kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Новейшая история » Военнопленные и интернированные на территории Курганской области во время и после Второй мировой войны: гуманитарный аспект

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




Военнопленные и интернированные на территории Курганской области во время и после Второй мировой войны: гуманитарный аспект

(Из материалов Всероссийской научно-практической конференции VI Зыряновские чтения, Курган, 11-12 декабря 2008г. Издательство КГУ, 2008)

Вторая мировая война, прокатившись по Европе огненным смерчем, опалила своим чудовищным дыханием народы всех воевавших стран. Никогда ранее история не знала такого количества военнопленных, интернированных, депортированных и перемещенных лиц. Неоправданно долго оставался закрытым доступ к информации о режиме и качестве содержания военнопленных и интернированных, об использовании их труда, о правовых и гуманитарных аспектах плена, о культурно-психологической атмосфере лагерей, об идеологической работе по перевоспитанию вражеских военнопленных. Реконструкция этих сторон функционирования советской пенитенциарной системы и составляет задачу данного исследования.

На Урал военнопленные стали поступать с 1942 года. В 55 лагерях и 23 спецгоспиталях содержалось свыше 250 тысяч человек. Под патронажем СМЕРШа эти лагеря были материальной и строевой принадлежностью ГУЛАГа, затем были переданы специально созданному Главному управлению по делам военнопленных и интернированных (ГУПВИ НКВД СССР). В плену умерло и погибло около 30 тысяч человек. Целенаправленного уничтожения не осуществлялось. Умершие в плену захоронены на 216 спец. кладбищах, 2,2 тысячи захоронены в Челябинской области (1, 120). Статус захоронений определён Женевской конвенцией 1949г., Постановлением Правительства РФ от 16. 12. 1992 г. № 979 и 2-х сторонними соглашениями между РФ и ФРГ об уходе за могилами воинов. Что касается интернированных, то постановлением ГКО от 16 декабря 1944 г. предусматривалась мобилизация на работу в СССР всех трудоспособных немцев в возрасте: мужчины – с 17 до 40 лет; женщины – от 18 до 30 лет. На начало 1946 г. в СССР было 132,4 тыс. интернированных граждан немецкой национальности, в основном женщин. На Урале – 14,6 тысяч (2, 229).

На территории Курганской области для содержания военнопленных и интернированных было создано 4 спецлагеря: один –  в г. Шумихе (при спецгоспитале № 3757); второй – РБ МВД № 1085 – в г. Кургане –  командир батальона т. Коваленко; третий –  ОРБ МВС № 437 –  на станции Иковка –  командир батальона подполковник Стёпин (3); четвёртый – лагерь № 514 – около г. Шадринска –  начальник лагеря майор Сычёв Н.М., который, согласно записи в трудовой книжке, «прибыл для прохождения службы в УВД Курганской области в 1943 году» (4, 8). Лагерь существовал с апреля по ноябрь 1945 года, после чего он был расформирован. В нём, согласно рассекреченному фонду 767 Шадринского городского архива, числилось 674 человек, из них 48 мужчин и 626 женщин, преимущественно немцев из восточной Пруссии, а также поляков, принявших германское подданство (фольксдойчи) (5, 66).

Основанием для интернирования могла быть принадлежность к одной из фашистских организаций. Так, в лагере № 514 все лица, содержавшиеся в нём, входили в национал-социалистические организации: БДМ (Бунд Дойче Мэдель) – союз германских девушек; «Гитлерюгенд»; НСДОП (национал-социалистическая партия немецких рабочих) «Арбайт-фронт». Не менее важным основанием для интернирования была принадлежность к зажиточному слою крестьян, владевших своей землёй или применение в своём хозяйстве подневольного труда советских военнопленных, как и наёмного труда вообще, что подтверждается материалами личных дел заключённых. Из протокола допроса Марты Геринг: «С 1940 г. я состояла в БДМ. ... У нас работал русский раб» (6, 66).

Большинство интернированных из Шадринского спецлагеря имели 8-классное образование, работали в хозяйстве родителей. Интернированными представлены округа городов Диршау, Браунсберг, Кенигсберг, Картузы, Данциг. Значительная часть интернированных была представлена поляками, принявшими немецкое подданство (фольксдойчи). Например, Хильдегарт Мишке, в замужестве Раушенбах, из Восточной Пруссии, д. Дикшен, почтовое отделение Усбаллен, округ Пиллькаллен {6,187). Семья имела хозяйство в 40 моренов земли; что позволяло кормить 8 человек: отца, мать, бабушку, деда, двух старших сыновей, дочь Хильду и сестру матери (6, 6).

За период с 1945 по 1948 гг. все заключённые лагеря, разделенные на роты (побарачно), выполняли преимущественно полевые работы, трудились также на разгрузочной платформе и в цехах ШААЗиС, эвакуированного из Москвы. Были и военнопленные. Они построили железнодорожную баню и дома по ул. Красноармейской с № 75 по № 85 (6 домов); рыли канавы на кладбище (5, 65).

 0054

«Немецкие дома» в Шадринске

За работу, при условии 100%-го её выполнения, выдавалось 600 граммов хлеба, но, как вспоминает X. Payшенбах, чаще всего выдавалось 500 граммов: питание было скудным, как правило, это перловая каша, к которой на обед добавлялся перловый суп, иногда в нём обнаруживались крупинки мяса. «Летом кухня разнообразит наш стол грибным супом. Ждём осени, которая должна принести нам такой долгожданный картофель» (6,58), Для сравнения следует добавить, что кадровый состав, охранявший эти лагеря, получал хлебный паёк в количестве 600-700 граммов.

Тем не менее, всем учреждениям, содержавшим военнопленных и интернированных, НКВД предписывалось иметь подсобные хозяйства, деятельность которых жёстко контролировалась спецфинотделами через финансовую отчетность. Так, согласно отчёту за 1943 г. эвакогоспиталь № 3757 (ст. Шумиха) имел в подсобном хозяйстве 73 га земли, из них 28 га пашни; 2 дойных коровы; 10 свиней; 6 волов. Это хозяйство велось эвакогоспиталем, имевшим в штате 182 человека, 600 больничных коек и фонд содержания в 1090,5 рублей (7). Кроме того, имелся большой огород, где совместным трудом медработников и военнопленных выращивали хороший урожай капусты, помидоров, огурцов, репы, брюквы, моркови.

Стараниями начальника госпиталя, врача-хирурга Анастасии Афанасьевны Корытовой, и её помощника по медчасти Елизаветы Феоктистовны Фединой гарантировалось гуманное и милосердное отношение к раненым военнопленным. В палатах поддерживалась идеальная чистота. «В госпитале проходили концерты. Итальянцы поражали своей певучестью» (8). Это не противоречило строгой военной дисциплине. «Часто водили военнопленных под конвоем на работу по городским организациям».

...День Победы стал праздником для всех.... Вскоре военнопленных стали отправлять на родину. Я как медработник сопровождала эшелон до г. Кенигсберга» (8).

Но плен есть плен. X. Раушенбах отмечает, что очень тяжело переносилось отсутствие всякой информации о родине; слухи о судьбе послевоенной Германии морально подавляли, особенно о ликвидации Восточной Пруссии, так как многие были именно оттуда; а также о разделе Германии на 4 зоны оккупации; о неопределённости своей собственной судьбы. Несмотря на все невзгоды, не было никогда сказано ни одного плохого слова о взаимоотношениях с местным населением, в данном случае с жителями Шадринска. Все 50 бывших узниц лагеря № 6437, сумевших приехать на встречу в Бад-Пермонте, близ Ганновера, инициатором которой была X. Раушенбах, вспоминали, как постоянно получали что-то съестное от жителей Шадринска, хотя те и сами жили впроголодь (9, 8).

Так было вначале. В конце заключения материальный достаток улучшался и за счёт... зарплаты: «В начале февраля диспетчер Наташа говорит нам, уже окончившим дневную смену, что-то совсем невероятное: «Девушки, идите в отдел. Получите зарплату». Нам кажется, что мы ослышались. ...По какому принципу она распределялась, нам не понятно, все мы выполняем одинаковую работу. Я получаю 23 руб., в пересчёте на хлеб – это две булки. Но мы всё равно не можем пойти в магазин, …для нас это возможно только на базаре по завышенным ценам. Хлеб у русских до сих пор распределяется по карточкам» (6, 89).

Администрация лагерей несла полную ответственность за личное имущество пленных, что подтверждается личными воспоминаниями и анализом имеющихся в распоряжении исследователей документов. Так, в Книге регистрации входящих секретных документов аппарата НКВД при эвакогоспитале № 3757 зарегистрирована служебная переписка «по причине не возвращения кольца Кнауте Отто» (10). Отдельно от других проходят документы с информацией о военнопленных, проживавших в Эльзас-Лотарингии (11). Специфичность этой информации даёт возможность предположить, что заинтересованным заказчиком на неё могли быть спецорганы союзной Франции.

12 июля 1946 г. в книге регистрации входящих и исходящих документов аппарата НКВД (МВД) при эвакогоспитале № 3757 произведена последняя функциональная запись об откомандировании нескольких сотрудников в распоряжение ОК УМВД Курганской области «в связи с ликвидацией госпиталя». За год до этого начала осуществляться интенсивная репатриация военнопленных и интернированных.

AM. Украинцев, Курганская государственная сельскохозяйственная академия им. Т.С. Мальцева

Примечания

  1. Мотревич В.П. Военнопленные // Уральская историческая энциклопедия (УИЭ). - Екатеринбург: Изд-вo «Екатеринбург», 1998. - С. 120.
  2. Мотревич В.П. Интернирование // УИЭ. - Екатеринбург: Изд-во «Екатеринбург», 1998, - С. 229.
  3. ГАКО Ф. № р-802. On. 1. Д. 4.
  4. Зуева М.И. Начальник лагеря военнопленных // Исеть. - 2005. - 10-15 марта. - С.8.
  5. Зуева М.И. Интернированные в Шадринске // Материалы научно-практической конференции по проблемам гражданского и патриотического воспитания молодёжи. - Курган. 2000. - С. 64-67.
  6. Раушенбах X. Ссылка в Сибирь. - Шадринск, 2000 / VonPillkallennachSchadrinsk. GerhardRautenbergLeer. 1993.
  7. ГАКО, Ф. № Р - 1138. On. 1. Д. № 16
  8. Медведева Е.Л. Немцы в... Шумихе // Знамя труда. - 1989. - 22 авг.
  9. Раушенбах X. Вспоминая шадринский плен: Литературно-краеведческий выпуск // Исеть. - 1998. - 20 нояб. - С.8.
  10. ГАКО, Ф.№ Р-802. On. 1. Д. № 4. С.17, регистрац. запись от 17.11.1944.
  11. ГАКО, Ф.№ Р-802. On. 1. Д. №4. С.19, регистрац. запись от З.10.1945




Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites