kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Здравоохранение » Панькова Е.Э. КУРГАНСКИЕ АПТЕКИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ ХХ ВЕКОВ

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




Панькова Е.Э. КУРГАНСКИЕ АПТЕКИ ВО ВТОРОЙ ПОЛОВИНЕ XIX - НАЧАЛЕ ХХ ВЕКОВ

(Из материалов Всероссийской научно-практической конференции «VII Зыряновские чтения», Курган, 10-11 декабря 2009г. Издательство КГУ, 2009).

Долгое время казённых аптек в Кургане не было. Подобная ситуация складывалась во всей Тобольской губернии. Некоторые сибирские города, большей частью уездные, в середине XIX в. не имели вольных аптек, что создавало определённые неудобства и трудности.

Казенные аптеки находились только в столице Сибири – Тобольске, куда и направляли запросы для получения медикаментов и оборудования. Например, в 1841г. в казенной аптеке для курганской городовой больницы было заказано медикаментов на сумму 272 р. 38 к. серебром (1). Заказ медикаментов и оборудования был сложным и долгим, врачам приходилось сначала писать прошение в городское хозяйственное управление, которое, в свою очередь, направляло ходатайство в Тобольск. На это уходило иногда несколько месяцев. Так, 5 июня1843 г. курганский окружной лекарь Дмитрий Прохорович Тарасов просил хозяйственное управление приобрести 2 ланцета для городовой аптеки, «по случаю пришедших старых в негодность», но до августа этого же года никакого распоряжения от городового хозяйства так и не поступало. «А между тем, в городовой курганской больнице в этих инструментах встречается необходимость. Я сим покорнейше прошу хозяйственное Управление, по первому моему отношению снабдить больницу означенными кровопускательными ланцетами, без которых никак нельзя обойтись», - написал Тарасов в новом прошении от 11 августа1843 г. Ланцеты для городской аптеки были доставлены в сентябре (2). Такая ситуация с заказом медицинских препаратов в Тобольске продолжалась несколько десятилетий. В1858 г. жители нескольких окружных городов Тобольской губернии «по неимению вольных аптек, в настоящее время посылают рецепты врачей за 250 и даже за 300 вёрст в Омск, Тобольск и Тюмень, а большей частью требуют от городских врачей безденежного отпуска им лекарств из городских или острожных больниц, которые снабжаются лекарствами из тобольской казённой аптеки на счёт правительства» (3).

Отказ врачей вызывал неудовольствие жителей, особенно тех, кто занимал самые высокие в городе должности и имел влияние на самих врачей.

Чтобы предотвратить конфликт среди населения, некоторые врачи выписывали на свой счёт лекарства и отпускали больным по своему назначению. Взамен они не получали за лекарства от больных никакой платы и, в конце концов, перестали иметь собственные медикаменты.

Для урегулирования сложной ситуации «господин инспектор Тобольской Врачебной управы полагал сделать следующее:

1) снабдить больницы тех городов, в которых нет вольных аптек, лекарствами по назначению врача, на счёт приказа общественного призрения, дозволить продажу их по аптекарской таксе.

2) надзор за этой аптекой поручить городовым вра­чам, а приготовление лекарств хорошему фельдшеру, избранному самим врачом, под непосредственным наблюдением последнего.

3) содержатель Тобольской вольной аптеки г. Роленбек возьмётся доставить лекарства в больницы с уступкою 50%; из выручаемой же суммы за продажу лекарств по таксе, назначить 10% городскому врачу; 5% фельдшеру и 55% представить в пользу приказа общественного призрения, который должен принять на себя все расходы по аптеке, как-то: дрова, свечи, бумагу и сургуч.

4) на первый раз ввести это только в двух городах: а именно в Таре и Кургане, как более многолюдных, и при том в виде опыта на 2 года (4).

Тобольский губернский Совет нашёл это предложение очень выгодным и решил: «Согласно представлению Врачебной Управы и заключению инспектора Врачебной управы разрешить рецептурную продажу лекарств, на первый раз в виде опыта при городских больницах в трёх городах: Таре, Кургане и Туринске, что может служить к усилению самих средств больниц, с тем, чтобы лекарства для этих больниц приобретались на счёт больничных сумм из вольной аптеки Роленбека, с уступкою 50% и наблюдением за продажею было возложено на городских врачей, а приготовление лекарств одному из фельдшеров, для чего поставить в обязанность Врачебной Управе составить для руководства правила для этой продажи лекарств и отчетности врачей, которым таковая будет поручена» (5).

Видимо, эксперимент не принес положительных результатов, и к1863 г. ситуация не улучшилась: аптека в Кургане так и не начала функционировать.

Жителей Кургана того времени можно было разделить на 3 разряда:

1) собственно курганцы – класс учёный, заботящийся о народном благосостоянии;

2) офени-вязниковцы, «народ промышленный, но грубый, неучёный»;

З) народ, «прибывший для населения со всех сторон».

Жители первой категории хотели бы иметь аптеку и могли бы часть своих доходов отдавать на её содержание и медикаменты. Но вторая и третья категории всегда этому противоречили по своему невежеству и упорным предрассудкам – чему быть, того не миновать. Здесь играли роль докторов знахари, знахарки, шарлатаны, которым аптека была крайне невыгодна.

Доктора без лекарств не могли помочь больным и «нередко опускали руки. Сознавая, что в его собственной миниатюрной аптечке нет необходимых для этого медикаментов. Пока выпишут из Тюмени необходимое лекарство, а в это время больной становится безнадёжным» (6).

Впервые об аптеке при Курганской городовой больнице упоминается в1866 г. Но сведения о ней довольно скудны. Она стала первым аптечным заведением города и размещалась в одном шкафу. Заведовал ею городовой врач, а лекарства готовили лекарские помощники.

Открытие и содержание аптеки являлось делом довольно хлопотным. До начала XX века в городе содержалось в разные годы по одной частной аптеке. В1878 г. аптеку, помещенную в нанимаемом доме у купеческой вдовы Прасковьи Константиновны Пономаревой сроком на З года по договору от 4.06.1878 г., имел прусский поданный Рудольф Собечко. По-видимому, в Кургане он оставаться не хотел, поскольку занял у титулярной советницы Анны Валерьяновны Радзишевской 1500 руб. серебром для обзаведения аптекой в г. Ишиме. Но денег на приобретение ишимской аптеки не хватало, и Собечко решается предложить Радзишевской купить его курганскую аптеку с правом на аренду помещения, чтобы погасить долг в 1500 рублей (7).

К1889 г. в Кургане числилась всего одна аптека «вольная аптека дворянина Крамского», управляющим которой стал провизор К.С. Земянский (8). В1891 г. единственная вольная аптека числится уже за Земянским, а на должность управляющего провизора был принят М.Л. Бушовский. Каллистрат Сигизмундович Земянский занимался общественной работой и имел почёт в городе.

В1906 г. была учреждена стипендия имени умершего крестьянина Тобольской губернии Викентия Норбертовича Урбановича, душеприказчиком которого был дворянин Калликст Сигизмундович Земянскии. Ему же было дано право избрать стипендиатку на все годы её обучения в гимназии, но ученица должна быть католического вероисповедания. Первой стипендиаткой стала Ижогина Елизавета, ученица 4 класса (9).

1 июля1902 г. КС. Земянский за 4400 руб. купил с публичных торгов двор купца Ив. Ив. Иванова по Гостинодворскому переулку №21 – с деревянным одноэтажным домом, крытым тёсом, С таковыми же надворными постройками – баней, амбаром, тесовыми воротами и забором. В этом доме разместилась его вольная аптека, остававшаяся единственной в городе до1906 г.

Каждая аптека должна была иметь рецептурную комнату, в которой получали готовые лекарства; кокторию, комнату, в которой готовились настойки и отвары, лабораторию, в которой совершались химические и фармацевтические работы; материальную или кладовую, где хранились в сыром виде материалы и запасы; сушильню, где сушились травы, цветы и корни; сухой подвал и ледник.

К1908 г. аптек в Кургане насчитывалось уже три. Первая принадлежала курганскому провизору Рохлину. Арендовал её провизор Прусе. В аптеке работали 2 фармацевта, 1 аптекарский ученик, которые в текущем году выдали лекарств по 7141 рецепту на сумму 3979 руб. 33 коп. По ручной продаже выручено 10ЗЗ руб. 55 коп.

Второй аптекой владел К.С. 3емянский, у которого работало 4 фармацевта. С 7969 рецептов они выручили 48З2 руб. 42 коп., а от ручной продажи – 1900 руб. 62 коп.

Третья аптека провизора Фрейберга арендовалась провизором Кузьмицким. Фармацевтов в ней было 2. Лекарств было выдано по 1977 рецептам, денег за них 1212 руб. 69 коп. От ручной продажи 1039 руб. 95 коп. (10).

Для открытия аптекарского магазина достаточно было приобрести промысловое свидетельство второго разряда. Из аптекарского магазина в лечебные заведения поступали медикаменты, припасы, посуда и другие аптечные предметы.

В1909 г. аптекарские магазины имели: Земянский Каллистрат Зигизмундович (Гостиный двор, 2-й корпус); Дубровин Гилей Вульфович (Троицкая улица, дом Бакинова); Манушевич Ипполит Иванович (Троицкая улица дом Бронниковой).

Три вольные аптеки по-прежнему содержали: 3емянский К.С. (Троицкий переулок): Фрейберг (Шишкинский переулок, дом Шубина) и Рохлин А.М. В аптеке Фрейберга регулярно проводились химико-бактериологические исследования.

«Ново-Курганская аптека» А.M. Рохлина располагалась на углу Дворянской улицы и Троицкого переулка, рядом с почтой. В аптеке постоянно продавались лечебные сыворотки, патентованные средства, натуральные минеральные воды и соли, резиновые принадлежности и косметика.

К1913 г. аптеки Рохлина и Фрейберга обслуживали клиентов по рецептам крестьянской больницы, Земянского – городской больницы.

К1910 г. количество вольных аптек и аптекарских магазинов увеличилось до 6 и 5 соответственно. На одну аптеку приходилось 4074 жителя.

В начале XX века была создана аптечная комиссия, которую возглавил выпускник Омской фельдшерской школы, позднее занимавший должность курганского железнодорожного фельдшера Михаил Фомич Врачинский. Комиссия ведала аптеками, занималась их благоустройством и следила за работой провизоров. Немало испытаний выпало на долю председателя комиссии. В феврале1906 г. Врачинский был привлечён к ответственности в числе других лиц за организацию железнодорожной забастовки, в октябре ему было предъявлено обвинение в участии в революционной деятельности, но в связи с тем, что дома оставалась беременная жена с пятью малолетними детьми, 27 октября1906 г. Врачинский подал прошение тюремному исправнику о возможном ходатайстве перед генеральным губернатором о его освобождении. Прошение было удовлетворено, и 15 ноября1906 г. фельдшер был освобожден (11). После увольнения Врачинекого со службы, его семья сильно бедствовала. 12 декабря1906 г. в Кургане был учреждён спектакль в честь железнодорожного врача Врачинского, а собранные за спектакль деньги пошли в его пользу. В1909 г. он продолжает практиковать и принимать больных. Но 13 февраля1910 г. без участия присяжных заседателей состоялось слушание дела о медицинском фельдшере Михаиле Фомиче Врачинском, который обвинялся по 2 пункту 129 и 1 ч. 103 статьи уголовного уложения. Был оправдан (12). До1919 г. он избирался гласным городской Думы и возглавлял комиссию по здравоохранению. 7 апреля1938 г. Врачинский был расстрелян.

7.02.1913 г. на заседании городской Думы был оглашён доклад аптечной комиссии о возможности открытия городской аптеки. Комиссия имела 4 заседания с участием городского санитарного врача и старшего врача городской больницы.

Председатель комиссии Врачинский ездил в Челябинск, где знакомился с работой городской аптеки, которая там даёт до 2500 руб. прибыли, причём на лекарства там делается скидка до 50%. Аптекарь 3емянский сообщил комиссии, что лекарства по рецептам дадут до 50% прибыли, а ручная продажа – по оборотам втрое больше рецептурной. Решили, что аптека будет выгодной и станет приносить неплохую прибыль.

Комиссией была составлена смета на устройство аптеки на 8 тыс. руб., чистой прибыли ожидалось получать 1700 руб. в год (13). На обстановку аптеки предполагалось истратить 2000 руб. и на 6000 руб. заготовить аптечных товаров. Но на оборудование аптеки с необходимым инструментом ушло 3000 руб. 31 коп. и, кроме того, на организационные расходы (приспособление помещения, подъёмные администрации и содержание служащих во время оборудования) было истрачено 1164 руб. 43 коп (14).

На службу во вновь открываемую аптеку города был приглашён провизор Б.В. Елькин, приезд которого ожидался около 17 февраля. С его приездом предполагалось начать получение и сортировку медикаментов. Ожидалось, что аптека начнёт функционировать с 15 марта1914 г., но ее обустройство немного затянулось.

29 марта исполнительная аптечная комиссия постановила «со всех рецептов, поступающих в городскую аптеку, делать 25% скидки со стоимости по аптекарской таксе, чтобы дать возможность жителям Кургана приобретать лекарства по более доступной цене».

Изначально предполагалось для размещения аптеки снять помещение у г. Шух, но позднее аптечной комиссией было решено арендовать дом у И.И. Меньшикова по Троицкой улице, напротив электротеатра «Лира». Наконец, 8 июня1914 г. в 12.00 ч. состоялось открытие городской аптеки с вольной продажей лекарств для всех. В помещении аптеки прошел молебен, после которого в здании городской управы был устроен завтрак. На торжественном открытии присутствовали: городской голова и члены управы, несколько гласных городской Думы, курганский исправник, местные врачи и фельдшеры. Открытие прошло скромно, «даже без речей». Над входной дверью белого каменного здания аптеки «Точно турчанка под чадрой, стыдливо накрывшись тонкой марлей» скромно блестела вывеска «Городская аптека», размещённая накануне открытия (15).

Благополучное существование городской аптеки длилось недолго. С приходом на должность заведующего г. Б.В. Елькина на аптеку посыпались многочисленные жалобы, «учреждение, призванное служить людям», стало центром городского скандала. Неоднократно выступал против незаконных действий руководителя аптеки П.Л.Успенский 5 февраля1916 г. на заседании городской Думы он заявил: «если городская аптека, как предприятие и даёт неплохой доход, то этот доход получается только от продажи спирта, которым аптека торгует как кабачок» (16). 9 февраля1916 г. было созвано заседание Исполнительной городской аптечной комиссии, на которой председателем М.Ф. Врачинским был поднят вопрос, должна ли реагировать комиссия на выступление Успенского. Перед членами городской Думы был поставлен вопрос: соглашаются ли они с П.Л. Успенским или прислушиваются к мнению аптечной комиссии. Мнения гласных городской Думы разделились. Одна часть городских депутатов была склонна разделить позицию исполнительной аптечной комиссии и признать высказывание П.Л. Успенского «весьма некорректным, а по существу своему – идущим в разрез интересам города и его обывателей, – так как ни на чем не основанное голосовое обвинение, брошенное с кафедры Городской Думы подрывает доверие к аптеке». Другая – меньшая часть городской Думы – была склонна считать поведение П.П.Успенского нормальной практикой в работе городского самоуправления. Путем закрытой баллотировки выяснили, что 14 голосов высказались за согласие с изложенным мнением аптечной комиссии и 9 голосов – против. После объявления результатов баллотировки гласный ПЛ.Успенский заявил собранию, что «после создавшегося положения он далее принимать участие в городской общественной работе считает для себя невозможным и из состава гласных городской думы выходит» (17). Успенского поддержал фармацевт, служащий в этой злополучной аптеке, 3убилевич. В этот же день он отправил телеграмму в Петроград Председателю Совета министров сенатору Борису Штюрмеру, в которой говорилось о злоупотреблении в Курганской городской аптеке по отпуску спирта. «Прошу Ваше Высокопревосходительство назначить экстренные следствия и прекратить вакханалию в г. Кургане Тобольской губернии. В одной лишь городской аптеке в числе 2000 нумеров рецептов за январь половину составили спиртовые рецепты. Явление исключительное в империи» (18).

Расследование этого дела взял под свой контроль Тобольский губернатор действительный Статский Советник Николай Александрович Ордовский-Танаевский. По собранным сведениям, в курганской городской аптеке «за январь сего года общее число всех рецептов врачей было 2096, а на отпуск спирта – 1039 рецептов, в общем на 40 ведер 7 бутылок и 375 гр. В ноябре же месяце минувшего года поступило в эту аптеку на отпуск спирта 249 рецептов от врачей на 11 ведер 5 бутылок и 150 гр., а в декабре рецептов 123 на 3 ведра 16 бутылок и 400 гр. В январе рецепты были предъявлены от 11 врачей и 2 ветеринарных, 2 медицинских врача и 1 ветеринар выписали спирт в количестве всего от 1 ведра и 4 бутылок до 1 ведра и 10 бутылок 475 гр. 7 врачей медицинских и 1 ветеринар – от 100 гр. до 8 бутылок и 400 гр. и только вольнопрактикующий врач Прозоровский выдал 273 рецепта на 7 ведер 15 бут. и 300 гр. спирта, и врач городской больницы Шубский выписал по 586 рецептам 25 ведер 18 бут. 300 гр. Относительно двух последних врачей губернатор решил производить дальнейшее расследование.

Используя не совсем законные методы в целях процветания аптеки, Елькин не забывал о собственном благополучии. 29 марта1916 г. на Думе прочитан доклад исполнительной городской комиссии. В заседании аптечной комиссии 23.03.1916 г. было рассмотрено прошение служащих городской аптеки, в котором они ходатайствовали, в связи с общей дороговизной жизни, об увеличении окладов содержания.

Основное содержание провизора Б.В. Елькина составляло 130 руб., с процентною надбавкою – 143 руб., а предполагалось увеличить размер зарплаты до 175 руб.

Помощник провизора А.Д. Изакзон получал 80 руб. основного оклада, 88 руб. с процентами, а предполагаемое содержание должно было составлять 95 руб.

Остальные служащие получали основного содержания: 2-й помощник – 70 руб., аптекарский помощник И.Б. Хаскин – 60 руб., ученик Б.Н Мильберг – 40 руб., ученица А.К. Дементьева – 35 руб., М.Ф. Меньщикова – 20 руб., кассирша Ф.Т. Худякова – 20 руб., Н.В. Дёмина – 20 руб., с процентною надбавкою – Хаскин – 66, Мильберг – 48, Дементьева – 42, Меньщикова – 24, Худякова – 24, Дёмина – 24; предполагаемое содержание: Хаскин – 75 руб., Мильберг – 55, Дeиентьва – 50, Меньщикова – 30, Худякова – 30, Дёмина – 30 руб.

Вышеозначенная прибавка превышала сметное ассигнование на 837 руб. за текущий1916 г. Это превышение должно быть компенсировано увеличением общей выручки аптеки, каковая предположена по смете в 36000 руб., но в действительности, судя по данным от первой четверти года, достигнет суммы 65-70 тыс. руб. Дума с превышением окладов согласилась (16).

В годы гражданской войны контроль за деятельностью аптек был ужесточен. Аптеки работали практически в круглосуточном режиме. 19 октября1918 г. курганским уездным комиссаром Алексеевым было сделано заявление: на основании распоряжения народного здравоохранения МВД от 16.09.1918 г. за №2061 объявляю, что каждая из существующих в Кургане аптек обязана отпускать лекарства по рецептам во всякое время дня и ночи без промедления. Установление между аптеками ночных дежурств с прекращением занятий в других аптеках кроме дежурных не дозволяется и виновные в нарушении этого подлежат ответственности.

В1918 г. среди населения появилось большое количество больных сыпным тифом. Болезнь принимала форму эпидемии. В аптеках катастрофически не хватало лекарственных препаратов. 21 ноября1918 г. состоялось заседание городского врачебно-санитарного совета под председательством врача, гласного Думы П.Л. Успенского. Он доложил «об отсутствии в курганских аптеках дезинфекционных средств». Комиссией было вынесено постановление ходатайствовать перед 3емской Управой «об отпуске из имеющегося запаса хотя бы некоторой части таковых. В распоряжение городской больницы для бесплатного производства дезинфекции в домах, где будут заболевания сыпным тифом». На заседании был заслушан доклад К.С. Земянского о его поездке на восток за покупкой медикаментов для города и земства, производстве этой закупкой и отправке товаров по назначению. «По выслушании доклада г. Земянского, совет единогласно постановил благодарить г. Земянского за понесенные им труды по покупке медикаментов».

Также было вынесено предложение об организации ревизии городской аптеки. Эта ревизия была вызвана тем, что «заведующий этой аптекой провизор Елькин уже давно отсутствует из Кургана, а поэтому и необходимо выяснить текущую жизнь аптеки. В состав ревизионной комиссии избираются: врач М.В. Малинин, один представитель из отдела бухгалтерии городской управы и провизор, не состоявший на службе в Кургане» (19).

Даже после смерти Елькина его имя не было забыто. Фамилия Елькина упоминалась в довольно комичной и неприятной истории.

Супруга Елькина попросила некоего студента сельскохозяйственной школы Катаева оказать ей помощь в оформлении похорон мужа. «Тов. Катаев решил помочь горю Елькиной. Прежде всего, он обратился в ЗАГС о выдаче ему свидетельства о смерти. Но без справки медицинского врача свидетельства он получить не мог.

Тогда Катаев пошёл за советом к начальнику милиции, который рекомендовал сходить к судебно-медицинскому врачу, но последний на квартиру к умершему не пошёл, требуя лошади. Катаев всё же уговорил, что Елькин умер в преклонных летах (67 лет), справка была выдана. С этой справкой Катаев явился в ЗАГС, который выдал свидетельство на право похорон, где указал, что господин Катаев умер в возрасте 105 лет. Катаев записку вручил зав. кладбищем, и таким образом «труп» Катаева был «предан земле», а Елькин остался жить».

Список источников и литературы

1. ГАКО, ф.8, Оп. 1, Д. 46., Л. 208-210.

2. ГАКО, ф. 8, Оп. 1, Д. 46., Л. 529.

3. ЦГИАЛ, ф. 1287., Оп. 2, Л. 234.

4. Список с журнала Тобольской губернии совета, сост. 1-8 марта 1858г. №27, Л. 2-3.

5. ТГВ, №23, 7.06.1858.

6. ТГВ, №48, 30.11.1863.

7. ГАКО, ф. 236, Оп. 1, Д 36, Л 40.

8. Календарь Тобольской губернии на 1890. – Тобольск, 1889, С. 223.

9. ГАКО, ф. И-63, Оп.1, Д.97(б), Л.5.

10. ЦГИАЛ, ф.1298, Оп. 1, Д 2762.

11. ПАКО, ф. 5857, Оп. 3, Д.7, Л. 53-54.

12. Курганский вестник. 1910. №21. 17.02. (3.03).

13. Курганский вестник. 1913. №12. 10.02.

14. Известия курганского городского общественного банка. 20.09.1914. С. 202.

15. Курганский вестник. 3 43. 20.04.1914.

16. Известия курганского городского общественного управления. Вып. 3-4, 25.06.1916. С.37.

17. Тершукова Е. Улица, фонарь, аптека. КиК. 2006. 15 июня.

18. ЦГИАЛ, ф. 1298, Оп. 2., Д. 1141, Л. 1.

19. Курганская свободная мысль. №137. 13 (26). 11.1918.

Е.Э. Панькова, г. Курган.



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites