kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Краеведческие изыскания » Издательская деятельность » Проекты издания газет в Кургане в 1906 году

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




Проекты издания газет в Кургане в 1906 году

(Из материалов Всероссийской научно-практической конференции «VII Зыряновские чтения», Курган, 10-11 декабря 2009г. Издательство КГУ, 2009).

Вплоть до лета1906 г. в уездном Кургане каких-либо собственных газет общественно-политического характера не издавалось. Этому препятствовал Устав о цензуре и печати1890 г., согласно которому разрешение на печатание новых периодических изданий мог дать только министр внутренних дел. Серьезным препятствием служило также нежелание местной власти иметь в уездных сибирских центрах гласный печатный орган. Лишь изредка допускались неофициальные издания в губернских центрах Сибири (1).

Перемены наступили с обнародованием 24 ноября1905 г. высочайшего указа о Временных правилах о повременных изданиях. Само их появление произошло под натиском революционных сил на наивысшем этапе первой революции. С начала действия Временных правил и до поражения революции в июне1907 г. в Кургане осуществилось издание 2 газет: «Народной газеты» как органа Союза сибирских маслодельных артелей (издатель А.Н.Балакшин) и «Курганский вестник» (издатель и редактор А Вдовин). Но если первая, испытав притеснения властей, все-таки продолжала выходить в течение всего межреволюционного периода и даже вплоть до1919 г., то вторая после очень короткого срока издания (в мае-июне1906 г.) вновь стала выходить только в1909 г. уже при новом издателе А.И. Кочешеве и продержалась до конца лета1915 г. (2).

Новый порядок получения разрешения на издание периодики предусматривал обращение не к министру внутренних дел, а к местному губернатору. Вскоре целый ряд лиц обнаружил намерение издавать газеты в Кургане. Но даже упрощенная процедура получения разрешения далеко не всегда приводила потом к воплощению намерений. Иначе в Кургане в1906 г. вместо 2 уже упомянутых газет выходило бы не менее 6. Однако по разным причинам эти намерения так и остались проектами.

Наряду с Балакшиным и Вдовиным в числе первых ходатаев к тобольскому губернатору был курганский мещанин Кузьма Степанович Мякинин. Он просил выдать ему разрешение «на право издания в городе Кургане ... еженедельной газеты под названием «Зарница» по программе: 1) обсуждение экономической, общественной, политической и религиозной жизни России и иностранных государств и 2) телеграммы, правительственные сообщения, известия из деревни, разные корреспонденции, ответы на запросы читателей, повести и рассказы, перепечатки из других изданий разных известий и статей, объявлений». При этом будущий издатель изъявил желание принять на себя также обязанности ответственного редактора: «В полном объеме». Печатать газету он собирался в типографии Ф.И. Шубина.

По получении прошения губернское управление 8 февраля1906 г. запросило «сведения о судимости, поведении и нравственных качествах» Мякинина у курганской полиции и о его политической благонадежности у жандармерии. Последняя отнеслась к запросу довольно поверхностно и дала стандартную справку, извещавшую, что Мякинин «ни в чем предосудительном в политическом отношении замечен не был». Как потом оказалось, жандармы явно поторопились. Не дожидаясь ответа от чинов курганской полиции, 8 марта1906 г. на имя К.С. Мякинина уже выдается свидетельство в 2-х экземплярах – один для издателя, другой для типографии, - разрешавшее издавать еженедельную газету «Зарница».

Свидетельство было доставлено в Курганское полицейское управление для вручения под расписку Мякинину в то время, когда там шел сбор компрометирующих его сведений. Необходимость выдачи свидетельства сильно беспокоила полицию и заставила быстрее сигнализировать в Тобольск. Выяснилось, что Мякинин «под судом и следствием не состоял», но, еще будучи писарем Сычевского волостного правления, участвовал в съезде волостных писарей Курганского уезда в декабре 1905 г.,  за что и был уволен со службы. Увольнение не охладило, а только подстегнуло общественно-политическую активность Мякинина. В рапортах помощника исправника Рослякова, на которого официально возлагались обязанности цензора повременных изданий, и исправника Калугина сообщалось о попытке мещанина Мякинина записаться в крестьянское общество и в связи с этим об обвинении его в антимонархической пропаганде. В феврале 1903 г. он вместе с волостным старшиной Г.В. Шмаковым прибыл в с. Дубровное, где на созванном ночном сходе просил крестьян принять его в Дубровское общество иубеждал: «Если они его примут, он может попасть от них выборным в Государственную Думу, где бы и стал отстаивать интересы крестьян, т.к. был волостным писарем и с нуждами крестьян хорошо знаком...». Сходка разделилась на две группы – согласных на прием во главе со старшиной и несогласных. Из уст противников прозвучало в адрес Мякинина обвинение в участии в забастовке курганских рабочих. Тот возразил, «что в забастовке он не был, а был оратором и отстаивал интересы рабочих и что если в забастовку и кричали, что царя не надо, - это правда, ведь в других государствах живут без царей и управление идет лучше, чем в нашем государстве при Царе, там управляют выборные».

Дознание о пропаганде на крестьянском сходе было представлено исправником временному генерал-губернатору Челябинского, Курганского и Тюменского уездов в Челябинск. Меж тем исправник и его помощник не решались вручить свидетельство Мякинину. Напротив, помощник «полагал бы отклонить ходатайство Мякинина о предоставлении ему права издавать в г. Кургане газету «Зарница» в предотвращение могущих быть помещенными им преступных каких-либо статей в этой газете». Впредь до ответа из Тобольска курганские власти «из осторожности» приостановили выдачу свидетельства Мякинину.

Реакция из Тобольска последовала вскоре, но оказалась неоднозначной. Управляющий губернией по телеграфу приказал исправнику «арестовать Мякинина в порядке охраны». Одновременно телеграмма за подписью советника губернского управления Бирюкова гласила: «Свидетельство Мякинину выдайте». Однако отсутствие в архивном деле расписки Мякинина заставляет предположить, что данное распоряжение так и не было выполнено. Очевидно, власти в Кургане сочли недопустимым вручать свидетельство человеку, заключенному под стражу в местную тюрьму (3).

А факт пребывания в ней Мякинина подтверждает донесение жандармского ротмистра на ст. Курган тобольскому губернатору от 16 июня1906 г. Донося о состоявшейся 4 июня1906 г. сходке курганских рабочих близ д. Рябновой Малочаусовской волости, ротмистр на основании агентурных сведений отметил, что в группу лиц, находившихся рядом с председателем сходки, «неизвестным мужчиной», и поддержавших его идеи, входил Мякинин, «недавно освобожденный из тюрьмы за политические убеждения». На сходке было принято решение потребовать принятия на службу всех уволенных за декабрьскую забастовку1905 г., в случае же отказа – вновь забастовать вплоть до вооруженного выступления. Об участии Мякинина в сходке упоминалось и в сообщении начальника Тобольского жандармского управления полковника Устинова губернатору и в его же донесении в департамент полиции (4).

Еще до сходки и, вероятно, сразу по окончании ареста Мякинин 16 мая1906 г., в дополнение к прежнему прошению, обратился к тобольскому губернатору с ходатайством о разрешении ему издавать газету «Зарница» не еженедельно, а ежедневно. Причем программу газеты предполагалось расширить за счет включения таких разделов, как «хроника – общая, курганская, петропавловская, ишимская. челябинская и других городов», фельетон на общие и местные темы, «железнодорожная жизнь, деятельность профессиональных союзов, обществ и организаций, а равно и различных общественных учреждений и частных предприятий», «торговля и промышленность». Вместо же типографии Шубина ежедневную газету предполагалось печатать в типографии товарищества братьев Кочешевых. Следование данной программе обещало превратить «Зарницу» в по-настоящему общественно-политическую газету. Это, разумеется, не устраивало власти и беспокоило их. Здесь видится подлинная причина отказа, а не в том, как его формально объяснил в своем ответе губернатор Н.П. Гондатти. Сославшись на отсутствие в дополнительном ходатайстве указания на место издания и имени ответственного редактора, он не признал возможным его удовлетворить и распорядился объявить об этом самому Мякинину под расписку. Такую расписку тот дал 23 июня1906 г. А днем ранее Мякинин, видимо, уже догадываясь об отрицательном решении, подает прошение о принятии его на государственную или общественную службу и, в частности, в управление акцизных сборов. На это от того же губернатора последовал довольно уклончивый ответ. Наконец, 6 сентября в Тобольск вернулись оба экземпляра некогда оформленного свидетельства на издание еженедельной «Зарницы». Представил их в губернское управление исправник Калугин «ввиду отказа от получения такового курганского мещанина Козьмы Мякинина» (5).

В числе деятельных участников упоминавшейся сходки рабочих жандармской агентурой назван наряду с Мякининым и «уволенный от службы старший телеграфист станции Макушино» Василий Иванович Гроздь (Грозд) (6). Именно он, по сословному происхождению мещанин г. Вильно, примерно в это же самое время обратился к губернатору за свидетельством на право издания в Кургане ежедневной газеты «Западная Сибирь». Ее программа дословно совпадала с программой ежедневной газеты «Зарница» у Мякинина. Участие же в сходке Мякинина и Гроздя свидетельствует, как минимум, об их личном знакомстве, Можно предположить, что саму идею с газетой уволенному телеграфисту Гроздю подсказал уволенный писарь Мякинин, очевидно, сомневавшийся в положительном ответе властей на его собственное прощение. Нельзя исключить, что проект издания «Западной Сибири» был для них совместным. Следовательно, расчет строился на то, что из двух прошений хотя бы одно будет удовлетворено. Вместе с изданием В.И. Гроздь брал на себя обязанности ответственного редактора, а печатать газету собирался в типографии Кочешевых.

В программе издания «3ападной Сибири» внимание властей поначалу насторожил 7-й пункт – намерение освещать деятельность профессиональных союзов, обществ и организаций. «Но это, вероятно, допустимо ввиду закона 4 марта1906 г. «Временные правила об обществах и союзах». В остальном программа газеты обычная, все требования соблюдены». В результате после разрешения губернатора Гондатти последовало 19 июня оформление свидетельства, которое Гроздь получил на руки 8 июля (7).

Однако газета с названием «3ападная Сибирь» в Кургане в отведенный ей годовой срок так и не появилась. Не выходила она и позже. Нет информации о возвращении Гроздем неиспользованного свидетельства обратно в Тобольск. Не исключено, что помехой могло явиться его участие в политической деятельности, недостаток денежных средств либо отъезд безработного телеграфиста за пределы Кургана в поисках работы.

Последняя в1906 гпопытка издавать в Кургане собственную газету началась с заявления от 27 июля жены священника Анфисы Федоровны Кучковской, просившей выдать ей свидетельство на право издания ежедневной газеты под названием «Зауралье». Просительница изъявила желание редактировать газету лично, а печатать собиралась в типографии В.И. Окладовикова. Опять же программа будущего «3ауралья» целиком совпадала с программами ежедневных газет в проектах Мякинина и Гроздя. Никаких возражений она со стороны губернской власти не вызвала. Препровожденное 16 августа при соответствующих распоряжениях курганскому исправнику и его помощнику свидетельство Кучковская получила 22 сентября (8).

Казалось, положение жены священника обещало издание «Зауралья» во вполне умеренном духе, не раздражающем власти. Все вроде бы должно было благоприятствовать успеху проекта Кучковской. Почему же в таком случае он остался неосуществленным? В поисках ответа нельзя обойти стороной деятельность мужа Кучковской. Ведь для курганского – и не только – духовенства он являлся фигурой весьма необычной.

Отец Стефан (Степан Анатольевич Кучковский) в бытность священником с. Матасского Ишимского уезда стал инициатором создания в1905 г. Петуховского общества сельского хозяйства, затем его председателем. Исходя из твердого убеждения о невозможности решить экономические проблемы крестьян без радикальных политических сдвигов, Кучковский в обстановке идущей по нарастающей революции, придал деятельности общества отчетливо политический характер, недвусмысленно высказал свои симпатии борцам с самодержавием – той силе, которая в «освободительной борьбе подаст руку помощи многочисленной массе темного народа». Обвинив членов Петуховского общества в противоправительственной деятельности, власти начали производить дознание. В ходе обыска у Кучковского изъяли нелегальную литературу, переписку, наброски речей и статей. 3атем последовали арест и содержание в Ишимской тюрьме. Кроме светских властей расследованием деятельности Кучковского занялись еще и власти церковные. Епископ Антоний отрешил его от прихода и запретил ему священнослужение (9).

В мае1906 г. находившийся под следствием запрещенный священник Кучковский добился разрешения у епископа проживать в Кургане. В этом городе родилась его жена, дочь купца Игнатьева, а сам он еще до принятия сана учительствовал. О снятии с себя сана священника он же обратился к епископу Антонию, и тот, в свою очередь, 7 августа ходатайствовал об этом перед Святейшим Синодом.

Таким образом, вскоре Кучковский становится «бывшим священником». Как раз в этот период обращения из духовного сословия снова в светское возник проект газеты «3ауралье». Несомненно, замысел принадлежал именно Кучковскому и, в случае его реализации, ему бы отводил ась в издании и редактировании газеты ведущая роль.

Известно, что в 1907-1909 гг. супруги Кучковские активно проявили себя в курганском революционном подполье как преданные сторонники партии эсеров. Курганская группа ПСР оформилась не ранее середины1906 г. и постепенно увеличивала свои ряды. Не исключено, что уже в1906 г. Кучковские примкнули к этой группе. В таком случае и сам проект выпуска «3ауралья» мог возникнуть как попытка курганских эсеров использовать легальную печать для распространения своего влияния и взглядов. В ряду вероятных причин, помешавших этому, могло оказаться отсутствие или нехватка средств на издательские расходы, отвлечение Кучковских на нелегальную деятельность и пр.

3а участие в демонстрации 1 мая1907 г. Кучковский подвергнулся административному наказанию в виде трехмесячного содержания под стражей в Ялуторовской тюрьме (с 6 июня по 6 сентября1907 г.). В это время, по прошествии года с момента выдачи свидетельства, губернатор предписал курганскому исправнику донести о выходе «Зауралья» в свет, в противном случае потребовать у Кучковской возврата свидетельства как потерявшего законную силу. В ответе исправника от 13 сентября сообщалось об отсутствии Кучковской в Кургане: «… и куда она выбыла, сведений не имеется, хотя муж означенной Кучковской в настоящее время проживает в г. Кургане» после пребывания в Ялуторовской тюрьме. Только спустя месяц удалось отобрать у Кучковской свидетельство по ее возвращении в Курган. Очевидно, сама отлучка была связана с нелегальной деятельностью супругов (10).

В заключение стоит упомянуть о попытке купеческого сына Ивана Васильевича Окладовикова завести газету «Сибиряк». Сын владельца типографии, он подал прошение в апреле1906 г., но в отведенный срок по неизвестным обстоятельствам не смог выпустить газету в свет. Нет никаких сведений об участии Окладовикова в общественно-политическом движении, а 30 августа1907 г. он скончался от заражения крови (11).

Список источников и литературы

1. Воробьев В. В. Проблемы развития периодической печати Сибири в 1905 г. // Азиатская Россия во второй половине XIX в – начале XX в.: Проблемы региональной истории. Омск, 2008. С.282 – 288.

2. Газеты и журналы Курганской области: Библиогр. указ. – Курган, 1995. С.7 - 9; Козельчук Т.  Шестая держава // Новый мир (г. Курган). 2004. 17 янв. С.З.

3. ГУТО ГА в г. Тобольске. Ф. 152. Оп. 35. Д. 708 Л. 1а – 1об.; ГАКО. Ф. 254. Оп. 1. Д. 2. Л. 179 – 179об.

4. ГУТО ГА в г. Тобольске. Ф. 152. Оп. 20. Д 68. Л. 59 - 59 об., 61 - 62; Революция 1905 - 1907 гг. в России: Документы и материалы. Второй период революции. 1906 - 1907 гг. Ч. 2. Май - сент. 1906 г. М., 1962. Кн. 2. С. 428.

5. ГУТО ГА в г. Тобольске. Ф. 152. Оп. 35. Д. 708. Л. 12 - 18, 22 – 23об., Оп. 20. Д 68. Л. 165 - 167.

6. Там же. Ф. 152. Оп. 20. Д 68. Л. 61.

7. Там же. Оп. 35. Д. 709. Л. 1 - 8.

8. Там же. Д. 712. Л. 2 - 10.

9. Трухина В. К. Политическая деятельность Петуховского общества сельского хозяйства в 1905 - 1907 гг. // Земля Курганская. Прошлое u настоящее: Краеведч. сб. Курган, 1990. Вып. 1. С. 147 - 154.

10. ГУТО ГА в г. Тобольске. Ф. 152. Оп. 35. Д. 712. Л. 12 – 19.

11. Там же. Д. 705. Л 1 - 2.

Н. Ю. Толстых, МУК «Межпоселенческая центральная библиотека Варгашuнекого района».



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites