kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Здравоохранение » Вагутович О.А. Сельское здравоохранение в Курганском округе (1920-е годы)

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




Вагутович О.А. Сельское здравоохранение в Курганском округе (1920-е годы)

(Из материалов Всероссийской научно-практической конференции «VII Зыряновские чтения», Курган, 10-11 декабря 2009г.).

Курганский округ традиционно являлся сельскохозяйственным, поэтому создание сети медицинских учреждений, расположенных в непосредственной близости от населения, стало насущной необходимостью задолго до событий 1917 года. Процесс развития сельского здравоохранения начался в 1890-е годы, когда медицинскую помощь начали оказывать первые сельские лечебницы.

В 1917 году в сельской местности насчитывались 6 больниц, 6 амбулаторий, 18 фельдшерских пунктов, 120 коек. В сельских больницах работали 6 врачей, 18 фельдшеров, 6 акушерок. Бюджетные ассигнования на нужды здравоохранения уезда (вместе с Курганом) составляли 100тысяч рублей. Через городские и сельские медицинские учреждения в 1917 году были пропущены 180тысяч человек (1, 18).

В первые годы советской власти плановой работы по усовершенствованию уже сложившейся практики медицинского обслуживания населения округа не проводилось. Не получали должного внимания со стороны властей и уже действующие медицинские учреждения. Так, в 1920 году заведующий Лебяжьевским врачебным участком информировал уездный отдел здравоохранения о состоянии медицинского участка. Участок обслуживал одну волость, но, случалось, приезжали и крестьяне других волостей. Больница размещалась в двух деревянных домах – приспособленных помещениях, помещения для ожидания приема не имелось. В здании больницы было холодно и сыро. Отсутствовали баня, прачечная, погреб: не было инструментов. Санитарное состояние участка оставляло желать лучшего. Персонал больницы: один заведующий (фельдшер), 1 акушерка, 2 медсестры, которые были недостаточно квалифицированны (2, 35).

Плохое состояние Лебяжьевского участка подтвердилось в результате проведенного уездным отделом здравоохранения (уздравом) обследования (3, 1).

Округ испытывал острую нужду в медработниках, главным образом в специалистах – офтальмологах, отоларингологах и других (4, 87).

Как в городе, так и в сельской местности проводились мероприятия, направленные на борьбу с тифом, холерой. Тяжелая эпидемическая ситуация начала 1920-х годов осложнялась голодом.

В 1924 году из восьми функционирующих сельских больниц только Белозерская имела заразное отделение, Куртамышская – хирургическое. Лишь в трех районных больницах были отведены помещения под операционную. Ванных, дезкамер, библиотек не было нигде. Рабочий день фельдшера, например, в Лопатинской больнице, составлял 9-12 часов, выходного дня медперсоналу не предоставлялось Штат персонала в большинстве участковых больниц признавался недостаточным. Вместе с тем при недостаточности коечного аппарата сельских больниц высоким оставался процент незанятости коек, в связи с тем, что больные предпочитали лечиться дома (5, 21).

В 1924 году было принято важное для развития сельского здравоохранения постановление СНК РСФСР «Об обеспечении медицинской помощью сельского населения». В целях укрепления и расширения медицинской помощи сельскому населению и улучшения условий труда и материального обеспечения участкового медицинского персонала предполагалось осуществить следующие меры:

1. Обязать губисполкомы выделить из общего кредита на здравоохранение по местному бюджету твердые ассигнования на содержание функционирующей медицинской сети и ее работников и на выполнение последними поставленных задач.

2. Не допустить полного или частичного закрытия существующих лечебно-санитарных учреждений, связанного с сокращением сети медицинской помощи.

3. Постепенно заполнить медицинским персоналом участки функционирующей медицинской сети, где не имеется врачей, и превратить самостоятельные фельдшерские пункты во врачебные участки.

4. Согласовать заработную плату с заработной платой городского медицинского персонала и принять меры к регулярной выдаче таковой.

5. Принять меры к обеспечению приглашаемого персонала жилищем, топливом, зимней одеждой и транспортом при разъездах.

6. Наркомздраву совместно с НКСО издать инструкцию о форме участия сельского населения в деле здравоохранения в деревне.

7. Поручить Наркомздраву внести дополнительно в СНК проект декрета об установлении норм обеспечения сельского населения медико-санитарной помощью, а также о порядке и сроках развертывания участковой сети по каждой губернии (6, 24).

Содержание данного документа показывает, что государственные и партийные органы РСФСР имели ясное представление о существующем в сельском здравоохранении положении дел, о причинах его плачевного состояния. В постановлении намечалось осуществить именно те меры, без которых развитие сельского здравоохранения не представлялось возможным.

В скором времени положения постановления были конкретизированы и нормы обеспечения сельского населения медицинской помощи были установлены. Нормы устанавливались уже с учетом нового административно-территориального деления, так как в 1923 году был образован Курганский округ в составе 15 районов, входящий в Уральскую область. Предполагалось, что все виды лечебно-профилактической помощи населению района должен оказывать районный медицинский участок, поэтому в центре района должна была разместиться районная больница как больница улучшенного типа. В задачи райбольницы теперь входило оказание населению ближайшего участка общей помощи, а населению всего района – более квалифицированной хирургической, акушерско-гинекологической, зубной, венерической и глазной помощи. Кроме того, предполагалось организация в районах туберкулезных и венерических пунктов, диет-столовых, детских яслей, летних консультаций для женщин и детей. Перечисленные учреждения должны были находиться в органической связи с райбольницей.

Наряду с районной больницей повышенного типа намечалось организовать дополнительные сельские врачебные участки с тем, чтобы 1 участок приходился на 8-10  тысяч человек.

Во главе раймедучастка намечалось поставить врачей с опытом и стажем, назначенных окрздравом. Кроме того, признавалась необходимость ввести должность районного санитарного врача (7, 26-27об).

Исходя из этого плана, в Курганском округе должна была быть организована следующая сеть:

- 15 районных больниц с амбулаториями и аптеками со штатом в 668 единиц, в них коек – 835 общих, 208 родильных, 208 хирургических;

- 45 врачебных амбулаторных пунктов с 10 койками в каждом;

- 15 районных яслей по 30 коек в каждых яслях;

- 15 детских площадок;

- 15 профильных детских амбулаторий;

- 15 венпунктов;

- 15 тубпунктов;

- 15 санитарных врачей;

- 15 площадок по физкультуре;

- 15 библиотек-передвижек с выставками и световыми картинами.

Все перечисленные учреждения предполагалось соответствующим образом оборудовать и разместить в типовых зданиях.

Данный план вполне соответствовал существовавшему в то время уровню потребностей сельских жителей в медицинской помощи, население которого в 1927 году составило 493860 человек (7, 50). Однако реализовать запланированное без создания хорошей материальной базы, без привлечения специалистов не представлялось возможным.

Некоторых улучшений удалось добиться довольно скоро. В 1925 году для участковых больниц была приобретена большая партия инструментов (8, 25). В 1924/25 годах сельские больницы были, как сказано в отчете: «сравнительно прилично» снабжены ходким медикаментом и перевязочными материалами (почти на 21 тысячу рублей) (9, 126об.). В 1926 году в 11 врачебных участках из 15 имелись больницы (10, 144об.). Работали 25 фельдшерских пунктов (11, 23-23об.). Во всех врачебных участках работали аптеки, которые обслуживались врачами. В районах трудились 14 врачей (12, 41). Но проблем оставалось немало.

Предполагалось, что на 8 тысяч населения должен приходиться один врач, а радиус участка не может превышать 10 верст. В Курганском округе один врач обслуживал 25-26 тысяч жителей, средний радиус участка составлял 13-15 верст (13, 45). В некоторых округах Уральской области положение было лучше. Так, в Екатеринбургском округе 1 врач обслуживал 12 тысяч человек (14, 14).

Существенным недостатком сельской сети лечебных учреждений оставалось плохое состояние больничных зданий. Кроме больниц Куртамышского, Белозерского, Утятского и Макушинского районов больницы размещались в нетиповых зданиях, нуждающихся в капитальном ремонте (15, 24). В 1926 году на ремонт сельских больниц было отпущено 18100 рублей (16, 117). В 1927/28 годах отремонтировали Белозерскую и Лопатинскую больницы. В 1926 году были выделены средства на строительство больниц в Марайском, Половинском и Глядянском районах. В следующем году строительные работы в селе Глядянском из-за отсутствия средств пришлось остановить (17, 129). В 1929 году на 80% были выполнены работы по строительству Марайской больницы, на 75% - по строительству Половинской больницы (18, 296).

Серьезным препятствием к улучшению здоровья сельских жителей служило плохое санитарное состояние деревни. Отмечалось, что жилища антисанитарны, почва загрязнена остатками домашнего обихода, источники водоснабжения неопрятны и малопригодны, при этом отсутствует санитарный надзор и дезинфекция (19, 9-9об.). Не было окружного санитарного врача (20, 10). Все же ситуация с инфекционными заболеваниями улучшалась благодаря усиленной работе окрздравотдела: в 1928 году в три раза по сравнению с 1926 годом сократилось число заболевших натуральной оспой. Оспопрививание приняло массовый характер, несмотря на отдельные случаи сопротивления населения данной мере. Так, например, отказывались от оспопрививания старообрядцы в Чашинском районе, называвшие прививку «дьявольской печатью» (21, 19).

В 1927 году благодаря своевременно принятым мерам в зародыше была ликвидирована вспыхнувшая в Марайском районе эпидемия брюшного тифа (22, 16).

Во второй половине 1920-х годов положение в сельском здравоохранении несколько улучшилось. Были открыты 2 сельских венерологических пункта в Макушинском и 3вериноголовском районах, консультация в селе Белозерском, Давыдовский акушерский пункт в Глядянском районе. Только за первый месяц работы Звериноголовского венпункта врач принял 506 больных, в том числе 327 с диагнозом «сифилис» (23, 83). Потребность в лечении и профилактике венерических заболеваний была очень велика. Имелись сведения, что в некоторых районах жители болеет сифилисом поголовно (24, 26).

По мере возможности создавались детские учреждения, относившиеся в то время к ведению окрздрава. В 1927 году в районах имелось 20 яслей, из них половина находилась в райцентрах, другие – вблизи от медучастков или там, где есть фельдшерские пункты, поэтому ясли были под постоянным врачебным контролем. Возникавшие инфекционные болезни удавалось сразу захватывать В 1928 году количество ясель увеличилось до 33 (25, 16об.). В 1929 году в районах насчитывалось 48 детских площадок (26, 230). Но работа отдела охраны материнства и детства на селе велась слабее, чем в городе. По причине загруженности сельских врачей и акушерок не проводились консультации беременных, количество коек для рожениц было явно недостаточным (21 в 1926 году на все районы) (27, 82).

По-прежнему и в конце 1920-х годов остро стояла кадровая проблема, несмотря на некоторый рост заработной платы медперсонала (в 1929 году зарплата врача составляла 120-190 рублей) и предоставление медперсоналу участков квартир или прибавки «квартирных» 10% к заработку. В 1929 году в 5 районах не было врачей, потому что «работа на участках трудна и страшит врачей, которые воспринимают нахождение в районе как ссылку» (28, 15).

Интересна характеристика политических настроений врачей как представителей интеллигенции. Врачи считали, что их дело – лечить людей, а не заниматься политикой. Активности в проведении политических мероприятий они не проявляли, в работе общественных организаций не участвовали. Но нет правил без исключений: в 1928 году ОГПУ было получено сообщение о подготовке восстания во всех районах округа, которую возглавил врач Утятской больницы А.И. Попов (29, 77).

В 1928 году в Курганском округе насчитывалось 12 районных больниц, 15 сельских амбулаторий, 32 фельдшерских пункта, 235 коек, 16 врачей, 66 фельдшеров, 13 акушерок. Бюджет здравоохранения в 1928 году составлял 609103 рубля (16,2% к окрбюджету). Всего по округу (с городом) за год было обслужено 832056 человек (30, 18). Эти цифры показывают, что структура сети учреждений здравоохранения, количество учреждений не соответствовали показателям, планируемым в 1924 году. Абсолютно недостаточным признавалось медицинского обслуживание сельского населения а конце 1920-х годов и в целом в Уральской области (31, 12).

Применительно к Курганскому округу следует считать наиболее реалистичным взгляд на развитие здравоохранения авторов принятого в 1925 году пятилетнего плана развития лечебной помощи в Курганском округе. В нем, в частности, говорилось: «Учитывая слабость бюджета по здравоохранению, может иметь место не расширение, а укрепление участковой сети, каковая в течение всех пяти лет остается в смысле расширения без изменения, то есть в округе остается 15 врачебных участков по числу районов» (32,46).

Список источников и литературы

1. ГАОПДКО, ф. 7. Оп. 1.  Д. 867. Л. 18.

2. ГАКО, ф. 280. Оп.1. Д. 18. Л. 35.

3. ГАКО, ф. 635. Оп. 1. Д. 84. Л. 1.

4. ГАКО, ф. 635. Оп. 1. Д. 84. Л. 87.

5. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 2. Л. 21.

6. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д 30. Л. 26-27о6.

7. Курганский округ. Из описаний В.А. Кондакова/ Хрестоматия по истории Курганской области. Курган, 1997. С. 50.

8. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 12. Л. 25.

9. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 6. Л. 126об.

10. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 12. Л. 144о6.

11. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 30. Л. 23-23о6.

12. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 30. Л. 41.

13. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 12. Л. 45.

14. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 6. Л. 14.

15.  ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. Л. 24.

16. ГА КО, ф. 466. Оп 1. Д. 6. Л. 117.

17. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 30. Л. 129.

18. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 44. Л. 296.

19. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 15. Л. 9-9о6.

20. ГАКО, Ф. 466. Оп. 1. Д. 15. Л. 10

21. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 44. л.19.

22. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 44. Л. 16.

23. ГАКО, ф, 466. Оп. 1. Д 30. Л. 8З.

24. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 6. Л. 26.

25. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 44. Л. 16об.

26. ГАКО, ф. 466. Оп 1. Д. 44. Л. 230.

27. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 30. Л. 82.

28. ГАКО, ф. 466. Оп. 1. Д. 44. Л. 15.

29. ГАОПДКО, ф. 7. Оп. 1. Д. 977. Л. 77.

30. ГАОПДКО, Ф. 7. Оп. 1. Д. 867. Л.18.

З1. ГАОПДКО, Ф. 7. Оп. 1. Д. 28. Л. 12.

32. ГАКО, Ф. 466. Оп. 1. Д 15. Л. 46.

О.А. Вагутович, ГУ «Курганский областной краеведческий музей».



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites