфимо-Самарский казачий полк полковника Кротова (6 сотен, 15 офицеров, 488 сабель и 4 пулемета). Позади в д.Бол.Щучье, уже сосредотачивались главные силы Сводной оренбургской казачьей дивизии генерала Мамаева – 12-й Оренбургский казачий полк подъесаула Антонова (3 сотни, 12 офицеров, 260 сабель в строю, 42 человека в командах и 3 пулемета), 18-й Оренбургский казачий полк (6 сотен, 10 офицеров, 230 сабель, 82 казака в командах и 5 пулеметов) и 6-й Исетско-Ставропольский полк (6 сотен, 13 офицеров, 303 сабли, 7 пулеметов), под командованием войскового старшины Старикова, назначенного вместо смещенного за беспрерывное пьянство и уклонение от боевых операций войскового старшины Избышева. Здесь же находился штаб 8-й Камской дивизии, а в д.Лебяжье стоял штаб Уфимской группы.

Днем, открыв сильный артогонь, белые 15-й Михайловский и 32-й Прикамский полки с 4-м Уфимским егерским батальоном перешли в наступление. Глухо ударили орудия и тотчас, за окопами красных, метрах в двадцати, стеной поднялась в воздух земля. Не успела земляная стена опасть, как за нею взметнулась новая, шире и выше прежней. Линия обороны 2-го батальона 262-го Красноуфимского полка у д.Шелепово, по свидетельству местных жителей, протянулась цепочкой индивидуальных стрелковых ячеек по поскотине, начинаясь на некотором расстоянии от северной оконечности д.Шелепово (Сосновского озера) и шла на небольшой лесок, т.н. Горев Колок у оз.Черного. Окопчики располагались на открытой степи, смотря брустверами в сторону д.Бол.Щучье. Пока цепи белой пехоты, пригибаясь под огнем двигались вперед, 6-й и 12-й Оренбургские казачьи полки, скрытно двинулись в обход левого фланга красной позиции, вдоль самого берега оз.Черное. Здесь у кромки воды берег понижался, делая невидимыми идущих всадников. Сотни гуськом, одна за другой вытянулись прибрежной тропкой. Медленно ступают кони, слегка покачиваясь, прядут ушами, храпят и косятся взглядом на близкую воду. В резерве генерал-майора Ю.И.Мамаева находились 3-й и 18-й Оренбургские казачьи полки, а так же 2-й Оренбургский казачий дивизион (4 трехдюймовых орудия, 8 офицеров, 283 казаков-артиллеристов и 54 казака в командах), состоявший из 5-й и 8-й Оренбургских казачьих батарей.

174

Фото: поле у д.Шелепово, на котором были изрублены красноармейцы. За лесом справа оз.Черное (снимок автора).

Пройдя вдоль берега озера и видимо по западной опушке лежащего рядом леса в тыл красным, казаки вытащили из ножен клинки. Среди веток и желтой листвы сверкнула блестящая острая сталь. На молодое, безусое лицо командовавшего сотнями офицера легла черная тень. Он подался всем туловищем вперед, дав шенкеля своему коню.

– Ура-а-а! – оба казачьих полка внезапно выскочив из-за леса рассыпались в лаву и бросились в атаку с тыла на красные позиции.

Среди красноармейцев немедленно началась паника. Бросив позиции, бойцы 2-го батальона 262-го и 1-го батальона 263-го Красноуфимских полков побежали прямо по поскотине, по открытой степи. Наступил момент, о котором всегда мечтает настоящий кавалерист – атака в конном строю и рубка бегущего противника. Лава налетела на бешенном аллюре. Лошадиные морды и лица людей, завертелась, закипела кавалерийская рубка пехоты. Тяжкий топот коней, звон стали, дешураздирающие вопли раненных – все смешалось в чудовищный хаос звуков. Смерть находила жертвы безошибочно и на раскисшую, измешанную копытами полынную хлябь валились один за другим разгоряченные, потные тела людей. Солдаты бросая винтовки, бестолково метались от кавалеристов. Но в чистом поле, от конницы спасения не было. Их секли как капусту. Около 70 бойцов было изрублено прямо на поле. При этом казаки, многие из которых пошли в бой выпившие, во время схватки соскакивали с лошадей, докалывали на земле и обдирали догола убитых. Особое геройство в этом бою проявили красные пулеметчики. По свидетельству очевидцев, один из них, отступая нес на плече тяжелое тело своего пулемета «максим». Его стал настигать казак, крича:

– Бросай пулемет!

В ответ, красноармеец крикнул:

– Я слыхал как поступают с пулеметчиками и я помру с пулеметом, – после чего был зарублен.

Другой пулеметчик Мигачев Михаил, когда началась общая свалка и все бежали, кто куда мог, не желая бросить своего пулемета, потащил его за собой. Тяжелый (до65 кг)  станковый пулемет кувыркается, переворачивается, не дает быстро бежать. Сняв тело стальной машины со станка, Михаил добежав до обоза 263-го полка, бросил пулемет в повозку, после чего, несмотря на страшную опасность вернулся и забрал станок пулемета, который привязал к повозке. Но казаки, рассеяв 1-й батальон 263-го полка, захватили все повозки обоза. Мигачев, видя что спастись невозможно и все пути отрезаны, бросился в озеро. Пройдя 100 сажень по воде, он приблизился к огородам д.Шелепово, где снял с себя сапоги, брюки и гимнастерку. Оставшись в одном нательном белье и скрываясь за изгородями, отважный пулеметчик вскоре догнал свои отходящие части.

Еще один из пулеметчиков 263-го Красноуфимского полка, настоящий герой, чье имя так и осталось неизвестным, несмотря на всеобщее бегство, остался прикрывать отход. Он стрелял из пулемета до тех пор, пока казаки не подошли к нему вплотную. Выпустив последнюю ленту, не желая попасть в плен, отважный боец лег на гранату и взорвал себя вместе с пулеметом, разбив короб «максима».

Во время общей неразберихи, лишь командир взвода 1-й роты 263-го полка Пашабеков Селледней (?) Пашабекович, быстро привел своих запаниковавших бойцов в порядок и открыл огонь по белой коннице, после чего прорвал кольцо окружения и в порядке вывел свой взвод. Так же не поддался панике и помощник командира взвода 3-й роты 263-го полка Прокопьев Григорий Иванович, который со своим отделением прикрывал отход остальных рот. Лично ведя огонь из пулемета, он удерживал свою позицию, пока не расстрелял все патроны и лишь после этого отступил. При этом, красноармеец его роты Неустроев Николай Иванович, вместе с 4 другими бойцами был окружен казаками, но бросая во все стороны ручные гранаты, смог отбить нападение.

Не растерялся оказавшись в окружении и командир взвода 3-й роты 263-го полка Макаров Сергей Григорьевич. Со своим отделением, он открыл сильный огонь и бросился в атаку. Казаки растерявшись отхлынули и не потеряв ни одного человека, он присоединился к своим.

Настоящее мужество проявили пулеметчики 262-го полка Алексеев Федор, Минин Яков, Верзаков Агафон и Кузнецов Федор. Прикрывая отход остатков обоих батальонов, они задержали казаков огнем своего пулемета и сдерживали белую конницу до тех пор, пока красная пехота не отошла и не окопалась на новой позиции. После этого, отважные бойцы отстреливаясь на ходу с повозки, отошли к своей цепи.

В бою, помощник командира взвода 8-й роты 263-го полка Моисеев Николай Иванович был ранен в руку, но остался в строю до окончания боя и руководил взводом. Тем не менее, несмотря на мужество отдельных бойцов и командиров, потери красноармейцев были огромными. Почти целиком погиб весь 2-й батальон 262-го Красноуфимского полка. Всего по спискам, 262-й полк потерял в этом бою 7 убитых, 29 раненных, 9 пропавших без вести, 3 раненных и оставленных на поле боя, 1 умершего от ран. Кроме того, им было утеряно 11 пулеметов, в том числе тело одного пулемета было брошено в болото, оставлены 3 пулеметные треноги, брошены 96 винтовок. Большие потери понес и 1-й батальон 263-го Красноуфимского полка, в котором осталось всего 50-60 бойцов. По спискам, 263-й полк потерял в этом бою 3 убитых, 27 раненных, 28 пропавших без вести, 1 умершего от ран. Из бригадной роты связи 4 красноармейца попали в плен. Особенно сильно пострадал полковой обоз 263-го полка, в котором было убито 17 лошадей, 21 лошадь ранена, утеряны 126 лопат, 3 телефона,12 километровкабеля (прим.39).

Погибших красноармейцев, местные жители похоронили в братской могиле на северной окраине деревни Шелепово.

175

Фото: братская могила красноармейцев в д.Шелепово (снимок автора).

Один из бойцов, возможно комбат, забежал в озеро и был убит там. Его труп вода вынесла весной следующего года и он был похоронен тут же, у озера на берегу. Сейчас эта могила не сохранилась.

Узнав о разгроме левого фланга, стоявший южнее Шелепово красный 264-й Верхнеуральский полк так же стал отходить на позицию в1,5 километрахвосточнее и юго-восточнее с.Куртан. В этот день и 264-й Верхнеуральский полк потерял в бою 23 раненных и 1 пропавшим без вести. При прорыве красной обороны, часть белой конницы вышла в тыл к позициям гаубичного артдивизиона 30-й дивизии. Заметив ее появление, батареи стали спешно сниматься с позиции. При этом, 1-я гаубичная батарея была уже окружена казаками. Ее ездовые, нахлестывая лошадей пробились сквозь кольцо напролом, а номера отстреливались на ходу с повозок и двуколок. Трое красноармейцев 1-й гаубичной батареи пропали без вести, один был ранен, а ее командир, задержавшись на позиции, сумел выйти лишь благодаря собственной ловкости. Еще один красноармеец был ранен во 2-й гаубичной батарее. Потери казаков за последнии пять дней боев, начиная с 7 сентября 1919 года, составили: 3-я Оренбургская казачья бригада – 1 офицер и 12 казаков убиты, 7 офицеров и 76 казаков ранены, 23 казака больны; 4-я Оренбургская казачья бригада – 2 офицера и 8 казаков убиты, 3 офицера и 57 казаков ранены, 32 казака больны (187).

К 13 сентября 1919 года, на центральном участке обороны 30-й дивизии, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк отошел к дд.Селезневка и Козлово. Его правый фланг до оз.Куртан охранял эскадрон 3-го Уфимского кавдивизиона. На участке 1-й бригады Грязнова у д.Куртан, к утру, остатки 2-го и весь 1-й батальоны 262-го Красноуфимского, а так же два батальона 263-го Красноуфимского полков находились на левом фланге. В центре занимал позиции 264-й Верхнеуральский полк, а на правом фланге стоял 3-й батальон 262-го Красноуфимского полка и 2-й Уральский кавдивизион Рокоссовского.

Взвод подошедшего Нарвского полка «Красных гусар» стоял в д.Селезнево, наблюдая дефиле оз.Стекленей и Черное. Едва рассвело, как белая артиллерия открыла сильный огонь из 5 легких и 1 шестидюймового орудия по красным позициям. Противник явно стремился развить, столь удачно начатое накануне наступление. Вскоре, показалась идущая в атаку на д.Куртан белая пехота. По наступающим, открыла огонь Отдельная конная батарея. Стреляя беспрерывно, она помогла красной пехоте сосредоточится и сравнительно легко отбить атаку. В бою были ранены красноармеец 264-го полка Дробилин Илья, 1 красноармеец-артиллерист и контужен боец 263-го полка Батин Василий.

К полудню, положение на участке бригады резко изменилось. Нанеся удар во фланг наступающим белым, полки соседней красной 27-й дивизии заняли д.Шелепово. Чтобы не быть окруженными, белые стали спешно отходить по всему фронту. За ними, вперед двинулись и полки 1-й бригады Грязнова. Подойдя к д.Шелепово, они стали сменять на позиции части 3-й бригады 27-й дивизии. Но в это время, белые открыли сильный артиллерийский огонь по левому флангу бригады Грязнова и нанесли сильный удар по полкам 3-й бригады 27-й дивизии у озера в7 километрахюго-западнее д.Б.Щучье. В атаку пошли 15-й Михайловский полк полковника Егорова (12 рот, 46 офицеров, 700 штыков, 450 человек в командах, 65 сабель и 30 пулеметов) и 4-й Уфимский егерский батальон. Несмотря на ожесточенный бой, уже описанный нами, прорвать фронт красных полков, в этот день белым так и не удалось. Части 1-й бригады Грязнова, участия в этом бою не принимали. Лишь двигавшийся в авангарде ее полков, 2-й Уральский кавдивизион Рокоссовского, пройдя д.Шелепово двинулся на северо-восток, где оттеснив белую конницу, вернулся обратно. Затем, охраняя правый фланг своей бригады и заметив, что казаки атаковали в конном строю 5-ю Смоленскую батарею, Рокоссовский развернул свой дивизион в лаву и бросился на противника. При этом, часть его бойцов поскакала на батарею, а часть бросилась влево, наперерез скачущей коннице противника. Не приняв боя, казаки быстро отошли в лес. 2-й Уральский кавдивизион преследовал их на5 километров. За день, на участке 30-й дивизии, на поле боя были подобраны раненные белые солдаты – Остяков Григорий, Помашкин Яков, Бандин Осип, Вологин Ефим, Бороздин Филип, Колножанин Парфен, Аренев Николай, Алексанов Иван, Гиндуллин Зайнулла (188).

176

Фото: К.К.Рокоссовский, 1931г. (с сайта http://www.hrono.info/biograf).

14 сентября 1919 года, командарм Алафузов вновь приказал частям 30-й дивизии наступать по всему фронту и отбросить белых. При этом, 1-я бригада должна была оборонять д.Шелепово. Однако, нарушая все планы штаба, белые не прекращали натиск по всему фронту. На участке 3-й бригады Брока, чей штаб расположился в д.Чистовка, с утра, занимавший д.Селезнево красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк был атакован четырьмя эскадронами белой конницы. Обойдя со стороны д.Дресва (Гнилой), они внезапно атаковали красноармейцев, но были отбиты огнем. Отступив на километр от деревни, белая конница спешилась и начала окапываться. К ней подошла батарея из 2 легких орудий, которая встала на позицию и открыла огонь по д.Селезнево. Следом, стали подходить передовые части белой Екатеринбургской дивизии. Сдав им позиции, белая конница ушла на д.Жиряково. Сразу же, вновь подошедшие белые части, попытались нащупать промежуток на фланге красных бригад. Вся дивизионная конница (два кавэскадрона), попытались просочиться в промежутке между оз.Стекленей и оз.Черное, но была встречена огнем выставленной здесь красной заставы и начала отход на д.Жиряково. Брошенные за ними в преследование взвод полка «Красных Гусар», эскадрон 3-го Уфимского кавдивизиона и команда пешей разведки 269-го полка, захватили в плен 1 солдата из Екатеринбургского конного дивизиона Черных гусар».

На участке 1-й бригады Грязнова, с утра, гаубичный артдивизион 30-й дивизии снялся с позиции и двинулся в с.Шмаковское, по дороге через дд.Дураково и Терпугово. Одновременно, белая артиллерия из 15 легких и 5 тяжелых орудий, открыла ураганный огонь по левому флангу 262-го Красноуфимского полка, на участке между оз.Черное и д.Шелепово. Такого количества артиллерии, белые еще не сосредотачивали. Темными буграми вспухала земля, сверху сыпались дождем комья земли, колотили по головам и спинам залегших бойцов. Но в целом, попаданий прямо по позициям практически не было и когда, белый 15-й Михайловский полк перешел в атаку, то он был легко отбит сосредоточенным ружейно-пулеметным огнем.

Вновь загремели орудия. Наводчики, не отрываясь от черных наглазников, подкручивали маховички прицельных устройств, стремясь класть снаряды прямо по позициям. Четыре часа длился непрерывный артобстрел. Затем, белые цепи 15-го Михайловского полка и 4-го Уфимского егерского батальона, вновь начали наступать, на занимавшие позиции восточнее д.Шелепово, красные 263-й Красноуфимский, 264-й Верхнеуральский и стоявший в центре 242-й Волжский полки. Однако сосредоточенным артогнем и эта атака была отбита.

Белые стрелки залегли и окопались в километре от красных позиций, а их артиллерия продолжала вести артобстрел практически весь день. Потерпев неудачу в лобовой атаке, белые попытались повторить, так успешно удавшийся им накануне конный обход. После полудня, три кавэскадрона попыталась пройти в дефиле озер Куртан Южное и Северное. Это позволило бы им выйти в тыл красным позициям. Но прикрывавший фланг красный 2-й Уральский кавдивизион отбил атаку ружейно-пулеметным огнем. Спешившись, белые кавалеристы заняли позицию на опушке леса в3 километрахюго-восточнее оз.Куртан Южное.

Для предотвращения прорыва, в д.Куртан из д.Семискуль подошли два эскадрона Нарвского полка «Красных Гусар». Вечером, 242-й Волжский полк ушел к своей бригаде. Заметив движение на позициях красных, белые стрелки 15-го Михайловского полка, пользуясь стоявшим впереди лесом и занесенным полем, незаметно подошли к красным позициям, после чего бросились в атаку на участок 262-го Красноуфимского и 264-го Верхнеуральского полков. Несмотря на открытый по ним, хоть и с запозданием ружейно-пулеметный огонь, белые стрелки бежали быстро с криком «ура» с фронта. Одновременно, они начали обходить справа красные позиции. Заметив это, красноармейцы в беспорядке бросились бежать, неся большие потери от ружейного огня преследующих их и буквально висящих «на плечах» белых стрелков. Лучше всего удалось отойти 262-му Красноуфимскому полку. Его отступление остался прикрывать с одним пулеметом, начальник полковой пулеметной команды Минин Дмитрий Карпович, вместе с командиром взвода Кирилловым Петром Егоровичем, пулеметчиками Никулиным Петром и Логиновым Степаном. Под прикрытием огня их пулемета, остальные красноармейцы отошли на500 метров, после чего пулеметчики, снявшись с позиции, так же начали отход. Видя это и не желая упустить пулемет, белая конница бросилась ему наперерез, чтобы отсечь дорогу. Повернув пулемет на повозке, отважные бойцы открыли огонь по пересекавшим им дорогу всадникам, приведя их в смятение, и сумели выехать, вывезя пулемет.

К вечеру, части 1-й бригады Грязнова, в трех полках которых, по докладу штаба бригады осталось не более 700 штыков, отошли на позиции у д.Куртан. За день, в бою, 263-й Красноуфимский полк потерял раненным красноармейца команды конной разведки Коноплева Ивана, уроженца г.Красноуфимска и контуженным старшину команды пешей разведки Неволина Прокопа, родом из Красноуфимского уезда, д.Черкасово. Потери 264-го Верхнеуральского полка, во время несчастливого отступления, составили 8 убитых, 10 раненных, 17 попавших в плен, 20 пропавших без вести, 3 дезертиров. 262-й Красноуфимский полк, чей отход так удачно прикрыли пулеметчики, потерял 2 убитых, 44 раненных, 7 пропавших без вести, 1 попал в плен (прим.40). На поле боя были брошены 3 пулемета «максим» и 42 винтовки.

В эти дни в боях, из 264-го Верхнеуральского полка выбыли из строя, будучи раненными коммунисты: адъютант полка Визгалов Николай, командир 8-й роты Сиротов Михаил, товарищ председателя ротной ячейки 3-й роты Уткин Иван, командир 7-й роты Исаев Петр, командир взвода 8-й роты Анисимов Константин, командир взвода 9-й роты Максимов Николай, помощник командира 1-го батальона Семенов Антон, комсомолец из 8-й роты Козлов Виталий, пропал без вести коммунист из 8-й роты Сорокин Александр (189).

15 сентября 1919 года, несмотря требования начдива Сергеева наступать, из-за отхода соседних частей, весь левый фланг 30-й дивизии отошел от д.Кайнак к с.Нижнеманайское. Отхлынули назад к д.Дресва (Гнилая) и оборонявшиеся на центральном участке части 3-й бригады Брока, уступил белым район дд.Вьялково, Прохорово и Козлово. Лишь правофланговый 269-й Богоявленско-Архангельский полк занимал двумя своими батальонами и Богоявленской сотней позицию в дефиле оз.Куртан Северное и оз.Стекленей, прижимаясь к левому флангу 1-й бригады Грязнова. Еще один батальон 269-го полка с 6-й Богоявленской батареей, стоял на позиции от северного берега оз.Стекленей до д.Гнилая (Дресва).

Комбриг Брок планировал сосредоточить в этом районе всю свою бригаду, создав вместе с частями комбрига Грязнова непреодолимый для белых рубеж в районе озерных дефиле. Весь день здесь прошел спокойно. На участке 1-й бригады Грязнова, красные 1-й батальон 262-го Красноуфимского полка и 2-й Уральский кавдивизион прикрывали правый фланг в дефиле оз.Куртан Южное и оз.Куртан Северное. Центральный участок обороны у д.Куртан держал 264-й Верхнеуральский полк, занимавший окопы в1,5 километрахюго-восточнее деревни. Его позиции протянулись вдоль северного берега оз.Куртан Северное, упираясь в него правым флангом и протянув свои окопы на1 километрлевее. Рядом располагался 263-й Красноуфимский полк, протянув свои позиции на2 километрадальше и упираясь левым флангом в оз.Черное. Их поддерживала вставшая на позицию Отдельная конная батарея. В резерве комбрига находились 2-й и 3-й батальоны 262-го Красноуфимского полка, а так же 3-й Уфимский кавдивизион, стоявшие в д.Семискуль.

По соседству в д.Одино находились два эскадрона Нарвского полка «Красных гусар», а еще один эскадрон нес охранение между оз.Стекленей и Черное. Комбриг требовал от частей стойко оборонять занимаемые позиции. Тем более, что обилие озер, создавало большое количество узких дефиле, удобных для ведения оборонительного боя. Взятый в этот день на перешейке оз.Стекленей и Северное Куртан перебежчик 1-го Екатеринбургского полка рассказал, что их дивизия уже подошла на данный участок и ей поставлена задача прорвать фронт красных у д.Семискуль.

Прошедшие две недели боев, тяжело сказались на красных полках 30-й дивизии. Части понесли большие потери, особенно в последнюю неделю.  Так, только 263-й Красноуфимский полк, в период с 7 по 15 сентября 1919 года потерял убитыми 26 командиров и 104 бойца, раненными 20 командиров и 159 красноармейцев, контуженными – 1 командира, попавшими в плен – 2 командиров и 16 солдат, больными – 26 солдат. В боях было утеряно 4 пулемета. Всего же, по подсчету штаба 30-й дивизии, с 1 по 15 сентября 1919 года, ее части потеряли 129 убитых, 889 раненных, 115 пропавших без вести, 47 контуженных. Были утрачены 60 лошадей, 3 седла, 3 шашки, 159 винтовок, 14 пулеметов, 3 телефона,12 кмкабеля, 126 лопат. В свою очередь, в качестве трофеев взяты 1191 пленный, 37 перебежчиков, 3 седла, 3 повозки, 11 пулеметов, 239 винтовок, 51000 патронов (190).

Для пополнения обескровленных частей, в тылу 30-й дивизии началась массовая мобилизация местного населения в Красную Армию. В северной части Курганского и южных частях Ишимского и Ялуторовского уездов, население отличалось особой ненавистью к белым, из-за их грабежей при отступлении.

177

Фото: Жиляков Максим Николаевич, 1897 г.р, уроженец д.Семискуль, боец 269-го Богоявленско-Архангельского полка (из фондов Мокроусовского музея).

Кроме того, активно действовал политотдел 30-й дивизии. Его сотрудники, сразу же организовывали в освобожденных от противника местностях ревкомы, куда привлекали своих скрывавшихся до этого времени сторонников. Основным вопросом всех вновь создаваемых органов Советской власти, была помощь продовольствием сражающимся частям. И население охотно в этом помогало. Так, в д.Татарской крестьяне постановили сдать половину собранного хлеба в Красную армию.

Известие об отступлении красных частей, вызвало большое волнение среди населения. Все опасались жестоких расправ с теми, кто выражал хоть малейшее сочувствие Советской власти. На слуху были страшные зверства, творимые белыми солдатами и офицерами. Так, житель дер.Песьяново Орловской волости Ишимского уезда, пытался перейти линию фронта от белых к красным, но был пойман. Посчитав, что он желал вступить в Красную Армию, его стали жечь на огне, срезали с тела кожу, затем закололи штыками, и бросили в поле.

Прихода белых ожидали, словно вражеского нашествия. По докладу одного из работников политотдела дивизии: «…красноармейцы к крестьянам относятся хорошо, а те к красноармейцам сердечно. При отходе замечено, что большинство жителей были этим сильно удручены, и с затаенным страхом остаются ждать белых. Из одной деревни бежало 7 девушек, три из которых было затем ранено. На вопрос «Куда вы бежите» отвечают «Свободы, при которой нас девушек насилуют, мы не хотим». Все хорошо помнили, как грабили их деревни белые части, отступая по этим краям на восток. Один из комиссаров писал: «В связи с отходом 30-й дивизии, среди населения началось сильное волнение, большинство эвакуируются, боясь попасть под расправу белых, бывшие солдаты которые были мобилизованы белыми и по уходу их остались, просят, чтобы их вооружили против белых».

По всем волостям, стали проходить собрания самомобилизовавшихся, выносившие резолюции о поддержке Советской власти. Бывшие солдаты просили у красного командования оружие для отражения белых. При отходе красных частей, население стало собирать свои вещи и отступать с войсками. Жители д.Суслово Шмаковской волости, под руководством Бузулукова Степана Екимовича, отошли с отступавшими красными полками и угнали с собой скот, а в д.Стенюкова скот добровольно сдали в Красную Армию. Много ушло крестьян из д.Чесноковки.

Такая поддержка населения, оказывала большое влияние на настроения армейских частей. Так, по докладу комиссара, даже в понесшем большие потери 263-м Красноуфимском полку, «настроение боевое, одна из причин – местные крестьяне идут в ряды Красной армии». Для проведения агитации за добровольное вступление в Красную Армию, политотделом 30-й дивизии были командированы сотрудники в Шмаковскую, Усть-суерскую, Голопуповскую, Емуртлинскую, Мокроусовскую, Лапушинскую, Уваровскую, Коркинскую, Суерскую, Кызакскую, Нижнеманайскую, Белозерскую, Мендерскую, Верхнесуерскую волости.

Конечно, не все поголовно были настроены сочувственно к новой власти. Так, частями 2-й бригады был проведен телеграфный провод через с.Першино до д.Грачево, который не раз кем-то обрывался, а в сотрудника направленного выяснить, был произведен выстрел.

В эти дни, местные мобилизованные и присланное пополнение вливались во все бригады 30-й дивизии. Четыре маршевых роты (904 человека) прибыло в 1-ю бригаду Грязнова. При этом около 100 человек из них, были добровольцами из местного населения. Правда, из-за отсутствия теплого обмундирования, 3\4 прибывших вскоре выбыло, простудившись, из строя. Тем не менее, поредевший в боях 262-й Красноуфимский полк, получил маршевую роту из 165 мобилизованных Вятской и Пермской губерний, а так же 186 мобилизованных из Мокроусовской и Кызакской волостей. Последние, в большинстве своем были старые солдаты, многие из числа бывших «партизан-кустарников».

В 264-й Верхнеуральский полк было направлено 156 человек. По докладам комиссаров, прибывшее пополнение сразу же изменило настроение красноармейцев, которые воочию увидели, как местные крестьяне идут в их ряды. Прибывшие в дивизию мобилизованные сибирские крестьяне отличались боевым и воинственным настроением, стремились скорее идти в бой.

178

Фото: находки на местах боев – штыки, револьвер, коробка для пулеметных лент с гильзами и два шрапнельных стакана от снарядов в Мокроусовском районном музее (снимок В.Васильева).

Тем временем, бои на фронте продолжались. 16 сентября 1919 года, белые попытались наступать на участке 3-й бригады у д.Гнилая (Дресва). А на участке 1-й бригады Грязнова, в ночь с 15 на 16 сентября 1919 года, белая разведка несколько раз подходила к участкам красных 264-го и 263-го полков, но огнем отгонялась. При этом, через линию фронта перешли и сдались 8 белых солдат-разведчиков из 1-го Екатеринбургского полка.

Утро началось спокойно, но после полудня, на участке 3-го батальона 262-го Красноуфимского полка, охранявшего перешеек оз.Северное и Южное Куртан, появились две роты белой пехоты, которые начали наступать при поддержке огня 4 легких орудий и кавэскадрона. Их атака была отбита огнем. Отступив, белые окопались в1,5 километрахот красных позиций, а их артиллерия продолжала вести артобстрел. В этом бою, в 262-м Красноуфимском полку были ранены:

1) командир взвода 9-й роты Елкин Роман Петрович, Красноуфимский уезд, с.Поташкинское,

2) красноармеец пулеметной команды Вершинин Николай,

3) Носков Александр Григорьевич, Оханский уезд, д.Морозово,

4) Азмухаметов Нарпин, Осинский уезд, д.Н.Сит,

5) Иванов Григорий.

В остальном, день на участке бригады прошел спокойно (191).

Используя полученную передышку и не торопясь пополнив свои части, штаб начдива Сергеева задумал смелый маневр. 17 сентября 1919 года, частям 1-й бригады был отдан приказ, удерживая свои позиции у д.Куртан, пропустить через свой фронт всю 3-ю бригаду, которая сосредоточившись и развернувшись в тылу, должна была ударом отбросить белых и выйти к дд.Лебяжье и Сухая (Комлево). При этом 2-я бригада Томина, должна была сменить полки 3-й бригады на линии дд.Гнилая (Дресва) и Зимовье, откуда наступать на дд.Селезнево, Вьялково. Но едва красные полки начали предусмотренное приказом движение, как вперед двинулись и пополненные так же в эти дни белые части.

На участке 3-й бригады Брока, с утра, разгорелся бой у д.Гнилая (Дресва). На правом фланге, 269-й Богоявленско-Архангельский полк по прежнему занимал двумя батальонами перешеек озер Стекленей и Северное Куртан, а еще один батальон протянул свои позиции от оз.Стекленей до д.Гнилая (Дресва). Красные 6-я Богоявленская батарея, Богоявленская сотня, команда пешей разведки, 3-й Уфимский кавдивизион и штаб 269-го полка расположились в д.Семискуль.

В резерве комбрига, чей штаб остановился в д.Чистовке, находился 270-й Белорецкий полк и 4-я Верхнеуральская батарея, стоявшие в д.Дорохино. А по соседству, на участке 1-й бригады Грязнова, по прежнему стояла тишина. 262-й Красноуфимский полк оборонял перешеек озер Северное и Южной Куртан, 264-й Верхнеуральский полк расположился вдоль северного берега озера Куртан (северное), а 263-й Красноуфимский полк занимал южную часть перешейка озер Куртан Северное и Стекленей. Нарвский полк «Красных гусар» стоял в д.Семискуль, а штаб бригады остановился в д.Одина.

День прошел спокойно. Лишь на участке 263-го полка было принято 4 белых солдат-перебежчиков из команды разведки 1-го Екатеринбургского полка. Так же, в 262-м полку были ранены пулеметчики Никулин Яков и Железцов Архип, а в 6-й роте – красноармеец Платонов Андрей Егорович, уроженец Златоустовского уезда, с.Корлыхавово. В полдень, стоявший на участке бригады белый 32-й Прикамский полк Туркова, был сменен казачьими частями генерала Мамаева. Снявшись с позиций в3 километрахсеверо-западнее д.Куртан, белые стрелки ушли на юг в с.Моршиху. К этому времени, в их полку оставалось всего 274 штыка, включая пешую разведку 27 человек и 6 пулеметов (192).

179

Фото: передок артиллерийского орудия. Мокроусовский районный музей (снимок автора).

18 сентября 1919 года, по замыслу командарма Алафузова, части красной 30-й дивизии, уже должны были наносить главный удар на своем правом фланге, выходя к дд.Лебяжье-Сухая (Комлево). Для ее поддержки, соседняя красная 27-я дивизия, должна была наступать по южному берегу оз.Щучье. Однако, противник разрушил все эти планы. Едва рассвело, как белые стремительным ударом отбросили левый фланг 30-й дивизии, разрушив все его планировавшиеся перемещения.

На участке 3-й бригады Брока утро начиналось спокойно. Лишь после полудня, на левом фланге красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка, на участке от оз.Стекленей до д.Гнилая (Дресва), показались две наступающие цепи белой пехоты (около 200 штыков). Подойдя на километр к позициям оборонявшегося здесь красного батальона, белые стрелки залегли и стали окапываться. Не дожидаясь, пока они подготовят позиции, комбат поднял красноармейцев в контратаку. Белые были сбиты, и отошли, бросив на поле боя 2 пулемета. Были захвачены в плен 9 белых солдат из Екатеринбургской дивизии. Потери 269-го полка составили 10 раненных, в том числе командир 6-й роты Хрипунов Григорий и 1 пропал без вести. Остальные части комбрига Брока и Нарвский полк «Красных гусар», должны были отойти в д.Чистовку. Что происходило в этот день на участке 1-й бригады Грязнова, точно не известно. Видимо, по прежнему стояло затишье. Документы свидетельствуют лишь о перешедших линию фронта 4 белых солдатах-перебежчиках из 1-го Екатеринбургского полка (193).

19 сентября 1919 года, на левом фланге дивизии, белые уже вышли к с.Нижнеманайское, завязав за него бои. Этим маневром, они выходили в тыл всей 30-й красной дивизии, особенно ее 1-й и 2-й бригадам оборонявшимся восточнее. Опасаясь окружения, комбриг Брок отдал приказ полкам своей 3-й бригады отступать. К вечеру, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк уже стоял влево от д.Семискуль, занимая линию до верховья речки Мал.Кизак. 268-й Уральский полк занимал правым флангом позицию в3 километрахюго-восточнее д.Чистовки, а левым флангом держал оборону в2 километрахсеверо-западнее деревни. Лесной промежуток между этими двумя полками прикрывал 270-й Белорецкий полк. Следом за ними, 263-й Красноуфимский полк отошел с позиции между озерами Стекленей и Северный Куртан к северной окраине оз.Семискуль и д.Одина. Вправо от него занимал позиции 264-й Верхнеуральский, а влево – 269-й Богоявленско-Архангельский полки.

В течение дня, лишь красноармейцы 262-го Красноуфимского полка вели редкую перестрелку. На остальных участках противника не было видно. Гаубичный артдивизион 30-й дивизии уже ушел за р.Тобол и проследовал через с.Белозерское в д.Скопино. За прошедшие дни относительного затишья, в перестрелках, 263-й Красноуфимский полк потерял раненными красноармейцев 6-й роты Коряковцева Андрея, Винокурова Павла, Цветкова Филиппа, бойца-пулеметчика Павлова Андрея Ивановича, уроженца Пермской губернии, Красноуфимского уезда, д.Березово. Кроме того, умер от ран помощник начальника пулеметной команды Бойко, попали в плен красноармейцы 9-й роты Архипов Петр Николаевич, Пермская губерния, Верхотурский уезд, д.Н.Тагил и Попов Степан, Тобольская губерния, Ялуторовский уезд, д.Уварово (194).

20 сентября 1919 года, дравшиеся на левом фланге 30-й дивизии части красной 2-й бригады Томина, оставив позиции у д.Нижнеманайское, стали отходить на берега реки Кизак. В связи с этим, отступали красные полки и на других участках. На участке 3-й бригады Брока, получив приказ об отходе, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк отступил и занял позицию восточнее деревень Еремино, Уварово, Грамотеево, Погидаево и Журавлево. 270-й Белорецкий полк протянул свою позицию по правому берегу речки Кизак через д.Сивково к с.Кизак. Поддерживавшие их красные батареи встали на позициях: 5-я Белорецкая – у д.Сивково, 6-я Богоявленская – в д.Уварово. В резерве комбрига в д.Дураково стоял 268-й Уральский полк, выставив свой 4-й батальон в стык между 269-м и 270-м полками в дд.Кукарская и Денисово. В д.Дураково находилась и 4-я Верхнеуральская батарея. Красный 3-й Уфимский кавдивизион занимал дд.Шмарино и Шаршино, а затем из-за истощения лошадей, отошел в резерв в д.Крутиха. Штаб бригады стоял в с.Верхнесуерском. Части бригады, заняли уже готовую линию укреплений, построенных 1-й саперной ротой. Окопы шли от д.Еремино, через дд.Уварово, Грамотеево, Погодаево, Журавлево, Сивково и до с.Кизак.

На участке 1-й бригады Грязнова, в полдень, белые открыли огонь из 2 орудий по позициям красного 264-го Верхнеуральского полка у д.Семискуль. Красноармейцы, видимо занимали окопы у современного Одинского кладбища, прикрывая дорогу из с.Могильное, а так же окопы на Цыганке и по карпунинской дороге у Колбина поля. Рядом в Осиннике, были вырыты окопы перекрывавшие дорогу на север, на д.Дресва (Гнилая).

После артогня, в атаку перешла белая пехота с конницей на флангах. Принимая в ходе атаки влево, белые вскоре ударили на занимавший оборону 2-й батальон 263-го Красноуфимского полка. Ожесточенный бой произошел на северной окраине д.Семискуль. Долго потом, здесь, на Выгороде, находили гильзы, солдатские пуговицы, остатки пулеметных лент. В ходе этого боя, красноармейцы сумели заметить белого наблюдателя, корректировавшего по телефону огонь своей батареи. Удачной очередью из пулемета, тот был сбит. И тот час же, артогонь белых словно бы потерял глаза. Их орудия стали безуспешно разбрасывать снаряды, не попадая по красным позициям. Правда, несколько зажигательных снарядов попали по д.Семискуль, заставив вспыхнуть в ней несколько построек. Сильным ружейно-артиллерийско-пулеметным огнем, красные 263-й Красноуфимский и 264-й Верхнеуральский полки заставили отойти наступающую белую пехоту. После полудня, белые перенесли весь свой удар на 262-й Красноуфимский полк. Огонь по красным позициям открыли 3 трехдюймовых орудия, после чего белая пехота и конница пошли в атаку. Но и здесь, успеха добиться не удалось. Сосредоточенным огнем, наступавшие были отбиты. За день потери 263-го Красноуфимского полка составили – 9 раненных и 1 контуженный, в том числе:

1) помощник командира взвода 4-й роты Александров Федор, Новгородская губерния, Крестецкий уезд, д.Курово,

2) командир отделения Оборин Петр Моисеевич, Пермская губерния и уезд, д.Федотово,

3) Белоглазов Григорий, Пермская губерния, Кунгурский уезд, д.Подвигал,

4) Копашин Сергей,

5) Долгополов Григорий,

6) Царегородов Павел.

Наибольшие потери понес 264-й Верхнеуральский полк, где 4 командиров и 12 солдат было убито, 3 командиров и 13 солдат ранено, 3 пропали без вести. В числе пропавших без вести были красноармейцы Матвеев Александр, Новгородская губерния, Воскресенский уезд, д.Капустина и Иднатуллин Миниулла, Казанская губерния, Тетюшский уезд, д.Туробара. В 262-м Красноуфимском полку были убиты:

1) Максимов Андрей Сергеевич, Сарапульский уезд, д.Ашно,

2) Галимов Саляхетдин, Красноуфимский уезд, с.Азигулово,

3) Каракулов Николай Михайлович, Сарапульский уезд, д.Зочерная,

4) Екимов Козьма Сергеевич, Усольский уезд, д.Володина,

Ранены:

5) Тухватов Мустафа, Красноуфимский уезд, с.Азигулово,

6) Ибрагимов Набиулла, Красноуфимский уезд, д.Сыски,

7) Перевозчиков Тимофей Алексеевич, Сарапульский уезд, д.Ченоха(?),

8) Перевозчиков Федор Захарович, Сарапульский уезд, д.Кумак-Кучел.

К ночи, получив приказ об отходе, полки 1-й бригады Грязнова стали отходить на берега речки Кизак. При этом, 263-й Красноуфимский полк отступил к дд.Соловьева, Кокорева, Гугино, заняв оборону по опушке леса в 1,5-2 километрахпозади этих деревень. 262-й Красноуфимский полк отошел к д.Пороги, где занял позицию вдоль речки Кизак, двумя батальонами от д.Пороги до д.Батраковка и еще один батальон стоял в резерве в с.Мокроусово. 264-й Верхнеуральский полк 9440 штыков, 520 нестроевых) отступил к дд.Кукарская и Крепость, оставив один батальон с эскадроном 2-го Уральского кавдивизиона в д.Чесноково для прикрытия отхода.

Еще один эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона находился на правом фланге бригады, в лесу между дд.Пороги и Лапушное, для связи с соседними частями. Штаб комбрига Грязнова остановился в с.Верхнесуерском. Отступившие полки, заняли уже готовую линию укреплений. Последние пять дней, здесь, по линии дд.Пороги, Мокроусово, Крепость, Соловьево, бойцы 6-й Отдельной саперной роты, под непрерывным дождем рыли окопы. В основном они это были стрелковые ячейки для ведения огня с колена, имевшие полукольцевой вид. Так же устраивались и пулеметные гнезда. Позиции протянулись на14 километровпо берегам реки, а у д.Пороги и с.Мокроусово, имелась еще и вторая линия окопов, протянувшихся еще на7 километров. Они и до сих пор, многие заметны, по опушкам березовых колков (195).

21 сентября 1919 года, белые части стали выходить к берегам речки Кизак на всем фронте. На участке 3-й бригады Брока, красные разведчики 269-го полка, разогнали у д.Уварово казачью разведку в 6 сабель, взяв в плен одного казака из 3-го Сибирского казачьего полка. На участке 1-й бригады, весь день так же прошел спокойно. Лишь в 264-м Верхнеуральском полку случилось ЧП. Команда пешей разведки, единодушно отказалась занимать боевой участок, из-за недоверия к своему начальнику команды. Все 16 пеших разведчиков были немедленно разоружены и направлены в Особый отдел дивизии.

Вскоре, прикрывавший отход бригады красный 2-й Уральский кавдивизион, отошел последним под давлением белых, потеряв в перестрелке раненными 2 красноармейцев и 1 лошадь, утеряв 3 лошадей с 1 седлом. Однако красными кавалеристами, в свою очередь были взяты в плен 2 белых солдат на 2 лошадях. Ближе к вечеру, на стыке 262-го Красноуфимского и 264-го Верхнеуральского полков, напротив д.Кукарской, появилась рота белой пехоты с конным эскадроном. Белые стрелки рассыпались в цепь, залегли и начали окапываться. Заметив противника, красноармейцы открыли по ним ружейный огонь. В перестрелке, были ранены красноармейцы 262-го полка:

1) Епифанов Николай Васильевич, Осинский уезд, с.Мазунино,

2) Ложкин Андрей Егорович, Глазовский уезд, д.Верх-Медла,

3) Карелин Осип,

4) Ложкин Козьма, Глазовский уезд, д.Чепык,

5) Пехнев Барфша.

Вечером, в д.Крепость беззаботно въехал, не выставив никакого охранения, белый эскадрон Уфимского уланского кавполка. Ехали шагом, озираясь по сторонам, часто оглядываясь и нерешительно трогая шпорами бока лошадей.

– Трах! Трах! Трах! – почти одновременно хлопнули три винтовки. Заливисто ударил пулемет и из оград домов стали выскакивать вооруженные люди. Эскадрон развернувшись, толпой поскакал обратно по улице. Одна лошадь села на зад, повалилась набок забив ногами. Сидевший на ней улан соскочил, бросил винтовку и шашку, поднял руки. Пленного отвели к командиру. Со слов солдата, к деревням Крепость, Мал.Кызак и Гугино с востока из д.Верхнеманайское через д.Чистовка, подходила вся 2-я Уфимская кавдивизия. К этому времени, по сведениям красной разведки, она насчитывала около 750 сабель, 18 пулеметов и 4 орудия. Следом двигалась Златоустовско-Красноуфимская партизанская бригада, получившая накануне пополнение в 200 человек. По сведениям красной разведки, теперь бригада насчитывала около 1200 штыков, 300 сабель, 2 орудия и 23 пулемета. Полки двигались из дд.Козловка и Бердюгино, через с.Нижнеманайское к дд.Грамотеево, Журавлево, Видоново, Заложенское, Колтаево. С ней же, шли 1-й Сибирский имени Ермака Тимофеевича и 3-й Сибирский казачьи полки, с 1-й Сибирской казачьей батареей (2 легких орудия).

Части сибирских казаков были серьезно ослаблены предшествующими боями. По сведениям красной разведки, к этому дню, в трех полках 1-й Сибирской казачьей дивизии насчитывалось не более 800 сабель, а в батарее у одного из орудий испортился подъемный механизм. Через деревни Семискуль, Селезнево, Гнилая (Дресва), в район дд.Пороги, Мокроусово, Кокорево, Еремино, Уварово подходили части белой Екатеринбургской дивизии. Она была сформирована в июле 1919 года, в районе стан.Дубынская, из частей разбитого Ударного Сибирского корпуса. Этот корпус, был создан в мае 1919 года, из 1-й и 2-й Ударных Сибирских бригад развернутых в дивизии. 1-я Ударная Сибирская дивизия формировалась в г.Екатеринбурге, а 2-я Ударная дивизия формировалась частью в Тюмени, частью в Екатеринбурге, из мобилизованных Тобольской и Пермской губерний. В августе, при переформировании остатков корпуса, 1-й, 2-й и 3-й Ударные Сибирские полки были объединены в 1-й Екатеринбургский полк капитана М.В.Михайлова.  Белые 5-й и 6-й Ударные Сибирские полки были сведены во 2-й Екатеринбургский полк В.М.Рахильского, а 4-й Ударный имени ген.Гайды полк переформировали в 3-й Екатеринбургский полк капитана М.Н.Руссета. Все полки пополнили за счет беженцев, эвакуированных из своих местностей, а так же влили в них мобилизованных из Мостовской волости (по спискам 264 человека). Часть многочисленной артиллерии корпуса (2-й и 4-й Ударные Сибирские артдивизионы) были переданы в Образцовую Егерскую бригаду, а из оставшихся сформировали Екатеринбургский артдивизион (10 трехдюймовых орудий). Дивизионную конницу составлял Екатеринбургский конный дивизион «Черных гусар» (250 сабель). Попав на фронт, части дивизии сразу же приняли участие в жестоких боях, и к моменту выхода на речку Кизак были серьезно потрепаны. По рассказам перебежчиков, 1-й Екатеринбургский полк из-за потерь, был сведен в три роты и насчитывал не более 150 штыков, а 2-й и 3-й Екатеринбургские полки – по 200 штыков каждый. На правом фланге белых, в район дд.Хрещевки, Слободчики, Пятково выходили части 4-й Сибирской дивизии с 5-м Сибирским казачьим полком и Сводная Сибирская дивизия (196).

180

Фото: деталь от затвора винтовки (из фондов Мокроусовского музея).

22 сентября 1919 года, поняв всю тщетность попыток наступления, командарм Алафузов приказал частям 30-й дивизии, хотя бы удержаться на занимаемых позициях по речке Кизак, и не допустить белых к Тоболу. На центральном участке, занимаемом красными полками 3-й бригады Брока, день прошел спокойно. Красный 268-й Уральский полк и 4-я Верхнеуральская батарея, сменили части 1-й бригады на участке дд.Соловьево-Гугино, усилив здесь правый фланг.

Ближе к вечеру, на участке 269-го Богоявленско-Архангельского полка, на красные заставы перед д.Уварово начал наступать белый спешанный эскадрон, но был отогнан высланной ротой. На участке 1-й бригады Грязнова, напротив, белые с утра развили активные действия. С рассветом, огонь по позициям 262-го Красноурфмского полка у д.Пороги и с.Мокроусово, открыли 6 орудий Красноуфимского артдивизиона. К полудню, стали заметны цепи белой пехоты Златоустовско-Красноуфимской бригады, занявшие исходное положение для атаки, в километре восточнее д.Кукарская и с.Мокроусово. Прикрыв свои фланги конницей, белая пехота вскоре перешла в атаку. Удар пришелся на участки красных 262-го Красноуфимского и 264-го Верхнеуральского полков. Около часа продолжался огневой бой. В атаке был убит рядовой белого 2-го Кыштымского полка Александр Футягин (?). После чего, один из батальонов 262-го Красноуфимского полка перешел из д.Батраковки в контратаку. Сбив прикрывавшую левый фланг команду конной разведки 1-го Красноуфимского полка, и ранив в бою рядового Сазонова Федора Николаевича, красноармейцы смогли отогнать белых разведчиков на3 километра. Одновременно, четыре роты красного 264-го Верхнеуральского полка, начали наступать из д.Крепость на д.Жиляково, где наткнулись на сосредоточившуюся 1-ю Сибирскую казачью дивизию и два эскадрона Уфимской кавдивизии. Сбив конницу, красноармейцы преследовали ее и заняли д.Мал.Кызак. Но, из-за темноты и перешедшего в контрнаступление белого 2-го Кыштымского полка, красноармейцы остановили свое наступление и отошли назад. Уже ночью, две красных роты 264-го Верхнеуральского полка вновь двинулись в разведку на д.Мал.Кызак. На бугре у д.Нижнеманайское, они заметили окопы противника, а вправо у мельницы в сторону д.Чистовки были замечены разложенные костры. На участке 263-го Красноуфимского полка, красная разведка сбила конные посты белых, но с темнотой отошла назад. В этот день, части 1-й бригады потеряли не менее 40 раненных и 2 контуженных, а у д.Крепость, в плен к белым попал красноармеец Отдельной саперной роты 88-й бригады Зыкин Михаил Алексеевич, уроженец Вятской губернии, Глазовского уезда, д.Шелегово (197).

23 сентября 1919 года, затишье на всем участке 30-й дивизии продолжалось. Белое командование дожидалось подхода из тыла, свежей 18-й Сибирской дивизии полковника Казагранди. Ей была поставлена задача прорыва красной обороны. В этот день, белый 72-й Сибирский полк уже прибыл в д.Нижнеманайское, а 69-й и 70-й Сибирские полки двигались на д.Уварово. Белые заставы были замечены уже не доходя 2-3 километровдо д.Уварово. Левее, 2-я Уфимская кавдивизия вечером заняла д.Мал.Кизак, а 1-я Сибирская казачья дивизия сосредоточилась в дд.Жиляково и Карпунино. Штаб Конной группы генерала Волкова, руководил своими частями из д.Жиряково. Первоначально, белая 18-я Сибирская дивизия должна была сыграть одну из ведущих ролей в планируемом наступлении. Ее даже заранее, в середине августа 1919 года отвели в тыл, где должны были влить свежее пополнение. Однако в районе стоянки дивизии, все призывные контингенты уже были мобилизованы в части 1-й армии. Лишь в начале сентября, в д.Новорямово Калмацкой волости, в дивизию были влиты мобилизованные крестьяне Ялуторовского и Ишимского уездов. В результате, к моменту выхода на фронт, дивизия насчитывала:

1) 69-й Сибирский полк – 13 рот, 46 офицеров, 755 штыков, 70 сабель, 268 невооруженных местных мобилизованных, 12 пулеметов, 2 бомбомета,

2) 70-й Сибирский полк – 13 рот, 23 офицера, 195 штыков, 34 сабли, 76 невооруженных местных мобилизованных, 5 пулеметов (из них 3 неисправных),

3) 72-й Сибирский полк, под командованием подполковника Парфенова – 8 рот, 31 офицер, 191 штык, 270 солдат в командах, 5 сабель, 134 невооруженных местных мобилизованных, 1 пулемет.

4) 18-й Сибирский егерский батальон – 2 роты, 163 невооруженных местных мобилизованных,

5) 18-й Сибирский конно-егерский дивизион – 2 эскадрона, 18 офицеров, 90 сабель,

6) 18-й Сибирский артиллерийский дивизион – 5 батарей, 17 офицеров, 100 артиллеристов, 9 трехдюймовых, 2 сорокавосьмилинейных орудий.

Во время одной из своих поездок на фронт, Верховный Правитель адмирал Колчак прибыл в расположение дивизии, осмотрел 69-й и 70-й Сибирские полки, но по словам перебежчиков, каких-либо речей солдатам не говорил. Влитые в дивизию мобилизованные ишимские крестьяне не стремились воевать. Едва прибыв, 5 сентября 1919 года, из пулеметной команды 70-го Сибирского полка дезертировало сразу 20 солдат, с 9 карабинами, замком от пулемета и затвором пулемета «кольт» (прим.41).

181

Рисунок погона старшего унтер-офицера Отдельного конно-егерского дивизиона Манжетного  из состава 18-й Сибирской дивизии (Реконструкция А.Каревского).

Красная 1-я бригада Грязнова, была единственной, на чьем участке белые предпринимали попытки прорвать линию фронта. С утра, 6-7 легких орудий Екатеринбургского артдивизиона, открыли ураганный артогонь по с.Мокроусово. После нескольких десятков залпов, цепь белой пехоты 1-го Екатеринбургского полка (150 штыков) пошла в атаку. Под огнем, белым стрелкам удалось подойти на полверсты к красным позициям 262-го Красноуфимского полка. При этом, и без того немногочисленная белая цепь, растянулась по всей линии от д.Пороги до д.Батраковка (северная окраина Мокроусово). Здесь, под ураганным ружейно-пулеметным огнем, белые стрелки залегли. Началась перестрелка. В это время, открыв огонь, красная батарея близкими попаданиями заставила замолчать белые орудия. Лишившись последней поддержки, белая пехота отступила, и окопались в километре восточнее красных позиций. В плен был взят 1 белый солдат из 1-го Екатеринбургского полка. В этом бою, 262-й Красноуфимский полк потерял 2 убитых, 45 раненных (в том числе 3 командира), 2 пропавших без вести и 1 попавшего в плен (прим.42). Чуть позже, линию фронта у села Мокроусово перешла и сдалась целиком застава 1-го Екатеринбургского полка из 14 солдат и 1 унтер-офицера. Красный 2-й Уральский кавдивизион, был направлен во фланг белым, наступавшим на 3-ю бригаду 27-й дивизии. 263-й Красноуфимский полк стоял в резерве в с.Мокроусово, выдвинув один батальон в д.Белая, для наблюдения за флангом. За прошедшие три недели боев, части 1-й бригады понесла самые большие потери во всей 30-й дивизии. По отчету штаба, в период с 1 по 23 сентября 1919года, они потеряли:

1) 262-й Красноуфимский полк – 28 убитых, 264 раненных, 13 пропавших без вести. При этом цифра пропавших без вести скорее всего занижена.

2) 263-й Красноуфимский полк – 26 командиров и 104 солдата убито, 21 командир и 167 солдат ранено, 2 командира и 16 солдат пропали без вести, 1 командир и 1 солдат контужены, 54 больных.

3) 264-й Верхнеуральский полк – 6 командиров и 33 солдата убиты, 216 раненных, 55 пропавших без вести, 1 контуженный, 180 больных.

4) 2-й Уральский кавдивизион – 2 раненных.

В том числе, только за последнюю неделю с 14 по 22 сентября 1919 года, части 1-й бригады потеряли 34 убитых, 146 раненных, 7 контуженных, 14 пропавших без вести, оставили на поле боя 3 пулемета «максим» и 42 винтовки (198).

24 сентября 1919 года белые перешли в наступление на всем фронте красной 30-й дивизии. Затишье, стоявшее несколько дней завершилось. На участке 3-й бригады Брока, на рассвете, красные разведчики 270-го Белорецкого полка, натолкнулись на уже развернувшийся в боевые порядки и наступавший белый 69-й Сибирский полк. Разведка бежала и на ее плечах, белые стрелки ворвались в д.Сивково (у устья р.Манай), сбив стоявший здесь батальон 270-го Белорецкого полка. По воспоминаниям служившего в нем Георгия Ивановича Пескова, когда подходившие белые начали обстрел деревни, первыми же пулями был ранен помощник командира взвода, и в батальоне началась паника. Красноармейцы побежали, а все попытки комбата Земцова остановить их были тщетны.

Этот отход нарушил устойчивость всей обороны полка. Стоявший по соседству в д.Журавлево (ныне урочище) другой батальон 270-го Белорецкого полка, чтобы не попасть под фланговый удар, был вынужден так же отойти на д.Погадаево. За ним отступил для выравнивания линии фронта на позиции северо-западнее д.Грамотеево и левофланговый батальон 269-го Богоявленско-Архангельского полка.

Теперь, белому командованию надо было расширить прорыв. Развивая удар и преследуя красных, белый 72-й Сибирский полк прошел д.Грамотеево и начал наступать на с.Уварово с северо-востока. Стоявшая там красная застава была сбита, но затем, 269-му Богоявленско-Архангельскому полку удалось отбить две атаки белых стрелков. Потерпев неудачу, белая пехота отошла на3 километраи стала рубить деревья на опушке леса, готовя окопы.

Вскоре, белый 72-й Сибирский полк попытался вновь атаковать, но был отбит, и отошел на километр от красных позиций, где и окопался. Ему во фланг, была направлена одна из красных рот. Усиленный огонь по белым позициям открыла красная 6-я Богоявленская батарея.

Оставив под артогнем свои окопы, белые стрелки отошли дальше на восток в лес. При этом, в плен попал, отстав от своих, писарь учебной команды 72-го Сибирского полка. Одновременно с этим, поддерживая себя огнем 2 орудий, белый 69-й Сибирский полк начал наступать из д.Журавлево на д.Погадаево. Однако встреченный здесь сильным огнем, он остановился, и окопался в1,5 километрахна восток от деревни.

Тем временем, бежавший в панике красный батальон 270-го Белорецкого полка, откатился на позиции по западному берегу р.Кизак, напротив д.Щигры, где до сих пор видны, более десятка окопов брустверами на северо-восток. Штурмовать эти позиции белые не стали. Здесь батальон был приведен в порядок и красноармейцы двинуты обратно на д.Сивково. Стремясь искупить свою вину, они энергичной атакой выбили белых из дд.Сивково и Журавлево, взяв в плен 2 ординарцев из 69-го Сибирского полка.

Но и белые отступать так просто не собирались. Их 69-й Сибирский полк, вместе с подошедшим к нему на помощь 18-м Сибирским егерским батальоном перешли в яростную контратаку на д.Журавлево. Но дружным ударом 3-го батальона 270-го Белорецкого полка, наступавшие белые были сбиты, и отошли в окопы на опушке леса, на бугре, в 1,5-2 километрахот деревни, оставив на поле боя 2 пулемета и 22 пленных. На участке 268-го Уральского полка у д.Еремино, к красным позициям подъезжал разъезд в 40 сабель. Белые здесь, окопались на правом берегу р.Кизак и вели артиллерийский обстрел красных окопов.

После полудня, рота белой пехоты и эскадрон начали наступать на д.Соловьево, но в3 километрахот деревни были обстреляны красной батареей и рассеялись. Всего за день, было взято 34 пленных из 69-го и 26 пленных из 70-го Сибирских полков, захвачено 2 пулемета. В бою погибло 6 и было ранено 50 красноармейцев. От полученных ран умер телефонист 5-й Белорецкой батареи Лекомцев Матвей. Где похоронены эти погибшие точно не известно.

182

Фото: револьвер, найденный на местах боев (из фондов Мокроусовского музея).

На участке 1-й бригады Грязнова, 263-й Красноуфимский полк занимал одним батальоном д.Белая, а еще два батальона находились на позиции у с.Мокроусово. 262-й Красноуфимский полк держал оборону у д.Пороги, а 264-й Верхнеуральский полк держал фронт от д.Кукарская до д.Крепость. Штаб бригады остановился в с.Верхнесуерское. Приданный ей 2-й Уральский кавдивизион прикрывал правый фланг в промежутке д.Пороги – д.Лапушное.

С утра, к позициям 262-го Красноуфимского полка вышел белый солдат-перебежчик из 2-го Екатеринбургского полка. С его слов, белые готовились атаковать. Солдат не обманул. После полудня, белая артиллерия открыла сильный огонь по позициям 262-го и правому флангу 264-го красных полков, после чего белая пехота, перешла в наступление на дд.Кукарская и Крепость. По ней, в ответ, сильный огонь открыла Отдельная конная батарея, выпустив 186 гранат и 25 шрапнелей. Под этим смертельным вихрем атака белой пехоты, которой пришлось атаковать по ровному чистому полю, захлебнулась. По рассказам местных жителей, на этом поле позже часто находили потемневшие от времени гильзы и даже изъединный ржавчиной револьвер.

В бою были взяты пленные из 2-го Кыштымского полка. С их слов, у д.Пороги и с.Мокроусово находилась Екатеринбургская дивизия с 4 трехдюймовыми орудиями, чей штаб стоял в д.Чесноковка. У дд.Кукарская и Крепость стояла Златоустовско-Красноуфимская партизанская бригада, а 2-я Уфимская кавдивизия ушла куда-то на север.

За день в бою, полки красной 1-й бригады потеряли 2 убитых и 19 раненных, а так же было принято 19 перебежчиков.

Ночью, белая разведка подошла к с.Мокроусово и обстреляла окопы красных залпами, крича при этом «ура». Начальник пулеметной команды 262-го Красноуфимского полка Симонов Василий Иванович, быстро бросился к пулемету, и открыл ответный огонь, выпустив несколько лент. При этом, одной из пуль он был ранен в голову, но вел огонь до тех пор, пока белые не отошли.

Пока части дивизии вели бои на берегах реки Кизак, в их тылу, приданные рабочая и саперная роты, спешно вели работы по строительству укреплений на берегах реки Суерь от д.Щукино до д.Шумилово. Никто не исключал дальнейшего отступления красных полков на эти рубежи (199).

183

Фото: коробка под патроны (из фондов Мокроусовского музея, снимок автора).

25 сентября 1919 года, белые перенесли основной удар с центра, на фланги 30-й дивизии. На участке 3-й бригады Брока, день прошел спокойно. Белые разведчики, еще ночью подходили к красным окопам 268-го Уральского полка у д.Еремино и забросали их ручными гранатами. Двадцать красноармейцев вышли белой разведке с фланга, и та отошла. На рассвете, уже красные разведчики 268-го полка (50 человек), выйдя из д.Гугино, налетом выбили белую заставу в 2-3 километрахот деревни, численностью в роту пехоты и конный эскадрон. Вечером, на участок 268-го полка у д.Еремино опять подходила конная разведка белых в 100 сабель, которые после обстрела ушли. В плен был взят 1 белый ординарец с лошадью.

На участке красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка, белые из 3 орудий весь день вели обстрел д.Грамотеево. На участке красного 270-го Белорецкого полка, белая разведка вела ночью перестрелку с красным сторожевым охранением. Днем, белые стали группироваться на флангах 270-го полка, ведя ружейно-пулеметную стрельбу и стараясь перейти в наступление, но всякий раз рассеивались огнем красной артиллерии. Против с.Кизак групировался белый 69-й Сибирский полк, у д.Грамотеево сосредоточился 70-й Сибирский полк, у д.Уварово находился 72-й Сибирский полк. Вечером, из-за отхода частей 1-й бригады на запад от реки Кизак, красный 268-й Уральский полк так же снялся с позиции и начал отступать к с.Верхнесуерскому. Следом за ним, сбив красные заставы, белая конница заняла дд.Гугино, Кокорево, Соловьево, Еремино. Распостраняясь, она стала с боем преследовать отступавших красноармейцев.

На участке 1-й бригады Грязнова, ближе к вечеру, белые из 3 легких орудий открыли огонь из леса перед д.Пороги. Со слов перебежчиков, остальные 5 орудий Екатеринбургского артдивизиона были отведены в тыл в д.Чесноково, так как к ним совершенно не было снарядов. Одновременно с началом обстрела, белые 2-й и 3-й Екатеринбургские полки, стали наступать на позиции 262-го Красноуфимского полка у с.Мокроусово, а белый 2-й Кыштымский полк атаковал левый фланг красного 264-го Верхнеуральского полка у д.Крепость. Обе атаки были красноармейцами отбиты огнем. Белые стрелки отошли, но их артиллерия продолжала вести огонь. По ней в ответ били красные батареи. Линию фронта перешел белый солдат-перебежчик из 2-го Екатеринбургского полка. С его слов, их полк сведен в батальон из 4 рот, по 10-30 штыков и по 1-2 пулемету в каждой.

Внезапно, через час, артиллерийский огонь белых орудий усилился, и цепи их пехоты вновь двинулись в атаку. Подпустив противника поближе, красноармейцы 262-го Красноуфимского и 264-го Верхнеуральского полков поднялись в контратаку, легко сбили белых и отбросили их на позиции в километре восточнее с.Мокроусово. В этом бою погиб 24-летний рядовой белого 2-го Кыштымского полка Константин Давыдович Рычков, уроженец Тобольской губернии, Туринского уезда, Коркинской волости. В 262-м Красноуфимском полку, в бою были убиты:

1) Максимов Данил Алексеевич, уроженец Глазовского уезда, Зуринской волости, д.Опикирим (?),

2) Воробьев Федор Иванович, Красноуфимский уезд, Сарашинский завод,

пропали без вести:

3) Бычин Иван, Красноуфимский уезд, д.Березовское,

4) Петров Семен Яковлевич, Козьмодемянский уезд, д.В.Порт,

5) Поздеев Иван Яковлевич, Глазовский уезд, д.Лаповская.

Кроме того, 2 красноармейца было ранено. В 264-м Верхнеуральском полку, впервые с начала сентябрьских боев, были зафиксированы случаи самострела. Вообще, дисциплина в частях ослабла. Так, командование армией требовало от частей комбрига Грязнова, развивать удар на д.Лапушное, для оказания помощи соседней 27-й красной дивизии. Однако, по рассказам местных жителей, когда пришел приказ о наступлении, красноармейцы собрались на митинг в с.Мокроусово, обсудили приказ и вынесли резолюцию не наступать, так как отход соседней 27-й дивизии, грозил обходом всего правого фланга. А потому ночью, полки 1-й бригады Грязнова оставили занимаемые ими позиции по речке Кизак и начали отступать на речку Суерь. При этом, 263-й Красноуфимский полк отходил к с.Мостовское, 262-й Красноуфимский полк отступал к д.Середкино, а 264-й Верхнеуральский полк двигался к д.Шумилова. Отход прикрывали два батальона 263-го полка, оставленные в арьергарде в д.Белая. Последними из с.Мокроусово уходили конная разведка 263-го полка и 2-й Уральский кавдивизион. По воспоминаниям П.Мокроусова, «штаб красного полка расположился в домике в центре села Мокроусово, теперь его нет, остались на этом месте три сосенки. При отходе красных к Тоболу, вновь боев за Мокроусово не произошло. Хорошо запомнились, что перед этим, красноармейцы собрали нас ребятишек и девчонок вместе возле леса, теперь здесь нефтебаза, а лес вырублен, и заставили копать окопы. Но видно было, что работа эта уже была не нужна, красные обозы уже шли возле нас в сторону деревень Белое и Лапушки, а под вечер со стороны Чесноково ударило орудие, выпустило с десяток снарядов и мы, побросав лопаты, разбежались по домам» (200).

26 сентября 1919 года, несмотря на отход правого фланга, остальные части 30-й дивизии еще пытались удержать занимаемые ими позиции по реке Кизак. На участке 3-й бригады Брока, ночью белые подошли к позициям красноармейцев 2-го батальона 270-го Белорецкого полка у дд.Видоново и Сивково, выпустили 2 ракеты, после чего начали обстрел красных окопов из орудий и винтовок. После 45 минут перестрелки, цепь белой пехоты начала наступать на красный 3-й батальон 270-го полка у д.Журавлево. В ответ, красноармейцы открыли сильный ружейный огонь. Перестрелка шла до 4 часов утра, после чего белые отошли. К утру, один батальон красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка занимал позицию у д.Погидаево, другой батальон держал оборону в9 километрахот д.Погидаево до д.Дураково, раскинув цепи силою в полувзвод, между которыми была организована конная связь. Ну а 3-й батальон полка, стоял южнее и северо-восточнее д.Дураково. Приданный полку эскадрон 3-го Уфимского кавдивизиона, был направлен освещать дорогу из д.Дураково на с.Верхнесуерское. На участке красного 270-го Белорецкого полка, в полдень, белая артиллерия из 3 легких орудий открыла огонь по д.Грамотеево. Затем, две роты белой пехоты 70-го Сибирского полка с эскадроном конницы на флангах, атаковали, и заняли деревню. После этого, белая батарея перенесла огонь на д.Погадаево, а белая конница попыталась двинуться по дороге от д.Еремино на д.Дураково, но была отбита огнем. Тогда, развивая наступление, весь белый 70-й Сибирский полк и конница, выступили из д.Грамотеево на д.Дураково, но встреченные огнем, залегли в полуверсте от позиций красноармейцев 3-го батальона 269-го Богоявленско-Архангельского полка, занимавших оборону в прорыве между дд.Дураково и Погадаево. После недолгой перестрелки, белая пехота отошла. Затем, около 200 белых стрелков стали наступать на д.Погадаево из леса с востока от нее. Поддерживая их, в атаку перешла и рота белой пехоты из д.Грамотеево, которая открыла огонь залпами. Но и это совместное наступление, было отбито красноармейцами 270-го Белорецкого полка. При этом, красноармейцы загнули правый фланг до стыка с 269-м полком. К вечеру, белые находились на позиции в 1,5-2 километрахот участка 270-го полка, ведя по нему редкий артогонь. В отступившем на запад красном 268-м Уральском полку, один из батальонов стоял в с.Верхнесуерском, одна рота находились в д.Шмарино, две роты стояли в д.Терпугово и еще один батальон остановился в д.Щукино. За день, части 3-й бригады потеряли раненными 2 красноармейцев, а так же была захвачена у д.Грамотеево канцелярия учебной команды 72-го Сибирского полка, и принято 10 белых солдат-перебежчиков из 69-го и 70-го Сибирских полков.

184

Фото: револьвер обнаруженный на местах боев (из фонда Мокроусовского районного музея, снимок В.Васильева).

Отступившие на запад части 1-й бригады Грязнова, к утру занимали следующие позиции:

263-й Красноуфимский полк – два батальона и взвод артиллерии в с.Мостовское, один батальон в резерве в д.Отставная;

262-й Красноуфимский полк – два батальона и взвод артиллерии в д.Середкино, один батальон в резерве позади;

264-й Верхнеуральский полк – дд.Шумилова, Белова, Сосновка;

2-й Уральский кавдивизион – в промежутке д.Богданово – с.Мостовское – д.Капарулино.

По рассказам разведчиков, белые распостранялись в промежуток с.Мостовское – д.Старопершино и туда была выслана рота из 263-го Красноуфимского полка, чтобы не дать занять д.Капаруллино. При этом обоз 264-го Верхнеуральского полка, двигавшийся в с.Шмаковское, внезапно  был обстрелян из пулемета и разбежался кто куда, растеряв все перевозимые им продукты. Поздно вечером, проанализировав ситуацию сложившуюся на участке дивизии, начдив Сергеев отдал приказ отступать: 1-й бригаде – на линию д.Боровское – д.Шмаково, 3-й бригаде – на линию с.Шмаково – д.Ошурково – д.Крутиха и до половины растояния между дд.Крутиха и Голопупово, 2-й бригаде – на линию дд.Бабаново – Кашаир – Бердюгино – Скакуново и до половины дороги дд.Крутиха – Голопупово (201).

27 сентября 1919 года, днем, на участке 3-й бригады Брока, белые открыли огонь из 4 орудий по правому флангу красного 269-го Богоявленско-Архангельского полка, после чего спешившаяся белая конница, цепями начала наступать на деревню Дураково. Две роты красноармейцев пошли в обход атакующих. Заметив этот маневр, спешанная белая конница села на своих коней и ускакала. Получив приказ об отступлении, красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк отошел от дд.Погадаево, Журавлево и Сивково, на 4-7 километрак западу. Красный 270-й Белорецкий полк оставил с.Кизак. Всего, по сведениям белой разведки, части 3-й бригады к этому дню насчитывали около 2600 штыков, 410 сабель (включая полк Красных гусар – 300 сабель), 54 пулемета и 8 орудий.

К вечеру, белый 69-й Сибирский полк форсировал реку и занял оставленные красными дд.Видоново, Кизак, Сивково, Журавлево. На участке 1-й бригады, комбриг Грязнов еще ночью, отдал всем своим полкам приказ отступать на линию с.Боровское – д.Шмаково – д.Крутиха. Но уже утром, в штаб бригады прискакал нарочный. Командарм отменял все распоряжения об отходе и требовал сохранить за собой активный платцдарм на восточном берегу Тобола, а так же наступать правым флангом на с.Марай, где выбить прорвавшихся белых и оказать помощь соседней 27-й дивизии. Все планы приходилось срочно менять. Исполняя приказ, с утра 27 сентября 1919 года, два красных батальона 263-го Красноуфимского полка и 2-й Уральский кавдивизион, выступили из д.Отставная на д.Бол.Молотова, где по сведениям разведки находились прорвавшиеся казаки генерала Мамаева.

Вскоре, двигавшийся впереди красной колонны разъезд 2-го Уральского кавдивизиона, в3 километрахсевернее д.Бол.Молотово натолкнулся на шедшую навстречу конную часть. На вопрос, какой дивизии, неизвестные всадники ответили – «кавалерийской», и внезапно открыли огонь по красным. Вскоре, колонна 263-го Красноуфимского полка вошла в д.Бол.Молотово. Двигавшийся в авангарде красный 3-й батальон, начал сразу же наступать на с.Марай (Мостовское), по тут же попал под фланговый огонь и был вынужден отойти в д.Нюхалово. После полудня, собрав все силы в кулак, два красных батальона 263-го Красноуфимского полка, развернувшись в цепи, начали наступать на с.Марай. По ним, белыми был открыт ураганный артиллерийско-ружейно-пулеметный огонь 8 орудий и 16 пулеметов. Несмотря на это, красноармейцы без выстрелов и перебежек прошли3 километрапо совершенно ровной, открытой местности, без всяких пригорков, кустов и деревьев, сохраняя при этом порядок и равнение в цепи как на параде. Со слов пленного красноармейца Мокина, находившегося в это время на белой батарее, наблюдавший здесь же атаку белый начдив Мамаев, даже залюбовался красотой наступления красных цепей, сказав:

– Эх, как стройно идут мерзавцы!

После чего сев на коня, он крикнул:

– Отступать!

Не принимая штыкового боя, белые отошли в направлении на с.Михайловку и д.Лапушки. В этом бою, 263-й Красноуфимский полк потерял убитыми командира 3-го батальона Крылесова (?), командира 4-й роты Комаревского и 17 красноармейцев, среди которых вероятно был, записанный в метрическую книгу Троицкой церкви с.Мокроусово, доброволец Иван Терентьевич Власов, уроженец Курганского уезда, Лебяжьевской волости, д.Чесноково. Кроме того, было ранено 78 красных бойцов, захвачен 1 пулемет «кольт», 2 треноги, 5 лент, несколько винтовок и 10000 патронов. В бою без вести пропали красноармейцы 6-й роты Печенкин Филипп и Патрушев Иван. Где похоронили погибших точно не известно.

Несмотря на тяжелые потери, заняв д.Молотово и с.Марай, красный 263-й Красноуфимский полк выполнил главное – не допустил окружения частей 27-й дивизии, проникшими в этот район 3-м и 6-м Оренбургскими казачьими полками бригады Мамаева. К вечеру, белая артиллерия начала обстрел д.Молотово. В это время, 263-й Красноуфимский полк занимал одним батальоном д.Молотово (южное), еще одним батальоном – Молотово (северное), а третий батальон был рассыпан заставами от Молотово (северное) до перекрестка дорог, где стоял эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона. Еще один его эскадрон, находился в резерве в д.Бол.Молотово.

На участке 262-го Красноуфимского полка, днем белый кавэскадрон занял пустую д.Середкино (Южное), но артиллерийским огнем был выбит из нее. Через полтора часа, три белых кавэскадрона вновь атаковали и заняли д.Середкино (Южное). Теперь, в атаку на них перешел 262-й Красноуфимский полк. Он отбил деревню и восстановил положение, потеряв раненными:

1) Подрябищева(?) Федора Сидоровича, г.Челябинск,

2) Чугаева Трофима Яковлевича, Уфимская губерния, Златоустовский уезд, с.Нигуши,

3) Попова Степана Яковлевича, Уфимская губерния, Златоустовский уезд, с.Корлыканово,

4) командира взвода Патрикова Никиту Терентьевича, Златоустовский уезд, с.Корлыхалово,

5) командира взвода Шушакова Константина,

6) командира взвода Хисматуллина Салихьяна, Красноуфимский уезд, Азигуловская волость, д.Бехметьково,

7) командира взвода Субботина Александра, Златоустовский уезд, д.Ногуши.

На участке красного 264-го Верхнеуральского полка весь день прошел спокойно. Всего, по сведениям белой разведки, к этому дню части 1-й бригады насчитывали около 2100 штыков, 240 сабель, 54 пулемета и 5 орудий. По отсчету штаба, за неделю боев с 21 по 27 сентября 1919 года, части 30-й дивизии потеряли:

1) 1-я бригада (без учета потерь под с.Мостовское) – 3 убитых (явно неверная цифра), 73 раненных, 18 пропавших без вести, 31 больной. Принято 22 перебежчика.

2) 2-я бригада – 22 убито, 226 ранено, 23 контужено, 6 пропавших без вести, 91 больной, утеряны 1 пулемет, 1 седло, 10 ящиков с пулеметными лентами, взято 276 пленных, 165 винтовок, 4 пулемета, 2 пулеметные ленты, 1000 патрон, 1 седло.

3) 3-я бригада – 6 убито, 68 ранено, 4 контужено, 70 больных, взято 64 пленных, 11 перебежчиков, 1 пулемет, 4 ленты, канцелярия учебной команды 72-го Сибирского полка.

185

Схема: район действий 30-й красной дивизии во второй половине сентября 1919 года.

28 сентября 1919 года, чести 30-й красной дивизии отступали по всему фронту. На участке 3-й бригады Брока, 268-й Уральский полк отходил к дд.Бол.и Мал.Шмаково, 269-й Богоявленско-Архангельский полк отступал к дд.Ошурково и Крутиха, а 270-й Белорецкий полк двигался на дорогу из д.Крутиха в с.Голопупово (Петропавловка). Без боя были оставлены построенные красноармейцами 1-й саперной ротой укрепления на линии от с.Щукино до до.Шумилово.

Вечером, преследовавшие отступающих четыре эскадрона белой конницы, попытались атаковать 269-й Богоявленско-Архангельский полк у д.Крутиха, но были отбиты. За день, части 3-й бригады потеряли 2 убитых, 8 пропавших без вести и был утерян 1 револьвер системы «наган». Особенно тяжело пришлось в этот день полкам красной 1-й бригады Грязнова. Они оказались значительно растянутыми по фронту. Уже с утра, белая артиллерия открыла огонь по д.Молотово, где находился 263-й Красноуфимский полк. Одновременно стало известно, что части соседней красной 3-й бригады 27-й дивизии, оставили с.Морай начали отходить к с.Боровскому. Чтобы помочь им удержаться, 263-й Красноуфимский полк из д.Молотова перешел в наступление и сбил белый 14-й Уфимский полк с казачьей бригадой Мамаева, нанеся им большие потери. Несмотря на достигнутый успех, части 3-й бригады 27-й дивизии не остановились, а продолжали беспорядочно отходить, оголив правый фланг 263-го полка. Теперь уже, угроза охвата возникла для всей 1-й бригады Грязнова. Белая конница стала обходить красный полк, выходя ему во фланг и тыл.

Одновременно, белые 14-й Уфимский полк и подошедшие части Екатеринбургской дивизии, начали вместе наступать на д.Молотово. Чтобы вывести свои части из-под глубокого флангового удара, комбриг Грязнов приказал начать отступление. Первым оставил д.Молотово и начал отход 263-й Красноуфимский полк. Он должен был прикрыть тыловые дороги, для отступления других полков бригады. Для этого, 3-й батальон и эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона, были отправлены по дороге на д.Баютово, а 2-й батальон отошел и остановился в 4-5 километрахпо дороге на с.Шмаковское. Здесь, на 2-й батальон напала преследующая его белая конница (3 эскадрона), но красноармейцы стойко держались, прикрывая дорогу для отступления своих товарищей, отходящих из с.Верхнесуерского вниз по речке Суерь на с.Шмаковское. Стало ясно, что белые стремятся перерезать эту дорогу, чтобы окружить красные части. 2-й батальон 263-го полка мужественно сражался. Белая конница нажимала на с.Шмаковское, стремясь перерезать главную дорогу, наседала на красноармейцев, ища хотя бы щелочку, что бы прорваться им в тыл. Под ее натиском, 2-й батальон медленно отходил по дороге из д.Молотово на с.Шмаковское. Остановиться и укрепиться, из-за лесистой местности было нельзя, так как белая конница все время окружала батальон с флангов. 1-й батальон 263-го полка с эскадроном 2-го Уральского кавдивизиона занял перекресток дорог, держа связь с 262-м полком и прикрыв пути на дд.Баютово и Песьяное.

Тем временем, на участке 262-го Красноуфимского полка между с.Верхнесуерским и с.Мостовское, белая пехота и конница при поддержке огня артиллерии перешли в атаку. Основной их удар пришелся на д.Н.Середкино (Овечкино). Красноармейцами было отбито 7 атак белой пехоты. В свою очередь, 262-й Красноуфимский полк попробовал контратаковать, но был отбит ружейно-пулеметным огнем. В это время стало известно, что правый фланг 1-й бригады уже начал отходить. Тогда, 1-й и 2-й батальоны 262-го Красноуфимского полка стали с боем отступать по дороге, идущей вдоль берега вниз по течению речки Суерь, а 3-й батальон под командованием Паначева двинулся по дороге идущей из с.Мостовское в с.Шмаковское. Никто и не подозревал, что к этому моменту, белые уже зашли им в тыл и перерезали путь отхода. Комбат Паначев с 3 ординарцами ехал впереди, в полусотне метров от шагающей за ним красной колонны. Уже сгущалась темнота. Внезапно, впереди на дороге показалась группа конных. Решив, что это свои, комбат опрометчиво въехал прямо к ним в середину. Ошибка обнаружилась слишком поздно. Подскочившие казаки буквально стащили Паначева с лошади, но он успел крикнуть:

– Белые, в бой!

Ему тут же накинули на шею петлю, и потащили в лес. Но в темноте, одному из ординарцев удалось скрыться. Он опрометью, бросился к шагавшему позади батальону. Услышав рассказ бойца, командир 7-й роты Снигирев Михаил Григорьевич принял командование батальоном на себя, и рассыпал бойцов в цепь полукругом, опасаясь внезапного налета казаков из темноты. Сзади по дороге была выставлена в прикрытие рота с пулеметом. Некоторые командиры предлагали свернуть с дороги вправо и уходить через болото, но видя, что казаки не атакуют, Снегирев отдал команду наступать. С криком «ура», красноармейцы бросились вперед, открыли огонь, и обратили стоящую на дороге и готовящуюся к атаке казачью конницу в бегство. При слабом свете звезд блистали лезвия, винтовки, пистолеты.

Освещая путь ракетами, и обстреливая окружающий дорогу кустарник, красный батальон продолжал двигаться вперед. Казаки пытались напасть на его арьергард, но снова неудачно. В этой суматохе ночного боя, взятый в плен комбат Паначев сумел убежать из плена. Он так и прибежал к своим, с ременным черезседельником на шее. До самого рассвета красный батальон двигался по дороге кольцом, молча шагая в черное пространство леса. Шли в полном молчании, держа ружья наготове. К утру прибыли в штаб бригады в д.Шумково. Остальные батальоны отошли более спокойно, лишь в Отдельной конной батареи, одно из орудий завязло в болоте в районе д.Шлемово, в1,5 километрахот д.Мал.Шмаково. Вытащить его сразу не удалось, и артиллеристы в панике бросили свою пушку. Следовавшие за ними красноармейцы 269-го полка заметили орудие, и общими усилиями смогли извлечь его из грязи.

186

Рисунок: знамя 1-го Сибирского казачьего полка. Захвачено красными в Забайкалье и в настоящее время демонстрируется в Центральном музее Вооруженных Сил.

В связи с критическим положением сложившемся у с.Шмаковское, куда упорно прорывалась белая конница, красный 264-й Верхнеуральский полк передал свою позицию у с.Верхнесуерское соседнему 268-му полку, после чего спешно выступил по дороге на с.Шмаковское.

К вечеру, главные силы 1-й бригады Грязнова собрались у с.Шмаковское. Лишь в дд.Баютово и Масляная, стояли 4 роты 263-го Красноуфимского полка с эскадроном 2-го Уральского кавдивизиона. Еще 2 роты 263-го полка остановились по дороге из д.Мокино в д.Шмаково, а еще один эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона остановился на перекрестке дорог Суерское – Молотово – Шмаково. Штаб 1-й бригады переехал за реку Тобол в д.Речкино. Здесь же, занимал позиции гаубичный артдивизион 30-й дивизии.

Этот день, дорого обошелся полкам бригады. 262-й Красноуфимский полк потерял 4 убитых, 25 раненных и 11 пропавших без вести (прим.43). Вероятно, именно эти погибшие бойцы, и были похоронены в ныне не существующей братской могиле на окраине лесочка, на месте бывшей деревни Шумилово (у моста через речку Карагайку). Общие же потери 262-го и 263-го полков, составили 6 убитых (в том числе 2 командира), 47 раненных (в том числе 5 командиров), 43 пропавших без вести (в том числе 3 командира), 72 больных, 5 лошадей убито, 203 лошади пропали без вести, утеряно 3 пулемета, 23 пулеметных ленты, 35 винтовок, 3 револьвера, 9 шашек, 40000 патрон и 9 повозок. Двое погибших красноармейцев 263-го Красноуфимского полка, вероятно были похоронены в существующей и ныне безымянной братской могиле в лесу недалеко от д.Бол.Шмаково.

У белых, основная тяжесть боев в этот день, выпала на долю конных частей 1-й Сибирской казачьей дивизии. При этом, во 2-м Сибирском казачьем полку хорунжий 3-й сотни Аппретов Я.Н (ст.Железная), примером личной храбрости увлек казаков в атаку, а когда под командиром полка Блохиным была убита лошадь придавившая его во время падения, то отважный хорунжий, вместе с подхорунжим Скоробогатовым Я.И (ст.Архангельская), старшими урядниками Агаповым А.В, Ивановым Ф.И (ст.Архангельская) и казаком Выходцевым И., спас жизнь командира полка от уже окруживших его красноармейцев.

29 сентября 1919 года, к утру, части 30-й дивизии занимали следующее положение на всем своем фронте: 2-я бригада – от дороги из д.Крутиха в с.Голопупово (Петропавловское), затем по речке Емуртла до д.Кашаир и напротив северо-западной окраины с.Емуртлинское; 268-й Уральский полк держал оборону у дд.Мал. и Бол.Шмаково, а в д.Шастово стояла Оренбургская сотня и полковая учебная школа.

Белые подходили с востока. В километре от д.Ошурково, красные разведчики уже наткнулись на белый разъезд, который отошел в с.Щукино. К вечеру, белые выбили заставу 3-го Уфимского кавдивизиона и команду пешей разведки из д.Ошурково, заставив их отойти на д.Крутиху. Штаб комбрига Брока остановился в с.Усть-Суерское.

На участке 1-й бригады, к утру, красный 264-й Верхнеуральский полк занимал позиции от с.Шмаковское до д.Мокино, 262-й Красноуфимский полк оборонял линию от д.Песьяное до д.Новодостовалово, 4 роты 263-го Красноуфимского полка с эскадроном 2-го Уральского кавдивизиона находились в д.Баютово, 2 роты стояли на дороге из д.Мокино в с.Шмаковское и еще один эскадрон 2-го Уральского кавдивизиона занимал  перекресток дорог Суерское – Молотово – Шмаково.

В этот день, в 263-м полку пропал без вести разведчик Оберихтин Алексей, уроженец Пермской губернии, Екатеринбургского уезда, Пышминского завода. Вечером, белая пехота при поддержке огня двух легких орудий, начала наступать на участок 264-го Верхнеуральского полка у с.Шмаковское. Белые ввели в действие бомбометы, обстреливая красные позиции минами, но ответным артиллерийско-пулеметно-ружейным огнем были отбиты. В ходе этого боя, в с.Шмаково, в результате несчастного случая, одним из солдат был убит 12-летний мальчик Дмитрий, сын крестьянина Семена Ильича Шмакова.

187

Схема позиций красных (обозначены синим цветом) в окрестностях с.Усть-Суерское (составлена Калининым В.).

30 сентября 1919 года, начдив Сергеев потребовал от всех бригад укрепить свои позиции и не допустить дальнейшего отхода. Позади участка 30-й дивизии, по берегам реки Тобол, красными саперами с помощью местных крестьян, к этому времени, уже были построены сильные укрепления. Оба берега реки Тобол на участке дивизии представляли собой равнину, кое-где поросшую кустарником около реки, в некоторых местах слегка пересеченную, а в северной части – с небольшим лиственным лесом и болотами. Строительство укреплений осуществлялось на трех участках:

1) На левом фланге дивизии, от д.Макарово до д.Старошадрино, работы производили 2-я саперная рота инженерного батальона, Отдельная саперная рота при штабе 2-й бригады и одна рабочая рота. Здесь, были вырыты окопы полного профиля у д.Волково и д.Макарово, окопы на взвод для стрельбы с колена с пулеметными площадками на опушке леса западнее д.Суерское (Осипово), д.Макарово и д.Волково, по возвышенности вдоль тракта Курган-Ялуторовск до д.Старошадрино. Впереди окопов натянули колючую проволоку. От д.Бызово до д.Снегирево было построено 3 землянки, 1 окоп протяженностью50 метров, 2 хода сообшения общей протяженностью60 метров. На участке от д.Волкова до д.Верхотурово были построены 4 землянки и идущие от них 4 хода сообщений общей протяженностью240 метров. Здесь же, против д.Скородум были построены 3 землянки, и вырыты окопы.

Западнее дд.Верхотурово и Бызово идет третья линия укреплений состоящая из 3 окопов общей протяженностью200 метров. На участке от д.Волково до д.Скородум построены 17 землянок, а на участке от д.Верхотурово до д.Скородум построены еще 6 землянок. На восточном берегу реки Тобол против д.Суерское было построено предмостное укрепление из 15 окопов общей протяженностью1830 метровс 20 пулеметными гнездами, а так же шли окопы от д.Суерское до д.Старогубино. Кроме того, на восточном берегу Тобола, был укреплен участок от д.Новогубино до д.Старопереладово, где  было отрыто 2 хода сообщения, 3 землянки, построен окоп протяженностью30 метровс 2 траверсами и 2 пулеметными гнездами, а так же отрыто 4 окопа по90 метровкаждый с 4 траверсами и 4 пулеметными гнездами. От д.Старошадрино до д.Заозерная и от д.Новогубино до д.Старопереладово всего было построено 15 блиндажей. Так же построено предмостное укрепление у с.Коркино. Оно состояло из пулеметного гнезда, прикрытого с флангов окопами, а так же были укреплены соседние строения в селе. Старые окопы белых по восточному берегу все завалены землей.

2) На центральном участке обороны, от д.Старошадрино до д.Екимово укрепления строила 1-я саперная рота инженерного батальона и одна рабочая рота. Здесь, по линии от с.Усть-Суерское до д.Старошадрино, было отрыто пять взводных окопов общей протяженностью1380 метров, пять ходов сообщений общей протяженностью870 метров, устроены 4 пулеметных крытых площадки, 6 пулеметных гнезд, 2 наблюдательных пункта и 1 блиндаж. Между с.Усть-Суерским и д.Шафино построено три линии окопов общей протяженностью170 метрови сделаны хода сообщений общей протяженностью100 метров. На восточном берегу Тобола против моста у с.Усть-Суерское, было отрыто 8 ходов сообщений общей протяженностью745 метров, сделаны 18 пулеметных гнезд и 4 землянки. Правее моста по восточному берегу сделаны еще 3 землянки от каждой из которых вырыт ход сообщения общей протяженностью132 метра. Юго-восточнее с.Усть-Суерского, имелся овраг, который был перегорожен и по берегу оврага сделаны на 300 человек ячеечные окопы с ходом сообщения на700 метров. Так же отрыты три хода сообщения в тыл, и один из них приспособлен к обороне, и отрыты три землянки. Кроме того, началось строительство укреплений и по левому берегу р.Суерь напротив усть-суерского моста, где было сделано 9 взводных окопов общей протяженностью530 метров, 6 ходов сообщений общей протяженностью944 метров, 11 пулеметных гнезд, 6 закрытых пулеметных площадок и 5 землянок. На противоположенном, западном берегу р.Суерь, от ее устья до д.Пуховая (Гладунное) были сделаны 5 пулеметных гнезд, 2 крытых пулеметных площадки, 1 блиндаж и 3 землянки, вырыты ходы сообщений общей протяженностью1045 метров.

188

Фото: остатки красных окопов на западном берегу Тобола в окрестностях с.Коркино (снимок автора).

3) На правом фланге дивизии, от д.Екимово до с.Белозерское берега реки укрепляла 6-я Отдельная саперная рота при штабе 1-й бригады и одна рабочая рота. Здесь было построено на протяжении15 километровтри линии окопов полного профиля с блокгаузами и землянками, с ходами сообщения во вторую линию. Между 1-й и 2-й линиями окопов было возведено 6 пулеметных капониров, в узлах сопротивления между 1-й и 2-й линиями построены землянки, а впереди 1-й линии окопов, по старому руслу Тобола, была построена выносная линия окопов для стрельбы с колена. Между дд.Бочанцево, Палкино и Куликово, окопы с ходами сообщений, 6 землянок и 1 блиндаж были вынесены от берега реки и расположены по перевалу вдоль берега, который здесь представляет сырую низменность покрытую кустами. Между д.Речкиной и д.Русиново в первой линии построено 9 окопов по самому берегу р.Тобол для сторожевых застав с ходами сообщения общей протяженностью450 метров. Между д.Куликово и д.Речкино построено 10 окопов с ходами сообщений общей протяженностью100 метров, блокгауз и землянка. Между д.Куликово и д.Бочанцево построено 2 блокгауза с 2 ходами сообщений, отрыто 2 землянки с ходами сообщений между блокгаузами и землянками. У самих деревень Палкино, Куликово, Речкино, Русинова и Екимова, окопы находятся на берегу реки. Между дд.Речкино и Куликово имеется котлован, в котором устроен блиндаж и около которого, кроме окопов устроено пулеметное гнездо с широким веером для обстрела в три стороны. Западнее котлована в 70-100 метрахустроено 3 землянки и еще 1 землянка сделана ближе к д.Речкино у переправ. По правому берегу реки Тобол за д.Пешная было отрыто 5 окопов с 5 пулеметными гнездами общей протяженностью160 метров, укрытых для маскировки дерном. Кроме того, по левому берегу Тобола против д.Баютово отрыто 19 окопов полного профиля общей протяженностью607 метровукрытых для маскировки дерном и 10 пулеметных гнезд. По плану, у с.Белозерского предусматривалось строительство предмостного тет-де-пона – опорного пункта на батальон с пулеметными гнездами и проволочным заграждением. К началу октября, по сводкам белой воздушной разведки у села уже было готово два ряда окопов.

Всего, по докладу инженеров, на участке 30-й дивизии от с.Белозерское до д.Макарово, к 20 октября было отрыто2,9 километровокопов, установлено2,5 километрапроволочных заграждений, сделана 71 пулеметное гнездо, построено 15 закрытых пулеметных площадок и 54 убежища. Кроме того, в тылу дивизии велись работы по укреплению позиций на реках Миасс и Исеть у сел Окуневское, Баклановское, Каргаполье, Усть-Миасское, Мехонское. Укрепления строили около двух сотен пленных белых. Так же, огромное значение имели переправы через Тобол. К началу октября, дивинженером 27-й дивизии были построены мосты у д.Пешная, отремонтированы мосты у дд.Меньшиково, Бочанцево, Капаруллино и Богданово. Свайный слабый мост непригодный для прохода артиллерии был у с.Усть-Суерское. Опираясь на эти укрепления и тыловые коммуникации, красные части 30-й дивизии могли занимать прочную оборону.

189

Фото: остатки красных окопов на западном берегу Тобола в окрестностях с.Усть-Суерское (снимок Калинина В.).

30 сентября 1919 года, на участке 3-й бригады, красный 268-й Уральский полк сменил 264-й полк у с.Шмаковское, раскинув линию обороны по реке Суерь. Красный 269-й Богоявленско-Архангельский полк занял позиции у дд.Бол.и Мал.Шмаково. После небольшого боя, его красноармейцы вновь заняли д.Ошурково, выбив из нее эскадрон и полуроту белой пехоты, после чего развивая наступление двинулись на с.Щукино. Здесь стояла подошедшая с востока белая Златоустовско-Красноуфимская партизанская бригада. Стрелки 1-го Красноуфимского полка заняли оборону, а два полка 2-й Уфимской кавдивизии начали обходить наступавших красных на д.Ошурково. Одновременно, белый батальон 2-го Кыштымского полка при поддержке огня 3 легких орудий атаковал д.Крутиху. Под этим натиском, красноармейцы с боем отошли обратно к д.Ошурково.

В бою были ранены старший унтер-офицер команды конной разведки белого 1-го Красноуфимского полка Юдин Федор Сергеевич, уроженец Пермской губернии, Осинского уезда, Улисской волости, д.Екатериновка, рядовые Кошкин Петр Яковлевич и Васюков Михаил Федорович, оба из Калачинского уезда, Царицинской волости, с.Михайловское, а так же был убит солдат Арзив Мухамет, уроженец с.Елпачинское, похороненный в с.Щучье.

Атака белых стрелков 2-го Кыштымского полка на д.Крутиху так же была отбита, при чем красноармейцы захватили брошенные на поле боя 4 пулемета и взяли пленных. Красная конная разведка из 270-го Белорецкого полка, двинувшись по дороге на с.Усть-Суерское, в 6-7 километрахот него столкнулась с белым разъездом в 50 сабель и была обстреляна. При этом, красноармеец Печкин Павел Севостьянович, уроженец Пермской губернии, Кунгурского уезда, Саинской волости, д.Володино, был окружен двумя десятками всадников, но отстреливаясь из револьвера, сбил двух из них с коней, пробил себе дорогу и вернулся к своим. За день, части 3-й бригады потеряли в бою у д.Ошурково – 5 убитых и 13 раненных. Погибшие, были похоронены вероятно в несохранившейся ныне братской могиле у д.Ошурково. Кроме того, было принято 5 перебежчиков из 2-го Кыштымского и 1-го Екатеринбургского полков.

На участке 1-й бригады Грязнова, днем, белый 3-й Сибирский казачий полк при поддержке огня двух орудий 1-й Сибирской казачьей батареи, начал наступать на позиции красного 264-го Верхнеуральского полка у с.Шмаковское. Глухо и тревожно ухали орудия. Снаряды с воем и визгом летели в серую мглу осеннего дня. Дзиу, дзиу, диу, диу – редко, но уверенно свистели пули. Ружейно-пулеметная стрельба не ослабевала. Бой разгорался. Нервная гримаса скривила лицо офицера.

– По коням! Садись!

Офицеры неохотно выехали впереди сотен. Все понимали, что атака в конном строю на окопавшуюся красную пехоту, скорее всего, будет безрезультатной. А вот потерь при ней не избежать.

– Шагом марш!

Сотни стали вытягиваться к месту боя. Выехали на опушку. С первого взгляда было ясно, что красные являются хозяевами положения. Их пулеметы дождем обсыпали лесную опушку.

– Шашки вон!

– Ура-а-а! – закричали казаки, сильно хлестнув нагайками коней.

Сотни бросились в атаку. Красные, заметив их, встретили дружными залпами. Первыми же пулями, был убит один из станичников. Взмахнув руками, он свалился с седла, но нога у погибшего застряла в стремени и вороной, испуганно храпя, поволок его в сторону красных. У другого – ранило лошадь. Она свалилась набок, придавив ему ноги, и казак никак не мог из-под нее выбраться. Не доходя до противника, сотни повернули обратно, скрываясь в лесу. Атака не удалась. Двинувшаяся за ними в сторону д.Молотово красная разведка, была обстреляна в лесу у с.Шмаковское. На правом фланге бригады, пять рот 263-го Красноуфимского полка оставили д.Масляная и отошли на западный берег реки Тобол к с.Белозерскому.

Так и завершились сентябрьские бои 1919 года на участке красной 30-й дивизии. Ее части стали единственными, кто не отошел за Тобол в ходе общего отступления, а сохранили плацдармы на правом берегу реки от с.Белозерское до г.Ялуторовска. Это далось дорогой ценой. По данным штаба дивизии, в сентябре 1919 года, ее части потеряли 332 убитых, 1820 раненных, 88 контуженных, 256 пропавших без вести, 1743 больных. Особенно тяжелы были потери в командном составе. Так, только из 262-го Красноуфимского полка за месяц выбыло из строя 3 командира роты, 15 командиров взводов, 2 полуротных командира, 25 командиров отделений, 1 командир батальона. Но, благодаря налаженной системе пополнений, красные части по-прежнему сохраняли свою боеспособность. Всего за сентябрь, 30-я дивизия получила из запасного полка 2386 человек пополнений. К1 октября 1919 года, ее части насчитывали:

1) 262-й Красноуфимский полк – 74 командира, 2064 солдат, в том числе 1145 штыков, 43 сабли, 22 пулемета,

2) 263-й Красноуфимский полк – 80 командира, 1750 солдат, в том числе 974 штыка, 61 сабля, 15 пулеметов,

3) 264-й Верхнеуральский полк – 47 командиров, 1311 солдат, в том числе 760 штыков, 22 сабли, 14 пулеметов,

4) 265-й Уральский полк – 87 командиров, 1963 солдат, в том числе 612 штыков, 63 сабли, 15 пулеметов, 5) 266-й имени Малышева полк – 67 командиров, 1159 солдат, в том числе 458 штыков, 20 сабель, 22 пулемета,

6) 267-й Горный полк – 97 командира, 1973 солдат, в том числе 610 штыков, 64 сабли, 21 пулемет,

7) 268-й Уральский полк – 75 командиров, 2471 солдат, в том числе 1665 штыков, 169 сабель, 22 пулемета,

8) 269-й Богоявленско-Архангельский полк – 109 командиров, 2025 солдат, в том числе 573 штыка, 70 сабель, 31 пулемет,

9) 270-й Белорецкий полк – 1383 солдат, в том числе 948 штыков, 116 сабель, 26 пулеметов,

10) Нарвский партизанский полк «Красных гусар» - 29 командиров, 682 солдата, в том числе 404 сабли, 6 пулеметов,

11) 1-й имени Володарского кавдивизион – 544 солдата, в том числе 227 сабли, 6 пулеметов,

12) 2-й Уральский кавдивизион - 16 командиров, 437 солдат, в том числе 288 сабель, 6 пулеметов,

13) 3-й Уфимский кавдивизион – 20 командиров, 347 солдат, в том числе 259 сабли, 5 пулеметов,

14) 4-й Петроградский кавдивизион – 16 командиров, 332 солдата, в том числе 180 сабель, 4 пулемета,

15) 1-й легкий артдивизион – 38 командиров, 883 солдата, 12 трехдюймовых орудий,

16) 2-й легкий артдивизион – 24 командира, 804 солдата, 12 трехдюймовых орудий,

17) Гаубичный артдивизион – 26 командиров, 534 солдата, три 48-линейных орудия,

18) Отдельная конная батарея – 7 командиров, 179 солдат, 4 трехдюймовых орудия,

19) Батальон связи – саперы: 14 командиров, 406 солдат, команда связи: 1 командир, 28 солдат, в том числе 27 сабель,

20) Инженерный батальон – 22 командира, 601 солдат.

Полки сохранили свой боевой потенциал и теперь, предстояла борьба за удерживаемые ими на восточном берегу платцдармы (202).



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites