kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Олег Винокуров. Битва на Тоболе: 1919-й год в Курганской области » 2.3 На направлении главного удара: 26-я красная дивизия в боях от Глядянского и Нагорского до Петухово

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




2.3 На направлении главного удара: 26-я красная дивизия в боях от Глядянского и Нагорского до Петухово

Главный удар южнее линии железной дороги, по замыслу командарма Тухачевского, наносили части красной 26-й стрелковой дивизии. 14 октября, в отличие от других дивизий 5-й армии, они еще не приступали к форсированию реки Тобола, так как не были готовы переправы. Вместе с тем, на участке временно приданной 2-й бригады 21-й дивизии, уже развернулись активные боевые действия. Ее 185-й Шуйский полк занимал участок у д.Костыльковская, 186-й Владимирский полк находился на позиции от д.Художникова до д.Лебяжья, 187-й имени Володарского полк стоял в бригадном резерве в д.Песчаная, а 184-й Костромской полк держал участок до впадения неизвестной речки, что в 1 километре севернее д.Колесово. Основным местом для форсирования, было решено выбрать переправу у ныне не существующей д.Островка.

133

Фото: мост через приток Глядяну у д.Островка, в воде видны сваи старого моста (снимок автора).

Здесь, на восточном берегу реки, расположился караул Ижевской дивизии. Вечером 13 октября очередная смена ушла в заставу. Ночь холодная, ветер сильный и злой, небо темное, ни зги не видно… Расставили в степи караулы. Ветер пронизывает насквозь. В маленьком окопчике греются две смены, а часовой и подчасок ходят взад и вперед в темноте большой дороги. Ветер гудит по проволоке полевого телефона и на штыках… Новая смена. Старая спряталась в окопчике. Четыре человека скорчились, плотно прижавшись. Тепло. Тихий разговор. А тем временем, уже началась переправа. Первыми, к реке двинулись красноармейцы 185-го Шуйского полка. В темноте, посреди реки был виден разобранный мост. Внезапно, от росших на другом берегу деревьев, вниз к переправе, посыпались серые и черные фигуры, сбегали, скатывались, падали. Группа бойцов сразу же бросилась на мост. По ним открыли огонь из пулемета. Прицельной очередью, на мосту были убиты сразу 7 красноармейцев. Но, несмотря на это, бойцы 185-го Шуйского полка под сильным пулеметным огнем переправились через реку Тобол и заняли д.Островка. Теперь, здесь могли переправляться и главные силы красной бригады. К линии фронта в д.Язево спешно выступил 187-й имени Володарского полк. Тем временем, разведчики 185-го полка заметили небольшой белый обоз идущий, от р.Тобол на дд.Вонявино и Костыльковское (1,5 километра южнее Вонявино). По их указаниям, красная артиллерия открыла огонь и рассеяла подводы. С утра, были так же замечены белая пехотная рота и две сотни кавалерии, двигавшиеся из д.Дубровка в с.Ялым. Их так же рассеяли артогнем, заставив белых солдат скрыться в лес восточнее д.Костыльковской. После обеда, белые попытались выбить красных из д.Островки, но открытая на 1,5-2 километра местность, не позволила им даже приблизиться. Под сильным огнем, белые стрелки-ижевцы отошли.

134

Фото: вид на местность где находилась д.Островка, впереди за деревьями протока Глядяна (снимок автора).

Тогда, белый начдив генерал Молчанов, отдал приказ открыть огонь из тяжелых орудий по переправе у д.Островка. Под ураганным артогнем, красный 187-й имени Володарского полк переправился через реку у д.Островка. Началось решительное наступление. Красный 185-й Шуйский полк наступал на д.Костыльковское, а 187-й имени Володарского полк двинулся на д.Вонявино и д.Художитково. Белые из орудий все время обстреливали переправу. Одновременно, на рассвете, красный 184-й Костромской полк подошел к притоку Глядяна, прямо напротив лежащего на его берегу села Глядянское. От наплывших туч свинцовые воды реки окрасились в мрачный, чернильный цвет. На небосклоне лишь кое-где появлялись и вновь затягивались густыми облаками тусклые просветы. Командир полка выдвинул свой НП к месту расположения переправочных средств и здесь ожидал прибытия своих подразделений.

Все приготовления шли в полной темноте. Красноармейцы быстро рассредоточивались по берегу, занимая места у заранее собранных и скрытых пока от глаз противника плотов. Теперь, все думы их были только о том, как лучше и без шума произвести посадку. От налетевшего внезапно порыва ветра зашумел лес, камыши, зарябило воду. Саперы воспользовались этим и тут же спустили на воду плоты, на которые бесшумно садились натренированные на учениях красноармейцы. Вот плоты закачались на воде, все напряженно вглядывались в загадочно молчавший, невидимый берег, где притаился противник. Плоты все ближе и ближе к цели… Вдруг, тишину прорезали винтовочные выстрелы. Заметили… Одна за другой в небо взлетели две ракеты, осветив часть берега и реку с плывущими по ней плотами. Застучал пулемет, огненные вспышки осветили берег.

- Налечь на весла! – пронеслась по реке бодрая команда.

Плоты понеслись еще быстрее. Из окопов застигнутого врасплох сторожевого охранения белых велась беспорядочная стрельба. Но плоты уже были рядом с берегом, теперь только бы зацепиться за него, а там все будет в порядке. Взвилась ракета, выпущенная высадившимися – сигнал о захвате береговых окопов противника. Передовое охранение белых было сбито, село Глядянское захвачено.

135

Схема положения частей красной 26-й дивизии к полудню 16 октября 1919 г.

Едва только передовые части захватили плацдарм на восточном берегу, как переправившийся вслед за ними красный 186-й Владимирский полк, сразу двинулся на д.Межборная. Сбив сторожевое охранение белых, и захватив в плен 3 солдат из 42-го Троицко-Сибирского полка, он занял эту деревню. Все полки просили поддержать их огнем и днем в бригаду прибыла 1-я Путиловская батарея. Вместе с ней, огонь по белым готовились открыть, вставшие на позицию батареи 1-го легкого артдивизиона 21-й дивизии.

Тем временем, на остальном участке красной 26-й дивизии стояла тишина. В 1-й бригаде Гайлита, красный 226-й Петроградский полк занимал позиции у д.Большесосновка, 228-й Карельский полк держал оборону у д.Утяцкое, а 227-й Владимирский полк протянул позиции от д.Утяцкое до впадения речки Лебяжьей в Тобол. Именно на участке последнего, буквально в ночь накануне наступления, с 13 на 14 октября, белая пехота переправилась через реку при поддержке артогня и выбила красную роту 227-го полка из с.Утяцкого на его западную окраину. К месту боя, была срочно направлена из резерва еще одна рота красной пехоты. Огонь по белым здесь, открыла и тяжелая артиллерия красных. Правда, при первом же выстреле, одно 42-линейное орудие сразу же вышло из строя. Тем не менее, с подходом резервов белые были отбиты обратно за реку. К вечеру 14 октября, части 1-й бригады Гайлита стали сосредотачиваться для переправы. Красный 228-й Карельский полк с одной легкой батареей выступил из с.Утяцкое в д.Большесосновка. В этот день, из него дезертировали 3 красноармейцев. 226-й Петроградский полк выступил из д.Большесосновка и сосредоточился в километре южнее д.Толстоверетинское. Здесь, находился так же батальон 233-го полка и взвод тяжелой батареи.

Готовясь поддержать форсирование, на позиции встали красные 3-я Ржевско-Новгородская и 6-я легкие батареи. Переправы готовила саперная рота, а при штабе бригады находился 1-й отряд особого назначения. Ночью, авангардный батальон 226-го Петроградского полка без боя переправился через Тобол и занял исходное положение для атаки д.Чернавское.

Естественным препятствием для наступления, была довольно глубокая, с топкими берегами р.Черная, шириною 3-5 сажень. По восточному берегу этой речки, в 1-1,5 километрах севернее д.Толстоверетинское, тянулось сторожевое охранение белых, чьи главные силы и обозы сосредоточились в д.Чернавское. Здесь же, в д.Толстоверетинское, сосредотачивались части красной 3-й бригады – 232-й имени Облискомзапа, 233-й Казанский и 234-й Маловишерский полки, с 4-й Смоленской и 5-й Тверской батареям, саперной ротой и 12-м отрядом особого назначения. Части 2-й бригады Путны, продолжали прибывать и сосредоточиваться в район д.Кондаков-Лог (батальон 229-го полка) – д.Ключевская (один батальон и штаб 229-го, 230-й, 231-й полки, 2-й отряд особого назначения, дорожно-мостовая рота, штаб 2-й бригады, 2-я Симбирская конная батарея). Красные тяжелая 42-линейная батарея встала на позицию у д.Большесосновка, а тяжелая 6-дюймовая батарея стояла у д.Толстоверетинской. Временно приданный гаубичный артдивизион 5-й дивизии, расположился юго-восточнее д.Лебяжье. За день, на участке 26-й дивизии было ранено 2 красноармейцев. Части 2-й бригады 54-й дивизии, выдвигались к реке Тобол, сменяя 3-ю бригаду 27-й дивизии, на участке дд.Предина – Бараба – Черемухово. Приданные ей легкий и мортирный артдивизионы стояли в д.Новоколмогорская, а тяжелый артдивизион находился в д.Пименовка. При этом бригаде передавалась одна из легких батарей 27-й дивизии.

Итак, все было готово для решающего удара. Вечером, начдив Эйхе отдал по дивизии приказ: комбригу Кукурану развивать основной удар из д.Островка на север на с.Глядянское и к вечеру 15 октября, выйти на линию с.Давыдовское – д.Осиновка; комбригу Гайлиту – форсировать главными силами своей бригады реку Тобол у д.Толстоверетинской и наступать на д.Чернавское, откуда резко изменить направление удара на север, и к вечеру 15 октября занять д.Нагорское и д.Заборское; комбригу Рахманову - форсировать реку Тобол вслед за передовыми частями 1-й бригады, после чего наступать на д.Ярославское и д.Обухово; бригада Путны находилась в резерве и должна была вслед за передовыми частями перейти к вечеру 15 октября в район д.Один –д.Чернавское. Авиазвену летчика Батурина ставилась задача произвести налет на штаб белых на стан.Лебяжье. Из старых мостов, имевшиеся на участке дивизии: у д.Малососновки – сожжен, у д.Толстоверетинской – разобран, у д.Колесово – сожжен, на плотине мельницы у д.Лебяжье – взорван, у д.Островка – разобран. Для переправ полков, саперы навели мосты у д.Язево и д.Толстоверетенской (47).

15 октября, с целью разведки ближайших тылов белых и движения их войск, штаб Тухачевского распорядился поднять в воздух всю имеющуюся красную авиацию. По маршруту дд.Заборская – Обухово – Патраково – Художитково – Проточная – Толстопятово – Степная –Чесноковская – Новосельская вылетел красный летчик из 28-го авиаотряда Батурин, с наблюдателем Рухиным на самолете «Сопвич». В д.Патраково, им были замечены до 200 штыков белой пехоты и обоз в 30 повозок, а по дороге в д.Художитково, шел еще один белый обоз группами по 3-5 повозок. Так же, обоз в 30 повозок, был замечен идущим на д.Гладковское. Другой красный летчик М.Соколов из 29-го авиаотряда, вылетел на самолете марки «Кадрон» по маршруту дд.Куртамыш – Игнашино – Патраково – Язево – Куртамыш. В районе д.Патраково, он заметил колонну белой конницы, которая была бомбами рассеяна. При этом летчиком было сброшено 10 бомб, в так же в д.Кудрявцево был замечен пожар.

Из докладов пилотов, красное командование сделало вывод, что во всем прифронтовом районе, было замечено сильное движение белых обозов в северо-восточном направлении. Кроме того, еще два самолета из красного 28-го авиаотряда, должны были вылететь на разведку из г.Кургана, но у обоих произошла остановка мотора и, долетев до станции Варгаши, они возвратились обратно на базу. В свою очередь, белый летчик Кукуранов и наблюдатель Бочков, на самолете марке «Сопвич», так же провели разведку ближайших красных тылов. Было замечено, что к д.Нагорной с запада в беспорядке движется рота пехоты, а от д.Камышинское к Тоболу идут к переправе обозы. Кроме того, ниже с.Ялым и к западу от д.Чернавской, на реке шли работы по сооружению двух переправ, одна из которых была уже готова.

136

Фото: братская могила в с.Глядянском.

На участке 2-й бригады 21-й дивизии, с утра 15 октября, красные полки продолжали наступать из занятых накануне плацдармов на восточном берегу у д.Островка и с.Глядянское. Чтобы сбить белых с высот восточнее с.Глядянское, красный 186-й Владимирский полк, должен был сдать свои позиции у д.Межборное прибывшему 230-му Старорусскому полку и двинуться на юг, вдоль восточной опушки леса. Это позволило бы ударить во фланг и тыл белым, угрожая отрезать действующие в этом районе их части.

Основной задачей, поставленной в этот день комбригу Кукурану, было сбить белых с высот, что идут восточнее с.Глядянское. Однако выполнить приказ командарма не удалось. С раннего утра гремели орудия, заставляя глядянских крестьян прятаться по погребам. 4-й Ижевский полк, несмотря на свою малочисленность, упорно сопротивлялся на высотах восточнее с.Глядянское, отбивая все атаки. За два дня боев, потери красной 2-й бригады 21-й дивизии составили 205 человек. В свою очередь, красноармейцами было взято в плен 30 белых солдат, захвачены 15 винтовок и 2 авторужья. Ожесточенность боев была такова, что сохранившиеся до сих пор окопы белых, завалены осколками и шрапнелью, в изобилии нашпигованы воронками от снарядов.

К вечеру, 185-й Шуйский полк находился у д.Островная и готовился вместе с прибывшим ему на помощь 37-м полком, наступать на следующий день на д.Костыльковское. 187-й имени Володарского полк, вел бой у д.Вонявино, так и не продвинувшись вперед. Как описано в истории полка, из-за совершенно открытой местности у дд.Художитково и Вонявино, наступавший на них 1-й батальон красноармейцев-володарцев, потерял в бою весь командный состав, в том числе тяжело раненного комбата Колпащекова. 186-й Владимирский полк, наконец-то дождался, прибывший ему на смену в д.Межборное, 230-й Старорусский полк и с утра следующего дня, должен был начать задуманное наступление на юг, во фланг и тыл белым, державшимся на опушке леса восточнее д.Дубровка – с.Глядянка – д.Межборная. Его маневр, ударом с фронта от с.Глядянское, должен был поддержать 184-й Костромской полк. Штаб комбрига Кукурана по-прежнему оставался в д.Лебяжье.

Особенно много красноармейцев, погибло в частях наступавших от д.Островка. Шесть из них, в том числе одну женщину, крестьянин д.Островка Василий Липихин с внуком привез в с.Глядянское. Они были похоронены на старой площади села у церкви, а остальных (19 человек) погребли в братской могиле у д.Художитково, на западном берегу р.Глядяны, на высоком яру. Сейчас берег в этом месте обвалился, и могилы уже нет. По воспоминаниям глядянского жителя Головина Аркадия Матвеевича, 1915г.р., к ним в дом принесли раненного красноармейца, который умер. Вероятно, где-то здесь, погиб и красноармеец-интернационалист Михаэль Гольдони, который по воспоминаниям К.Лазарева, погиб на окраине села, на левом берегу против Глядянского и Плотниково, где рядом с рекой находились на берегу бани.

В этот же день, перешли в наступление и остальные части 26-й дивизии. За час до рассвета, двинувшийся в авангарде красный 226-й Петроградский полк, почти без сопротивления сбил не ожидавшее удара сторожевое охранение белых, которое вело беспорядочную паническую стрельбу. При этом, красноармейцы захватили в плен почти все караулы, взяв 75 белых солдат из 44-го Кустанайского полка с пулеметом и подводы с ружейными патронами.

Под влиянием паники и открытого красной артиллерией огня, стоявший в д.Чернавское белый 44-й Кустанайский полк отошел на д.Раскатиху, где отступавших солдат задержали казаки. Полк был приведен в порядок и вместе с казаками двинулся обратно. Бой начался между дд.Раскатихой и Чернавское, в 3-4 километрах северо-восточнее последней. Белый 44-й Кустанайский полк атаковал д.Чернавское с востока, а 43-й Верхнеуральский полк атаковал с севера. Дружным ударом, они начали теснить правый фланг красного 226-го Петроградского полка. К месту боя, на помощь товарищам, был спешно направлен батальон из красного 232-го имени Облискомзапа полка. Вместе с неимевшей патронов резервной ротой, он атаковал с запада и с юга, по дороге Раскатиха – Осиновка. Контрудар пришелся на белый 43-й Верхнеуральский полк, который был отброшен и отошел на д.Раскатиху.

В бою, красноармейцами было захвачено в плен 50 белых солдат, взято 2 пулемета системы «Кольт», 1 пулемет системы «Льюис», 2 авторужья, 2 револьвера и полевая кухня. Одновременно, красный 228-й Карельский полк переправился через реку Тобол у д. Б. и Н.Сосновка, и начал наступать на левый фланг державшего здесь оборону белого 41-го Уральского полка. Удар пришелся на стоявшую здесь «Дружину Святого Креста», численностью приблизительно в батальон. Именно она, оказалась на пути наступающих красных частей.

137

Фото: знамя Дружины Святого Креста.

Основной удар, приняли на себя две мусульманские роты. Командовавший ими поручик,  успел рассыпать стрелков в цепь, под прямым углом к реке. Остальные две роты, занимали позицию непосредственно по берегу реки. Красноармейцы наступали смело, уверенно, шли в полный рост. Подпустив их на 150 шагов, по команде поручика, белые мусульмане-дружинники внезапно открыли сильный огонь из всех винтовок и 6 пулеметов. Наступающие цепи были буквально скошены, попадав на землю. Еще несколько раз, красноармейцы пытались атаковать, но каждый раз были отбиваемы огнем. Тогда, красноармейцы из полковой команды конной разведки, попыталась охватить фланг «Дружины Святого Креста». Против красной конницы, пришлось растянуть новую цепь из тех двух рот, что занимали позицию по реке.

Тем не менее, после нескольких отбитых атак, два батальона красного 228-го Карельского полка смогли сбить левый фланг белого 41-го Уральского полка и ворваться на западную окраину д.Раскатихи. Навстречу им был брошен 11-й Уральский егерский батальон. Контратакой, он выбил красных из западной окраины д.Раскатихи, но красноармейцы смогли обойти и атаковать противника с юга, рассеяв белых пулеметным огнем на северной окраине деревни, после чего белые оставили Раскатиху.

В бою, большую стойкость проявили белые офицеры. Из 18 убитых найденных на поле боя, 13 были офицерами. Потери красного 226-го Петроградского полка составили 5 убитых, 17 раненных, 2 пропавших без вести. Возможно, именно они и похоронены в братской могиле в д.Раскатиха, хотя по рассказам местных жителей, в братской могиле было захоронено всего лишь два человека, один из которых был погибшим красноармейцем, а другой – местным жителем. Первоначально, эта могила находилась возле клуба, а в 1971 году перенесена на кладбище, где существует до сих пор. Тогда же, и выяснилось количество похороненных в ней. Потери понесли и остальные красные полки (прим.41). Среди погибших, в метрической книге Параскевинской церкви д.Камышное, указан крестьянин Роман Сергеевич Чукаев, уроженец Самарской губернии, Бугурусланского уезда, Ново-Богородицкой волости, д.Алексеевки. Возможно, это был белый солдат.

138

Фото: братская могила в д.Раскатиха (вид до перезахоронения)

Тем временем, заняв д.Раскатиху, два батальона красного 228-го Карельского полка начали развивать наступление. Из-за отхода белого 44-го Кустанайского полка, красноармейцы смогли с боем обойти левый фланг 41-го Уральского полка и к полудню заняли д.Камышное. Белые стрелки-уральцы оставили деревню и с боем отошли на позиции в 2 километрах западнее д.Обухово. Итак, плацдарм на правом берегу реки, был успешно занят. Теперь, красным войскам следовало расширять его, развивая свое наступление. Понимая это, комполка Миланин направил 3-й батальон своего 228-го Карельского полка, из д.Камышное на помощь соседнему 227-му полку. Двигаясь вперед с мелкими перестрелками разведок, вскоре, этот батальон вошел в д.Нагорское. Прибывший в деревню Миланин, остановил движение и выставил 3-й батальон в сторожевое охранение по северной окраине д.Нагорское, в километре от штаба полка, растянув сторожевое охранение на юго-восток в сторону д.Обухово. За ними, в д.Нагорское прибыл и другой полк бригады – 226-й Петроградский. Его командир выставил один батальон на позицию по дороге на д.Обухово, а остальными силами (один батальон, команда конной разведки) занял южную часть деревни, где все разместились в 2 домах. Не поместившиеся в них бойцы, были выставлены в сторожевое охранение.

Красноармейцы стали ужинать, а затем пару часов решили отдохнуть. Этот общий успех наступления 1-й бригады Гайлита объяснялся тем, что ее части все время наступали во фланг Волжской группы белых, пройдя за день с боем около 30 километров. И, наконец, третий полк бригады – 227-й Владимирский, так же на рассвете начал переправу у с.Утяцкое. Первыми реку форсировали его разведчики и лучшая в полку 1-я рота. Впереди шли проводники, длинными палками щупая почву под ногами. Старались идти по возможности тихо, но все равно, под ногами слышалось хлюпанье. Первым шел командир отделения 1-й роты Фадеев Михаил Андреевич, увлекая за собой других бойцов. Выходя из воды, красноармейцы сразу же вступили в бой с разъездами охранявшего этот участок 4-го Оренбургского казачьего запасного полка. Отбросив станичников, бойцы окопались и остались охранять переправу. К ним на помощь, с западного берега спешно двинулись еще две роты.

К вечеру, 227-й Владимирский полк занимал следующие позиции: 1-я рота охраняла переправу у с.Утяцкое, 2-я рота находилась в д.Вавилово, 3-я и 4-я роты стояли у д.Предино на западном берегу, 5-я и 6-я роты ушли наступать на д.Темляково и, отойдя к северу на 4-5 километров от переправы, заняли позицию в небольшом лесочке. Приданный бригаде 2-й отряд особого назначения, оставил один взвод на восточном берегу у д.Вавилово, а два других взвода расположились у переправы у с.Утяцкое. На левом фланге дивизии, выдвигавшиеся к реке авангардные части 2-й бригады 54-й дивизии (две роты 481-го полка), сменили 227-й полк и расположились в километре западнее д.Предино, растянувшись вплоть до отрога р.Юргамыш. Еще одна их рота оставалась в резерве, весь 3-й батальон стоял заставами от отрога р.Юргамыш до оз.Лебяжье, две роты расположились от оз.Лебяжье до протоки р.Лебяжье и еще одна рота находилась в резерве. Красный 482-й полк стоял в резерве в с.Меньшиково.

Едва передовые части Гайлита зацепились за восточный берег, как следом за ними, через реку Тобол у д.Толстоверетинской, непрерывно потекли на восточный берег и остальные красные полки. В авангарде 3-й бригады Рахманова, двигался красный 232-й имени Облискомзапа полк. Западнее д.Ярославское, оборонялись отошедшие сюда 11-й Уральский егерский батальон и 41-й Уральский полк. Вначале, бой начался крайне неудачно для наступавших красных. Белые стрелки смогли ураганным огнем прижать к земле первый эшелон атакующих и сами перешли в контратаку. Под их сильным натиском, красный 232-й имени Облискомзапа полк начал отходить. Стоявший позади него в резерве красный 233-й Казанский полк, попал под сильный огонь белой артиллерии и увидев отходящие назад красные цепи, быстро выдвинул вперед два своих батальона. Перейдя в наступление, они прошли через отступающие цепи красноармейцев и совместно с присоединившейся к ним 4-й ротой 232-го имени Облискомзапа полка, бросились в атаку. Наступавшие белые были сбиты и отошли по дороге на д.Обухово. Преследуя их, красные цепи к вечеру заняли д.Ярославское, ведя бой с отступавшими белыми несколько восточнее деревни.

Для предотвращения прорыва, белое командование стало спешно перебрасывать на этот участок, стоявшие в тылу части 7-й Уральской дивизии горных стрелков. Выступив из д.Золотое (25-й Екатеринбургский и 26-й Шадринский полки), д.Байдары (27-й Камышловско-Оровайский и 28-й Ирбито-Перновский полки) и с.Марай (Отдельный Самарский гусарский дивизион), они прошли через д.Дубровное и к ночи расположилась биваком, не доходя километра до д.Обухово. По воспоминаниям офицера одного из полков Каликина, несмотря на октябрь, стояла чудная погода, и солнце пригревало довольно сильно. После того, как из дивизии забрали оренбургских казаков-пластунов, батальон Каликина из 27-го полка, остался почти без солдат и находился при обозе до прибытия пополнения.

Правее, красный 234-й Маловишерский полк готовился наступать из д.Раскатиха и д.Чернавское на д.Осиновка. Западнее последней, оборону занимали белые 43-й Верхнеуральский и 44-й Кустанайский полки, а так же находился штаб 11-й Уральской дивизии. Первый же день боев показал, что у белого командования не было крупных армейских резервов, чтобы противостоять красному маневру.

Находившаяся в резерве дивизии 2-я бригада Путны, к утру 15 октября 1919 года, сосредоточилась в районе д.Толстоверетинская. Упорное сопротивление, оказанное 4-м Ижевским полком в районе с.Глядянское, задержало правый фланг 26-й стрелковой дивизии и создало угрозу с юга наступавшим вперед остальным частям. В связи с этим, комбригу Путне было приказано направить основной удар своих полков на с.Давыдовское, а одним полком сменить в районе д.Межборная части бригады Кукурана.

К полудню, 229-й Новгородский и 231-й Сводный полки переправившись через охранявшийся 2-м отрядом особого назначения мост у д.Толстоверетенское, уже подходили к д.Чернавское. Отдохнув здесь три часа, полки ночью, в темноте, выступили на с.Давыдовское. По воспоминаниям красного комбата Мякишева, ночь была темная, но не холодная. Шедший в авангарде 229-й Новгородский полк, должен был пройти левее с.Давыдовского, через громадный овраг с крутыми берегами и выйти на д.Патраково, откуда зайти в тыл белым частям, обороняющимся у д.Осиновка. Со слов разведчиков, белые заняли позицию на северо-восточной стороне крутого оврага по опушке леса и при кострах заночевали в поле.

139

Схема переправ на участке 26-й дивизии.

Всего за 15 октября, частями красной 26-й дивизии было взято в плен 125 белых солдат и 1 офицер, захвачены 15 винтовок, 2 пулемета системы «Кольт», 1 пулемет системы «Льюис», 2 авторужья, кухня, 2 револьвера системы «Наган». Раненных в бою красноармейцев, направляли в стоявший в д.Орловка перевязочный отряд. Здесь, некоторые из них, от полученных ран умирали, как например красноармеец 232-го полка Давыдов Илья, уроженец Оренбургской губернии, Челябинского уезда, Шарламовской волости. Погибших от ран хоронили тут же, на окраине кладбища в с.Шмаково, где до сих пор имеется братская могила. В этот же день, в распоряжение начдива Эйхе прибыли 3-й легкий и гаубичный артиллерийские дивизионы, остановившиеся в д.Новоколмогорской, а так же тяжелый артдивизион 5-й дивизии, который остановился в д.Пименовке. По решения командарма, 3-й легкий артдивизион было решено оставить в 54-й дивизии, а всю тяжелую артиллерию передать в состав 26-й дивизии (48).

140

Фото: братская могила в с.Шмаково.

16 октября, приказом командарма №1668\н, частям 26-й дивизии была поставлена задача, развить начатое накануне наступление, и к исходу дня достичь линии дд.Байдары – Дубровное – Становая. Одновременно, полкам 54-й дивизии, было, приказано переправится через Тобол, и выйти на линию дд.Темляково – Щучье (Санино). Получив это распоряжение, начдив Эйхе приказал комбригу Путне к вечеру занять со своими полками д.Байдары и д.Марай, комбригу Рахманову развивать наступление своими частями на дд.Дубровное – Могильная, а комбригу Гайлиту занять линию дд.Козлово – Павлуцкая (Сотниково) – Становая. 2-я бригада Кукурана из 21-й дивизии, должна была продолжать ликвидацию белых у с.Глядянского. Прибывший в дивизию гаубичный артдивизион, было решено придать 3-й бригаде и двинуть из д.Лебяжье через д.Раскатиху на д.Обухово.

Но, планы планами, а жизнь диктовала свои задачи. На участке 2-й бригады 21-й дивизии, 185-й Шуйский полк совместно с 37-м полком, ночью заняли после упорного боя д.Костыльковскую, а на рассвете заняли д.Вонявино. Развивавший наступление по соседству, красный 187-й имени Володарского полк, на рассвете занял д.Дубровку, откуда наступал на северо-восток, с юга, во фланг и тыл белым, занимавшим позиции у с.Глядянское. Красный 184-й Костромской полк, в течение ночи несколько раз атаковал из с.Глядянское белые позиции на высотах с фронта и с глубоким обходом флангов, но белые каждый раз, отбивали эти атаки огнем. Красноармейцы понесли большие потери. 186-й Владимирский полк, как и было, задумано, двинулся в обход в юго-восточном направлении, но встретил упорное сопротивление на высотах севернее с.Глядянское и увяз здесь в бою, так и не выполнив поставленной перед ним задачи.

В этих боях под с.Глядянским, погибли белые солдаты из 4-го Ижевского полка Федор Сычев и доброволец Иван Михайлович Пьянков. Тем не менее, во второй половине дня, поскольку красные уже глубоко прорвали белую оборону на участке соседних частей, белые 42-й Троицко-Сибирский и 4-й Ижевский полки, а так же до 300 сабель казачьей конницы, оставили свои позиции у с.Глядянское. Немногочисленная колонна стала отступать на восток, в сторону д.Патраки, к основным силам Ижевской дивизии. Комбриг Кукуран, отдал приказ преследовать белых и достичь к исходу дня дд.Осиновка и Обухово.

Наступление красных полков должны были поддерживать 1-я и 2-я батареи 1-го легкого артдивизиона 21-й дивизии. Гаубичный артдивизион следовало вернуть в 3-ю бригаду 26-й дивизии, направив его через д.Раскатиху на д.Обухово, а 1-ю Путиловскую легкую батарею передать обратно во 2-ю бригаду 26-й дивизии.

К вечеру, 186-й Владимирский полк после упорного боя сбил белый арьергард с высот северо-восточнее с.Глядянского и наступает на юг, 184-й Костромской полк прошел с.Глядянское и преследует белых на восток, 185-й Шуйский полк стоит в д.Вонявино, а 187-й имени Володарского полк занимает д.Костыльковское. Двигаясь вперед, части 2-й бригады 21-й дивизии, к вечеру заняли д.Осиновка. По хранящимся в библиотеке с.Глядянское воспоминаниям А.Д.Лазарева, местные крестьяне с радостью встретили красноармейцев. На берегу р.Глядянка был поставлен стол с хлебом-солью, провели митинг. Задержка в наступлении 2-й бригады 21-й дивизии, объяснялась тем, что ее полки форсировали реку широким фронтом, не имея ударного кулака. Кроме того, на их участке оказалась одна из самых лучших белых частей — Ижевская дивизия, задержавшая наступление бригады на сутки.

Тем временем, части 2-й бригады Путны, всю ночь двигались на с.Давыдовское. Здесь, им очень помогли местные крестьяне. По хранящимся в Давыдовской школе воспоминаниям местных жителей, 16 мобилизованных в белую армию патраковских крестьян, ночью по логу ушли к красным. Это были Солодовников Ефим, Пашков Степан, Тимофеев Николай, Назаров Стефан, Пашков Костя, Максимов Дмитрий, Степанов Кузьма, Новиков Иван, Новиков Алексей, Семенов Федот. В Чугунном колке, недалеко от с.Давыдовского, они вышли к наступавшим красным и быстро провели части 2-й бригады 26-й дивизии по руслу речек Черная и Чернавка, в район дд.Осиновки и Патраково.

Двигавшийся в авангарде 1-й батальон красного 231-го Сводного полка, должен был атаковать с.Давыдовское, а 2-й батальон – обследовать опушку леса справа от села. Это должно было гарантировать 1-й батальон от неожиданного удара, так как предполагалось, что белые от реки Тобол могут отходить через с.Давыдовское. Левее наступал 229-й Новгородский полк.

Перед рассветом, командир 1-го батальона Рундуков и военком Васильев, не доходя 5 километров до с.Давыдовского, рассыпали красноармейцев из походной колонны в две цепи, причем 3-я рота была оставлена в резерве. К селу удалось подойти вплотную и застать белых врасплох. Беспорядочную стрельбу открыло сторожевое охранение, но уже было поздно. Красноармейцы 1-го батальона Рундукова, с криком «ура» заняли село. Успеху атаки, в значительной мере способствовали активные действия красных артиллеристов. Командир 1-го легкого артдивизиона Марушев Александр Федорович, лично с разведкой первым ворвался в с.Давыдово, незанятое еще красной пехотой, где взял в плен одного младшего офицера нестроевой роты 2-го Ижевского полка и солдат, а так же 70 повозок. По его команде, 2-я Симбирская конная батарея прошла за село и, встав на позицию, своим огнем поддержала наступление красной пехоты. Затем, с одним из орудий, Марушев выдвинулся прямо в цепь и прямой наводкой стал расстреливать белых, которые отступили.

Еще более успешными, были действия сражавшегося по соседству красного 229-го Новгородского полка. Всю ночь, его колонны двигались оврагами по берегам речек Чернавка и Черная. Не доходя одного километра до с.Давыдовского, полк остановился. Вперед была выслана 4-я рота, с задачей разведать дорогу из с.Давыдовского на д.Осиновку, где за селом были видны горящие костры, и находилась белая батарея. Вскоре, весь полк двинулся дальше. В его авангарде шли конные разведчики с командиром полка и комиссаром. Пройдя без боя с.Давыдовское, они стали переходить овраг.

Обнаружив внезапно красных у себя под боком, стоявшие здесь на биваке белые солдаты дико запаниковали. Их обозы побежали кто куда, а артиллерийская батарея заметалась, не зная, что делать. Тем временем, красные конные разведчики уже перебрались на другой сторону оврага, и пошли в атаку на белый обоз и батарею. Было захвачено 1 трехдюймовое орудие, 2 зарядных ящика, 1 пулемет и несколько повозок с вещами. Следом за конницей, овраг перешла и красная пехота. Командир полка спешно развернул ее в цепь и двинул 1-й батальон на д.Патраки, а 2-й батальон – на д.Осиновку, где оборонялись главные силы белой 11-й Уральской дивизии. Командир 229-го Новгородского полка с 2-м батальоном, лично зашел в тыл белым, сражавшимся у д.Осиновка. Когда белые заметили этот маневр, сил для парирования обхода у них уже не оставалось. В бой пришлось бросить личные конвои командарма Сахарова и комкора Космина, которые открыли сильный пулеметный огонь по наступавшей на них красной цепи. Но окруженные со всех сторон, белые вскоре заметались ища выход. Наконец, им удалось прорваться на дорогу ведущую, на д.Байдары. При этом по пути, пришлось бросить 2 тяжелых орудия и 40000 патрон.

Тем временем, комбат Рундуков со своим 1-м батальоном и конной разведкой, обошел д.Патраки и перехватил дорогу идущую на д.Байдары. Командовал этой группой пошедший с ними комиссар полка С.П.Васильев. Вскоре, показался отступавший от д.Осиновка белый обоз. Его прикрывали конные казаки. По ним ударили залпами. Казаки быстро отскочили и скрылись в лесу, а брошенный ими обоз замешкался, телеги сгрудились в одну кучу. Кругом него вспыхивали огоньки выстрелов и свистели пули над мечущимися людьми. Кто-то кричал отчаянно:

- Понужай, понужай, братцы!

Слышались голоса:

- Товарищи, сдаемся! Не стреляй!

Стонали раненные. Гул выстрелов, громкие крики людей, храп загнанных и раненных лошадей смешались в сплошной рев и вой. Видя это, команда конной разведки 229-го полка выхватила шашки и пошла в атаку. Черные тени всадников обрушились на повозки. Махая руками, они рассыпали повсюду холодную сталь ударов. Было зарублено до 30 белых солдат, еще 65 взято в плен, захвачены 1 пулемет системы «Кольта» и 32-35 повозок обоза.

Здесь же, отступал и штаб белого Уральского корпуса, с прибывшим командармом генералом Сахаровым. Командарм с одним офицером ехали на автомобиле, и попали прямо под залповый огонь красной пехоты. Было видно, как впереди красная конница уже рубила шашками. Видя это, автомобиль повернул вправо в лес и, проскочив на виду у красноармейцев поскотину, скрылся из-под обстрела, уехав по дороге на д.Александровку.

За этот бой, комиссар Васильев был позднее награжден Орденом Красного Знамени. Заняв деревни Осиновка и Патраки, оба красных батальона вернулись обратно в с.Давыдовское, куда привезли кухни с обедом. К вечеру, весь 229-й Новгородский полк перешел в д.Патраки, где заночевал.

Таким образом, исход боя под д.Осиновкой, был решен обходом и ударом с тыла. В ходе этих боев, 229-м и 231-м красными полками были взяты у с.Давыдовское, дд.Одино и Патраки всего 220 пленных, в том числе 1 офицер и 1 юнкер, захвачены 1 орудие, 1 пулемет системы «Максим», 2 пулемета системы «Кольт», 1 пулемет системы «Льюис», 100 снарядов, 13000 патрон, 50 повозок, несколько десятков винтовок, 85 лошадей. В числе пленных были рядовой Этмонтов Яков из гаубичной батареи 11-го Уральского артдивизиона и солдат Тукмачев Григорий из 3-го Ижевского полка. На поле боя, был найден труп убитого белого штабс-капитана, погибшего простой офицерской смертью. Атака. Тупая боль, правая нога одеревенела – он упал. Его рота отходит в лощинку и его криков никто не слышит. Цепь красных приближается медленно, но верно. Ну что же! Вынимает наган. Как все естественно и логично: рота отходит, смерть приближается! Офицер приложил револьвер к виску, нажал курок. Дернувшись в сторону, голова расцвела алым цветком маленькой кровавой ранки. Обычная смерть. Таких было десятки до него, и будут после.

Потери красных в обоих полках составили – 1 убитый и 7 раненных. Заночевали красноармейцы в занятых селениях. Ночью, сторожевое охранение несколько раз подвергалось нападениям белых, в том числе и с тыла. От пленных все знали, что где-то позади в кольце, осталась целиком вся грозная Ижевская дивизия. Бой с таким противником не сулил быть легким. Тем не менее, ночь прошла спокойно. В это время, по воспоминаниям белого полковника-ижевца Ефимова, у них прервалась связь со штабом группы, и стало известно, что красные уже заняли с.Давыдовское. Генерал Молчанов со штабом, нашел и собрал воедино 1-й, 2-й и 3-й Ижевские полки, после чего повел их на северо-восток, для прорыва из окружения, в котором оказалась его дивизия. Шли, охраняясь во все стороны. На короткий ночлег остановились в летнем становище киргиз. Таким образом, дивизионный резерв (2-я бригада 26-й дивизии) был в первый же день использован для развития удара.

На участке 3-й бригады Рахманова, к утру, белая 11-я Уральская дивизия занимала позицию правым флангом на дороге из д.Камышная в д.Обухова, затем по западной окраине д.Ярославская и далее к югу, в 4-5 км западнее д.Осиновка. Утром, ее частям был отдан приказ атаковать красных и сбросить их в Тобол. Наступление должны были поддержать, подошедшие к месту боя части белой 7-й Уральской дивизии горных стрелков.

Однако красным удалось смешать все планы белого командования. Едва рассвело, как 232-й имени Облискомзапа полк атаковал белых в 2 километрах западнее д.Осиновка. Одновременно, началась стрельба к юго-востоку от Осиновки, и густые цепи красных показались со стороны с.Давыдовское, атаковав д.Осиновку с востока. Белым полкам стало грозить окружение. В этих условиях, начдиву генералу Беляеву, ничего не оставалось, как бросить в бой свой последний резерв – 11-й Уральский егерский батальон. Атаковав красных, егеря остановили их цепь, не дав противнику занять д.Осиновку с востока и выйти в тыл полкам 11-й Уральской дивизии, ведущим бой западнее и северо-западнее д.Осиновки. Но, усилившись, красные перешли в контрнаступление и начали теснить 11-й Уральский егерский батальон.

Под угрозой окружения, части белой 11-й Уральской дивизии с боем оставили д.Осиновку и отошли 5-6 километров на северо-запад. При этом красноармейцами 1-го батальона 232-го имени Облискомзапа полка под командованием комбата А.Г.Шаркова, были захвачены 2 тяжелых орудия, 2 пулемета, артиллерийский обоз с 52 ящиками снарядов. За это Шарков, был впоследствии награжден Орденом Красного Знамени.

Отступив, белые попытались окопаться в 4 километрах восточнее д.Осиновки, но были отброшены преследующими их красноармейцами. После этого, 11-я Уральская дивизия отошла южнее д.Дубровная, перехватив дороги из д.Патраково на д.Байдары и с.Марай.

Неудачей, закончилась, и попытка 7-й Уральской дивизии горных стрелков контратаковать красных. На рассвете, ее полки двинулись из д.Обухово на д.Ярославскую. В авангарде шел Самарский гусарский конный дивизион и 26-й Шадринский полк с легкой и гаубичной батареями. За ними следовали главные силы дивизии – 27-й Камышловско-Оровайский полк с легкой батареей, 28-й Ирбитско-Перновский и 25-й Екатеринбургские полки. В резерве в д.Обухово, был оставлен 7-й Уральский егерский батальон, охранявший дороги со стороны дд.Нагорская и Осиповка.

До д.Ярославской оставалось всего 3 километра, когда навстречу показались наступавшие цепи красноармейцев 233-го Казанского полка. После ожесточенного трехчасового огневого боя, красным удалось глубоко обойти левый фланг белых горных стрелков, по дороге из д.Ярославское на д.Дубровное. Тесня противника, 233-й Казанский полк вышел на 4 километра западнее д.Обухова, ведя ожесточенный бой с упорно сопротивляющимися частями белой 7-й Уральской дивизии горных стрелков.

В этом бою, красноармеец команды конной разведки Мамин Максим Васильевич, вместе с 3 своими товарищами, первым бросился на белый пулемет, захватил в плен его расчет и открыл из захваченной стальной машины огонь по врагу. В ходе боя, отважный боец был ранен в руку, но остался в строю. К полудню, последним отчаянным натиском, 233-й Казанский полк после упорного 8-часового боя занял д.Обухово, захватив в бою 2 пулемета. Сражавшиеся здесь белые 25-й Екатеринбургский и 26-й Шадринский полки, а так же «Дружина Святого Креста» очень неудачно вели бой, порознь поднимались в контратаки и несли поражение по частям. Отступив, белые отошли на позиции в 3 километрах восточнее д.Обухово по дороге на д.Дубровное. В резерве комбрига Рахманова оставался 234-й Маловишерский полк, стоявший одним батальоном в д.Ярославское, а другим батальоном в д.Раскатиха.

За день, потери 232-го имени Облискомзапа полка составили 36 убитых, 144 раненных, 48 пропавших без вести, а 233-й Казанский полк потерял 1 убитым и 10 раненных (прим.42). Вероятно, именно эти погибшие и были похоронены в братской могиле на кладбище в д.Обухово. При этом со слов местных жителей, в одной могиле были погребены и белые солдаты и красноармейцы, которых собрали после боя под д.Обухово. Так же, в этот день, в бою погиб и крестьянин из д.Обухово Федор Евфильевич Анисимов.

141

Фото: памятник на братской могиле в д.Обухово.

Таким образом, на 3-ю бригаду легла основная задача развить прорыв фронта белых в глубину. Встречая упорнейшее сопротивление противника, бригада, беспрерывно наступая, прошла с боем 30 километров, закончив глубокий прорыв фронта белых. Ее действия, могут служить примером упорства и стремительности в достижении цели.

В этот день, белое командование попыталось нанести контрудар и на участке 1-й бригады Гайлита. Для этого, в ночь с 15 на 16 октября, из резерва, была срочно переброшена белая 1-я Самарская дивизия. Ей ставилась задача перейти в наступление и разбить полки красной 1-й бригады, двигавшиеся в северном направлении вдоль берега Тобола. Для удара были сосредоточены 2-й Самарский и 3-й Ставропольский полки, с двумя легкими батареями (4 орудия), 1-м Самарским егерским батальоном, 4-м Оренбургским казачьим полком (без одной сотни), саперной ротой (180 человек) и одной сотней Травниковского казачьего дивизиона. Ими командовал помощник начдива Сахаров. Открыв из 4 орудий сильный огонь, они в ночь с 15 на 16 октября, начали атаку д.Нагорское с северо-востока, востока и юга.

По воспоминаниям местных жителей, хранящимся в библиотеке д.Нагорской, один из снарядов пробил стену деревянного дома Петровых, а в 60-е годы у церкви нашли неразорвавшийся снаряд. Сторожевое охранение красных проспало приближение врага. Опасность обнаружилась лишь тогда, когда под окнами занятых красноармейцами домов в д.Нагорское, внезапно началась залповая стрельба.

Проснувшись, красноармейцы лавиной выбежали на улицу. Одной из пуль, был наповал убит командир 228-го Карельского полка Миланин. Видя, что белые подошли совсем близко, роты красного 228-го полка в беспорядке отошли на позиции южнее д.Нагорское, а двое красноармейцев дезертировали из полка. При этом красная артиллерия не произвела в их поддержку ни одного выстрела.

Заняв северную часть села, белая пехота и казаки, при поддержке огня артиллерии, стали развивать наступление дальше и теснить левый фланг красных, которые из-за отсутствия у бойцов патронов спешно отходили. В полковых обозах началась паника, а красная артиллерия не имела путей для отхода и вообще стояла не на позиции. Вскоре, обходя правый фланг, белые оттеснили два батальона красного 228-го Карельского полка на половину дороги между дд.Нагорское и Камышное.

Казалось, что бой безнадежно проигран. Но в это время, под огнем, заворужием 3-й роты 228-го полка Буздугин Яков Григорьевич смог пробраться в цепи и доставить так необходимые бойцам патроны. Благодаря этому, атаки белых были отбиты огнем.

Стоявший у д.Нагорское красный батальон 226-го Петроградского полка, когда белые начали наступать в темноте на деревню, так же отошел по дороге на Камышное. Успели вырваться из деревни, и стоявший там штаб 226-го полка с командой конной разведки.

Установив связь со своим отступившим батальоном, красный комполка Богданов двинул его обратно на северную окраину д.Нагорское. Еще один батальон 226-го Петроградского полка, так и продолжал стоять в 3 километрах от д.Нагорское по дороге на д.Обухово. Красная 3-я Ржевско-Новгородская батарея находилась на позиции в 1,5 километрах по дороге на д.Камышная.

Одновременно с атакой на д.Нагорское, белый 4-й Оренбургский запасной казачий полк начал наступать на 1-ю роту красного 227-го Владимирского полка, которая под давлением казаков, оставила переправу через Тобол у с.Утяцкое. Тем самым, прервалась связь с 2-м батальоном 227-го полка, оставшимся в тылу белых на восточном берегу. Тогда, командир 1-го батальона Ометов отыскал лодку, переплыл Тобол и нашел 2-й батальон. Под его командованием, пользуясь густым утренним туманом, батальон вышел к переправе и неожиданно ударил в тыл белым, сбив их, после чего благополучно ушел на западный берег.

Таким образом, к утру, красный 227-й Владимирский полк был расположен по одной роте в дд.Предино, Вавилово, Утяцкое, еще один батальон в с.Утяцкое. Весь берег к северу от д.Нагорской был очищен от красных и занят 1-й Самарской дивизией, а белая артиллерия обстреливала переправу.

Положение надо было срочно восстанавливать и с утра, красный 228-й Карельский полк начал наступать на занятое белыми д.Нагорское. По дороге, красноармейцы столкнулись с наступавшими им навстречу на д.Камышное белыми 2-м Самарским и 3-м Ставропольским полками, а также стало известно, что по дороге из д.Митино, на д.Камышное наступает 1-й Самарский егерский батальон. Штаб 1-й Самарской дивизии остановился в д.Заборской. Начался огневой бой.

Когда белые в него втянулись, команда конной разведки 226-го Петроградского полка, во главе с самим комполка Богдановым, внезапно атаковала левый фланг белых. Завидев развернувшуюся в лаву команду конной разведки, в несколько десятков всадников, растущих с каждым мгновением, белые солдаты сопротивления не оказали. Их взгляд парализовали поблескивающие в руках обнаженные шашки, ощущение тошнотворной слабости разливалось по телу, отчетливо были видны развевающиеся по ветру шинели старого русского образца. Миг, и всадники подскакивают вплотную, окружают, круто осаживая разгоряченных коней, не видя сопротивления, как-бы в раздумье опускают занесенные шашки.

Под этим ударом, вся белая 1-я Самарская дивизия стала отступать. При чем, ее артиллерия и обозы отходили на виду у красных, но из-за заканчивающихся у бойцов патронов не были отбиты. Белая артиллерия вела бесцельный артогонь, а красная артиллерия вообще молчала. 1-я Самарская дивизия отступала по дороге на д.Заборское, за нею следовал красный батальон 226-го Петроградского полка. Вероятно, одним из отступавших был потерян и этот затвор от винтовки, найденный в окрестностях д.Заборская. После полудня, красноармейцы с боем заняли д.Заборская, потеряв раненным Курочкина Василия, уроженца Пензенской губернии, с.Лопатино и захватив 2 пулемета системы «Кольт», 2 пулемета системы «Гочкис» и 1 кухню.

142

Затвор от винтовки системы Мосина №132803 (снимок Беличева А.).

Одновременно, красный батальон 227-го Владимирского полка с боем переправился через Тобол у с.Утяцкое и двинулся вдоль берега на д.Темляково, которую занял после полудня, взяв в плен 23 белых солдата. Это позволило глубоко обойти левый фланг белой 13-й Сибирской дивизии, отступившей к д.Новозатобольное. Отход белых стрелков-сибиряков шел с боем. Обследование стрелковых ячеек севернее д.Нагорское, позволило обнаружить массу гильз от «Лебеля», «Ли-Эндфилда», «G 17. F. 4», пулю от патрона к японской винтовке «Арисака», а так же два эфеса от казачьих шашек. Судя по локализации находок, белые откатывались, ведя перестрелку.

143

Фото: записка из жетона найденного Беличевым.

В одном месте в лесу, напротив д.Новая, была найдена поляна радиусом в пару десятков метров, практически вся усыпанная гильзами, россыпью патронов, патронами в обоймах, пустыми обоймами. В основном, это были гильзы и патроны к винтовке «Лебель» и «Ремингтон». Вокруг поляны имелось множество одиночных стрелковых ячеек, так же усыпанных стреляными гильзами. Очевидно, именно здесь был эпицентр боя, когда белые стрелки пытались задержать наступающих красных. Здесь же, на лесной дороге вблизи с.Нагорского, Беличевым Антоном была найдена уникальная вещь – жетон с запиской и молитвой на обороте, в котором указаны личные данные бойца белой армии.

144

Фото: записка из жетона.

К вечеру, красные 228-й Карельский и 226-й Петроградский полки восстановили утраченное накануне положение и сосредоточились в дд.Нагорская и Заборская, выставив сторожевое охранение северо-восточнее д.Заборской по направлению к д.Обухово. По приказу комбрига, они должны были наступать на д.Митино. При этом у красноармейцев оставалось всего лишь по 10-15 патронов на человека. Белые 2-й Самарский и 3-й Ставропольский полки, 1-й Самарский егерский батальон, 4-й Оренбургский запасной казачий полк сосредоточились на позиции восточнее д.Заборской вблизи деревни. Другая часть дивизии – 1-й Волжский и временно приданный 30-й Сибирский Чернореченский полки находились в д.Новоутяцкой (Ровная), на позициях к востоку от нее. Волжская кавбригада полковника Нечаева сосредоточилась в д.Митино. Всего, за 16 октября, 228-й Карельский полк потерял в бою 8 убитых, 10 раненных и 25 пропавших без вести, а потери 227-го Владимирского полка составили 3 убитых и 28 раненных. Вероятно, именно эти погибшие бойцы 1-й бригады и похоронены в братской могиле у д.Нагорской. Хотя по другим сведениям, здесь погребены захваченные белыми в плен и расстрелянные красноармейцы, либо солдат белой армии Роман Ерасов, убитый при попытке перейти к красным.

145

Фото: могила у д.Нагорское.

Всего, за 16 октября, части 26-й дивизии потеряли 55 убитых, 219 раненных и 54 пропавших без вести. В свою очередь, ими были взяты 289 пленных, в том числе 1 офицер из Ижевской и 1 юнкер из 11-й Уральской дивизий, 15 солдат из 44-го Кустанайского, 15 – из 41-го Уральского, 224 – из 43-го Верхнеуральского, 23 – из 11-го Сенгилеевского полков, 12 – из 3-го Симбирского егерского батальона, а так же захвачены значительные трофеи:

226-й полк – 2 пулемета системы «Кольт» и 2 авторужья;

228-й полк – 1 пулемет системы «Кольт» и 35 винтовок;

229-й и 231-й полки – 1 легкое трехдюймовое орудие, 4 пулемета системы «Максим», 2 пулемета системы «Кольт», 1 пулемет системы «Льюис», 100 снарядов, 13000 патрон, 50 повозок (часть с шанцевым инструментом), 3 повозки с обмундированием, 85 лошадей;

232-й полк – 2 тяжелых орудия, 2 пулемета системы «Кольт», артповозки, 60 ящиков снарядов; 233-й полк – 2 пулемета системы «Кольт» и повозки.

Два захваченных у белых 6-дюймовых орудия оказались без замков и были сданы на артсклад, а одно взятое у белых 3-дюймовое орудие оказалось исправным, и было передано во 2-ю Симбирскую батарею. Пока полки 26-й дивизии вели ожесточенные бои, саперы 26-го инждивизиона работали, не покладая рук. Ими были исправлены: наплавной пешеходный мост у д.Темляково, два моста для тяжелой артиллерии у с.Утяцкого, мост у д.Большесосновки, мост у д.Большесосновки через речку Талицу, мост у д.Толстоверетенской, мост на плотине к востоку от д.Лебяжье, мост через речку Глядянку у с.Глядянского, построены мост у д.Большесосновки, 4 моста по дороге из д.Толстоверетенской в д.Чернавское (1 мост через речку Глядянку, 3 моста через ручьи), один мост севернее д.Островной, один мост у д.Толстоверетинской, паром севернее Островной. 1-й особый отряд находился в д.Меньшиково, 2-й особый отряд стоял в д.Ключевское, 3-й особый отряд занимал д.Степное, 12-й особый отряд стоял в д.Камышевское.

Несколько хуже обстояли дела у соседей. Еще в ночь на 16 октября, части красной 2-й бригады 54-й дивизии, сменили 3-ю бригаду 27-й дивизии на участке д.Предина – д.Бараба – д.Черемухово. При этом красный 481-й полк находился на позиции от д.Черемухово по западному берегу реки Тобол до устья р.Лебяжьей, 482-й полк занимал участок от этого места и далее по западному берегу реки в 3-4 километрах от берега, а 483-й полк стоял в резерве в д.Курчальская. Поддерживавшая их действия красная 5-я Смоленская батарея стояла на позиции в лесу, в километре к западу от дороги из д.Меньшиково в д.Черемухово. Частям 54-й дивизии было приказано форсировать реку Тобол у д.Предино, после чего занять дд.Темляково и Санино (Щучье).Однако, не успели части дивизии приступить к переправе, как на их участке, белые сами предприняли несколько попыток форсирования.

146

147

Фото: остатки старых переправ у д.Предино и найденные в этом районе ведущие пояски от 76-мм и 114-мм снарядов (снимок Усачева).

На рассвете, под прикрытием огня артиллерии, белая пехота подошла у д.Ильина к берегу реки Тобола, чтобы ее форсировать. Находившаяся на западном берегу, застава красноармейцев из 481-го полка разбежалась. Белой разведке удалось переправиться на западный берег, но высланная рота красной пехоты восстановила положение.

Ближе к полудню, 50 белых солдат вновь пытались переправиться через реку у д.Колмогорово, но были отбиты артогнем и отогнаны от восточного берега. С наступлением темноты, белая пехота снова пыталась переправиться у д.Ильина под прикрытием артогня и красная застава снова разбежалась, но подошедшее вовремя подкрепление открыло огонь и не допустило противника на западный берег.

У красных, попытку переправиться предпринял один лишь 482-й полк. Он достиг ныне не существующей д.Предеино, но белые, заметив движение красных колонн, открыли усиленный артогонь по деревне и зажгли ее. Под градом снарядов, красноармейцы залегли на западном берегу, а затем отошли обратно. Тем более что от окраины д.Предеино до берега Тобола, было около полутораста метров открытого, полностью простреливаемого пространства, преодолеть которое было нелегко.

Пролетавший над деревней на аэроплане «Сопвич» белый летчик Кукуранов и наблюдатель Бочков, заметили разрывы снарядов прямо в деревне и горящие дома. Особенно сильно пострадала от огня та часть деревни, что была ближе к Тоболу. До сих пор, после вспашки, здесь обнаруживаются большое количество обгоревшего дерева, прослоек золы и углей, вперемежку с различными бытовыми предметами, остатками печной кладки и скобяными изделиями.

От осколка снаряда, в д.Предеино погиб 55-летний местный крестьянин Василий Михайлович Фомин. При обследовании, на месте деревни в массовом порядке обнаруживаются осколки и ведущие пояски от снарядов. Обстрел там был жесточайший. Лишь одной роте красноармейцев удалось переправиться через реку и начать наступать на д.Темляково, но она была отбита огнем и ушла обратно за реку. До вечера, на всем участке 2-й бригады 54-й дивизии шла редкая ружейно-артиллерийская перестрелка. За день, 481-й полк потерял 2 убитых, а потери 482-го полка составили 2 раненных (в том числе 1 смертельно контужен). На помощь к передовым частям был направлен 3-й батальон 483-го полка. 1-я бригада 54-й дивизии, участия в общем наступлении не принимала и была изолирована в тылу, в связи с вспыхнувшей в ней эпидемией испанки (49).

148

149

Фото: пуговицы от формы найденные на д.Предеино (снимок Усачева).

Таким образом, уже в первый день наступления, основные части красной 5-й армии форсировали реку и значительно расширили плацдармы на ее восточном берегу. Наступали дни решающих боев. Драматичность ситуации понимал и командующий белыми войсками генерал Сахаров. Он видел, что красным удалось переправиться через Тобол и прорвать растянутое положение войск Уральского корпуса. Как он позднее вспоминал: «несмотря на героическое сопротивление наших частей, которые несли огромные потери убитыми и ранеными, нечем было парализовать этого прорыва; большевики устремились в него, стараясь снова выйти к железной дороге, в тыл нашей армии. … Многочисленные атаки большевиков отбивались нами всюду, где только были наши части. Но красные лезли в промежутки, шли степями, без дорог, выходили в тыл. Ижевская дивизия с 14 по 19 октября, была отрезана совершенно и окружена большевиками».

В этой сложной ситуации, генерал Сахаров сам выехал к Уральскому корпусу, где под д.Патраки, даже едва не попал в плен к красным. По оценке Эйхе, именно в этот день определился общий успех красного наступления. Стремительным ударом через д.Чернавское, части красной 26-й дивизии заняли линию д.Патракова – д.Осиновка – д.Обухова – д.Заборская и прорвали фронт белых. Попытка белых заполнить прорыв, бросив в бой резервные 1-ю Самарскую и 7-ю Уральскую дивизии, не увенчалась успехом.

17 октября 1919 года, успех первых дней переправы, был закреплен на всем участке красной 26-й дивизии. На рассвете, 226-й Петроградский полк с 3-й Ржевско-Новгородской батареей походным порядком двинулись из д.Нагорской на д.Обухово, прошли ее и вскоре заняли д.Митино. Красный 228-й Карельский полк сосредоточился на рассвете в д.Заборской и на рассвете, два его батальона двинулись по дороге на д.Обухово. Весь путь прошел в перестрелке с казачьей сотней, прикрывавшей отступление отряда Сахарова (2-й и 3-й полки, 1-й Самарский егерский батальон, 4-й Оренбургский казачий полк без одной сотни, две легкие батареи и одна сотня Травниковского казачьего дивизиона).

Белые колонны отходили от д.Заборской на северо-восток, но были обстреляны пулеметным огнем и повернули на север. Вскоре, колонна 228-го Карельского полка вошла в д.Обухово. Красный командиры, уверенные, что передовые части их прикрывают, встали на привал при слабом охранении. Воспользовавшись этим, казачья сотня незаметно подошла к д.Обухово, сбила сторожевое охранение и ворвалась в расположение полка. Паника не возникла, лишь благодаря открытому вовремя пулеметному огню. Попав под него, казаки с потерями отхлынули обратно.

В этом бою, 228-й полк потерь не понес. После полудня, два батальона 228-го Карельского полка двинулись из д.Обухово дальше в д.Митино, а еще один батальон остался в д.Заборской. К вечеру, 226-й Петроградский полк занимал позицию в 200 метрах северо-восточнее д.Митино, упираясь левым флангом в р.Утяк в полуверсте северо-западнее деревни, а правый фланг, протянув к д.Могильной, где находился соседний красный 233-й полк. Два батальона 228-го Карельского полка остановились на позиции по юго-западному берегу р.Утяк, протянув левый фланг к д.Анчутино в 1,5-2 километрах южнее ее. Потери красных полков 1-й бригады за день были небольшими (прим.43).

На участке 3-й бригады Рахманова, на рассвете, белые 25-й Екатеринбургский и 26-й Шадринский полки, с двумя легкими и одной гаубичной батареями, выступили из д.Дубровное по дороге на д.Обухово. Цепи 25-го полка наступали левее дороги, а цепи 26-го полка двигались правее дороги. За авангардом, следовали главные силы дивизии – 27-й и 28-й полки, 7-й Уральский егерский батальон, Самарский гусарский дивизион. Вскоре, они остановились в 3 километрах восточнее д.Обухово. Красные занимали деревню. Белая пехота окопалась на опушке леса в 2 километрах восточнее д.Обухово и приготовилась к атаке.

Не подозревая о приближении противника, в д.Обухово в это время стоял красный 1-й батальон 234-го Маловишерского полка. В полдень, белая артиллерия неожиданно открыла огонь по деревне и зажгла д.Обухово в трех местах. Одновременно, цепи белых стрелков-уральцев бросились в атаку и заняли д.Обухово, взяв пленных из 233-го и 234-го красных полков, а так же захватив много повозок. Стоявший в деревне красный батальон в панике отошел. Этим ударом, белые вышли в тыл красным 232-му имени Облискомзапа и 233-му Казанскому полкам, находившимся северо-восточнее и юго-восточнее от д.Обухово.

Прорыв необходимо было срочно ликвидировать и 233-й Казанский полк начал наступать из д.Новоутяцкое во фланг и тыл белой 7-й Уральской дивизии. Одновременно, командир красного 234-го Маловишерского полка Василий Васильевич Нератов, привел две роты отступившего из д.Обухово 1-го батальона в порядок, рассыпал их в цепь, и лично руководя, под сильным огнем бросился в атаку.

Под угрозой охвата, белая 7-я Уральская дивизия горных стрелков была вынуждена оставить д.Обухово и, не приняв штыкового боя, отступить на д.Малодубровное. При этом в ходе огневого боя у д.Обухово, инструкторская рота белого 28-го Ирбитско-Перновского полка стоявшая на правом фланге, была атакована сотней красной конницы с обоих флангов. Рота, несмотря на свою малочисленность (24 штыка), под командованием подпоручика Соколова, проявила большую стойкость и отбила все атаки красных. При этом отважный комроты был дважды ранен, но оставался в строю. Лишь расстреляв все патроны, рота отошла, а ее передовые и боковые дозоры были зарублены красными кавалеристами.

К вечеру, прорвавшись из намечавшегося окружения, части белой 7-й Уральской дивизии горных стрелков вели бой в 3-4 километрах к западу от д.Дубровная. При этом 28-й Ирбитско-Перновский полк занимал позицию от северного угла озера, что западнее д.Дубровная и оборонял дороги, ведущие на  запад, северо-запад и север, 7-й Уральский егерский батальон перешел в д.Сумки, а 25-й Екатеринбургский и 26-й Шадринский полки встали в резерве на опушке леса у дороги на д.Золотое, в 1,5 км восточнее д.Дубровное. Две легкие и одна гаубичная батареи стояли на позиции восточнее д.Дубровное.

К вечеру, в 5 километрах восточнее д.Новоутяцкой вышел 4-й Оренбургский запасной казачий полк. Красный 232-й имени Облискомзапа полк, провел ночь в поле, стоя в 3 километрах восточнее и северо-восточнее д.Осиновки. Днем, красноармейцы двинулись на д.Дубровное (Малодубровное), но внезапно узнали о том, что части белой 7-й Уральской дивизии горных стрелков отходят от д.Обухово и находятся у них в тылу. Развернувшись в боевые порядки, 232-й имени Облискомзапа полк вступил с ними в бой в 6 километрах восточнее д.Осиновки, потеряв раненными: командира взвода команды конной разведки Фитоненко Гаврила, Рославский уезд, д.Бараново, начальника пулеметной команды Костина Афанасия Сергеевича, Сычевского уезда, д.Михалево и пулеметчика Бобыкина Дмитрия Никитовича, Шадринский уезд, д.Кирды (?).

150

Фото: памятник в д.Ровная (снимок автора).

Красный 233-й Казанский полк, на рассвете стал наступать из д.Обухово на д.Могильное. Одновременно, навстречу ему, по дороге из д.Новоутяцкое на д.Обухово, двигался 1-й Волжский и 30-й Сибирский Чернореченский полки, с одним эскадроном Волжской кавбригады, одной легкой и гаубичной батареями. Вся же Волжская кавбригада с конной батареей, выступила с утра из д.Новоутяцкой, зашла красным в тыл, перерезав дорогу из д.Камышное в д.Обухово, после чего стала наступать на красных с запада.

Штаб 1-й Самарской дивизии с сотней Травниковского казачьего дивизиона находился в д.Митино. Бой развернулся на высотах, в 4 километрах к северо-востоку от д.Обухово. Авангард, встретив цепи красных начал отход. Брошенный в атаку Волжский уланский кавполк смог опрокинуть красных, но лесистая местность помешала развить успех конной атаки. Приведя себя в порядок, красный 233-й Казанский полк перенес основную силу удара на левый фланг белой 1-й Самарской дивизии и, развивая наступление, с боем занял д.Новоутяцкое (Ровная). При этом красноармейцы, штыками выбили противника из деревни.

Отбитый здесь у белых из плена красноармеец 226-го полка рассказал, что их полк, стоявший левее в 6 километрах, под натиском белых начал отход и белые его преследуют. Выходило, что 233-й Казанский полк не только вырвался вперед, но и оказался отрезанным. О том, что в его тылу, вдобавок белые уже заняли д.Обухово, никто даже и не подозревал. Все комбаты донесли, что у бойцов уже закончились патроны, позади, была холодная ночь, люди были плохо одеты, голодны. В этих условиях, комполка принял решение отступать обратно. Именно это движение и встревожило начдива белой 7-й Уральской дивизии, заставив его отвести свои части, из уже занятой белыми д.Обухово.

По дороге, в 4 километрах от д.Новоутяцкое (Ровная), отступавшие красноармейцы-казанцы, встретили спешащий к ним на помощь красный 234-й Маловишерский полк. Одновременно из 185-го полка подвезли, так необходимые патроны. Пока части приводили себя в порядок, авангард 234-го Маловишерского полка, подходя к д.Новоутяцкое (Ровная), уже попал под сильный огонь белых и начал отходить. Узнав об этом, комполка Нератов лично выехал в цепь, остановил отступавший полк и, совместно с 233-м Казанским полком, перешел в контратаку.

Разгорелся сильный огневой бой. В ходе его, помощник начальника команды связи 234-го полка Аржаков Андрей Иванович, уроженец Симбирской губернии, Курмышского уезда, с.Алферьевское, под сильным огнем держал связь с передовыми цепями, за что ему была объявлена благодарность в приказе по армии.

Во время атаки казаков, красноармеец 7-й роты 233-го Шалямов Г.И не растерялся, а первым бросился на казаков, увлекая за собой бойцов, и в бою отнял 1 винтовку. Другой красноармеец той же роты Петр Иванович Новоселов, Челябинский уезд, Рижанская волость, д.Малочирики, находясь в передовой цепи, несколько раз бросался в контратаку, был ранен, но остался в строю. Большую храбрость проявил и начальник пулеметной команды 233-го полка Игонин Семен Федорович, Самарская губерния, Бугульминский уезд, Поповская волость, д.Репово. Отбивая огнем белые контратаки, он был ранен, но остался в строю. В бою, при атаке деревни, в передовой цепи шел комиссар 233-го полка Захар Гаврилович Яковлев, с.Б.Волково, Невельского уезда Витебской губернии. Он был тяжело ранен пулей в грудь и в ту же ночь умер.

Когда цепи красноармейцев уже врывались в деревню Новоутяцкое (Ровное), стали заканчиваться патроны и некоторые роты, выбивали белых из села уже штыками. К вечеру, части белой 1-й Самарской дивизии, Волжской кавбригады и 30-го Сибирского Чернореченского полка были выбиты из д.Новоутяцкое (Ровное) и отошли к северу от нее, а так же к д.Митино. Им был дан приказ срочно восстановить утраченное положение, но сил для этого, было явно недостаточно. Погибшие в бою красноармейцы, были похоронены в братской могиле за д.Новоутяцкое (Ровная). Впоследствии, со слов местных жителей, на том месте была сооружена свалка. При этом сам памятник перенесли ближе к деревне, а захоронение скрыли груды мусора. В этом бою, так же погиб 20-летний житель д.Митино, вероятно солдат одной из сторон Иван Алексеевич Марков, а так же был ранен артиллерист красной 4-й батареи Иванов Севостьян Зиновьевич, Курганский уезд, Елошанская волость, д.Золотово.

151

Фото: лог у села Давыдовское (снимок автора).

Но особо сильный бой, произошел в этот день на участке 2-й бригады Путны. С утра, входивший в ее состав 229-й Новгородский полк занимал д.Патраки и к полудню, выдвинулся в район в 6 километрах восточнее д.Осиновки. Красный 231-й Сводный полк с двумя орудиями 2-й Симбирской конной батареи, занимал одним побатальонно с.Давыдовское и лежащую южнее д.Одино. Именно на него-то, и пришелся основной удар выходящих из окружения частей белой Ижевской дивизии.

Еще до рассвета подняв полки, генерал Молчанов двинул их на с.Давыдовское. В колонне шли 1-й, 2-й и 3-й Ижевские полки, а так же части 2-й Оренбургской казачьей бригады. Лишь 4-й Ижевский и прибившийся к нему 42-й Троицко-Сибирский полки, отходили от с.Глядянского самостоятельно. На рассвете, развернувшись цепями, 1-й Ижевский полк начал наступать на с.Давыдовское с юго-запада. Основной бой разгорелся у лежащей на берегах крутого лога, ныне не существующей деревеньки Одина.

Комбат стоявшего здесь 1-го батальона 231-го Сводного полка, уже знал о подходе грозного противника. По свидетельству комбрига Путны, с утра, у стоявшего в с.Давыдовском штаба бригады, внезапно пропала связь со штабом дивизии. Два связиста пошли в сторону д.Чернавское и наткнулись на двух белых связистов сматывающих их провод. Одного из белых солдат удалось убить, а другого взяли в плен. От него узнали, что части Ижевской дивизии, отходят от с.Глядянское на с.Давыдовское. Красноармейцы подключили к проводу телефонный аппарат и сообщили полученные сведения в штаб бригады.

Сильно изменилась с того времени с.Давыдовское. Современное село очень отличается от того старого, дореволюционного. В конце 50-х годов, началась постройка новой части села – его современного центра, где сейчас находятся школа, детский сад. А до революции, центром села была церковь. Улицы же тянулись на юг, вдоль оврага. Южная оконечность села носила название Орловки (Одина). Именно там, южнее села и разгорелся кровавый бой.

Первыми о появлении белых, предупредили заставы сторожевого охранения, вступившие в перестрелку. Услышав выстрелы, красный комбат Рундуков рассыпал свой 1-й батальон в цепи. Вскоре показались ижевцы. Они стремительно наступали вперед под огнем. Стоявшие у Жунинского болота, в 2-3 километрах от красной цепи, 4 орудия белой артиллерии, выстрелами поддерживали наступление своей пехоты. Около 20 снарядов упало на д.Патраки, повредив два дома – Мининым и Волковых, но большинство снарядов разорвалось в районе оврага.

Все местное население во время боя пряталось в погребах, но, тем не менее, получили ранения, от которых умерли давыдовские крестьяне Дмитрий Иванович Якшин и Георгий Игнатьевич Губин.

Когда цепи белых приблизились, красный комбат Рундуков и комиссар Васильев, подняли свой 1-й батальон в контратаку, отбросив противника стремительным ударом. Немного отступив, белые офицеры выстрелами из револьверов задержали своих солдат. К ним подошло подкрепление, и цепи белой пехоты вновь перешли в наступление. Под их натиском, 1-й батальон 231-го Сводного полка оставил большую часть села Давыдовское и начал отходить за овраг. Часть его бойцов попала в плен к белым.

За оврагом, красноармейцам удалось занять удобную позицию и открыть сильный огонь, расстроивший ряды белых. По свидетельству полковника Ефимова, на церковной колокольне в селе, был замечен, не успевший скрыться красный наблюдатель. На предложение слезать вниз и сдаваться, он отказался. Тогда, молодой юнкер из 1-го Ижевского полка сам полез наверх. После борьбы на головокружительной высоте, он скинул красного наблюдателя вниз с колокольни.

Казалось, победа одержана. Одновременно, по дороге от с.Глядянское показались отступающие 4-й Ижевский и 42-й Троицко-Сибирский полки. Не разобравшись, кто именно занимает с.Давыдовское, они по ошибке, вначале, даже обстреляли своих. Тем временем, на помощь к 1-му батальону Рундукова, подошел 2-й батальон под командованием Ширяева.

Собрав все силы в кулак, 231-й Сводный полк перешел в контрнаступление. При этом 2-й батальон атаковал противника справа, а 1-й батальон ударил в левый фланг белых. Среди перелесков и на полях со скошенными в копны снопами пшеницы, за деревней у поскотины, начался ожесточенный бой. Местами, он даже перешел в штыковые схватки. Цепи сходились. Винтовки трещали, ломались в руках от встречных ударов. Штыки  с хрустом прокалывали грудные клетки, с шипением распарывали животы. Раненные с воем валились на землю. Несколько раз, поле боя переходило из рук в руки, из строя выбыл почти весь красный комсостав.

В красном 231-м Сводном полку были ранены командиры батальонов Бахтин и Ширяев, командиры рот Степанов, Никитин и Гуднов. По свидетельству Путны, ижевцы наступали «…без малейшего колебания, сильно истребляемые огнем…», неоднократно переходили в контратаки, взяли пленных, но и сами понесли большие потери, так и не сумев отбросить красных.

Когда красные начали сильно теснить цепи ижевцев, в атаку устремились стоявшие в логу у деревни казаки 2-й Оренбургской казачьей бригады. По хранящимся в музее Байдарской средней школы воспоминаниям участника боя Подрыванова А.А, казаки смогли незаметно сосредоточиться в леске на правом фланге наступавших красных цепей. Положение для атаки было превосходным. Нетерпение казаков достигло высшего предела: руки судорожно сжимали шашки, бойкие глаза метали искорки. Настроение передалось и лошадям, и маленькие, невзрачные на вид четвероногие товарищи, любимцы казаков, забили копытами, заволновались…

По команде офицеров, станичники внезапно выскочили и набросились на красную цепь с правого фланга. Бесшумно, как всплеск молнии, блеснули их шашки и красноармейцы, выронив винтовки, попадали навзничь на землю, зажимая руками разрубленные головы. Продвинувшиеся вперед в передовой цепи красные бойцы были изрублены. Видя это, красные командиры приказали выдвинуть пулеметы и сплошным огнем отбили атаку казаков. При этом, попав под пулеметную очередь, погиб командир шедшей впереди казачьей сотни.

Целых четыре часа продолжался бой, до самого полудня. Тем временем, к с.Давыдовскому стали подтягиваться и остальные красные полки. По дороге из д.Межборной показался авангардный батальон красного 230-го Старорусского полка. Следом за ним, по дороге из с.Глядянское появились целых три красных полка (185-й Шуйский, 186-й Владимирский, 187-й имени Володарского) с 1-й Путиловской батареей. Четвертый полк их бригады (184-й Костромской), в это время двигался из с.Глядянское на помощь в д.Обухово.

Ижевцам вновь грозило окружение и удар с двух сторон. Однако, подошедшие из с.Глядянского красные полки действовали нерешительно, и содействия в бою фактически не оказали. Конные разведки 185-го и 186-го полков, при подходе к с.Давыдовскому были обстреляны, после чего батальон красного 186-го Владимирского полка развернулся в цепь в 3 километрах от села.

Сюда, из с.Давыдовское, были срочно высланы шесть казачьих сотен. Развернувшись, казаки стали охватывать фланги красной цепи, но в это время, с запада показались главные силы 185-го Шуйского и 186-го Владимирского красных полков. Собралась грозная сила, удар которой, малочисленная Ижевская дивизия просто не могла выдержать. Спасло белых, что вместо решительной атаки, красные командиры с большей частью своих разведок, уехали выяснить обстановку в с.Давыдовское и промедлили с приказом об атаке. Кроме того, разъезд 185-го полка высланный на фланг, был окружен белыми и с трудом сумел уйти. Опасаясь выхода противника во фланг, красноармейцы топтались на месте, ожидая решения командиров. А двигавшаяся на с.Давыдовское колонна 187-го полка имени Володарского, при подходе к селу попала в засаду казаков, которые внезапно атаковали марширующих красноармейцев. Возникла паника и комиссар Чижев, вместе с командиром 2-го батальона Калининым бросив своих солдат бежали. Ворвавшись в ряды растерявшихся бойцов, казаки много из них изрубили. В том числе погиб и начальник пулеметной команды Кузнецов.

Тем не менее, несмотря на общую неудачу действий, появление полков 21-й дивизии, решило исход боя под селом Давыдовкой. Опасаясь удара во фланг от появившейся новой группы красных полков и окружения своих частей, белый начдив генерал Молчанов отдал приказ отступать. После 4 часового боя, части белой Ижевской дивизии начали отходить на юг. В это время, к месту боя из д.Патраки подоспел 2-й батальон красного 229-го Новгородского полка. Он ударил слева во фланг отходящим белым. Не принимая штыкового удара, белые стрелки в беспорядке рассеялись по всему полю. Видя это, командир 231-го Сводного полка Соколов, приказал своим бойцам преследовать противника. Красноармейцы бегом бросились за белыми, расстреливая их на ходу из винтовок, пока последние белые солдаты не скрылись в лесу. Затем, красноармейцы остановились и окопались.

По мнению всех командиров, окружить белых не удалось исключительно из-за пассивных действий полков 2-й бригады 21-й дивизии, а так же полной неосведомленности о бое, частей 1-й бригады 5-й дивизии, двигавшихся по дороге от д.Обрядовки на с.Давыдовское.

Между тем, генерал Молчанов казалось, видел и замечал все. Отойдя на 7 километров на юг, он круто повернул Ижевскую дивизию на восток. Лошадь генерала, танцуя, пошла по дороге. За ним двинулись штаб дивизии и конвойный эскадрон. Копыта четко били пыльную дорогу. Серые качающиеся столбы пыли от двигавшихся за ними повозок взметывались следом, долго клубились в воздухе. Пройдя на стыке частей красных 26-й и 5-й стрелковых дивизий, ижевцы прорвались на д.Александровку, заняв деревню без боя.

Красные 231-й Сводный полк, 2-й батальон 229-го Новгородского полка и 186-й Владимировский полк, прошли следом за белыми 6-7 километров, после чего потеряли путь их движения. А конная разведка 230-го Старорусского полка, не дошла лишь 2 километров до д.Александровки. К вечеру, красный 231-й Сводный полк, из-за потерь был отведен в резерв в д.Патраки. За этот бой, его командир И.Е. Соколов, был представлен к Ордену Красного Знамени.

Бой под с.Давыдовка, был одним из тяжелейших в истории Ижевской дивизии. Несмотря на победу, трофеи красных в нем удивительно малы – 1 пулемет, 80 винтовок, 15 пленных, из которых 1 пулемет, 9000 патрон, 15 винтовок и 6 лошадей с седлами, захватила рота 230-го полка, высланная вперед, чтобы отрезать белым путь отхода от Давыдовского. Зато впечатляли потери. По подсчету комендантской команды штаба 2-й красной бригады, давыдовскими крестьянами было собрано на поле боя в 1,5 километрах к югу и юго-западу от села и похоронено 105 трупов, в том числе 1 полковник, 1 штабс-капитан и 2 поручика. Еще несколько убитых, было обнаружено в 6 километрах по дороге на с.Глядянское. Всего, было похоронено 113 трупов. До 80 раненных, ижевцы отступая, увезли с собой.

У красных, наибольшие потери понес 231-й Сводный полк, оставивший на месте боя 36 убитых, 144 раненных и 58 пропавших без вести. Одного убитого и 7 раненных потеряли красные 229-й и 230-й полки. После боя, комбриг Путна срочно запросил свежее пополнение в свою бригаду. На второй день после боя, патраковские крестьяне свозили погибших с поскотины в лес и хоронили в двух могилах, отдельно красных и белых бойцов.

152

Схема местонахождения братской могилы у с.Давыдовское (со слов местных жителей).

По хранящимся в Давыдовской средней школе воспоминаниям местных жителей, были обнаружены трупы 18 красноармейцев, попавших к белым в плен и расстрелянных ими. Время стерло следы тех давних захоронений, и никто уже из местных жителей не помнит их места. А памятник, стоящий в окрестностях с.Давыдовское, был поставлен даже не на месте того давнего боя, ибо его не смогли переправить через овраг. Со слов местных жителей, один из погибших в бою белых офицеров, был похоронен в дер.Александровке, у снесенной ныне бывшей церкви. Других же, умерших от ран и погибших в бою, чьи трупы были вынесены с поля сражения, белые якобы похоронили между деревнями Александровкой и Меньшиково, на опушке последнего перед д.Меньшиково леса, с левой стороны по дороге из последней. Попытки поиска данного захоронения в наши дни оказались безуспешны.

К вечеру, развивая наступление, 229-й Новгородский полк и батальон 230-го Старорусского полка выступили на д.Байдары, 185-й Шуйский и 187-й имени Володарского полки двинулись из с.Давыдовского на д.Осиновку, 186-й Владимирский полк пошел походным порядком из с.Давыдовского на д.Обухово.

Узнав, что отброшенные от с.Давыдовского ижевцы, стали отступать на юго-восток, командарм Тухачевский директивами N1673-н и №1681-н, приказал частям 5-й дивизии отрезать им путь отхода, а Сводной кавдивизии, смелой атакой разбить окруженных белых. При этом, 26-й дивизии было дано указание решительно преследовать эту группу белых, атакуя ее с севераи запада. Однако, как отмечал Воробьев, части 5-й дивизии не могли выполнить эту задачу,так как часть ее сил находилась в этот момент у д.Пищальной, то есть в 30 километрахот основной группы белых. Но своим левым флангом, дивизия все же смогла нанести удар.

После полудня, красные 38-й и 39-й полки вышли в район с.Давыдовское. Опоздав к месту боя, они столкнулись лишь с арьергардом отступавших ижевцев. Бой возник, не доходя 5-6 километров до с.Давыдовское. Арьергард Ижевской дивизии и казаки были отброшены, отступив на восток по дороге на д.Александровку. Вместе их неотступного преследования, оба красных полка (38-й и 39-й) двинулись в с.Давыдовское, откуда начали наступать на д.Резинга. Это была крупная тактическая ошибка красных командиров. Части Ижевской дивизии получили возможность не только спокойно отойти, но и на их пути, остались лишь красные 37-й стрелковый и 65-й Петроградский кавалерийский полки, занявшие к этому времени д.Меньшиково. Сбив, как уже описывалось ранее, их в бою, ижевцы обошли этот заслон и смогли вырваться из окружения.

Таким образом, начдив Молчанов с большим исскуством, с боем прорвался со своей дивизией на восток. Он еще раз доказал, что окружение вообще, а в гражданской войне в особенности, вещь почти невозможная, если окруженный полон готовности пробиться, во что бы то ни стало. В общем ходе операции, это окружение сыграло огромную роль, так как 16 и 17 октября, тыл белых был фактически открыт на участке более 40 километров, вся связь с частями прервалась, управление войсками ушло из рук генерала Сахарова. В итоге, Степная и Уральская группы охваченные паникой стали отходить на восток.

К вечеру, части белой 11-й Уральской дивизии занимали следующие позиции: 41-й Уральский полк – в 10 километрах от д.Байдары по дороге в сторону д.Патраки, 43-й Верхнеуральский полк – в 10 километрах от д.Марай по дороге на д.Патраки, 44-й Кустанайский полк, 11-й Уральский егерский батальон, кавэскадрон, 11-й Уральский артдивизион, Ижевский егерский батальон – в резерве в д.Байдары, штаб Уральской группы – в д.Дундино.

153

154

155

Фото: находки у д.Предино – головная часть и стакан от шрапнельного снаряда (снимок Усачева).

Вспоминая позднее об этом времени, генерал Сахаров писал: «Нестерпимо мучительно было переживать эти дни, когда кучки храбрецов, только что совершавших победоносное движение к Тоболу, теперь были принуждены отступать… Из наших полков выбывали лучшие, гибли храбрейшие русские офицеры и солдаты, цвет нашей армии. Но главное — всего хуже было то, что падала надежда на успех и вера в дело… Ропот среди армии все усиливался. Тяжелое отступление полураздетых частей продолжалось без надежды остановить его, чтобы дать красным сильный отпор и снова перейти в наступление. …В результате всего падала сама вера в успех дела, исчезла надежда на скорую конечную победу, терялся смысл дальнейших жертв».

156

Фото: позиции белых за МТС в д.Темляково (снимок Усачева).

Если части красной 26-й дивизии успешно развивали свое наступление, то по соседству, на участке 54-й дивизии, дела шли отнюдь не так хорошо. В ночь с 16 на 17 октября, красные 481-й и 482-й полки вновь попытались форсировать реку, но встречным пулеметным огнем были остановлены и прекратили переправу. Полки действовали без поддержки артиллерийского огня, так как две красные легкие батареи прибыли и встали на позицию только вечером.

На рассвете 17 октября, красные 1-й и 3-й батальоны 482-го полка, а так же подошедший к ним на помощь батальон 483-го полка, смогли все-таки переправиться у д.Предеино. Под командованием Зиде, они начали бой за опушку леса, затем, тесня белых, заняли д.Темляково, сбив белых с позиций на опушке леса за современным МТС. С боем, красноармейцы стали наступать на д.Новозатобольная, обходя левый фланг белой 13-й Сибирской дивизии.

Для белых сложилось чрезвычайно опасное положение. От д.Бараба, сюда срочно двинулась сотня 4-го Оренбургского казачьего полка. Одновременно, в атаку перешли белые 49-й и 50-й Сибирские полки. Красные защищались упорно. За остатками современной МТС в д.Темляково, в перелеске, ближе к трассе на Курган, до сих пор заметна цепь их одиночных стрелковых ячеек, смотрящая брустверами на восток и северо-восток в сторону д.Новозатобольной. Очевидно, именно на них и наступали с фронта белые 2-й и 3-й батальоны 49-го Сибирского полка.

В то же время, помощник командира этого полка, офицер Федор Мейбом с 1-м батальоном, зашел со стороны д.Нагорское в тыл красных. Этим маневром, удалось окружить два батальона 482-го полка под д.Новозатобольной. Едва раздались выстрелы с тылу, как, побросав позиции, красноармейцы стремительно побежали в сторону Тобола. На их плечах висели преследующие белые. По воспоминаниям Мейбома, «атака была… стремительной… Мои потери были незначительны. Мы захватили целиком санитарный обоз с шестью сестрами милосердия и двумя докторами, а также около 800 человек взяли в плен. Мост был взорван, поэтому красные бросали все свое имущество…».

157

Фото: одиночная стрелковая ячейка красных за МТС в д.Темляково (снимок Усачева).

С большими потерями, 482-й красный полк был отброшен обратно к д.Предеино за Тобол, откуда красноармейцы продолжали вести перестрелку через реку. По рассказам местных жителей, трупы погибших в реке красноармейцев прибивало впоследствии к берегу и они запутывались в прибрежных кустах.

В бою, по документальным данным, белыми было взято 230 пленных, 3 пулемета и аптека. Никаких орудий, о захвате которых упоминает Мейбом, взято не было. Так же. Последним вероятно преувеличено и число захваченных пленных. Вылавливание отдельных красноармейцев по лесам продолжалось до самого вечера. За этот бой, помощник командира 49-го Сибирского полка Федор Мейбом, был представлен к награждению Георгиевским оружием. Позднее он вспоминал: «После боя я запросил штаб дивизии, что делать с пленными. Они все мобилизованные. Получил приказ — распустить их всех по домам. Выстроив пленных, поздравил их, что мною получен приказ распустить их по домам, а кто хочет вступить в наши ряды, пусть выйдет на пять шагов вперед. Я был очень удивлен, когда большая часть пленных вышла на пять шагов вперед. Подсчитал добровольцев — оказалось 500 человек. Опять мой полк пополнился!».

158

Фото: мост у д.Предеино (снимок Усачева).

159

160

Фото: гильза от револьвера системы «наган» и осколок снаряда, поднятый со дна реки у д.Предеино (снимок Усачева).

Впрочем, 14 пленных красноармейцев, вероятно командиры и коммунисты, были расстреляны при штабе Волжской группы в д.Воинково. Эта не существующая ныне деревня, находилась на правом берегу реки Утяк, в 4-5 километрах от д.Становая, севернее большого лога, выходящего к реке Утяк. Кроме того, саму д.Воинково так же разделял на две части небольшой лог. Рядом с деревней, на бугре за ней, находилось кладбище, на котором в братской могиле и были захоронены погибшие. Сейчас определить место их могилы уже не представляется возможным.

Несмотря на очередную досадную неудачу и тяжелые потери, комбриг неотступно требовал развивать наступление, выйдя к вечеру на линию дд.Колесниково-Патронное. Но как сказал в разговоре со штабом армии, начальник штаба 54-й дивизии Губанов, бой ее частей у д.Новозатобольной показал полную необученность полков. На его взгляд, всю 2-ю бригаду 54-й дивизии следовало не толкать вперед, а вывести в резерв на две недели для обучения полков, так как продолжение боевых операций с необученными красноармейцами приведет к еще большим потерям. Кроме того, участок 2-й бригады 54-й дивизии был крайне неблагоприятен в смысле рельефа. Совершать переправу приходилось с западного пологого равнинного берега открытого наблюдению белых, на восточный берег возвышенный и лесистый, а, кроме того, бригада была сформирована из молодых солдат, еще не бывавших в бою.

Севернее у ручья Лебяжье, красный 481-й полк так и не смог в этот день переправиться через реку, из-за отсутствия мостов. Белая артиллерия открыла огонь по переправе у д.Ильина и, попав под ее обстрел, весь 481-й полк в панике разбежался от огня в разные стороны. Часть его красноармейцев, группами и целыми ротами, вышла на участок соседней бригады Гайлита. Всего за день, потери 2-й бригады 54-й дивизии составили около 400 человек, в том числе в 482-м полку – 26 убитых, 48 раненных, 189 пропавших без вести, в 481-м полку – ранены 6 командиров, 1 военком и 52 солдата, убиты 9 солдат и 1 командир, в 483-м полку – убиты 26 солдат, ранены 4 командира и 105 солдат, 275 пропали без вести.

Два батальона 483-го полка стояли у д.Бараба. Их попытка наступать на д.Бараба от винокуренного завода была остановлена артиллерийским огнем. Для поддержки частей, к ним срочно направили через д.Степная в д.Новая, прибывший в этот день в с.Юргамыш гаубичный артдивизион 26-й дивизии. Из-за панического бегства частей 54-й дивизии, стоявший в д.Темляково красный 227-й Владимирский полк, по докладу его командира, оказался с открытыми флангами. Через них, белая пехота зашла с флангов, а казаки зашли с тыла.

Посланный для восстановления связи красноармеец 3-й роты 227-го полка Шунков Алексей Терентьевич, заметил на берегу реки белых, которые пытались зайти в тыл, и своевременно сообщил об этом. Весь красный полк, вместе с 6-й легкой батареей, был вынужден спешно отойти от д.Темляково и занял оборону в лесу у д.Заборской, по берегам небольшой речки, где стал приводить себя в порядок. Красноармейцы окопались здесь во все стороны, соорудив даже позиции для артиллерии.

161

Схема белых позиций у д.Заборская. Красными точками указано место и примерное расположение одиночных стрелковых ячеек, красными линиями указанно место расположения траншей, цифрами указанны места обнаружения находок: латунная пуговица обнаруженная у траншеи (№1), латунная пряжка обнаруженная на краю отвала землянки (№ 2), предмет из комплекта для чистки винтовки Мосина обнаруженный у траншеи (№ 3), часть подковы обнаружена у воронки (№ 4), самодельный нож (№ 5), патроны к винтовке Мосина с обозначением Кайнокъ-17 в обойме, найденные на бруствере одиночной стрелковой ячейки (№ 6) (схема Беличева).

162

163

Фото: артиллерийская позиция и ее схематичный рисунок (снимок Беличева).

Они целы и до сих пор, эти позиции. У дороги, идущей вдоль небольшой речки Боровлянка, напротив д.Заборское, на высоком левом берегу речки, тянутся брустверами на север до 20 одиночных стрелковых ячеек и две траншеи с брустверами на юг, а так же просматриваются блиндажи и позиции для артиллерии. Следов боя здесь никаких нет, очевидно, белые из-за слабости сил, не преследовали отступавших. Однако повсюду, имеются воронки от разрывов снарядов.

164

165

166

Фото: одиночная стрелковая ячейка и обнаруженные на позициях находки – латунная пуговица, пряжка от ремня (снимок Беличева).

167

168

Фото: стрелковая траншея и обнаруженные на позициях находки – предмет из комплекта для чистки винтовки (снимок Беличева).

Вечером, 227-й Владимирский полк вместе с 6-й батареей двинулся вперед. От д.Нагорское, лесом шла целая сеть тропинок и дорог, что соединяла все местные населенные пункты. На перекрестках этих путей-дорожек, прямо посреди леса, были сооружены одиночные и групповые окопы. В них располагалось сторожевое охранение белых. Заметив наступавших красных, оно давало 1-2 выстрела и откатывалось на север до следующего караула. Двигаясь по этим тропкам, 227-й Владимирский полк с боем занял д.Темляково. Белые 49-й и 50-й Сибирские полки отошли. Красный 1-й отряд особого назначения охранял переправу у с.Утяцкого.

169

Фото: обнаруженные на позициях находки – обойма патронов (снимок Беличева).

Штаб 5-й армии командарма Тухачевского заметил, что наиболее упорное сопротивление, белые оказывают на участке 54-й и 27-й дивизии, в полосе железной дороги, не давая красным частям, даже переправиться здесь через реку. Чтобы помочь им форсировать Тобол, командарм Тухачевский приказал (директива №1685 от 17 октября) частям красной 26-й дивизии наступать правым флангом на д.Дундино и достигнуть д.Хутора, а главными силами наступать на стан.Варгаши. При этом 2-й бригаде 54-й дивизии ставилась явно непосильная задача выйти на следующий день в район станции Варгаши.

Как писал позднее Тухачевский, несмотря на то, что на Уральскую группу были направлены главные силы 5-й армии, белые не только оказали упорное сопротивление, но и несколько раз переходили в успешную контратаку, так и не были окончательно сломлены.

В свою очередь, белое командование 18 октября, отдало приказ частям Уральской группы наступать на юг, нанося удар на д.Нагорское и д.Обухово, аВолжской группе атаковать на юго-восток. Однако это распоряжение запоздало, в связи с чем, попытки наступления были предприняты разрозненно.

Всего, за 17 октября 1919 года, в штаб 26-й дивизии были доставлены захваченные в боях пленные: 34 солдата из 43-го Верхнеуральского, 40 – из 44-го Кустанайского, 27 – из 42-го Троицко-Сибирского, 1 – из 51-го Сибирского, 11 – из 28-го Ирбитско-Перновского, 25 – из 41-го Уральского, 40 – из 2-го Ижевкого, 23 – из 45-го Урало-Сибирского полков, 6 – из телеграфной роты 3-й армии, 23 – из отдельной батареи 11-й Уральской дивизии, 2 – из 5-й отдельной телеграфной роты, 6 – из маршевого батальона, 3 – из Уральского корпуса, 13 – из 1-й батареи 11-го Уральского артдивизиона, 3 – из 11-го Уральского инждивизиона, 30 – из 11-го Уральского егерского батальона (50).

Неудачные действия частей красной 54-й дивизии в районе д.Темлякова, не давали возможности левому флангу 26-й дивизии развивать удар на северо-восток, а вынуждали продолжать движение вдоль реки на север, для содействия соседям. Для этого, приказом начдива Эйхе, 3-й бригаде Рахманова ставилась задача наступать на д.Спорновское, где совместно с 233-м полком следовало разбить белую 7-ю Уральскую дивизию горных стрелков, 1-й бригаде Гайлита – наступать вдоль реки на север, на линию д.д.Становая –Воинково – Крюкова, а 2-й бригаде Кукурана – поддерживать это движение ударом на д.Козлово.

18 октября, едва рассвело, как красные 229-й Новгородский полк с 1-й Путиловской батареей и 230-й Старорусский полк с 2-й Симбирской конной батареей, выступили из д.Патраки на д.Байдары. Едут артиллерийские возы, сонно покачиваются ездовые, сочатся мутные утренние сумерки. Туман оседает серебристыми каплями на шинелях, на усах, на конской сбруе. Цокают крепкие подковы, дорога тянется длинная и скучная.

Внезапно, с юга на эту же дорогу, прямо в тыл шагающим красным полкам, вышел отряд белой пехоты силою в 250 штыков, с 50 саблями конницы и 3 орудиями. Это был оторвавшийся от своей дивизии 42-й Троицко-Сибирский полк. Главные силы красных, уже ушли к этому моменту на 16 километров вперед.

Узнав о появлении белых, в д.Патраково был организован сводный отряд в 3 роты красного 231-го полка и 100 сабель, чтобы захватить отставшую белую часть. Тем временем, главные силы бригады Путны, двигались все дальше и дальше вперед. Против них, у д.Байдары расположился белый 41-й Уральский полк. Его стрелки заняли позиции в 4 километрах западнее деревни, по дороге на д.Новодмитриевку, на перешейке озер Малое и Большое, где у них были стрелковые ячейки в две линии.

Белая батарея встала на позиции, на возвышенности у села. Узнав об этом, красные командиры остановили свои полки, не доходя 5 километров до д.Байдары. При этом 2-й батальон 229-го Новгородского полка был двинут в обход белых позиций, а 1-й батальон 229-го полка и весь 230-й Старорусский полк, при поддержке огня вставшей на позицию красной артиллерии, стали наступать на деревню с фронта.

Белые оказали упорное сопротивление, но после того как красный 2-й батальон 229-го Новгородского полка обошел деревню и вышел им во фланг, белая пехота снялась с позиции и отошла на позиции в 3-7 километрах восточнее д.Байдары, по дороге на д.Дмитриевка. 11-й Уральский егерский батальон и 11-й Уральский кавдивизион отошли на д.Золотинская. В плен было взято 36 белых солдат из 41-го и 43-го полков. Красноармейцами 230-го полка была захвачена 1 повозка с патронами и винтовками. Потери красных составили не менее 7 убитых и пропавших без вести (прим.44).

170

Фото:экспонаты Байдарского школьного музея (снимок автора).

Тем временем, оторвавшийся от своей дивизии белый 42-й Троицко-Сибирский полк бродил по лесам между дд.Патраково и Резинга. Его безуспешно преследовали две роты красного 230-го Старорусского полка. Пройдя д.Резинга и с.Марай, где почему-то не оказалось частей Сводной кавдивизии, колонне белых стрелков удалось прорваться на восток. Красный конный отряд, высланный за ними в погоню из д.Патраки, из-за большого расстояния не успел.

Отход 11-й Уральской дивизии от д.Байдары, оставил незащищенной дорогу на д.Дундино. Опасаясь выхода красных себе во фланг, туда стала оттягиваться 7-я Уральская дивизия горных стрелков. При этом белый 26-й Шадринский полк с легкой батареей прикрыл дорогу Дундино – Байдары, а 27-й Камышловско-Оровайский и 28-й Ирбитско-Перновский полки с гаубичной батареей встали в резерве у восточной окраины д.Дундино по дороге на д.Немирово. Последними отходили 25-й Екатеринбургский полк с легкой батареей, Самарским гусарским конным дивизионом и 7-м Уральским егерским батальоном, занимавшие позиции в 2 километрах южнее д.Золотое по дороге на д.Байдары.

Со слов перебежавшего в этот день на сторону красных солдата из 26-го Шадринского полка, накануне в 7-ю Уральскую дивизию прибыло пополнение 500-550 человек из 7-го Уральского кадрового полка, которые со стан.Лебяжье направлены в д.Дубровное. Это было одно из самых худших решений – вливать мобилизованных в части во время отступления. По воспоминаниям генерала Сахарова: «…тыл начал теперь спешно подавать на фронт пополнения. Густыми массами шли маршевые роты, безо всякой системы, с нарушением самых примитивньвх требований порядка: так зачастую поезда с пополнением простаивали сутками на станции или разъездах, не получая ни пищи, ни кипятка для чая; люди волновались, верили самым вздорным слухам, легко поддавались обману и агитации. Наконец эти голодные и распропагандированные маршевые роты высаживали и передавали ближайшему строевому начальнику. Вначале пробовали их вливать в полки, которые таяли с каждым днем, пробовали и горько раскаивались, ибо произошли массовые предательства. Только что прибывшее пополнение, получив приказ идти в наступление, выбегало, подняв вверх винтовки обращенные прикладами в небо, передавалось на сторону красных и открывало огонь по своим. Почти все офицеры в таких полках гибли...».

По соседству в д.Дмитриевка находился Войсковой Сибирский казачий корпус, а в с.Марай на рассвете, прибыла прорвавшаяся из окружения Ижевская дивизия. Здесь, она сразу же влилась в общую линию фронта и уже вела бой с наступавшими на восток частями красной 5-й дивизии. Бывшая с ижевцами 2-я Оренбургская казачья бригада, ушла в д.Хутора в штаб Уральской группы.

К вечеру, все красные полки 2-й бригады Путны сосредоточились в д.Байдары. За ними, к ночи туда подошли 65-й (1-й) Петроградский кавполк под командованием Моренкова (33 командира, 1018 солдат, в том числе 757 сабель и 15 пулеметов) и 66-й (2-й) Петроградский кавполк под командованием Петунникова (22 командира, 1015 солдат, в том числе 960 сабель и 4 пулемета). Конные проехали с шумом. Во тьме смолкло цоканье копыт. Фактически, с этого времени, красная Сводная кавдивизия стала действовать на этом участке. Лишь 2-й отряд особого назначения и штаб бригады еще оставались в д.Патраки. Ночью, белые сильно тревожили сторожевое охранение красных. За селом часто хлопали выстрелы, стучал пулемет. Но к утру, противник отошел.

На участке 3-й бригады Рахманова, с утра, красный 232-й имени Облискомзапа полк двинулся от д.Осиновки по дороге на д.Дубровную(Малодубровное), которую к вечеру занял без боя. Стоявшие здесь части белой 7-й Уральской дивизии горных стрелков отступили. Красный 233-й Казанский полк с утра располагался на позиции в 2 километрах восточнее д.Новоутяцкое (Ровная). Вскоре, по дороге от с.Митино, показались наступавшие цепи белой 1-й Самарской дивизии. Одновременно, с севера, деревню начал обходить Волжский Драгунский кавполк.

Тесня красных, под огнем, белые стрелки подошли на полверсты восточнее и севернее деревни, после чего красноармейцы оставили д.Новоутяцкое и отошли на 4 километра северо-восточнее д.Обухово. В последней, находился и 234-й Маловишерский полк. В бою погиб белый солдат Иван Ильич Патронов, уроженец д.Патроново Курганского уезда. Потери красного 232-го имени Облискомзапа полка составили 5 убитых, 5 раненных и 6 пропавших без вести. Следом за отступившими красными двинулась Волжская кавбригада полковника Нечаева с 2 трехдюймовыми и 1 траншейным орудием. Она должна была ударить во фланг и тыл красным.

171

172

Фото: находки у д.Воинково (снимок Беличева).

Части 1-й бригады Гайлита, продолжали свое движение на север вдоль реки, с целью помочь соседним частям переправится. Красный 227-й Владимирский полк, на рассвете выступил из д.Темляково и без боя занял д.Новозатобольную, где обнаружил разрушенный мост, затем прошел дд.Лаптево, Бараба и остановился в д.Крюково. Фактически весь участок реки Тобол, где так безуспешно пытались переправиться части красной 54-й дивизии, был очищен от противника. Из д.Крюково, 227-й Владимирский полк повернул на д.Воинково, куда отступили части белой 13-й Сибирской дивизии. Сюда же, из д.Заборской двигался красный батальон 228-го Карельского полка. К вечеру, они с боем заняли д.Воинково.

Прикрывавший отступление белый 50-й Сибирский полк отошел. Главные силы бригады (226-й Петроградский и два батальона 228-го Карельского полков), с утра занимали д.Митино, где ждали своей смены частями 2-й бригады 21-й дивизии. Вместо этого, днем, с востока показались наступающие цепи белых 1-го Волжского, 2-го Самарского полков, 1-го Самарского егерского батальона и казаков Травниковского казачьего дивизиона.

Этот бой у села Митино, запомнился многим как один из наиболее серьезных. По воспоминаниям Ф.Соболева, их 226-й Петроградский полк отбил несколько атак, а красная артиллерия почти в упор стреляла по наступавшим белым стрелкам. Красноармейцы почти не имели патронов и во время одной из белых атак, боец 6-й роты 228-го полка Лезик Мингардт Андреевич, с криком «ура» первым бросился на белых, чем увлек за собою и остальных красноармейцев. В этой атаке, он был ранен в ногу.

Казаки, обойдя красные позиции, смогли выйти им с тыла и стали разворачиваться для атаки. Заметив это и понимая, что промедление смерти подобно, командир отделения команды конной разведки 228-го полка Захов Артемий Филипович, увлекая за собой бойцов, первым бросился на белую конницу и врезался в ее ряды. Все смешалось в кровавой сече, где своих можно было отличить лишь по инстинкту. В общей свалке, мгновенно сверкали большими искрами сабельные удары. Белая конница была опрокинута, около 30 станичников были зарублены, а еще 5 взяты в плен. За это, Захов был награжден серебряными часами. В свою очередь, за храбрость при взятии с.Митино, переход под огнем вброд и атаку левого укрепленного берега, белым командованием были награждены младшие унтер-офицеры Зубачев и Горяев, старший унтер-офицер Шесталов, ефрейторы Бушуев, Медведевских, рядовые Брынько, Кузнецов.

По признанию всех очевидцев того боя, красный 226-й Петроградский полк занимал у д.Митино невыгодную позицию. Следовало главные силы оставить на командующем над местностью юго-западном берегу речки Утяк. Тогда можно было бы удержать позицию. После упорного боя, не имея патронов, красноармейцы были сбиты с позиции, оставили д.Митино и со значительными потерями отошли на позиции в 4 километрах севернее д.Обухово. Отход прикрывала своим огнем красная артиллерия, чем спасла много жизней.

В бою был ранен командир батальона 226-го полка Елизаров Дмитрий, Самарская губерния, Бузулукский уезд, с.Верхнеорланское, коммунист из бывших унтер-офицеров и комроты Пучкин Владимир Иванович, г.Рига, а так же были потеряны 3 кухня и 2 подводы с хлебом из 228-го полка, которые захватили казаки. Под влиянием неудачи, из 226-го Петроградского полка дезертировали сразу 13 красноармейцев. Еще один боец сбежал из 228-го полка.

К вечеру, белые 3-й Ставропольский и 30-й Сибирский Чернореченский полки, а так же 1-й Самарский егерский батальон остановились в 4 километрах южнее д.Новоутяцкой (Ровное) по дороге на д.Обухово. 1-й Волжский и 2-й Самарский полки находились в д.Новоутяцкой в резерве, а четыре эскадрона Волжской кавбригады охраняли левый фланг дивизии у д.Могильной (Лиственная). Направление на д.Заборскую, прикрывали белые 49-й и 50-й полки из состава 13-й Сибирской дивизии.

Этот удар на дд.Митино и Новоутяцкое, позволил полуокруженным у дд.Темляки, Новозатобольная, Воинково, Лесники и Нижнеутяцкой белым частям, с большим количеством обозов и артиллерии, отойти на восток. Именно в этом и состоял основной замысел этого отчаянного контрудара. Несмотря на малочисленность сил, белому командованию задуманное удалось полностью. Всю ночь с 18 на 19 октября, через д.Митино на восток двигалась белая артиллерия, обозы, войска. Текла отступающая армия с ее пушками, раненными и штыками. В окна сельских домов были видны двигающиеся в несколько рядов бесконечные повозки. Они беспрерывно шли, то, застревая и останавливаясь, то, снова начиная двигаться. После отступления последних тылов, отошла и прикрывавшая отход белая 1-я Самарская дивизия. Последними отходили казаки.

Авангард красных – рота с орудием, занимала бугор в километре восточнее д.Заборской по дороге на д.Новоутяцкое (Ровная). Начдив Эйхе, по прежнему требовал от частей 1-й бригады наступать в район дд.Митино – Козлово – Анчутино – Становая, откуда повернуть на север, на дд.Колесниково – Щучье, на соединение с 27-й дивизией и для удара в тыл белым, оперирующим в излучине реки Тобол против г.Кургана.

Всего за день, в бою под д.Митино, красный 228-й Карельский полк потерял 3 убитыми, 4 раненными, 2 пропавшими без вести, потери 226-го Петроградского полка составили 1 убитый, не менее 42 раненных и 3 пропавших без вести (прим.45). Общие потери 26-й дивизии за день, составили только раненными – 191 человек. Большие потери понесли и белые.

По воспоминаниям местной жительницы Ильиной Анны Наумовноы, у родника возле д.Митино, в сторону д.Ровная, крестьянами был найден труп белого солдата в форме. Погибшие красные и белые бойцы были похоронены местным старостой в одной братской могиле на кладбище. Всего, за 17 и 18 октября, части 26-й дивизии (без 2-й бригады) потеряли 19 убитыми, 241 раненными, 30 пропавших без вести. За 18 октября, через штаб 26-й дивизии прошло взятых в плен: 11 солдат – из 3-го Ставропольского, 2 – из 41-го Уральского полков (взяты под д.Камышной), 18 – из 42-го Троицко-Сибирского полка (взяты под д.Лебяжье). Двигавшиеся для смены частей 1-й и 3-й бригад, полки 2-й бригады Кукурана, узнав об отходе красных от Митино и Новоутяцкой (Ровное), так же отступили и сосредоточились к вечеру в 4 километрах южнее д.Новоутяцкое (Ровная) на опушке леса. Здесь находились 185-й Шуйский, 186-й Владимирский и 187-й имени Володарского полки, с 1-й и 2-й легкими батареями. Красный 184-й Костромской полк оставался в резерве в д.Обухово, куда должен был прибыть и штаб комбрига Кукурана.

173

Фото: братская могила на кладбище в д.Митино (снимок автора).

После того, как 1-я бригада Гайлита ударила белым во фланг, заставив их отступить с берегов Тобола, на участке 54-й дивизии, красный 482-й полк и батальон 483-го полка, на рассвете без боя форсировали реку у д.Предеино, заняли д.Темляково, откуда начали наступать на д.Бараба. Здесь, так же без боя, переправились еще два батальона 483-го полка.

Собрав силы в кулак, красные полки двинулись дальше и с боем заняли д.Нижнеутяцкое. На участке красного 481-го полка, один батальон на рассвете переправился у д.Нечаево и занял д.Ильина, но стоявшая здесь по берегу Тобола белая 13-я Казанская дивизия еще не отошла. Ее части открыли сильный артогонь и вместе с приданным им батальоном 30-го Сибирского Чернореченского полка перешли в наступление.

Под их давлением, поражаемый сильным артогнем, красный 481-й полк, в котором осталось мало патронов, был опрокинут, и отошел за Тобол, потеряв 10 убитых и 59 раненных. В плен к белым попало 10 красноармейцев и 4 командира, а так же 1 пулемет.

К вечеру, белые отступили и с этого участка. Красный 481-й полк смог вновь переправиться через реку и занять д.Крюкова, откуда он двинулся на соединение с остальными полками своей бригады у д.Нижнеутяцкое. Приданные бригаде батареи 3-го легкого артдивизиона стояли на позиции в километре к востоку от оз.Лебяжье (у винного склада), а 5-я Смоленская батарея поставила орудия в километре к западу от большой дороги Черемухово – Меньшиково, северо-западнее оз.Лебяжье.

Вся артиллерия, первоначально предназначенная для поддержки частей 54-й дивизии, была в итоге размещена штабом 5-й армии между частями 26-й и 27-й дивизий. Для поддержки 54-й дивизии, был оставлен один 3-й легкий артдивизион, который не мог оказать существенной помощи частям. При этом, направленный в 26-ю дивизию гаубичный артдивизион, так фактически и не успел принять участия в боях, не поспевая за стремительно наступавшими вперед частями.

19 октября, гаубицы прибыли в с.Утяцкое, где разбили бивак в лесу в полукилометре на восток от села. Лишь к вечеру, они прибыли в д.Новая, где стали готовиться форсировать реку. Как считал Воробьев, штаб 5-й армии в целом плохо владел обстановкой на участке 54-й дивизии, сообщая о взятии деревень Нечаева и Ильина, в реальности еще остававшихся за противником.

За день, у дд.Нечаево и Предино, частями 54-й дивизии было взято 9 пленных, в том числе перебежчики 6-й роты 50-го Арского полка Сейкин Михаил Павлович, Науменко Александр Михайлович, Пашков Семен Терентьевич, Марамулин Савва Семенович, которые перешли у д.Нечаево. С их слов, лишь пять дней назад, 13 октября, они прибыли со стан.Булаево из запасного полка, в составе пополнения в 13-ю Казанскую дивизию. Их 50-й Арский полк из д.Патронное выдвинулся в д.Крюково, а левее оборону держал 49-й Сибирский полк. Сдавшийся у д.Лаптево солдат 8-й роты 49-го Сибирского полка Токарев Калистрат Кириллович рассказал, что накануне ночью, их полк отошел на 40 километров от Тобола на д.Становую (51).

174

Фото: экспонаты музея Байдарской средней школы (снимок автора).

19 октября 1919 года, командующий Волжской группой генерал Каппель, пытаясь нейтрализовать прорыв на участке Уральского корпуса, отдал своим частям приказ группироваться к югу. Для этого, Волжской кавбригаде следовало занять позиции восточнее д.Дундино, 13-й Казанской дивизии отойти на дд.Банниково – Зарубино, 1-й Самарской дивизии отойти на дд.Еранино – Дубровская, 3-й Симбирской дивизии отойти на стан.Варгаши – д.Максимовка, 13-й Сибирской дивизии и 4-му Оренбургскому казачьему полку перейти в резерв группы в д.Медвежье. Целью перегруппировки было сосредоточить на левом фланге группы 13-ю Казанскую дивизию и Волжскую кавбригаду для наступления совместно с Уральской группой на дд.Байдары – Дундино. Но быстрое продвижение красных сорвало все эти планы.

На участке 2-й бригады Путны, с утра, белые 27-й Камышловско-Оровайский и 28-й Ирбитско-Перновский полки, должны были нанести контрудар по наступающим красным через д.Золотое на д.Дубровное и д.Сумки. Однако, едва двинувшись вперед, части 7-й Уральской дивизии горных стрелков сами оказались под ударом красных. На рассвете, навстречу им, из д.Байдары на д.Золотое выступил красный 231-й Сводный полк. Он ударил во фланг двигавшимся через деревню Золотое белым полкам.

Заметив появление противника, белые артиллеристы сразу же установили на позиции 5 легких орудий и открыли сильный огонь по шедшему в авангарде красному 1-му батальону. Увидев, что белые 27-й Камышловско-Оровайский и 28-й Ирбитско-Перновский полки разворачиваются в цепь в 2 километрах от д.Золотое, красный комбат Рундуков по ровному открытому месту повел 1-й батальон (450 штыков) в атаку.

Под ураганным огнем, красноармейцы подошли к белым на близкое расстояние. Их цепь, ведя огонь, двигалась вперед и, не выдержав ее натиска, белые отошли в деревню, где открыли огонь с крыш домов и из огородов. Преследуя их, небольшая часть красноармейцев даже смогла ворваться в южную часть д.Золотое. Белые стрелки перешли на них в контратаку, начали обходить фланги и красноармейцы были вынуждены отойти из деревни.

Но, выбив красных, белые так и не смогли развить наступление. В поле за деревней, они были встречены сильным ружейно-пулеметным огнем, а так же попали под обстрел красной 1-й Путиловской батареи. Видя их замешательство, комбат Рундуков вновь поднял свой 1-й батальон в атаку. Наступление шло по чистому полю, по ровной открытой местности и белые усилили свой огонь. Появившийся в этот момент над полем боя белый аэроплан «Ньюпор» под управлением летчика Панфилова заметил, что красный батальон в цепи двигается на д.Золотое, в 3 километрах от которой стояла белая конница и батарея из 4 орудий. Снизившись, летчик обстрелял красных из пулемета. Под огнем с земли и с неба, 1-й батальон Рундукова ведя огонь, приблизился к окраине деревни.

175

Фото: поле между д.Золотое и с.Байдары (снимок автора).

При этом, для корректировки стрельбы, командир 1-го легкого артдивизиона Марушев Александр Федорович, лично прибыл на позицию 1-й Путиловской батареи (2 орудия) и, руководя огнем, заставил замолчать белую батарею. Пока гремел этот бой, 2-й батальон красного 231-го Сводного полка, под руководством местных байдарских уроженцев – братьев Колмаковых Григория и Василия, Плеханова Василия Тимофеевича, Уфимцева Ефима Николаевича, А.Е.Крылова, которые выступили в качестве проводников, пошел в обход д.Золотое с запада.

По воспоминаниям бывшего красноармейца А.Подрыванова, впереди шла команда разведчиков. Батальон лесами передвигался к окраине деревни. Командир разведчиков Бородавкин, послал красноармейца Долгополова узнать численность белых в деревне. Но красный разведчик был обнаружен белыми и убит на улице д.Золотое. Было видно, что белые заняли оборону вокруг деревни. Красные разведчики завязали с ними бой, дожидаясь подхода остального батальона. Во время перестрелки, трое красноармейцев, в том числе пулеметчик Евсеев были ранены, но ни один не покинул строя. Белые вели сильный ружейно-пулеметный огонь.

Подошедший вскоре 2-й батальон 231-го Сводного полка развернулся в цепь и с ходу вступил в бой, но, поредев под огнем, залег. В это время, удачным огнем 2 орудий 1-й Путиловской батареи, была рассеяна стоявшая около деревни батарея белых траншейных орудий. Видимо, один из ее неразорвавшихся снарядов и был обнаружен в 2008 году у здания бывшей школы.

Огонь противника ослаб. Заметив это, красноармейцы 2-го батальона ударили белым во фланг и смогли выбить их из окопов. Расстроенная белая пехота бежала в деревню, где, прячась за домами начала отстреливаться. На ее плечах, красноармейцы уже ворвались в деревню, и начался яростный штыковой бой на улицах. Преследуемая красными, белая пехота отступала в сторону д.Дундино под огнем 1-й Путиловской батареи. При этом артиллерия и обоз белых еле успели сняться с позиции и уйти. Красные цепи подошли на 200 метров к позиции белой 1-й легкой батареи, и лишь смелая контратака 7-го Уральского егерского батальона позволила спасти орудия.

Красные конные разведчики Долгополов, Конкин, Заворуев, Потерябцев, заметили выезжающий из ограды легковой автомобиль с офицерами. Понимая, что это, скорее всего, кто-то из высшего белого руководства, разведчики бросились наперерез машине. При этом 16-летний доброволец Долгополов бросил в автомобиль гранату, которая не разорвалась. Из машины стали стрелять из револьверов, убив разведчика Заворуева, после чего, автомобиль увеличил скорость до предела и скрылся.

Обе стороны понесли в бою тяжелые потери. На поле боя, было подобрано 109 трупов. По донесениям штаба белой 7-й Уральской дивизии, были убиты командир 28-го Ирбитско-Перновского полка подполковник Н.Н.Трухин и 3 офицера 7-го Уральского егерского батальона, а так же 55 солдат. Были ранены 19 офицеров, в том командир 1-й батареи подпоручик Вильковисский (дважды) и 8 офицеров-егерей, а так же 247 солдат. Кроме того, 19 солдат пропало без вести, контужены 1 офицер и 3 солдат. Всего же, потери белых в бою составили - 25 офицеров и 324 солдата.

По отсчету красных, на поле боя, ими было обнаружено 57 раненных белых солдат, взято 113 пленных, захвачены 2 пулемета системы «Льюис», 115 винтовок, 29 снарядов, ящик артиллерийского пороха, 11 лопат, 4 километра кабеля, артиллерийские повозки. Потери 231-го Сводного полка в бою составили 15 убитых (в том числе помощник командира 3-й роты Тимохин и 2 командира взводов), 37 раненных (в том числе командир 3-й роты Лупов и 3 командира взвода), 3 пропавших без вести.

По воспоминаниям Подрыванова, погибшие были похоронены в двух братских могилах у д.Золотое. Одна из них, была по старой дороге на д.Байдары, в 1,5 километрах от села, сразу за грейдером, в 30-40 метрах слева от дороги. По воспоминаниям местного жителя Тарасова К.С, в ней было захоронено 9 красноармейцев, и раньше стоял памятник, но сейчас это место распахано. А другая могила была на кладбище, но на ней памятника никогда не было. По рассказам местных жителей, после боя, красноармейцы штыками докололи многих лежащих в поле раненных белых солдат.

В погоню за отступавшими белыми, бросились два эскадрона 66-го (2-го) Петроградского кавполка. Между дд.Золотое и Дундино, они обстреляли шедшие по дороге белые обозы и посеяли в них сильную панику, захватив 25 пленных. Пока белая 7-я Уральская дивизия горных стрелков с боем отступала от д.Золотое на д.Дундино, туда же, от д.Байдары по другой дороге наступал красный 230-й Старорусский полк. Впереди колонны двигался эскадрон 65-го (1-го) Петроградского кавполка. По дороге отчетливо стучали конские копыта, еле слышно бряцало оружие.

В 2-3 километрах северо-восточнее д.Байдары, красный эскадрон был встречен огнем.

- Трах! Трах! Тах!

Кавалеристы спешились и вступили в перестрелку. Постепенно выяснилось, что впереди оборонялся белый 26-й Шадринский полк. С подходом главных сил красного 230-го Старорусского полка, белая пехота была сбита и начала отступать на д.Дундино, преследуемые вновь севшей на коней красной конницей. В плен было взято 7 белых солдат.

В это время, поступили сведения, что белые атакуют с.Морай. Опасаясь удара во фланг, 230-й Старорусский полк остановил свое движение, выслав в разные стороны разведки. Вскоре, из д.Байдары подошли оба конных красных полка. С их слов, на переход позади, двигался 1-й Оренбургский казачий Степана Разина кавполк, который уже занял д.Меньшиково (Кудрявцево).

С подходом конницы, после полудня, красный 230-й Старорусский полк начал наступать на д.Дундино. Густая колонна красной пехоты, стала разворачиваться отнюдь не жидкими цепями, умело, выдвигая пулеметные расчеты. Однако боем со стороны белых управляла умелая рука. Промчались орудийные упряжки, развернулись на позиции и вскоре, над красной пехотой вспухли белые облачка шрапнельных разрывов. Затем, стрелять стали шрапнелью и гранатами вперемешку. Так, оборонявшиеся здесь белые 25-й Екатеринбургский и 26-й Шадринский полки, отбили с помощью артиллерии семь красных атак, но под давлением более многочисленного противника, отошли на 4 километра восточнее д.Дундино по дороге на д.Немирово.

Штаб 7-й Уральской дивизии горных стрелков остановился в хут.Русском. При этом белая артиллерия сражалась в бою «…выше всякой похвалы» и даже понесла потери от пулеметного огня подошедших близко к ее позициям красных. Потери красного 230-го Старорусского полка в бою составили около 40 убитых и раненных.

В то время, пока главные силы Рахманова наступали на д.Дундино и д.Золотое, в их тылу, белая 11-я Уральская дивизия атаковала д.Байдары. При этом белый 42-й Троицко-Сибирский полк наступал на деревню с юго-восточной опушки леса, двигаясь южнее деревни, чтобы охватить ее с юго-запада и атаковать западную окраину. Поддерживая это обходное движение, белый 41-й Уральский полк, одновременно наступал на д.Байдары с востока, охватывая ее с севера и нанося удар в общем направлении на лежащее севернее деревни кладбище.

Белая пехота предприняла несколько атак, но была отбита красноармейцами 229-го Новгородского полка. Бой шел в 4 километрах восточнее д.Байдары, красные дважды переходили в конные атаки, но были отбиты. К вечеру, части белой 11-й Уральской дивизии остановились на позиции в 6-7 километрах восточнее д.Байдары. В плен было взято 10 белых солдат. По их рассказам, белая 11-я Уральская дивизия понесла большие потери и, относительно уцелел, лишь приданный 41-му полку отряд солдат-крестоносцев в 400 штыков с 2 пулеметами. К вечеру, отступив за д.Дундино, части белой 11-й Уральской дивизии отошли в лес по дороге на д.Хутора. Сюда же, отступили 10-й и 11-й Сибирские казачьи полки.

На участке 3-й бригады Рахманова, с утра, красный 232-й имени Облискомзапа полк стоял в занятой им накануне без боя д.Малодубровное, направив один батальон на д.Спорновское. Главные силы бригады – 233-й Казанский и 234-й Маловишерский полки, с боем заняли д.Новоутяцкое (Ровная) оттесняя на восток к д.Митино белую 1-ю Самарскую дивизию. Следом за ними, в д.Новоутяцкое вошли 187-й имени Володарского и 184-й Костромской полки с 2-й легкой батареей.

Здесь, к красным командирам подошел местный крестьянин Осипов Петр, который рассказал, что знает расположение белых войск у д.Могильная (Лиственная) и вызвался провести туда красноармейцев. Ему поверили и Осипов, незаметно провел колонну красноармейцев в обход д.Могильная. Прикрывавшая здесь отход белых Волжская кавбригада, была сбита. После боя, красные 233-й Казанский и 234-й Маловишерский полки заняли д.Могильное (Лиственная), заставив белых отойти на д.Спорновское.

Эта победа, позволила выйти во фланг белым оборонявшим д.Митино. Возникла угроза охвата. Стремясь ликвидировать этот прорыв, белое командование бросило в бой основные силы. Уже через несколько часов, у д.Могильное (Лиственная), показались наступающие цепи 1-й Самарской дивизии, 30-го Сибирского Чернореченского полка, 4-го Оренбургского запасного казачьего полка, Волжской кавбригады и части 13-й Сибирской дивизии. При поддержке огня артиллерии, они после 2-часового боя выбили красные 233-й Казанский и 234-й Маловишерский полки из д.Могильное (Лиственная).

При этом в бою, когда красноармейцы под давлением белых уже подались назад, телефонист 233-го полка Брагин Н.Д восстановил под огнем связь сражавшихся рот со штабом полка, а телефонист Ульяновский Ф.В. не отходил от аппарата, передавая приказы. Неудача не обескуражила красных командиров. Приведя бойцов в порядок, они вновь двинули их вперед. Красный 234-й Маловишерский полк атаковал деревню с фронта, а 233-й Казанский полк стал выходить белым во фланг. С боем, белая пехота вновь оставила д.Могильное (Лиственная) и стала отходить на д.Спорновское  преследуемые красноармейцами. За день, потери полков бригады составили:

233-й Казанский – 10 убитых, 152 раненных, 10 пропавших без вести;

234-й Маловишерский – 2 убитых, 38 раненных, 14 пропавших без вести;

12-й отряд особого назначения – 2 раненных.

На участке 1-й бригады Гайлита, красный 227-й Владимирский полк с батальоном 228-го Карельского полка и 6-й легкой батареей, развивая наступление, в ночь с 18 на 19 октября, без боя занял д.Воинково. Стоявший здесь белый 50-й Сибирский полк, прикрывая отход своей дивизии, отступил к д.Становая. Утром, чтобы задержать наступавших красных, не дав им охватить с севера д.Митино, белые 49-й и 51-й Сибирские полки из состава 13-й Сибирской дивизии, при поддержке огня артиллерии, начали наступать из д.Анчутино.

Залповым огнем красноармейцы отбили лобовые атаки. Но бой продолжался с нарастающим напряжением. Казаки 4-го Оренбургского запасного казачьего полка охватили красноармейцев с фланга. Выхватив шашки, им удалось въехать прямо в красную цепь. Всадники метались по полю и рубили, словно специально наскакивающих на них красноармейцев. Мелькали искаженные боем лица, припав на колено, несколько бойцов торопливо стреляли из винтовок. Но красные бойцы не дрогнули и на этот раз. Полк истекал кровью, но стоял. Командир 1-го батальона 227-го полка Омег(т?)ов Иван Михайлович заметил, как некоторые из красноармейцев уже начали бросать оружие и сдаваться, либо разбегаться в разные стороны. Понимая, что еще немного и полк будет разгромлен, он схватил винтовку и открыл огонь по своим же стрелкам, чем остановил их, привел в порядок и отразил белых, не допустив разгрома части.

Тем не менее пришлось отступить. Красный 227-й Владимирский полк отошел из д.Воинково в сторону д.Бараба, потеряв 3 убитых, 29 раненных, 1 контуженного и 1 пропавшего без вести. В этом бою погиб и 59-летний местный крестьянин Семен Никифорович Шохирев.

Но никто не собирался уступать. Приведя себя в порядок, 227-й Владимирский полк с батальоном 228-го Карельского полка и 6-й легкой батареей вновь двинулись в наступление. К удивлению всех, сопротивления на этот раз они почти не встретили. Выяснилось, что, одержав победу, части белой 13-й Сибирской дивизии отошли обратно к д.Анчутино, а 4-й Оренбургский запасной казачий полк отступил в д.Колесниково. Заняв без боя д.Воинково и оставив здесь батальон 228-го полка, весь красный 227-й Владимирский полк резко свернул на север и начал  наступать на д.Лукино, стремясь отрезать белых, действующих в излучине Тобола напротив г.Кургана. Вскоре, он уже занял д.Кетово (Щучье).

Тем временем, главные силы бригады Гайлита (226-й Петроградский полк и два батальона 228-го Карельского полка), получив с утра 10 000 патронов, двинулись вперед. Наступлением руководил лично прибывший в полки комбриг Гайлит. Пройдя уже занятую красными д.Новоутяцкое (Ровная) 226-й Петроградский полк атаковал д.Митино. С фланга, в обход белых позиций двинулся 186-й Владимирский полк с 1-й легкой батареей. С боем они заняли деревню, потеряв не менее 7 раненных (прим.46). При этом, по воспоминаниям Соболева, в окопах нашли 4 убитых белых солдат из «Дружины Святого Креста», с нашитыми крестами на груди и винтовками в руках. Так же, в бою погибли местные жители 10-летний Алексеев Козьма Алексеевич и 42-летний Иван Варламович Никитин.

Оставив здесь батальон 186-го полка, основные силы красных (226-й полк и два батальона 228-го полка) двинулись на д.Становое, а 186-й Владимирский полк начал наступать на д.Козлово. Оттесняя с боем белый 3-й Ставропольский полк, красноармейцы вскоре заняли д.Козлово. Белые отошли в сторону д.Марково, откуда вели обстрел д.Козлово. Погибшие в бою белые солдаты, со слов местных жителей, были захоронены за деревней Козлово в лесу, в братской могиле, о которой долгое время напоминали осевшие холмики. Сейчас, точное ее местонахождение не известно.

Позади наступавших красных полков, в резерве через д.д.Новоутяцкое (Ровное), Митино и Анчутино, двигался красный 185-й Шуйский полк. По мысли красного командования, части 2-й бригады 21-й дивизии должны были занять район дд.Митино – Козлово – Становая – Анчутино, давая возможность 1-й бригаде Гайлита наступать на север, для соединения с полками красной 54-й дивизии в районе дд.Колесниково – Кетово. Эти последние, действовали очень нерешительно.

С утра, красный 481-й полк выступил из дд.Крюково и Нижнеутяцкое. За ним, во второй линии шел красный 483-й полк. Несмотря на то, что директивой командарма требовалось решительно наступать и не дать белым выйти из-под ударов, оба красных полка за день, всего лишь достигли линии в 4-6 километрах северо-восточнее своего первоначального положения у деревень Крюково и Нижнеутяцкое. Это было связано с сопротивлением, которое им оказали отступавшие части белой 13-й Казанской дивизии.

К вечеру, белые отошли на линию разъезд №253 – заимка Невельская (6 километров западнее д.Лукино) – 3 километра юго-западнее д.Лукино. За день, потери красного 482-го полка составили 10 раненных, а так же был контужен ящичный вожатый 5-й Смоленской батареи Жуков Иван Сергеевич, Тверская губерния, Везжигородский уезд, Щербовская волость, д.Сивцево.

176

Схема наступления красной 26-й дивизии 18-19 октября 1919 года.

Всего же за день, в сандив 26-й дивизии поступило 110 раненных и 4 контуженных. Красными было взято 302 пленных, в том числе: 32 солдата – из 1-го Волжского, 32 – из 30-го Сибирского, 33 – из 27-го Камышловско-Оровайского, 27 – из 28-го Ирбитско-Перновского, 54 – из 44-го Кустанайского, 24 – из 43-го Верхнеуральского, 12 – из 41-го Уральского, 10 – из 42-го Троицко-Сибирского, 15 – из 3-го Ставропольского, 25 – из 25-го Екатеринбургского, 39 – из 26-го Шадринского полков. В числе пленных, был ординарец старшего офицера 1-й легкой батареи 13-го Казанского артдивизиона Колчин Петр Михайлович, рядовые 1-й роты 50-го Арского полка Вавилов Егор Иванович, Попков Сергей Егорович, казак 3-й сотни 4-го Оренбургского казачьего полка Юркин Михаил Никонтрович (52).

С 20 октября 1919 года, начался завершающий этап, сколько-нибудь серьезного сопротивления белых на участке 26-й красной дивизии. На рассвете, на участке 2-й бригады Путны, выступивший из д.Дундино в авангарде красных частей 65-й (1-й) Петроградский кавполк, с боем занял с.Саламатное. Следом за ним, туда же подтянулся 66-й (2-й) Петроградский кавполк и батальон 230-го Старорусского полка с 2-й Симбирской конной батареей. Штаб Сводной кавдивизии, вместе с 1-м Оренбургским казачьим Степана Разина кавполком двигались к линии фронта из д.Меньшиково (Кудрявцево).

Не теряя времени, авангард красной конницы выступил на д.Банниково (Зарубино). Но взять с налета деревню не получилось. Белая 13-я Казанская дивизия не только отбросила красную конницу контратакой, но одна из казачьих сотен даже подошла к с.Саломатному и затеяла перестрелку севернее села. По воспоминаниям П.Моисеева, казаки атаковали стоящий в лесочке красный обоз, но из двух пулеметов были отбиты. В этом бою, Сводная кавдивизия потеряла 3 лошадей и 2 бойцов раненными, хотя казаков и удалось отразить.

К этому времени, в с.Саламатное уже прибыла красная пехота – один батальон 230-го Старорусского, весь 229-й Новгородский полки и 1-я Путиловская батарея. Красный 231-й Сводный полк оставался в резерве в д.Дундино, а две его роты стояли в д.Байдары. Практически вся бригада Путны собралась в селе Саломатное. Из-за усталости, красноармейцы разместились на отдых, тесно забив все избы. По воспоминаниям очевидца, одна рота 229-го полка была выставлена в заставу по дороге на д.Банниково, еще 2 роты находились на краю деревни, там, где идет дорога на д.Банниково, а весь 2-й батальон находился у церкви.

Поздно вечером, когда стемнело, около 23 часов, внезапно началась стрельба на заставе. Вскоре, показались бежавшие в панике в село красноармейцы. За ними, с криками «ура» по дороге из д.Банниково, село атаковали белые 50-й Арский полк, эскадрон конно-егерей и 13-й Казанский егерский батальон подполковника Шульца. При виде их, в Саломатном поднялась невероятная паника. Особенно сильно расстроилась конница, чьи бойцы, словно объятые ужасом, стали поголовно удирать. Красные артиллеристы даже бросили свои орудия, а красноармейцы 230-го Старорусского полка все разбежались, бросив свои пулеметы. Лишь роты 229-го Новгородского полка вышли из хат и спокойно ждали распоряжений. Комиссар Васильев подъехал к ним и застал весь полк в сборе. Он начал рассыпать красные роты в цепь, но в это время, белая пехота была уже совсем близко от села. Решив, что рассыпать цепь невыгодно, комиссар двинулся с батальоном по селу, чтобы зайти белым во фланг, от церкви с Копайской дороги.

Улицы села были пустынны, не было заметно ни одного красноармейца. Лишь у церкви встретился командир 230-го полка. Все его бойцы разбежались. Вскоре, батальон стал выходить на Копайскую дорогу. На выходе из села, стали слышны голоса людей. Комиссар поскакал к ним. Это оказались красноармейцы разных рот 2-го батальона и с ними командир полка Кочетков. Всего набралось до 400 штыков. Их спешно развернули в цепь.

В это время, белая пехота были уже около села, а некоторые даже ворвались на улицы. Развернувшись, цепь красноармейцев двинулась на голоса белых стрелков, продолжавших кричать «ура». Левым флангом, красная цепь шла вдоль села и плетней, а правый фланг немного уходил вперед, чтобы отрезать отход белым, которые уже вошли в село и больше не кричали. Цепь быстро продвигалась вперед. Вот уже близко Копайская дорога, по ней двигалась группа белых офицеров. С ходу, красноармейцы открыли по ним огонь, убив 4 лошадей, но офицерам, в числе которых был один в чине полковника, удалось уйти. Дальше красная цепь продвигалась с криком «ура». Белые, слыша в тылу крики «ура», не знали, кто кричит, тем более что вскоре красноармейцы опять замолчали.

Вскоре, впереди послышался разговор и раздался оклик: «какого полка?» В свою очередь, красноармейцы закричали в ответ: «а вы какого?» Белый караул, опять воскликнул: «вы какого полка?» И тогда, кто-то из красноармейцев крикнул: «229-го». Тут же, впереди у белых послышался крик: «пулемет», - но красноармейцы дружно грянули «ура» и, бросившись вперед, не дали белым пулеметчикам открыть стрельбу. Бросив пулемет, его расчет убежал в село, а остальная застава была переколота. После чего, красные роты вошли на улицы и стали разоружать встречающихся белых солдат. Кое-где вспыхивали отдельные штыковые схватки.

В этом бою, 229-й Новгородский полк потерял 2 убитых и 15 раненных, в том числе 2 командиров. Одним из погибших в том бою, был 25-летний боец Федоров Яков Карпович, из д.Беляниной. Около 40 белых солдат убежали переулком и остановились в 1,5 километрах от села, по дороге на д.Банниково, откуда открыли огонь. Обойдя с тыла, красноармейцы заставили сдаться и эту группу.

В 230-м Старорусском полку выбыло из строя 4 командира роты и 2 помощника командиров рот, в 1-й Путиловской батареи были ранены Исаев Михаил Ильич Казанская губерния, Спасский уезд, Ахмадинская волость, д.Масловка и Ахметсафин Шакирьзян, Казанская губерния, Тетюшский уезд, Кильбуражская вол, д.Н.Малак.

Всего, в плен был взят 191 белый солдат и 1 офицер, захвачены 1 пулемет системы «Максим» и 8 лошадей. После боя, 13-й Казанский егерский батальон стал насчитывать 70 штыков и 20 офицеров, хотя до боя в нем было 120 штыков.

Случай позорной паники во время боя в с.Саломатном, стал достоянием гласности и имел серьезные последствия. В 230-й Старорусский полк был назначен новый комиссар Ложечкин, которому военкомом дивизии было дано следующее указание: «в последние дни в 230-м полку были неудачи сопряженные с полным беспорядком в полку. Причины его дезорганизованности в комсоставе, который отсутствовал на своих местах, трусил и малодушничал».

Но особый гнев штаба 5-й армии вызвали действия кавдивизии. От нее вообще ожидали большего. Буквально накануне злосчастного боя, 20 октября, командарм Тухачевский, строго указывал штабу начдива Подгурского на то, что штаб белой Волжской группы находился в д.Кормилово и Сводная кавдивизия «…при смелом командире», имела все шансы и должна была его захватить. Однако, как подчеркивал командарм, части дивизии продолжали «…действовать с возмутительной робостью, бродя чуть ли не по тылам нашей пехоты». От начдива потребовали «…решительно и смело, забыв всякий страх за свой фланг и тыл, прорваться сквозь фронт белых и разгромить его сообщения». При этом командарм грозно предупреждал, что «дальнейшая нерешительность будет рассматриваться как преступное бездействие».

Однако, вместо известия о начале прорыва и рейда по тылам белых, в штаб армии пришли сведения о панике и бегстве конных полков. Вне себя от гнева, командарм специальной телеграммой, строго указал начдиву Сводной конной, что его штаб находится в д.Меньшиково (Кудрявцево), то есть почти в 40 километрах от ведущих бой полков. В выражениях командарм не стеснялся. Он писал: «могу это объяснить или непроходимым безумием, или преступным уклонением от боевой обстановки. На кавдивизию возложена задача, которая требует массовой конной атаки с непременным личным участием начдива, которому нужно немедленно прибыть к своим полкам. За означенное преступное отношение к делу, начдив и начштаба предаются суду ревтребунала, временно оставаясь на своих местах».

На участке 3-й бригады Рахманова, с рассветом, батальон 232-го имени Облискомзапа полка выступил из д.Малодубровное. После ожесточенного боя с белой Волжской кавбригадой, он занял д.Спорновское, заставив противника отойти на д.Строевое и с.Саламатное. В этом бою погиб казак Александр Васильевич Харин, уроженец Челябинского уезда, поселка Хареинского. Подходя к с.Саламатному, Волжская кавбригада обнаружила, что село уже занято красными и, обойдя его, сосредоточилась в д.Банниково (Зарубино). Тем временем, в д.Спорновское стали подтягиваться из д.Могильное (Лиственная) и главные силы 3-й бригады – красные 233-й Казанский и 234-й Маловишерский полки.

Развивая наступление, около полудня, батальон красного 234-го полка, занял д.Строевое, после короткого боя с арьергардом Волжской кавбригады. К вечеру, цепи красноармейцев 232-го имени Облискомзапа полка, уже подошли на 2 километра к д.Дубровной, где вели бой с белым 1-м Самарским егерским батальоном и 1-м Волжским полком. У д.Еранино, дорогу с запада прикрывал 2-й Самарский полк, а в самой д.Дубровной, в резерве стояли 3-й Ставропольский и 30-й Сибирский Чернореченский полки.

Части белой Уральской группы уже начали отходить на восток. С утра, белый 26-й Шадринский полк оборонял дорогу от с.Саломатная на д.Немирово, 7-й Уральский егерский батальон прикрывал дорогу из д.Копай на д.Немирово, а 27-й Камышловско-Оровайский полк оборонялся на позиции в 3 километрах от д.Дундино по направлению на хутор Русский (в 4 километрах восточнее Дундино). Позади него, во втором эшелоне, на позиции в 3 километрах восточнее хутора Русский стоял 28-й Ирбитско-Перновский полк.

Таким образом, вся белая 7-я Уральская дивизия горных стрелков занимала позиции полукругом. В д.Немирово, в резерве стоял 5-й Оренбургский казачий полк. По приказу комгруппы, эти части должны были наступать на д.Дундино. Однако, узнав, что сбитые слева у д.Дмитриевка, части белой 11-й Уральской дивизии, уже отошли к д.Хутора и, опасаясь обхода, части 7-й Уральской дивизии горных стрелков без боя отошли в д.Немирово, как только красные начали наступать из д.Дундино на позиции 27-го полка у хут.Русский и красная артиллерия начала обстрел. Зауральские дороги наполнились движением. Слышались тележный скрип, говор и слитный шорох множества шагов. Колыхаясь, шли ряды солдат. За ними, в сумерках, плотно, ось к оси,  тянулись   конный обоз. На их подводах фураж, военная амуниция, беженцы. Степной ветер заносил полы захлестанных грязью шинелей. Впереди колонны двигались верхоконные всадники.

На участке 1-й бригады Гайлита, с утра, красный 226-й Петроградский полк двинулся из д.Митино на д.Анчутино, а два батальона 228-го Карельского полка стали с юга наступать на д.Становое. Белые окопы здесь шли, от крайних огородов деревни, до ручья текущего по северной окраине.

По воспоминаниям П.Моисеева, их 228-й полк вошел в д.Становое редкой цепью, через огороды. Белые отходили фактически без боя, лишь изредка отстреливаясь. Пожилой красноармеец по имени «дядя Роман» достиг плетня и только хотел перемахнуть, как случайная пуля ударила его прямо в сердце. Там его и похоронили. Могила существовала некоторое время, а затем на ее месте был построен дом.

Днем, части Гайлита уже подошли к д.Колесниково, где встретили 241-й полк из состава соседней красной 27-й дивизии. Соединившись вместе, красные 228-й Карельский и 241-й Крестьянский полки двинулись на д.Нестерово, которую заняли поздно вечером. Находившиеся на этом участке части белой 13-й Сибирской дивизии отошли на д.Медвежье. Ближе к вечеру, над расположением 1-й бригады показался красный аэроплан. Это были летчик Батурин и летнаб Рухин на своем «Сопвиче». Пролетев по маршруту стан.Зырянка – г.Курган – д.Пушкарево – стан.Варгаши – д.Новомарково – д.Павлуцкая – д.Щучье – г.Курган – стан.Зырянка, они сбросили листовки и садились на свой аэродром уже в сумерках при кострах.

Действовавшие здесь же части 2-й бригады 21-й дивизии (187-й имени Володарского, 185-й Шуйский и 184-й Костромской полки), двигались через дд.Становая и Козлово на дд.Ново и Старомарково, которые заняли вечером без боя. Красный 186-й Владимирский полк находился в резерве в д.Козлово, куда к нему из д.Новая через д.Митино, прибыла приданная 2-я батарея гаубичного артдивизиона 26-й дивизии. Оборонявшиеся на этом участке части белой 13-й Казанской дивизии отошли из д.Старомарково в д.Банниково(Зарубино).

Отступали по лесам, по прогалинам, по одичалым проселкам, исполосованными следами орудийных колес. С неба сочилась дождевая мгла. Люди шли промокшие, озлобленные. Ветер без устали мотал вершины берез. Солдаты, глубоко засунув озябшие руки в карманы, поднимали воротники своих шинелей и прятали в них от ветра свои хмурые лица. Шли безостановочно, пока в провале березовых островов, вскоре не завиднелись бревенчатые дома и ветряки очередной деревни. Там, из печных труб, закручиваясь на ветру, курились дымки, пахло печеным хлебом и паленой щетиной.

В тылу передовых красных частей, фактически двигались и части красной 54-й дивизии. С утра, ее 481-й полк без боя занял дд.Щучье (Санино), Лукино и Патронное, а 482-й и 483-й полки ближе к вечеру без боя вошли в д.Колесниково. За день, в штаб 26-й дивизии были доставлены пленные: 25 солдат – из 41-го Уральского, 17 – из 43-го Верхнеуральского, 16 – из 2-го Самарского, 19 – из 1-го Волжского, 19 – из 3-го Ставропольского полков, 9 – из инждива, 27 – из егерского батальона, 18 – только что мобилизованных и не влитых еще в полки. В сандив 26-й дивизии поступило 256 раненных и 2 контуженных (53).

21 октября 1919 года, начдив Эйхе поставил задачу частям 2-й бригады, к вечеру выйти на линию д.Хутора – д.Банниково, 3-й бригаде – через д.Копай-2 наступать на линию дд.Коноплевка – Александровка, 2-й бригаде 21-й дивизии – наступать через дд.1-ю и 2-ю Копай на линию от северного берега оз.Песчаное до южного берега оз.Юрахлы, а 1-й бригаде – наступать через д.Медвежье и д.Кормилово до южного берега оз.Юрахлы.

От Сводной кавдивизии, командарм Тухачевский требовал, одновременно с наступлением частей 26-й дивизии на д.Копай, выйти на их правый фланг, конной атакой в левый фланг белых разгромить их, после чего быстрым маршем проскочить и занять д.Желтики, откуда наступать на д.Н.Глубокое и д.Черешково, отрезав тем самым, пути отхода белым от стан.Лебяжье. Полку Степана Разина было приказано ускорить движение и к вечеру прибыть в с.Саломатное.

С утра, на участке 2-й бригады Путны, две роты 1-го батальона 229-го Новгородского полка начали наступать из с.Саломатное с фронта на д.Банниково (Зарубино). Одновременно, сильная красная колонна двинулась в обход деревни. В нее входили 2-й батальон комбата Нольмана из состава 229-го Новгородского полка, одна рота 1-го батальона и практически вся Сводная кавдивизия – 65-й (1-й) и 66-й (2-й) Петроградские кавполки. Их путь лежал на д.Копай.

Наступавшие с фронта красноармейцы, встретили у д.Банниково ожесточенное сопротивление. Здесь оборонялись белые части 13-й Казанской дивизии. Особое геройство в бою проявил командир отделения 229-го полка Шелгунов Илья Савельевич. Он первым бросился в атаку и увлек за собой других красноармейцев. В полдень, с помощью подошедшего батальона 230-го Старорусского полка, деревню удалось взять. При этом в одном месте на участке 2-й роты, было убито до 30 белых, наложенных прямо грудой на поле.

Однако бой на этом еще не кончился. Не успели взять деревню, как белая пехота перешла в контратаку и под ее натиском, красноармейцы отошли от д.Баннниково на опушку леса, что впереди влево от с.Саломатного, где удалось задержаться. Ободренные успехом, белые стрелки наступали тремя цепями. Правый фланг красной позиции был открыт, и белые шли напролом, нигде не задерживаясь. Грозила полная катастрофа с потерей двух батарей. Однако метким огнем удалось остановить правый фланг наступающих белых цепей и сильно его повыбить, после чего белые солдаты здесь обратились в бегство.

Красные 1-я Путиловская и 2-я Симбирская конная батареи сопровождали бежавшего противника ураганным огнем. Надрывающе выли снаряды, над головами людей вспыхнули облачка шрапнельных разрывов, лопнула и завизжала картечь. Вздрогнула земля, поднялись черные кусты разрывов. Весь левый фланг белой цепи, видя панику на правом фланге, тоже смешался и начал отходить. Красные батареи продолжали громить отступающего противника залпами.

В это время, группа комбата Нольмана  обошла с тыла и вышла на дорогу между дд.Копай-1 и -2. В последней, у белых находилась батарея из 3 орудий, штаб 13-й Казанской дивизии и 50 казаков. Красная пехота атаковала белую батарею, которая под прикрытием пулеметов стала сниматься с позиции. Штаб белой дивизии выскочил из деревни и сгрудился в стороне от дороги. К сожалению, красная конница не использовала этот благоприятный момент для его захвата и разгрома, а, заметив буквально 50 казаков, отошла к лесу, откуда совсем ушла. Красноармейцы бегом атаковали деревню, взяв там аппарат Морзе и 20 телефонов, но белые смогли удрать на подводах, и никто не мог их догнать бегом.

Красная конница имела громадное превосходство, но не сумела развить успех. После этого, обходная группа красных двинулась с тыла на д.Банниково (Зарубина). Не доходя деревни, красноармейцы сбили с позиции белую батарею, которая вела огонь по наступавшему с фронта 1-му батальону. Подойдя к д.Банниково, Нольман отрезал белым путь отхода. Узнав, что с тыла подходят красные, оборонявшиеся в д.Банниково белые части 13-й Казанской дивизии в панике бросились влево между озером и деревней, где им удалось прорваться и отойти на д.Слободчики.

В бою был совершенно разбит 50-й Арский полк, в плен были взяты раненный младший офицер 2-й роты 51-го Уржумского полка прапорщик Казанцев Николай Васильевич, Вятская губерния, Уржумский уезд и 1 врач из 13-го Казанского егерского батальона. В этом бою, 229-й Новгородский полк потерял 4 убитыми, 57 раненными, 2 контуженными и 4 пропавшими без вести. Вероятно, именно среди этих погибших были 24-летний Анатолий Пьянков и 30-летний красноармеец 229-го полка Александр Малышев, записанные в метрическую книгу Михайло-Архангельской церкви села Ключики современного Куртамышского района. Потери 230-го Старорусского полка составили 9 убитых, 47 раненных, 1 контуженный, 53 пропавших без вести.

На участке 3-й бригады Рахманова, красный 232-й имени Облискомзапа полк с утра начал бой под д.Дубровное. При этом, начальник команды связи 2-й Симбирской батареи Журавлев Дмитрий Ефимович, ведя наблюдение, обнаружил в тылу батареи белую пехоту, которая могла отрезать 2-ю батарею и красную пехоту впереди. Он сообщил командиру красного полка, который направил к месту прорыва один из своих батальонов, разбивший обошедших с тыла белых.

Одновременно, красный 234-й Маловишерский полк на рассвете без боя занял д.Гагарье, где был взят в плен 1 белый мотоциклист. Этот маневр, угрожал левому флангу и тылу белых, которые упорно сопротивлялись у д.Дубровное. Туда была выслана рота красноармейцев и, опасаясь окружения, белые отошли на д.Васильки и стан.Варгаши, после чего 232-й имени Облискомзапа полк с боем занял д.Дубровное, потеряв не менее 26 раненных (прим.47).

К вечеру, один батальон 232-го полка и весь 233-й Казанский полк, без боя заняли д.Медвежье, где, отстав от своего полка, в плен сдался белый солдат-телефонист Архипов Иван Евдокимович, из команды связи 49-го Сибирского полка. Приданный бригаде 12-й отряд особого назначения находился в д.Спорновское. По докладу штаба бригады, за период с 17 по 21 октября, красный 232-й имени Облискомзапа полк взял в плен 20 белых солдат, захватил 75 винтовок, 65000 патрон, 1 пулемет, 100 снарядов, 6 лошадей, 1 патронную двуколку, 2 катушки кабеля, 1 хомут; 233-й Казанский полк взял в плен 1 офицер и 32 солдата, захватил 1 винтовку, 27000 патрон, 3 лошади; 234-й Маловишерский полк взял в плен 34 солдата, захватил 14 пулеметных лент и 1 мотоцикл.

Части 1-й бригады Гайлита, в это время, продвигались вперед уже без боя. Белые на их участке, опасаясь окружения в полосе железной дороги, стремительно отходили. В этот день, произошел интересный эпизод, описанный в своих воспоминаниях комбригом. Чтобы быстрее разобраться в обстановке, Гайлит, взяв с собой две команды конных разведчиков и ординарцев, лично выехал в д.Колесниково. Вперед были посланы два ординарца, предупредить об их прибытии. Подъезжая к деревне, вся группа выехала на открытое место, по которому ехали еще 2-3 километра. Было видно, как высланные вперед ординарцы въехали в деревню.

Деревня Колесниково расположена на берегу озера и небольшим заливом делилась на две половины. Занимавший деревню красный батальон, состоял из молодых, недавно мобилизованных бойцов, которые приняли приближающуюся большую группу конницы за казаков. В замешательстве, две красные роты бросились бежать и очистили ближайшую половину деревни. Въезжая на околицу, комбриг заметил, как с противоположенного края деревни убегали мелкие группы людей. Но еще одна рота, решила остаться и встретить «противника».

Тем временем, заехав в деревню, комбриг Гайлит немало удивился полному отсутствию людей на улицах, все словно замерло. Не видно было и высланных вперед ординарцев. Выехав на площадь между двумя частями деревни, Гайлит увидел, что улица, ведущая в другую половину деревни, была перехвачена двумя шеренгами стрелков с винтовками наизготовку. Передняя шеренга находилась  в положении «с колена», вторая за ней – стоя. Перед шеренгами в 30 метрах стояли оба ординарца. Между сторонами происходило выяснение «пропусков», которые никто не решался назвать первым. Малейшее замешательство или попытка повернуть обратно, в такой ситуации неминуемо бы вызвало град пуль.

Комбриг Гайлит проявил свойственное ему хладнокровие. Приказав своему сборному эскадрону остановиться, он с 2-3 ординарцами поехал вперед к заслонившей улицу роте. Ощущение было весьма неприятным, так как несколько десятков винтовок следили за каждым их движением. Но как только командир подъехал на 10 шагов, как раздалась команда: «Не стрелять, это свои!». Выяснилось, что это была та самая рота, которую Гайлит не так давно разоружил за бегство с предмостных позиций у с.Утяцкого. Теперь же, он поблагодарил тех же стрелков, за проявленную ими стойкость.

В тот же день, полки 1-й бригады выступив из д.Колесниково, прошли без боя дд.Нестерово, Васильки и к вечеру прибыли в д.Медвежье. На участке 2-й бригады 21-й дивизии, двигавшийся в авангарде батальон 187-го имени Володарского полка, с коротким боем занял д.Еранино, выбив из нее белый 30-й Сибирский Чернореченский полк и 150 сабель белой конницы. Части красной 54-й дивизии двигались в тылу и к вечеру, два полка со штабом бригады прибыли в д.Малодубровное, а еще один полк вошел в д.Спорновское.

За день, части 26-й дивизии потеряли 13 убитыми, 104 раненными, 3 контуженных и 56 пропавших без вести. В штаб 26-й дивизии были доставлены пленные: 2 солдата – из Волжского драгунского, 4 – из 1-го Волжского, 10 – из 50-го Сибирского, 3 – из 51-го Сибирского, 8 – из 49-го Сибирского, 14 – из 3-го Ставропольского, 42 – из 28-го Ирбитско-Перновского, 70 – из 27-го Камышловско-Оровайского, 5 – из 25-го Екатеринбургского, 4 – из 30-го Сибирского, 6 – из 41-го Уральского, 3 – из 43-го Верхнеуральского полков, 1 – из 1-й Самарской дивизии, 1 – из Самарской гаубичной батареи (54).

Этими последними арьергардными боями, по сути, и закончилось сколько-нибудь организованное сопротивление белых на участке 26-й дивизии. С этого дня и вплоть до выхода на реку Ишим, белые части на ее фронте беспрерывно отступали. С целью развить наступление в более широком масштабе и окончательно нанести поражение белым в полосе железной дороги, командарм Тухачевский требует от Сводной кавдивизии, смелым ударом в тыл белым в направлении стан.Лебяжье, отрезать им пути отхода, а от 26-й дивизии – энергично нажимать на отступающего противника с фронта. Как писал впоследствии сам Тухачевский, «…непрерывное успешное развитие наступления выдвигало задачу отрезать противнику пути отступления к Петропавловску».

22 октября, выступивший из д.Медвежья в авангарде 1-й бригады Гайлита красный 228-й Карельский полк, с боем, после нескольких атак, занял д.Кормилово, потеряв раненным красноармейца 5-й роты Сырцова Ивана, Златоустовский уезд, Юрюзанский завод и 1 красноармейца попавшим в плен. Оборонявшийся здесь в арьергарде белый 4-й Оренбургский запасной казачий полк отошел к железной дороги, где действовавший белый бронепоезд обстреливал д.Корнилово. На нее, наступали с юга две роты 226-го Петроградского полка. В плен был взят 1 белый солдат из 1-й батареи 13-го Казанского артдивизиона.

Еще один батальон 226-го Петроградского полка и 1-я тяжелая батарея стояли в резерве в д.Медвежье, 2-я тяжелая батарея двигалась из д.Варгаши в д.Кормилово, а 227-й Владимирский полк двигался на перешеек озер Среднее и Большое Юрахлы. После обеда, главные силы бригады – 227-й Владимирский и 228-й Петроградский полки с взводом 6-й легкой и 3-й Ржевско-Новгородской батареями выступили из д.Кормилово на д.Плоское, но были остановлены стоявшей здесь белой 13-й Казанской дивизией. Правее до оз.Юрахлы, оборону держал 4-й Оренбургский запасной казачий полк. Севернее его, на позиции между озерами Юрахлы, на левом фланге белой 3-й Симбирской дивизии, оборонялись 11-й Икский полк и 3-й Симбирский егерский батальон. Позади в д.Желтики, сосредоточилась 1-я Самарская дивизия.

Поздно вечером, уже в темноте, в атаку пошли красные 65-й (1-й) и 66-й (2-й) Петроградские кавполки. Под огнем белого бронепоезда они наступали на д.Плоское, а прибывший к линии фронта 1-й Оренбургский казачий Степана Разина кавполк двинулся в обход д.Жолтеки. Вскоре, 66-й (2-й) Петроградский кавполк после упорного боя выбил белую 13-ю Казанскую дивизию из д.Плоское, заставив ее отойти к д.Речное, где стояла и белая 13-я Сибирская дивизия.

Ночной маневр полка Степана Разина на д.Желтики, из-за сильной темноты не удался. Вообще, красное командование предупреждало свои части, что этот полк, по внешнему виду схож с казачьими частями белых. К этому времени он насчитывал 36 командиров и 959 солдат, в том числе 806 сабель и 3 пулемета.

По соседству, в полосе железной дороги, красные 184-й Костромской и 187-й имени Володарского полки, выступив с утра из д.Еранино, без боя прошли д.Копай-2, взяв в ней перебежчиков из 49-го Казанского и 51-го Уржумского белых полков. Затем, после небольшого боя с белой Волжской кавбригадой, оба красных полка заняли д.Копай-1, выйдя на линию от северной окраины оз.Песчаное до южного берега оз.Юрахлы. Позади них, 185-й Шуйский и 186-й Владимирский полки прибыли в д.Копай-2. Белая Волжская кавбригада вела бой восточнее д.Копай-1, по дороге на д.Речное, обеспечивая левый фланг Волжской группы.

На участке 2-й бригады Путны, двигавшийся в авангарде 230-й Старорусский полк, выступил из с.Саламатное и через д.Покровку прибыл в д.Немирово (Коноплевку). Стоявшая здесь сотня 5-го Оренбургского казачьего полка, под давлением развернувшейся красной цепи в 400 штыков, отошла за д.Александровку, на позиции по дороге на д.Калашное. За ним, в д.Хутора из д.Банниково, прибыл 229-й Новгородский полк, а из д.Дундино – 231-й Сводный полк. Последним, из с.Байдары в с.Саломатное, прибыл приданный бригаде 1-й отряд особого назначения.

На участке 3-й бригады Рахманова, с утра, двигавшийся в авангарде 234-й Маловишерский полк, выступив из д.Гагарье прошел д.Копай-2 и к вечеру прибыл в д.Александровка. Спешенная сотня 5-го Оренбургского казачьего полка, заметив наступавших из д.Александровки красных, с боем отошла к д.Калашной. Двигавшийся за ним 233-й Казанский полк, выступив из д.Медвежье, к вечеру вошел в д.Немирово (Коноплевка). Красный 232-й имени Облискомзапа полк, выйдя из д.Дубровное, прибыл в д.Копай-2. Перед ними, из д.Калашное на д.Требушинное, отходила белая 7-я Уральская дивизия горных стрелков, в арьергарде которой, отступал 5-й Оренбургский казачий полк. К вечеру, 25-й Екатеринбургский и 26-й Шадринский полки остановились в д.Забошное. Туда же, прибыл и только что сформированный 1-й Карпаторусский полк. Белые 27-й Камышловско-Оровайский и 28-й Ирбитско-Перновский полки заночевали в д.Моховик, а 7-й Уральский егерский батальон и Самарский гусарский конный дивизион остановились в д.Требушинное.

За день, в сандив 26-й дивизии поступило 66 раненных бойцов и 1 контуженный. В штаб 26-й дивизии было доставлено 253 пленных, в том числе: 87 солдат из 50-го Арского, 12 – из 25-го Екатеринбургского, 8 – из 43-го Верхнеуральского, 11 – из 13-го Омского, 20 – из 49-го Сибирского, 12 – из 30-го Сибирского, 14 – из 2-го Самарского, 13 – из 26-го Шадринского, 10 – из 51-го Сибирского полков, 14 – из телеграфной роты, 39 – из егерского батальона.

Оказавшиеся фактически в тылу полки 54-й красной дивизии, получили приказ командарма о переброске на правый фланг 5-й армии в район Петропавловского тракта. Свернувшись в походные колонны, они весь день двигались по маршруту: д.д.Колесниково – Павлуцкая – Козлово – Дубровное – Спорновское – Золотое и к вечеру 22 октября, остановились в дд.Казенная – Яровое – Васильевка. На следующий день, они должны были перейти в район казачьего поселка Усердный и дд.Воздвиженка – Успенское.

Стоявшей в глубоком тылу 1-й бригаде 54-й дивизии, было, приказано выделив всех здоровых, двигаться следом за 2-й бригадой. Инженерный батальон 54-й дивизии, вместе со штабом 2-й бригады, двигался по маршруту д.д.Бараба – Обухово – Дубровное, учебный батальон оставался в тылу в д.Горохово. Больше в боях на курганской земле, части этой дивизии не участвовали, да и дальнейшая их история оказалась совсем недолгой (55).

23 октября, на рассвете, Сводная кавдивизия из д.Плоское, начала наступать на д.Желтики. Здесь оборонялись части белой 13-й Казанской дивизии. Встречным контрударом, они отбросили красную конницу к д.Речной, которую красные кавалеристы так же оставили. Однако затем, с подходом частей 2-й бригады 21-й дивизии, все три полка красной конницы, вместе с пехотой перешли в контрнаступление и заняли д.Речное.

Белые 49-й Казанский и 50-й Арский полки были отброшены на д.Баксары, где находилась и 13-я Сибирская дивизия. От Баксаров на д.Калашное, тянулись отступающие колонны 1-й Самарской дивизии. Продолжая наступление, части комбрига Кукурана двинулись на д.Баксары, а красные 65-й (1-й) и 66-й (2-й) Петроградские кавполки атаковали д.Желтики.

Пока красноармейцы 184-го Костромского полка наступали на деревню с фронта, красная конница зашла обороняющимся с фланга, со стороны д.Речное и ворвалась на их позиции. Были разгромлены 51-й Уржумский полк капитана Пугаева (2 батальона, 4 роты, 8 пулеметов, 1-я рота – 28 человек, 2-я рота – 44 человека, команда пешей разведки – 30 человек, команда конной разведки – 30 сабель) и 13-й Казанский егерский батальон (70 штыков), при чем последний практически полностью уничтожен. В плен было взято 13 офицеров и 277 солдат, а так же захвачены 4 пулемета. Части 13-й Казанской дивизии отошли к д.Большеостровное.

После этого, 66-му (2-му) Петроградскому кавполку был отдан приказ атаковать стан.Лебяжье, а 65-му (1-му) Петроградскому и 1-му Оренбургскому казачьему Степана Разина кавполкам дано распоряжение наступать из д.Речное на д.Нижнеглубокое.

Двигавшиеся по соседству части 1-й бригады Гайлита, к вечеру без боя заняли дд.Плоское (226-й Петроградский полк с тяжелой батареей и взводом 6-й батареи), Желтики (228-й Карельский полк с 3-й Ржевско-Новгородской батареей), д.Слободчики (227-й Владимирский полк с взводом 6-й батареи). На участке 2-й бригады Путны, двигавшиеся в авангарде 230-й Старорусский полк из д.Немирово и 231-й Сводный полк из д.Хутора, без боя прошли д.Калашное и двигались на д.Песьяное. За ними, из д.Немирово в д.Калашное шли 229-й Новгородский полк и 1-й отряд особого назначения.

В авангарде частей 3-й бригады Рахманова двигался красный 234-й Маловишерский полк, который из д.Копай-2, двигался через д.Александровку и д.Калашное на с.Лисье. Не доходя 3 километров до последнего, он вступил в бой с прикрывавшими отход белыми 30-м Сибирским Чернореченским полком, егерским батальоном и казачьей сотней с 2 орудиями. В коротком столкновении, красноармейцы обошли белых, и те спешно отошли на с.Макушино.

За день, в сандив 26-й дивизии поступило 8 раненных, а так же умер от полученных в предыдущих боях ран комиссар Кузьмин Петр Павлович, уроженец д.Змейская, Подбельской волости, Новгородской губернии, проживавший в г.Петроград на Васильевском острове.

177

Схема боевых действий с 22 по 28 октября 1919 года.

К этому времени, белая армия отступала по всему фронту. С тяжелым чувством, солдаты и офицеры оставляли курганские поля, где было положено столько сил и жертв. Начиналось общее отступление всей армии. Это было концом всего Белого движения, крушением последних надежд возлагавшихся на осень.

Когда началось общее отступление, дух упал и в частях, наиболее крепких по командному составу. Белый командарм Сахаров, вспоминая об этом времени, писал: «нельзя выразить той горечи, какая охватила всех нас на фронте, всю армию. Сделанный ею подвиг, одержанная на Тоболе победа, сознание близкого и окончательного разгрома красных — все пошло прахом... И не было надежды на новое улучшение, на перемену... Теперь, когда наступила эта осень, прошли месяцы упорной кровопролитной борьбы, когда было достигнуто многое и мы подошли почти к полной победе, — все начало рушиться. Какая-то темная сила сводила на нет великие жертвы, труды и усилия. Мрачно становилось на душе».

По воспоминаниям полкового комиссара Терентьева Алексея Васильевича, фронт белых в это время уже трещал по швам. Вернее фронта уже не было – была бегущая, деморализованная, никем не управляемая толпа полураздетых, голодных солдат, именуемых полками, насчитывающими в лучшем случае, каждый сотню штыков. Со слов пленных, большинство солдат были готовы перейти к красным, но боялись расстрелов.

Все офицеры хорошо понимали, что Восточный фронт белых армий в Зауралье рухнул окончательно и остатки полков, который они вели  в  приишимские степи,  близки к полному уничтожению. По ночам, недавно мобилизованная крестьянская молодежь, на свой страх и риск тайком расходилась по домам. Полки таяли и с каждым днем теряли свою боеспоспособность. В них оставались  лишь те, кто не ждал никакой пощады от большевиков. И каждый из них, физически ощущал не только напряженное дыхание преследующей их 5-й красной армии Тухачевского, но и тревожную поступь приближающейся сибирской зимы (56).

С 24 октября 1919 года, красные полки двигаются по Зауралью практически безостановочно, а командующий белым фронтом генерал Дитерихс, отдавал распоряжения начать эвакуацию Омского и Куломзинского транспортных узлов.

Наступавшие в авангарде 2-й бригады 21-й дивизии, красные 184-й Костромской и 187-й имени Володарского полки, прошли на рассвете дд.Баксары и Одино, откуда выступили на д.Требушинное. За ними, из дд.Желтики и Речное, двигались 185-й Шуйский и 186-й Владимирский полки с 2-й батареей гаубичного артдивизиона.

Красный 66-й (2-й) Петроградский кавполк вошел на стан.Лебяжье, где захватил пленных из белого 11-го Сенгилеевского полка. С их слов, белая 3-я Симбирская дивизия отступает на восток, под прикрытием двух белых бронепоездов, каждый из которых, вооружен 2 орудиями и 4 пулеметами.

Штаб Волжской группы перешел в с.Макушино. Здесь же, была погружена в эшелоны и отправлена в Петропавловск, выведенная с фронта 13-я Сибирская дивизия без артдивизиона. Охрану железной дороги на участке от Макушино до Петропавловска нес 9-й охранный железнодорожный батальон (400 человек, 4 пулемета).

Походными колоннами, через дд.Желтики, Баксары на с.Лисье, двигались полки 1-й бригады Гайлита с 3-й Ржевско-Новгородской батареей. На участке 2-й бригады Путны, красные полки, выступив из д.Песьяное, двигались на д.Пеган. По дороге, разведка 231-го Сводного полка вела перестрелку с конной заставой белых в 2 километрах от д.Саратовки, а четыре роты 230-го Старорусского полка выбили белую конницу из д.Забошной и д.Требушинное. За ними, на восток шли 1-й и 12-й отряды особого назначения.

Отступавшие части белой Уральской группы, отходили через д.Большегусиное в с.Малоприютное (7-я Уральская дивизия горных стрелков) и д.Большеприютное (11-я Уральская дивизия). Их отступление прикрывали оставленные в дд.Пеганово, Мартино и Сливное конные арьергарды и 2-я Оренбургская казачья бригада. Отсюда, дивизии Уральской группы должны были сместиться на юг, в район казачьего поселка Дубровное на петропавловском тракте, чтобы задержать стремительно рвущиеся по нему вперед красные полки.

На участке 3-й бригады Рахманова, наступавший в авангарде красный 234-й Маловишерский полк, выступив из с.Лисье прошел д.Забошное, и после короткого боя с белой конницей занял д.Требушинное. За ним, из д.Баксары через с.Лисье, двигались 233-й Казанский и 232-й имени Облискомзапа полки.

За день, в сандив 26-й дивизии поступило 6 человек, в том числе был ранен красноармеец 3-й роты 232-го полка Усов Иван Куприянович, Алтайская губерния, Славгородский уезд, д.Черман. В штаб 26-й дивизии прибыли пленные: 3 солдат из 3-го Ставропольского, 1 – из 50-го Арского, 1 – из 50-го Сибирского, 1 – из 1-го Волжского, 1 – из 30-го Сибирского, 3 – из 2-го Самарского, 1 – из 44-го Кустанайского, 4 – из 26-го Шадринского полков, 1 – из егерского батальона и 2 – из 1-го Самарского маршевого батальона (57).

К этому времени, штаб Тухачевского стремился разбить и отбросить белых к северу от железной дороги, захватить пути их отхода, и лишить противника возможности переправиться на восточный берег реки Ишим. Директивами №1712-н от 25 октября и №1721-н от 26 октября 1919 года, главная роль в этом, отводилась частям 5-й и 35-й дивизий. Ударом с юга во фланг, они должны были выйти на линию железной дороги, отрезав белым путь отступления на Петропавловск.

Особая задача, по выходу в глубокий тыл белых за г.Петропавловск, ставилась Сводной кавдивизии. Для этого, она форсированным маршем перебрасывалась в степи на самый правый фланг армии, где, переправившись через Ишим, должна была пройти рейдом и перерезать линию железной дороги, не дав эвакуировать город Петропавловск. Перед полками 26-й дивизии, ставилась задача содействовать мощному удару во фланг отходящей 3-й армии белых, отбрасывая противника к северу от железной дороги, лишая удобных путей отхода и возможности переправиться через Ишим у Петропавловска.

Опасаясь такого развития событий и понимая, что дальнейшее удержание позиций, лишь приведет к окончательному истощению войск, командующий белым фронтом генерал Дитерихс, 25 октября 1919 года, отдал директиву об отводе армий за реку Ишим. При этом предполагалось, что из-за сужения линии фронта под Тобольском, появится возможность отвести в тыл целиком всю 1-ю армию, где она должна будет пополниться и подготовиться к новому контрудару.

В сущности, данная директива повторяла план Тобольской операции: войска поэтапно отходили в тыл, пополнялись и отдыхали, а затем наносили удар из глубины, одновременно и на широком фронте. Как опытный стратег, комфронта Дитерихс не мог не отдавать себе отчета в том, что проведение подобного рода маневра потребует уступки противнику значительной территории Белой Сибири, включая и ее столицу – Омск. Но как военачальник, Дитерихс считал, что потеря Омска не приведет к поражению Белого дела.

При этом Дитерихс недооценил политических последствий захвата Омска красными. Эта ошибка решила его судьбу и осенью 1919 года, он был снят с должности. Но, исполняя его указания, с 25 октября 1919 года, части Уфимской и Волжской групп оставили фронт и стали спешно отходить на восток, прикрываясь казачьими арьергардами. За ними всюду волочился страшный кровавый хвост – обозы с раненными, растянувшиеся на несколько верст. Те, кто сочувствовал красным, злорадно следили за этой агонией и, затаив дыхание, ждали своего часа.

А пушки гремели все ближе, вселяя в души одних ужас, а у других – отчаянную надежду. Самое удивительное, что именно в этот момент, в отступавшие части стали направлять свежие пополнения. Так, 24 октября в Волжскую группу было направлено 108 добровольцев-волжан, а на следующий день, из Волжской кадровой бригады направлено еще 1100 человек пополнения. Как я уже писал, это было самое плохое решение – вливать мобилизованных в части во время их отступления.

Тем временем, продолжая преследование, части 2-й бригады 21-й дивизии двигались из дд.Забошное и Требушинное на д.Мал.Умрешево. Конные полки Сводной кавдивизии, занявшие в ночь с 23 на 24 октября стан.Лебяжье, утром того же числа были выведены из боя для форсированного марша на правый фланг 5-й армии в район д.Покровки.

В течение 36 часов, конница совершила марш на 100 километров. В результате, кони в полках пришел в окончательную небоеспособность. Так, в 65-м (1-м) Петроградском кавполку выбыло из строя до 120 лошадей, в 66-м (2-м) Петроградском – до половины лошадей, а 1-й Оренбургский казачий имени Степана Разина кавполк, помимо лошадей, растерял во время перехода еще и большое количество отставших всадников.

По мнению начдива, полкам необходима стоянка для отдыха в несколько дней. Ведь лошадь в коннице — это не столько средство передвижения, сколько — в единстве с всадником — оружие! В экстремальных условиях сложной военной операции, двигаясь безостановочно уже неделю, конный состав быстро исчерпал свои силы. Это была одна из причин, скорой утраты Сводной кавдивизией наступательной силы.

Полки 1-й бригады Гайлита, с 3-й Ржевско-Новгородской, 6-й легкой, 1-й и 2-й тяжелыми батареями, двигались из д.Баксары и с.Лисье, через дд.Бол. и Мал.Кривинское. На их участке, от с.Макушино к д.Рынки отступали белые 1-я Самарская и 13-я Казанские дивизии. Отход прикрывала Волжская кавбригада. Части 2-й бригады Путны, с 1-й Путиловской и 2-й Симбирской конной батареями, двигались из д.Пеган на д.Серебряное.

Ближе к полудню, конные разведчики 229-го Новгородского и 231-го Сводного полков, после небольшой перестрелки с белой конницей в 50-60 сабель, заняли д.Серебрянную. За ними, туда же подошли главные силы бригады, а две роты 231-го Сводного полка, рассыпавшись в цепь под д.Серебряное, вели стрельбу по отходящим казакам. На участке 3-й бригады Рахманова, 234-й Маловишерский полк занял после перестрелки д.Братанники, а главные силы остановились в д.Чебаки. За день, в сандив 26-й дивизии поступило 5 раненных. Части красной 54-й дивизии, занимавшие район д.Воздвиженка – казачий поселок Усердное, получили приказ начать переброску на крайне правый фланг армии, в лежащий в степях поселок  Владимирский. Больше, на территорию Курганской области они уже не заходили (58).

26 октября, с утра, красные 184-й Костромской и 187-й имени Володарского полки, выступив из д.Мал.Умрешево двинулись через дд.Зеленая, Обезьяновка и разъезд №380км на с.Суслово. За ними, на разъезд Крысье (186-й Владимирский) и д.Обезьяновка (185-й Шуйский и 2-я батарея гаубичного артдивизиона 26-й дивизии) шли остальные полки.

Штаб комбрига Кукурана остановился в д.Мал.Умрешево. На участке 1-й бригады Гайлита, еще ночью, красные 226-й Петроградский и 228-й Карельский полки стали наступать на д.Прудозолотая и после боя заняли ее, отбросив белых на д.Зеленая. За ними двигался 227-й Владимирский полк, один батальон которого, выступив из с.Бол.Кривинское, вместе с 241-м полком 27-й дивизии, в полдень занял село и станцию Макушино.

Прикрывавший отход белый бронепоезд обстреливал стан.Макушино с раз.Крысье, после чего отошел на разъезд №380км, взорвав за собой мост. К вечеру, главные силы бригады прибыли в с.Макушино (226-й Петроградский и 227-й Владимирский полки, 3-я Ржевско-Новгородская, 6-я легкие, 1-я и 2-я тяжелые батареи) и д.Зеленая (228-й Карельский и часть 227-го полков). Ее штаб находился в с.Лисье, а штаб 26-й дивизии остановился в д.Требушинное. Действовавшие на их участке 3-я Симбирская дивизия отошла от с.Суслово к п.Юдино, а 1-я Самарская дивизия перебрасывалась по железной дороге на стан.Петухово.

От д.Рынки к с.Петухово двигалась 13-я Казанская дивизия. Их отход прикрывала Волжская кавбригада, отходившая от д.Каравашкина к с.Теплодубровному и 4-й Оренбургский запасной казачий полк, прикрывавший линию железной дороги у раз.Крысье. 13-я Сибирская дивизия без артдивизиона прибыла в Петропавловск.

Дороги отступления. Периодически шел мелкий противный дождь, небо было серым от низких тяжелых туч. Дорога превратилась местами в вязкую грязь. Ноги у солдат сразу же промокали, и в сапогах хлюпала холодная вода. То тут, то там, раздавались отчаянные крики ездовых: «Номера на колеса!» Надо было помогать лошадям, вытаскивать попавшие в покрытые водой рытвины колеса ящиков или орудий. Все быстро промокали до нитки и перемазались грязью с головы до ног. Становилось все холоднее и труднее идти против ветра. К вечеру, покачиваясь от усталости, солдаты входили в очередную назначенную для ночлега деревню. Измученные люди клубками сворачивались вокруг костров. Разгоряченные утомительным переходом по разбитой дороге, мокрые от пота, солдаты спали как убитые.

На участке 2-й бригады, наступавший в авангарде 229-й Новгородский полк после короткого боя занял д.Бол.Гусиная. Прикрывавший здесь отход белый казачий полк с 2 орудиями ушел на д.Теплодубровное. К вечеру, части бригады занимали  с.Теплодубровное и д.Стрелецкое.

Части 3-й бригады Рахманова наступали из д.Чебаки на д.Монастырское (233-й Казанский полк), которую заняли без боя, взяв пленных 28-го и 41-го полков, а так же захватив белый обоз в 4 километрах севернее раз.Пьянково, где взяли в плен сестру милосердия. Так же, 234-й Маловишерский полк из д.Братанниково наступал на д.Каравашки, за ним в резерве следовал 232-й имени Облискомзапа полк.

Стремительный отход белых частей срывал план Тухачевского об их окружении. При таком стремительном отступлении белых, переброска 54-й и Сводной кавалерийской дивизий на правый фланг опаздывала и приводила лишь к дальнейшему бездействию этих частей. Эта ошибка, вместо усиления этими частями натиска с фронта, помогла белому командованию отвести остатки своей разбитой 3-й армии за реку Ишим. И хотя отводившимся войскам говорили, что они будут «держать фронт на Ишиме», в победу уже никто не верил.

Наступление от Петропавловска до Кургана и захват берега Тобола, были последним успехом белых, последней предсмертной судорогой армии Колчака. На Тоболе, получив смертельный удар, белая армия начала безостановочное, беспорядочное отступление. Отступление без всякого нажима со стороны противника, который едва поспевал за отходящими.

Отход белой армии, прикрывался незначительными, бутафорскими арьергардными боями. Каждому, от рядового до генерала, было ясно, что дело проиграно, что армия Колчака скоро прекратит свое существование. Фургоны, орудия, зарядные ящики, телеги, верховые лошади, солдаты, офицеры, женщины, дети, чиновники гражданских учреждений, полки кавалерии, гурты скота, обозы подводчиков-местных жителей, казачьи части – все смешалось в одну массу и в хаотическом беспорядке стремительно откатывалось на восток.

Широкой черной лентой ползла волна отступающих, пожирая и уничтожая все на своем пути. На десятки верст вправо и влево от железной дороги, по главному тракту и небольшим проселочным дорогам, деревни, села и заимки, были битком набиты отступающими. Огромную дезорганизованную массу людей, конечно, некому было кормить, снабжать всем необходимым, и она, голодная и холодная, подгоняемая сильным врагом, свирепела как зверь, жадно накидывалась на города, села, деревни, заимки, громила склады обмундирования, вина, продовольственные магазины, тащила с крестьянских полей последнюю охапку сена, соломы, выгребала из амбаров и кладовок местных жителей все запасы муки, зерна, картофеля, масла, убивала массами крестьянский скот, птицу, жгла на своих кострах все, что можно было съесть, обрекая остающееся на местах население на голод и холод.

По ночам, огромное багровое зарево стояло на всем пути отдыха бывшей армии Колчака - то люди, не захватившие квартир, жгли костры, прячась около них от наступавших сибирских холодов. Среди отступавших уже начались массовые заболевания тифом. Точно смертоносный смерч несся на восток, крутясь по городам и селам, оставляя после себя ужас смерти и разрушения, устилая свой путь трупами людей и животных, черными полосами пожарищ. На остановках, во время ночевок, теснота была невероятная. Люди набивались в избы так, что в них буквально можно было только стоять. Холодные и усталые солдаты, ища защиты от ветра и снега, забивались в хлева, амбары, конюшни, располагались на гумнах, у зародов сена или соломы. Самые несчастливые, приехавшие позднее всех в деревню, отпрягали лошадей на улице, раскладывали большие костры и тут же спали в санях, тесно прижавшись, друг к другу.

Когда через пару дней стало ясно, что отбросить белых к северу от железной дороги не удалось, командарм Тухачевский решает закончить операцию ударом 35-й дивизии на Петропавловск, одновременно перебросив 26-ю дивизию на правый фланг армии. Это было необходимо для усиления охвата белых после форсирования реки Ишим.

По распоряжению начдива, 2-я бригада Путны, следуя походным порядком через казачьи поселки Михайловка, Дубровное и с.Троицкое, к 30 октября 1919 года, должна была прибыть в станицу Новоникольскую, где форсировать Ишим. Красной 3-й бригаде Рахманова ставилась задача двигаться через д.Малоприютное, п.Сенжарку, п.Владимировку и к тому же сроку прибыть в п.Новоявленный. 1-я бригада Гайлита, перебрасывалась через д.Мартино, казачьи поселки Богатый и Кладбинку в резерв в п.Владимировку.

За день, в сандив 26-й дивизии поступило 9 человек, а в штаб 26-й дивизии было доставлено 105 пленных, в что числе: 5 солдат из 49-го Казанского, 1 – из 50-го Сибирского, 2 – из 1-го Волжского, 7 – из 30-го Сибирского, 1 – из 1-го Гусарского кавполка, 2 – из 42-го Троицко-Сибирского, 2 – из 1-го Карпаторусского, 2 – из 51-го Сибирского, 2 – из 44-го Кустанайского, 7 – из 2-го Самарского, 1 – из 28-го Ирбитско-Перновского, 12 – из 3-го Ставропольского, 4 – из 27-го Камышловско-Оровайского, 17 – из Саткинского полков, 1 – из 4-го Самарского железнодорожного батальона, 3 – из 1 Самарского маршевого батальона, 12 – из 1-го Самарского егерского батальона (59).

27 октября, готовясь к переброске на правый фланг, практически все бригады 26-й дивизии оставались в занятых накануне селениях – Макушино (226-й и 227-й полки), Зеленая (228-й полк), Лисье (штаб 1-й бригады), Монастырское (233-й и 232-й полки), Каравашкино (234-й полк), Чебаки (штаб 3-й бригады), Суслово (184-й и 187-й полки), Обезьяновка (185-й полк), раз.Крысье (186-й полк), Умрешево (штаб 2-й бригады 21-й дивизии). Лишь на участке 2-й бригады Путны, 229-й Новгородский полк совместно с подошедшими частями 5-й дивизии, занял стан.Петухово. Одновременно, 231-й Сводный полк захватил пос.Юдино, а 230-й Старорусский полк, занял после перестрелки д.Новоберезово и разъезд Ворокосово, захватив 6 пленных с винтовками, 6 лошадей, 2 повозки и 2 седла. Штаб 2-й бригады с 1-м отрядом особого назначения, остановился в д.Бол.Гусиное.

Белая 13-я Казанская дивизия отступала из с.Петухово в с.Беловское, 1-я Самарская дивизия с Сибирским казачьим полком отходила из д.Юдино, прикрывая направление со стороны с.Теплодубровное, а 3-я Симбирская дивизия с Сибирским казачьим полком, отступала со стан.Петухово, прикрывая направление на д.Матасы.

Часто шел мелкий, густой холодный дождь. Мокро, грязно, тоскливо и пасмурно. По липкой дороге, глубоко и густо продавленной тысячами конских подков и тяжелых артиллерийских повозок и ящиков, медленно тянулись обозы, тяжело ступали солдаты, сопя под тяжестью вещмешков, с трудом двигая облипшими грязью ногами. Последними отходили 4-й Оренбургский запасной казачий полк с бронепоездом и Волжская кавбригада полковника Нечаева. Приказом под литером «вне всякой очереди», генерал Сахаров торопил их движение, приказывая ускорить отход на линию займище Степное – оз.Мураш, направив одну из дивизий в наступление на казачий поселок Дубровное, чтобы помочь удару Уральской группы и обеспечить район тракта. Однако выполнить эту переброску, части были уже не в силах.

28 октября 1919 года, стал фактически последним днем боевых действий 26-й красной дивизии на территории Курганской области. В этот день, части 2-й бригады 21-й дивизии вместе со своим 1-м легким артдивизионом, двинулись из с.Суслово и д.Обезьянкино на стан.Петухово, оставив один полк в д.Монастырской. Они сменяли части 26-й дивизии на фронте, позволяя им начать переброску на правый фланг армии.

Как предупредили комбрига Кукурана, вскоре его бригаду, так же планируется перебросить на другой фронт. К вечеру, части остановились на стан.Петухово (184-й Костромской полк), п.Юдино (185-й Шуйский полк), д.Стрелецкая (186-й Владимирский полк), д.Каравашкино (187-й имени Володарского полк), где вышли в резерв фронта.

Части Сводной кавдивизии, к этому времени, уже ушли с территории Курганской области и подходили к берегам Ишима. На рассвете, выполняя приказ начдива о переброске на правый фланг армии, 226-й Петроградский полк с 3-й Ржевско-Новгородской батареей и 227-й Владимирский полк с 1-й и 2-й тяжелыми батареями, выступили из с.Макушино, а 228-й Карельский полк с 6-й батареей, вышел из д.Зеленая. К вечеру они прибыли в д.Б.Мартино (226-й и 228-й полки) и в д.Слевное (227-й полк). Части 2-й бригады Путны, с 231-м Сводным полком в авангарде и 1-м отрядом особого назначения в арьергарде, двигались так же весь день, прибыв к вечеру в казачий поселок Михайловка. При этом по воспоминаниям Попкова, Слепнева и Литвина, все бывшие в полках пресновские партизаны, были вызваны и собраны в с.Теплодубровном в отряд (45 человек) под командованием Лидберга, который двинулся для выполнения специального задания в степи Акмолинской области.

Части 3-й бригады Путны, выступили из дд.Каравашкино и Монастырской, сосредоточившись к вечеру в дд.Бол. и Мал.Приютное. За ними, из д.Чебаки в д.Бол.Гусиное, двигалась 2-я батарея гаубичного артдивизиона 26-й дивизии.

На следующий день, 29 октября, практически все красные полки 26-й дивизии покинули пределы современной Курганской области, выступив вперед, к новым боям и победам. На территории области, еще несколько дней оставались отряды особого назначения: 12-й в с.Саломатное, 3-й в д.Спорновское, 1-й в д.Золотое.

За день, в штаб 26-й дивизии были доставлены пленные: 2 солдат взятых у ст.Лебяжье, 2 – из 1-й Самарской дивизии, 4 – из 26-го Шадринского, 6 – из 41-го Сибирского и 7 – из 49-го Сибирского полков. Покидали курганскую землю и белые полки. В этот день, 1-я Самарская дивизия отходила от с.Беловское на дд.Калугино и Новгородскую, 3-я Симбирская дивизия и 8-й Сибирский казачий полк отступали от д.Ковали (8 километров западнее с.Беловского) к раз.Кондратовка (15 километров восточнее стан.Мамлютка), Волжская кавбригада отошла к разъезду Орленок и станции Мамлютка.

178

Схема боевых действий с 28 по 31 октября 1919 года.

За время боев в тоболо-ишимском междуречье, с 14 по 31 октября, части красной 26-й дивизии потеряли 123 убитых, 1200 раненных и контуженных, 176 пропавших без вести. В свою очередь, ими было взято в плен 4 офицера и 3135 солдат, захвачены 117 лошадей, 6 авторужей, 406 винтовок, 107000 патрон, 32 пулемета, 61 пулеметная лента, 2 шестидюймовых и 2 трехдюймовых орудия, 221 снаряд и еще 61 ящик со снарядами, 83 повозки, 2 катушки кабеля, 3 кухни, 2 револьвера, 46 лопат, 10 киркомотыг, 1 хомут, 1 мотоцикл.

Сводная кавдивизия, за этот же период, захватила в плен 31 офицера и 259 солдат, а так же взяла артиллерийский обоз. Ее потери неизвестны. В 54-й дивизии, потери красных полков составили: 481-й – 13 солдат убито, 8 командиров и 56 солдат ранено, 3 командира и 21 солдат пропали без вести, 482-й - 26 солдат убито, 48 солдат ранено, 189 солдат пропали без вести, 483-й - 4 командира и 26 солдат убито, 105 солдат ранено, 275 солдат пропали без вести. А всего – 70 убитых, 217 раненных, 488 пропавших без вести. В свою очередь, было взято в плен 175 белых солдат, захвачены 111 лошадей, 31 седло, 52 винтовки и 1 кухня (60).

Вот и ушли полки славной красной 26-й стрелковой дивизии, а так же их не менее доблестные противники, с зауральских полей дальше на восток. Теперь, уже не осталось свидетелей тех событий, а время безжалостно вытоптало большинство могил павших. Продолжая свой поход в Сибирь, 26-я дивизия в декабре 1919 года достигла городов Барнаула и Семипалатинска, где остановилась на отдых. В это время, в нее массово вливаются сибирские партизаны 10-го Славгородского, 13-й Злотороденского, 14-го Калединского, 1-го и 6-го Кулундинского, 8-го Бурлинского, 9-го Каргатского партизанских полков, а так же военнопленные бывшего белого 2-го Барабинского полка.

Из партизан и бывших белых солдат, в г.Колывань в составе дивизии формируется 26-й кавполк. В течение 1920-21 годов, части 26-й дивизии охраняют границу у г.Зайсана, участвуют в подавлении Бухтарминского восстания, действуют против повстанцев в Верхоленско-Балаганском и Ачинско-Урянхайском районах, охраняют границу в Тункинской долине с Монголией.

24 августа 1920 года, дивизию награждают Почетным Красным Знаменем ВЦИК, а в декабре 1921 года, ей присвоено почетное наименование «Златоустовская». Из состава дивизии выбывают 226-й Петроградский (в 35-ю дивизию) и 227-й Владимирский полки.

Реформы 1922 года, завершили историю большинства полков. Три бригады дивизии были сведены в 76-й Карельский (из 228-го и 230-го), 77-й Новгородский (из 229-го, 231-го и батальона 441-го), 78-й Казанский (из 232-го, 233-го и 234-го) полки. В 1928 году, дивизия была награждена вторым Почетным Красным знаменем ВЦИК в честь 10-летия РККА и уже на следующий год, принимает участие в боях на КВЖД. Приказом РВС СССР от 13.02.30 года, ей присвоено почетное наименование «Сталинская».

Начало Великой Отечественной войны, части 26-й дивизии встретили на Дальнем Востоке в Дальнереченске, откуда в сентябре 1941 года, она была переброшена в Ярославль. Принимала участие в Демянской, Старорусско-Новоржевской операциях, освобождала Холм, Новоржев, Пушкинские Горы, форсировала реку Великая. Войну окончила в занятом штурмом Кенигсберге. В 1948 году, 26-я дивизия была расформирована.

Куда более длительной, оказалась история 2-й бригады 21-й дивизии. В ноябре 1919 года, сразу по окончании боев на Тоболе, она была переброшена на Южный фронт, в 9-ю армию. Вскоре, сюда же прибывает и 3-я бригада 21-й дивизии. Вместе, они участвуют в наступлении в Донской области, затем перебрасываются на Западный фронт, где участвуют в Варшавской операции, с боями отступают через Гродно на Лиду.

По окончании боев, в декабре 1920 года, 21-й дивизии было присвоено наименование «Пермская», она награждена Орденом Красного Знамени. Затем, дивизия перебрасывается в район Архангельск – Вологда, откуда возвращается в Сибирь, где участвует в борьбе с повстанцами в районах Новониколаевска, Барнаула, Бийска, Семипалатинска.

В июне 1921 года, в дивизию вливаются 86-я бригада (256-й и 257-й полки, 86-й легкий артдивизион, сапрота и 46-й отдельный батальон) и 2-я бригада 1-й Сибирской стрелковой дивизии. В июле 1922 года, в ходе реформы армии, девять полков дивизии, были сведены в три: 61-й Осинский, 62-й Новороссийский Краснознаменный и 63-й Шуйский. В этом составе, в ноябре 1929 года, дивизия участвует в боях на КВЖД, за которые она была награждена Орденом Красного Знамени.

В 1936 году, в состав дивизии введен 102-й Самарский полк, прибывший из г.Биробиджан, взамен исключенного 63-го Шуйского Краснознаменного полка им.Фрунзе. 102-му полку был присвоен новый №63, а исключенный 63-й полк вошел в состав 66-й дивизии. До самого начала войны, 21-я дивизия дислоцировалась на Дальнем Востоке в г.Спасск-Дальний, а в сентябре 1941 года была переброшена на фронт. Участвовала в боях на реке Свирь, затем в Заполярье в районе Аллакурти, откуда переброшена в Молдавию, вела бои в Венгрии и за Будапешт. В 90-е годы переформирована в 180-ю Таганрогскую бригаду, а затем в базу хранения техники и вооружения в г.Омске.

Недолгой оказался и боевой путь 54-й дивизии. Уже 27 октября 1919 года, ей был присвоен новый №59. Дивизия активно пополнялась за счет мобилизации населения в Кокчетавском, Акмолинском, Атбасарском и Семипалатинском уездах, а ее 1-я бригада составила гарнизон Акмолинского УРа. Вскоре, 59-я дивизия была расформирована, а ее части влили в состав 35-й дивизии (1-ю бригаду) и в состав сражавшейся в Семиречье 3-й Туркестанской дивизии, которая в мае 1921 года, в свою очередь, была слита с 2-й Туркестанской дивизией.

Долгой и причудливой оказалась судьба Сводной кавдивизии 5-й армии. Уже 20 ноября 1919 года, она была переименована в 13-ю кавалерийскую дивизию и вела бои с войсками Дутова в районах городов Кокчетав, Акмолинск, Атбасар, Каркаралинск, а с января 1920 года стояла в Семипалатинске. Здесь, ее полки получили новую нумерацию: 73-й Петроградский (65-й кавполк), 74-й кавполк (66-й), 75-й Оренбургский казачий имени «Степана Разина» (1-й Оренбургский казачий имени Степана Разина). В состав дивизии вошел новый 76-й (4-й) кавполк, а так же были сформированы 77-й и 78-й кавполки - из эскадронов выделенных из 73-го и 74-го кавполков, а так же влитых 17-го и 25-го партизанских кавполков, партизан г.Барнаула.

В 1920-21 годах, дивизия участвовала в борьбе с повстанцами в Семипалатинской губернии, несла охрану государственной границы с Китаем в районе города Зайсана, участвовала в ликвидации в Монголии, Китае и на Алтае отрядов Бакича и Кайгородова, получила почетное наименование «Сибирская». В июне 1922 года, дивизия была разделена на две бригады: 4-ю отдельную Сибирскую кавбригаду (28-й (73-й) Петроградский, 29-й (74-й) и 30-й (75-й) Троицкий имени Степана Разина кавполки) и 6-ю Алтайскую кавбригаду (76-й, 77-й Бийский и 78-й кавполки). Последняя, в 1923-24 годах участвовала в боях в Фергане и Восточной Бухаре, а затем в 1927 году, была передислоцирована из Средней Азии на Северный Кавказ, где последовательно переформировывалась в 12-ю Кубанскую территориальную кавдивизию (67-й Кавказский, 69-й Уманский, 88-й Армавирский кавполки), 56-ю танковую дивизию (111-й и 112-й танковые полки, 56-й мотострелковый полк), 102-ю танковую дивизию, 144-ю танковую бригаду. Последняя полностью погибла в Вяземском котле и в октябре 1941 года была расформирована. При этом 76-й кавалерийский Краснознаменный имени Буденного полк был передан в 13-ю Донскую территориальную казачью дивизию, в составе которой расформирован в марте 1938 года.

4-я Сибирская кавбригада была дислоцирована в городе Бийск, откуда в октябре 1923 года, была переброшена в Белорусский военный округ в город Могилев. Ею командовал легендарный герой гражданской войны Н.Д. Томин. В 1924 году, полки были переименованы в 70-й (28-й) Ленинградский, 71-й (29-й) Ульяновский и 72-й (30-й) Троицкий имени Степана Разина. В сентябре 1928 года, 4-я Сибирская кавбригада была переброшена в г.Новгород, где разместилась в Муравьёвских казармах. При этом 71-й Ульяновский кавполк был передан во 2-ю Кавказскую горнокавалерийскую бригаду и в 1932 году переброшен в Приморье, где включен в состав 8-й Дальневосточной кавдивизии как 163-й кавполк.

После Великой Отечественной войны, 8-я кавдивизия переформирована в 13-ю механизированную дивизию, и в 1947 году была расформирована. Вместо изъятого полка, в состав 4-й Сибирской кавбригады был включен 66-й Кавказский имени ЦИК Грузинской ССР кавполк. 15 апреля 1935 года, на базе 4-й Сибирской кавбригады была сформирована 16-я Сибирская кавалерийская дивизия. В 1939 году она участвовала в походе в Зап.Украину, после чего в июле 1940 года на ее базе были сформированы моторизованные и мотоциклетные полки 6-й и 15-й танковых дивизий, а так же 4-го механизированного корпуса.

 



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites