kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » Улицы Кургана » Улица Пушкина (Пушкинская) » Из истории дома по улице Шадринский тракт 24 (Пушкина 20) в Кургане и его хозяина, Николая Трубачева

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




Из истории дома по улице Шадринский тракт 24 (Пушкина 20) в Кургане и его хозяина, Николая Трубачева

В.П. Андреева, член ЗГО.

 

В 1957 году наша семья, состоящая из шести человек – родители и четверо детей, переехала в дом по улице Шадринский тракт № 24 (в настоящее время на этом месте находится панельный пятиэтажный дом по адресу: ул. Пушкина № 20). Среди соседних домов он выделялся: 2 этажа, большие с резными наличниками окна и, наконец, украшением дома был парадный вход.

 1

Дом по адресу Шадринский тракт, 24.

 IMG_2352

Панельная пятиэтажка на месте старого дома (Пушкина, 20).

 

Первый этаж представлял собой полуподвальное помещение с выходом на второй этаж и во двор. Здесь находилась кухня. На втором этаже в центре стояла круглая печь, «голландка», которая отапливала три небольшие комнаты и прихожую. В комнатах было по две двери, так что можно было ходить по кругу вокруг печки. По сравнению с пятистенником, в котором мы жили до переезда в этот дом – это были хоромы.

 

В этом доме наша семья прожила 13 лет. Это было замечательное время, наша юность. Мама наша любила, когда к нам приходили друзья, потому в доме всегда было шумно и весело. Этот дом помнят наши одноклассники, с которыми праздновали совершеннолетие, наши институтские друзья, с которыми отмечали окончание очередного курса и наши многочисленные родственники. Здесь мы сыграли свадьбы, появились на свет наши первенцы. Еще были живы родители, а мы были молоды, здоровы и счастливы. В 1970 году дом пошёл под снос, и мы разъехались по новым квартирам.

 

Мне запомнился случай, связанный с нашим домом. Вскоре после переезда у дома остановился прохожий, и сказал: «вы знаете, что в вашем доме жил известный адвокат и какие-то события времён гражданской войны были связаны с этим домом». Во время ремонта дома в перегородке между комнатами мы нашли деньги, «керенки». Ну и подумали, что тот самый адвокат спрятал деньги в тайнике.

 

Работая над своей родословной в Государственном архиве Курганской области, я вспомнила о своём доме, и подумала, а вдруг и правда дом чем-то знаменит. И вот, у меня в руках папка с делом о доме по улице Шадринский тракт 20/24[1]. Никакого упоминания об адвокате я там не нашла. Дело посвящено судьбе дома и его хозяина, Трубачёва Николая Николаевича, простого человека, оказавшегося в Гражданскую войну не по своей воле отлученным от родного дома. В течение нескольких лет ему пришлось доказывать местным властям, что он ни в чём не виноват и дом, построенный собственными руками на кровно заработанные деньги, должен принадлежать ему.

 

История эта показалась мне интересной. Из документов следовало, что по приговору Галкинского сельского схода Мало-Чаусовской волости Курганского уезда 25 сентября 1905 года слесарю депо станции Курган Плешкову Федору Логиновичу отдан в аренду на 12 лет участок земли, который был передан им под усадьбу маляру станции Курган Трубачёву Николаю Николаевичу. В течение 6 лет, с 1905 по1911 год, Трубачёв строил дом, и возводил все постройки усадьбы: флигель, баню, стайку, сеновал, отхожее место.

 

С 1911 года Николай Николаевич с женой и сыном Николаем постоянно проживал в новом доме. На исповедь всей семьёй ходили в Градо-Курганскую Богородице-Рождественскую церковь (здание которой позднее было занято заводом деревообрабатывающих станков). Хозяину на тот момент (1911г) было 42 года, жене – 32 года, сыну – Николаю 10 лет.

 

Когда Николай Николаевич обустраивал усадьбу, думал о своих детях, внуках, которые будут жить в этом доме. Детей больше бог не дал. Вся надежда была на единственного сына. Но случилось всё не так, как мечталось. Работал Николай Трубачёв в депо маляром с 1901 года, продолжая исправно трудиться в этой должности и после 1917 года. Гражданская война вмешалась в судьбу этого простого человека. В августе 1919 года при отступлении армии Колчака из Кургана Н.Н.Трубачёв по приказу начальника дороги вместе с семьёй был эвакуирован на Забайкальскую железную дорогу. В январе 1920 года он находился в резерве ст. Иркутск, где и получал содержание.

 

После поражения Колчака, Трубачёв был арестован и отдан под трибунал. Омский Губернский Революционный трибунал 7 июля 1920 года[2] рассмотрел дело Николая Трубачёва и «находя, что в деянии Трубачёва действительно не заключается какого-либо уголовного преступления, постановил, отменив избранную по отношению к Николаю Трубачёву меру пресечения, освободив из-под ареста, направить в распоряжение Управления  Омской ж.д. для использования по специальности».

 

Ну, слава богу! Теперь домой, в Курган, в родной дом. Здесь его ждал большой сюрприз: его дом, оказывается, муниципализировали. Николай Николаевич, естественно, обратился к городским властям, ведающим этими вопросами. Вот тут и началось! Выписка из протокола №8 Междуведомственной комиссии, созванной жилподотделом 8 октября 1921года. «Слушали: Трубачёва [проживавшего ранее] по Шадринскому тракту за крестьянской больницей напротив кузницы. Постановили: отказать как эвакуированным всем семейством и приверженцам Колчака»[3].

 

«Да вы что! Какой я приверженец? Я в суд подам, там разберутся» - разгневался Трубачёв.  По решению Народного суда 1-го участка г. Кургана дом возвращён Николаю Николаевичу Трубачёву 13 февраля 1922 года, правда, с оговоркой, с обязательным выполнением требуемого ремонта.

 

1922 год. В стране голод. Где взять силы и средства на ремонт? Быть бы живу.  Но главное – дом возвращён, а ремонт можно потихоньку сделать.

 

А ГУКХ (городское управление коммунального хозяйства) не унимается: «марта 30 дня 1923 года домовладение, находящееся в г. Кургане по Шадринскому тракту под № 20, ранее принадлежащее Трубачёву, муниципализировано» на том основании, что якобы Народный суд не вправе возвратить дом, что это дело окрисполкома или комхоза.

 

Да что же это такое! Уж и суд на них не управа. И 26 июня 1923 года пишет Николай Трубачёв в Коммунотдел г. Кургана заявление, в котором пытается убедить работников отдела, что дом муниципализирован неправильно. «На железную дорогу я поступил в 1901 году, прослуживши 20 лет. Так что, отказывая себе в другом, я все заработанные деньги тратил на дом не считая свой труд. В настоящее время я инвалид труда. Сын мой находится в Красной Армии с 1921 года. Со мной живут ещё сироты, трое детей брата моей жены и старушка мать, всего семья 6 человек не считая сына в Красной Армии и трудоспособных нет. Всё, что было приобретено в течение долгих лет упорного труда, прожито в голодные 21-22 годы, остался один дом. А по сему прошу комиссию возвращение дома утвердить за мной».

 

Комиссия разобралась в очередной раз. Постановлением заседания Межведомственной комиссии 19 августа 1923 года дом был снова взят на учёт за то, что не весь ремонт сделал гражданин Трубачёв. Не заслужил Трубачёв быть хозяином собственного дома, а будет в нём квартировать. Заведующий домами общего отдела Окрисполкома А. Филиппов составил акт обследования дома, в котором описал наружный вид дома, перечислил количество окон, дверей, печей. Были выданы рекомендации по ремонту. В доме следовало покрасить крышу, исправить водосточные трубы, вставить в рамах 5 стёкол, побелить стены и потолок кухни, поправить русскую печь. Во флигеле следовало покрасить крышу, внутри исправить штукатурку и произвести побелку флигеля, исправить печь, остеклить рамы (вставить 10 стёкол). А с гражданина Трубачёва была взята расписка: «Я, Трубачёв, принял от А. Филиппова под личную охрану недвижимое имущество, находящееся по Шадринскому тракту 20, ранее принадлежавшее Трубачёву, и за всякое расхищение я, Трубачёв, отвечаю перед судом. Принял вышеуказанное имущество согласно акта обследования от 23 декабря 1923 года. Принял Трубачёв. Сдал зав. домами 1-го района Филиппов».

 

Николаю Трубачёву была выдана карточка №875, согласно которой его семье в составе 6-ти человек разрешалось занять квартиру (это в собственном-то доме!). От квартплаты семья освобождалась как семья красноармейца (удостоверение за №600 от 14 февраля 1924 года).

 

В 1925 году Н.Н. Трубачёв снова обращается в Курганское коммунальное хозяйство с просьбой пересмотреть дело о возвращении дома. В заявлении он указывает о несостоятельности решения предыдущей комиссии: согласно постановлению Совнаркома и Кодекса законов о Гражданском судопроизводстве дом должен быть возвращён хозяину. А комиссия, по мнению Трубачёва, должна быть привлечена к ответственности за превышение власти. Копию заявления он подаёт Окружному прокурору.

 

В это же время сын Николая Николаевича обращается с заявлением к Курганскому Окружному военкому.

 

Заявление.

 

Прошу оказать помощь в возвращении дома моему отцу. Дом в данное время находится в Курганском Окркомунхозе. Дом национализирован неправильно, т.к. по оценке 1917г. он не превышает 1000 рублей и по постановлению Совнаркома от 1919г. «О реквизации и конфискации имущества у частных лиц в местностях, освобождённых от неприятеля» реквизации точно не принадлежит. Кроме того, дом должен быть возвращён согласно Кодекса законов о Гражданском судопроизводстве ст. ст. 69.70, приложение 4-е и 5-е. Кроме того, всем железнодорожникам – рабочим и служащим, дома возвращены за исключением моего отца, тогда как отец никаких гражданских прав не лишон, о чём свидетельствует постановление Омского Губревтрибунала от 1920г. июня 7 дня. Дом находится в Кургане по Шадринскому тракту №20. О результатах прошу сообщить по следующему адресу: г. Томск 4-ый радиотелеграфный батальон Начальнику радиомастерских Трубачёву Николаю.

 

12 декабря 1925г., г. Курган.

 

Ждали Трубачёвы положительного решения по своему вопросу. Ну должны же, наконец, разобраться и вернуть дом. Разобрались, называется, в очередной раз.

 

Старшему помощнику прокурора по Курганскому округу

 

Возвращая при сем заявление гр-на Трубачёва Николая о муниципализации его дома по Шадринскому тракту №20 Курганский окружной комунотдел сообщает:

 

1. Домовладение муниципализировано в 1919г., с коего времени и находится в ведении Окркомхоза.

 

2. Домовладение превышает 25 сажений жилую полезную площадь.

 

3. Хозяйственные помещения всё время ведёт Окркомхоз.

 

Суммируя всё вышеизложенное, Окркомхоз находит мотивы, указанные в заявлении, неосновательными и не подлежащими удовлетворению.

 

Зам. завокркомхоза Смирнов.

 

Возмутился Трубачёв таким решением пуще прежнего. Оказывается лишних саженей он понастроил и потому ему дом не возвращают. И что это комхоз в доме сделал? Покраску, побелку, рамы застеклил, печи поправил. Это что, комхоз сделал? Сам Николай Николаевич привёл дом в порядок.

 

Так это дело оставлять не следует. И 19 ноября 1925г. обращается Трубачёв в очередную инстанцию.

 

Председателю областной ревизионной комиссии.

Копия областному прокурору.

Маляра службы тяги депо Курган члена профсоюза

работников ж.д. транспорта Н.Н. Трубачёва,

проживающего в своем бывшем доме, Шадринский тракт 20.

 

Заявление.

 

Работая по найму с 12-ти летнего возраста, я с ноября 1901г. стал работать на транспорте без перерыва до сего времени маляром депо Курган. Трудами долголетней службы, отказом себе даже в самом насущном, мне удалось сберечь небольшую сумму денег, на которые при моей же рабочей силе и своих трудов возможно было построить небольшой дом на 8X10 аршин, стоящий по довоенной оценке 500 рублей. В июле 1919г. при наступлении Красной Армии на Сибирь в частности на Курган всех квалифицированных работников транспорта эвакуировали вглубь Сибири по распоряжению начальника дороги. По возвращении из эвакуации в Курган дом мой был муниципализирован комхозом. По решению Народного суда 1-го участка г. Кургана 13 февраля 1922 г. дом мой согласно представленным документам, а также и свидетельских показаний о принудительной моей эвакуации, была установлена неправильность муниципализации моего дома, и таковой был мне возвращён.

 

В марте 1923г. мой дом был комхозом вновь муниципализирован якобы на том основании, что Нарсуд не вправе возвратить дом, что это дело окрисполкома или комхоза. Несмотря на неоднократные мои заявления в комхоз о возврате мне дома хлопоты оказывались безрезультатными. Последний раз, а именно в мае сего года опять было подано заявление о возврате дома на каковое заявление мне было объявлено словесно секретарём комхоза тов. Ореховым, что заявление моё в комиссии было рассмотрено и мне постановлено отказать. Сообщая о вышеизложенном я ходатайствую о возврате мне моего дома, так как действия комхоза в данном случае считаю неправильными и дом мой не подлежащим муниципализации а именно с одной стороны потому что стоимость его только 500 рублей, а с другой то, что я не бежавший от советской власти, а насильно эвакуированный и контрреволюционером никогда не был и не мог быть, так как работаю с 12-ти летнего возраста, и кроме того, потому что преступного элемента на транспорте нет, а тем более в членах профсоюза, сын же мой солдат на действительной военной службе в 4-ом отдельном радиобатальоне начальником мастерских. А потому на основании ст. 4-ой Декрета Совета Народных Комиссаров от 28 марта 1921г. о конфискации и реквизиции имущества частных лиц в местностях, освобождённых от неприятеля, прошу постановление о муниципализации моего дома отменить и дом мне возвратить. Ввиду того, что имевшийся документ об эвакуации меня остался в делах Нарсуда 1-го участка, я в доказательство насильственной эвакуации меня я выставляю нижеупомянутых свидетелей: Старостенко Сергея Назаровича столяра депо Курган, Буторина Ивана Абрамовича плотника депо Курган, Подкорытова Петра Евдокимовича.

 

Н. Трубачёв.

 

Это не заявление, а крик души Николая Трубачёва, отчаявшегося, но не потерявшего надежду на справедливость.

 

1926г. Организационный отдел Окрисполкома подключился к решению этого вопроса. Окрисполком просит Окркомунотдел выслать все данные по этому домовладению: оценка, размер, история муниципализации и прочий, имеющийся в комунотделе материал.

Комунотдел ответил на все вопросы, не забывая в очередной раз отметить, что до настоящего времени домовладение эксплуатируется комхозом.

 

9 июля 1926г. Окрисполком предлагает Окркомхозу выяснить в очередной раз «действительное положение вещей и представить дело на рассмотрение Президиума горсовета в порядке демуниципализации дома или его закрепления за комхозом исходя из действительного положения вещей и требований закона. Приложение. Переписка на 22 листах».

 

Огркомхоз выяснил в очередной раз. Юрисконсульт Рачков-Шатов сделал заключение. И вот все документы на 25 листах на столе в Горсовете.

 

Заключение о муниципализации дома гр-на Трубачёва.

 

1. В июне 1919 года домовладелец Трубачёв эвакуировался с белыми.

 

2. В его отсутствие дом был взят как бесхозный комхозом и до настоящего времени эксплуатируется комхозом.

 

3. Судебное установление от 13 февраля 1922 года о возвращении дома Трубачёва не может иметь силы на основании циркуляра НКВД №120 от 1 ноября 1922года (Бюллетень НКВД за 1922г.).

 

4. Из выписки протокола Межведомственной комиссии №5 и №8 видно, что вопрос о возвращении дома Трубачёву разрешался в административном порядке местными органами, и о возврате ему было отказано.

 

5. В списке муниципализированных строений, утверждённом НКВД, дом гр-на Трубачёва не значится.

 

На основании изложенного полагаю, изъятие дома от Трубачёва вполне соответствует декрету ВЦИК от 14 мая 1922г., хотя и не представлено на утверждение НКВД –  строение должно числиться муниципализированным и возврату гр-ну Трубачёву не подлежит.

 

Юрист-консульт Рачков-Шатов.

 

И 14 сентября 1926 года председатель Горсовета направляет документы в комхоз: Препровождая при сём выписку из протокола заседания президиума Горсовета с перепиской по данному вопросу. Приложение. Переписка на 25 листах.

 

Президиум Горсовета соглашается с заключением юриста Рачкова-Шатова. Комхоз выдает Н.Н. Трубачёву следующую справку.

 

Справка

 

Дана сия гр-ну Трубачёву Н.Н. согласно поданного им заявления в том, что производился ли ремонт дома №20 по Шадринскому тракту средствами комхоза со дня его фактической муниципализации, т.е. с 1919г. выяснить в настоящее время не представляется возможным, т.к. все данные за 1919, 1920, 1921, 1922г.г. не сохранены. В 1923г. гр-ну Трубачёву домовладение было передано и таковой частично ремонт произвёл лишь только жилого дома, что он был обязан и сделать, но и сделал не полностью, почему дом и был обратно взят от Трубачёва, что и явилось нарушением принятого им обязательства. С 1924г. по настоящего времени комхозом за ограниченное отпуском средств на строительство, а также и того, что домовладение Трубачёва по своему состоянию в неотложном ремонте не нуждается, а ибо есть другие, требующие более капитального ремонта, что же касается дома №20, то ремонт будет включён в план восстановления жилфонда.

 

8 октября 1926г.

 

Как следует из справки, Горкомхоз в доме по Шадринскому тракту №20 со дня его муниципализации не сделал ничего, а во всех документах рапортуют, что домовладение ведёт комхоз. Наглое очковтирательство!

 

Это же какое надо иметь терпение? Где взять силы, здоровье, чтобы продолжать борьбу с советскими бюрократами?

 

1927 год. Горкомхоз решил доконать Николая Трубачёва окончательно. По  доверенности Курганского Горкомхоза 18 февраля 1927г. юрисконсульт Рачков-Шатов подал в народный суд 1-го района города Кургана иск о выселении из квартиры и о взыскании квартплаты Трубачёва Николая Николаевича.

 

Исковое заявление

 

Проживая в коммунальном доме по Шадринскому тракту №20 Трубачёв Н.Н. не вносил комхозу квартирной платы за время с 1 мая 1926г. по 1 января 1927г. в сумме 19р.35к., что подтверждается актом обследования от 21 января 1927г. На основании изложенного и ст.171 Гражданского кодекса прошу суд постановить коим:

 

1. Гр-на Трубачёва Н.Н. за неплатёж квартирной платы свыше установленного срока из коммунального дома выселить.

 

2. Взыскать с ответчика квартирную плату с 1 мая по день фактического расчёта в размере ставок, установленным Горсоветом №5. С 15 мая и по день фактического расчёта взыскать с ответчика пени в размере 10% - о чём выдать Горкомхозу судебный приказ в порядке ст.2 РПК.

 

Приложение: копия удостоверения на ведение дела и акт обследования.

 

Юрист консульт Горкомхоза Рачков-Шатов.

 

В суде завели гражданское дело под №36 по иску к гр-ну Трубачёву Николаю о выселении и взыскании квартплаты. На 23 мая Николаю Николаевичу была вручена повестка в Народный суд. И сделал бы Горкомхоз своё грязное дело. Но есть бог на белом свете! И предстал он пред Николаем Трубачёвым в лице жилищного подотдела местного хозяйства Уральского областного комитета Советов Рабочих, Красноармейских и Крестьянских Депутатов. Это была последняя инстанция, где решалась судьба дома. Изучив переписку о муниципализации домовладения гр. Трубачёва, Уралместхоз 21 мая 1927 года направил в курганский Окрместхоз депешу, в которой сообщалось, что изъятие дома в 1923 году было незаконным, факт насильственной эвакуации установлен судом и поэтому домовладение хозяину следует вернуть.

 

И в заключение последний документ по этому делу.

 

Старшему помощнику прокурора

по Курганскому округу

 

Возвращая наблюдательное производство по жалобе гр-на Трубачёва Н.Н. с копией отношения Уралместхоза от 21.05.1927г. за №4662 сообщаем, что на основании указанного выше отношения Уралместхоза домовладение, находящееся по Шадринскому тракту №20 считается принадлежащим гр-ну Трубачёву.

Зав. Горкомхозом.

 

Справедливость восторжествовала благодаря упорству Николая Николаевича. Эта кошмарная история наверняка не продлила годы его тяжёлого жития. А вот почему чиновники столько лет изводили человека? Что это? Перестраховка, глупость, бездушие? Что мешало им вернуть дом сразу? Кто бы от этого пострадал?

 

А Николай Николаевич молодец. С него надо нам брать пример в отстаивании своих прав в делах с ЖКХ, которое в решении многих вопросов является достойным преемником комхоза 20-х годов.

 


[1] ГАКО, фонд 712, опись 1, дело 14.

[2] Трубачёв Николай Николаевич, родился в 1868 г. в Пермской губ., русский, малограмотный, маляр депо ж.-д. ст. Курган. Приговорен 7 июля 1920 г., по обвинению в контрреволюционной деятельности. Дело прекращено за отсутствием состава преступления, из-под стражи освобожден. Реабилитирован 12 февраля 1997 г. Прокуратурой Омской обл. на основании Закона РФ. Источник: Книга памяти Омской обл. (http://lists.memo.ru/d33/f24.htm).

[3] Здесь и далее орфография и пунктуация публикуемых документов сохранена.



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites