kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » История сословий » А.М. Васильева. Курганское купечество (конец XVIII – начало ХХ века) » Бе

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




Бе

Безруков Андрей Никифорович. 1

Безруков Иван Андреевич. 1

Белоусов Петр Егорович. 2

Беляков Кирилл Васильевич. 2

Березин Семен Иванович. 2

Березин Федор Семенович. 18

Бирюков Иван Степанович. 25

Блинов Василий Яковлевич. 25

Богданов Алексей Николаевич. 26

Бологов Василий Васильевич. 27

Бологов Николай. 27

Бологов Тимофей Васильевич. 27

Большаков Егор Иванович. 27

Большаков Козьма Иванович. 28

Бороздин Алексей Симеонович. 29

Борщ Тимофей Никитич. 29

Бояркина Устинья Васильевна. 31

Брейторус Богдан Богданович. 31

Бронников Иван Александрович. 31

Брыков Григорий Савельевич. 35

Бузин Федор Петрович. 35

Букарин (Бухарин) Яков Гаврилович. 35

Букарин Федор Яковлевич. 35

Бурцев Дмитрий Ефимович. 39

Безруков Андрей Никифорович

Из крестьян деревни Челноковой Курганского округа. Числится курганским купцом в 1799-1800гг. Капитал объявил в 2025 рублей (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.1-а, л.4об). В 1800г. Андрею Никифоровичу – 53г., жене его Анне Васильевне – 50 л., с ними живет сын Василий – 28л., с семейством: женой Параскевой Иосифовной – 29л., и детьми Севастьяном – 4, Екатериной – 8, Евдокией – 7.

Безруков Иван Андреевич

Старший сын Безрукова Андрея Никифоровича. В 1800г. числится в купеческой гильдии, ему 32г., жене Анне Антипьевне – 35л., детям: Федору – 7, Андрею – 3, Параскеве – 9, Параскеве второй – 6 (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.177, л.1). В 1816г. – в мещанах.

Белоусов Петр Егорович

Отец его Егор в 1799г. числится курганским купцом 3 гильдии, но за необъявлением капитала переходит в сословие мещан (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.1-а, л.4об). Петр Егорович с начала 1833г. из ялуторовских купцов причислен в курганские 3 гильдии купцы, но на 1834г. капитал не объявляет и потому исключен в мещане. В это время ему – 50 лет, жене Марии – 48 лет.

Беляков Кирилл Васильевич

Из крепостных крестьян Владимирской губернии Вязниковского уезда Татаровской волости. Будучи еще вольноотпущенником 2 октября 1866г. женился на купеческой дочери Александре Васильевне Малютиной, родившейся в Кургане 2 мая 1850г. Поручителями по жениху были сосед Малютиных купец Тимофей Иванович Спирев и купец Яков Павлович Павлов; по невесте – крестьянин Утятской волости деревни Нагорской Александр Дмитриевич Симаков и крестьянин Владимирской губернии Вязниковского уезда Ламнинской волости деревни Ухоловы Гавриил Федорович Щербаков (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.42, л.79). 1-го ноября 1868г. у Беляковых родилась дочь Анастасия . Крестили купец Яков Павлович Павлов и купеческая жена Анастасия Евдокимовна Спирева (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.128, л.249об). Настя умрет от воспаления легких 28 мая 1875г. 24 мая 1870г. родился Иван, восприемники те же – Павлов и Спирева. 1 июля 1872г. родился Александр, его крестили Гавриил Щербаков и мещанская жена Еликонида Евграфовна Новикова. 2 октября 1873г. родился Петр, восприемники Яков Павлов и Еликонида Новикова. 4 мая 1877г. родилась Клавдия, восприемники купец Григорий Федорович Серебренников и протоиерейская дочь Павла Иосифовна Попова. В 1878г. родился Алеша и умер. В 1881г. родилась Мария.

Сначала Беляковы жили в доме Малютиных. Кирилл Васильевич купил лавку под горой, в 1870г. на имя Александры Васильевны купили деревянный одноэтажный дом с питейной лавочкой, амбаром и погребом на Дворянской, 65 и жили в этом доме до декабря 1892г. В семье Беляковых доживали свой век теща Александра Петровна Малютина и свекровь Пелагея Тимофеевна Белякова. В 1882г. семейство перечислено в мещанское сословие, а вскоре Кирилл Васильевич умирает.

Березин Семен Иванович

Из крепостных крестьян Владимирской губернии Вязниковского уезда деревни Родионовой. Деревня эта принадлежала семейству господ Голынских (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.16, л.7об). Голынские – польско-русский дворянский род. Историческим их предком был Семен Голынский, владелец имения Голыни в Новогрудском воеводстве. Его потомки занимали разные должности в Польше, потом в России. Они царской милостью или покупкою приобрели земли во Владимирской губернии, несколько деревень с крестьянами. Тайный советник Викентий Иванович Голынский был женат на Любови Ивановне Гончаровой, внучке основателя Полотняного завода Афанасия Абрамовича Гончарова. Дед Натальи Николаевны Пушкиной, урожденной Гончаровой, Афанасий Николаевич тоже был внуком Афанасию Абрамовичу и приходился кузеном Любови Ивановне. У супругов Голынских было две дочери: Любовь-Эмма и Ольга. 13 июля 1830г. Любовь Викентьевна выходит замуж за графа Иосифа Михайловича Борх, чиновника Министерства иностранных дел, с 1832г. – камер-юнкера. Молодая графиня Борх отличалась большой свободой нравов и не слишком беспокоилась соблюдением внешней благопристойности. Своими изменами она сделала мужа всеобщим посмешищем, именем рогоносца Иосифа Борха враги Пушкина подписали отправленный ему пасквиль.

Между тем фамилия Борх принадлежала к числу древнейших родов в Европе. Начало свое она берет в Италии, в бывшем королевстве Неаполитанском, оттуда Борхи переселились в Германию, в Вестфалию. В 13 веке одна из ветвей фамилии Борх перешла в Померанию, другая – в Лифляндию, третья – в Польшу. Граф Фабиан-Казимир Борх, генерал от артиллерии, был польским послом в Москве при Петре 1-м, который его любил и был с ним в переписке. Отец Иосифа Борха был предводителем дворянства в Витебской губернии. За братом Иосифа Карлом Михайловичем была замужем Софья Ивановна Лаваль, родная сестра Екатерины Ивановны Трубецкой.

Выйдя за Борха, Любовь Викентьевна Голынская получила в приданое вязниковские деревни с крепостными. Светская жизнь требовала расходов, и владельцы крепостных душ начали отпускать своих крестьян по городам и весям для свободной торговли или иного заработка, но с условием ежегодной выплаты господам определенной суммы и с перспективой со временем выкупиться на волю. В числе крепостных графини Борх в 1834г. в Кургане появляется Семен Иванович Березин с женой Акилиной Федоровной. Он начинал приказчиком, в ноябре 1835г. в курганском хозяйственном управлении он получает свидетельство 3-го рода на право самостоятельной торговли в Кургане и его округе. Такое же свидетельство получила и Акилина Федоровна. Она тоже была крепостной Голынских-Борх, отпущенной вместе с мужем на заработки.

Понадобилось 10 лет торговли, чтобы Березины полностью выкупились на волю. В 1843г. в документах Березин числится крепостным, а в 1845г. – бывшим крестьянином графини Борх. Вероятно, Семен Иванович и до Кургана торговал, о чем говорят и 150 рублей, заплаченных за торговое свидетельство, и то, что он сразу нанял себе приказчика, тоже крепостного из Вязниковского уезда Нифонта Михайлова. Стационарная и разъездная торговля шла неплохо. После получения вольной Березин какое-то время оставался в крестьянском сословии, а потом стал хлопотать о причислении его в купеческую гильдию. В мае 1848г. в Кургане был получен Указ Тобольской казенной палаты от 12 февраля того же года следующего содержания: «Вольноотпущенного графини Борх крестьянина Семена Ивановича Березина с женою Акилиной Федоровой на основании 1070 статьи тома 9 Закона о состояниях причислить в купеческое 3 гильдии сословие по городу Кургану с начала 1848г.» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.25, л.218).

Пять лет оказалось Семену Ивановичу достаточно, чтобы увеличить свой капитал и перейти во 2 гильдию в 1853г., а через десять лет он уже купец первой гильдии. Естественно, сам Березин за прилавком не стоял, вся торговля велась приказчиками, которые были, в основном, выходцами из Владимирской губернии, либо крепостные, либо уже вольноотпущенники. В 1851г. у Березина в приказчиках служили Козьма Иванович Большаков – Ковровского уезда, Фокей Федоров – Вязниковского уезда, Тимофей Иванович Гусев и Параскева Матвеевна Гусева – Гороховского уезда, крепостные графа Александра Никитича Панина, Иван Васильевич Меньков – уже вольноотпущенник графини Борх. Из местных в приказчиках у Березиных служили Степан Михайлович Сыровацкий – крестьянин Чернавской волости и Григорий Захаров – крестьянин Моревской волости. Платили приказчикам 50-60 рублей серебром в год. В 1860г. у Березиных было уже 10 приказчиков, служили ему годами. Потом все они перешли в мещанское сословие, а Козьма Иванович Большаков в 1859г. уже сам числится в купцах 3 гильдии.

Где жили Березины первоначально в Кургане, установить не удалось, вероятно, в наемной квартире. Первое свое имение Семен Иванович купил в 1840г. у крестьянской жены Анны Непомнящей. 15 апреля 1842г. совершена купчая крепость «от крестьян Утятской волости Савелия и Никифора Калининых, на проданный ими проживающему в городе Кургане торгующему по свидетельству 3-го рода крестьянину Вязниковского уезда госпожи графини Борх, Семену Березину флигель с пристройками и землею, длиннику по улице 6 саженей, а поперпечнику в глубь двора – 30 саженей, состоящий в городе Кургане по Дворянской улице. Уплачено серебром 71 рубль 6/7 копейки» (С-Петерб. Сенатские объявления №67. 20.08.1842). Когда-то эта усадьба составляла единое целое с усадьбой на углу улицы Дворянской и Троицкого переулка и принадлежала казаку Фадееву. Сам ли он ее раздробил или последующие владельцы – неизвестно. 23 мая 1856г. Березин продал эту усадьбу отставному унтер-офицеру Мирону Прпокопьевичу Прокопьеву (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.1, л.14).

Вероятно, торговля шла неплохо, если у Семена Ивановича в 1842г. нашлись деньги на покупку еще одной усадьбы, расположенной на главной улице города – на Троицкой. Усадьба принадлежала крестьянину Матвею Гаеву, выходцу из Введенской волости, который уже в 1836г. служил приказчиком в городе. Березину свою усадьбу он продал за одну тысячу ассигнациями, и купчая была совершена 24 августа 1842г. Земли под усадьбой было 13,5 саженей по улице и 31 сажень внутрь двора, и стоял на ней деревянный дом и деревянные надворные постройки. Место было очень удобное. Недалеко Гостиный двор, ярмарочные площади, Божий храм, река. Семейство решило капитально осесть на этой усадьбе. В 1844г. Березин ходатайствует о получении плана на постройку нового дома и 18 января 1845г. план этот получает из Тобольской губернской строительной комиссии (ГАКО, ф.И-175, оп.2. д.115, л.177).

Какой дом был выстроен – каменный или деревянный – неизвестно, но был немаленьким, потому что усадьба показалась тесной, и Акилина Федоровна прикупила соседнюю усадьбу 12,5х30саж. с деревянным домом и надворными постройками у пономарской дочери Ирины Ильиной (С-Петерб. Сенатские объявления №67. 22.08.1846). Купчая совершена 10 июня 1846г. Теперь усадьба Березиных становится одной из самых крупных в городе. В Сибири всегда считалось очень престижным иметь большую усадьбу, это придавало вес в обществе. В большую усадьбу Березину в 1849г. на постой была назначена четверть роты военных топографов (ГАКО, ф.И-175, оп.1, д.135,л.112).

Во время пожара 1864г., уничтожившего почти треть города, дом Березина сгорел. Но в этот период семейство имело уже несколько усадеб, так что без крова над головой они не остались. 29 ноября 1848г. Семен Иванович купил у крестьянской девицы Смолинской волости Аграфены Гавриловны Воинковой «деревянный дом с землею длиннику по улице 17 сажен, а поперечнику 50 сажен, состоящий в городе Кургане по Средней Прожектированной Большой (Куйбышева) улице ценою за 172 рубля серебром». (С-Пет. Сенат. Объявления. №49. 20.06.1849). Улица все та же Троицкая, только еще не приобретшая своего постоянного названия, дожившего до 1919г. Не прошло и трех месяцев, как тут же на Троицкой 19 февраля 1849г. уже Акилина Федоровна купила у мещанки Авдотьи Дмитриевны Михалевой тоже деревянный дом, с усадьбою 16х30 саженей за 164 рубля 28 копеек серебром. В 1872г. эта усадьба перейдет семейству бывшего березинского приказчика Менькова.

Покупки усадеб шли одна за другой. Богатеющее семейство вкладывало деньги в недвижимость. 20 июня 1850г. Семен Иванович покупает усадьбу с деревянным домом  у мещанина Никанора Максимовича Абоимова. Дом стоял на углу Солдатской улицы и Фроловского переулка. За усадьбу было заплачено 85 рублей 75 копеек серебром. Через три года, 23 октября 1853г., Акилина Федоровна на противоположном углу купила такую же усадьбу, сторговала ее у мещанки Ульяны Петровны Пермяковой за 100 рублей серебром. Со временем на третьем углу перекрестка Солдатская-Фроловский (Горького-Савельева) поселится племянник Семена Ивановича Алексей Герасимович Березин. 20 февраля 1862г. на публичные торги была выставлена усадьба отставного коллежского асессора Михаила Николаевича Тванева, на берегу Тобола, под горою. Земли под усадьбой было 18х36 саженей, постройки деревянные. Семен Иванович купил ее за 452 рубля серебром.

Так что на время грандиозного пожара за Березиными числилось семь усадеб. Но капитальный дом решено было снова возводить на сгоревшем подворье. Для расширения двора Березин покупает у соседки слева коллежской секретарши Мариамны Еплоновны Паникаровской полоску земли 2х30 саженей за 50 рублей серебром. Он снова обращается в Строительное отделение Тобольского губернского управления, чтобы получить план и фасад каменного двухэтажного дома, флигелей и прочих надворных построек. В те времена строительство вершилось быстро, за год-два можно было отстроить всю усадьбу. Двор Березиных был обнесен высокой брандмауэрной стеной, аналогичная стена делила двор на две части – задний хозяйственный двор, где были стаи, конюшни, две бани – для хозяев и прислуги и передний чистый двор, с флигелями, где жила прислуга, размещался каретник и кузница. В поперечной стене посередине была большая арка, в которую мог проехать на задний двор воз с поклажей или сеном.

После пожара 1864г. полиция особо строго следила, чтобы стены ограды возводились в первую очередь. К той стене, что делила двор пополам, с обеих сторон примыкали навесы, под которыми хранили всевозможные товары. Еще один навес на заднем дворе, примыкающий к торцовой брандмауэрной стене, использовался для хранения сена и других кормов. Все надворные постройки располагались вдоль стен ограды и были выстроены в одну линию, и только каретник выдавался и высотой и размерами. Вдоль правой стены располагался садик-цветник, от которого доныне осталась старая лиственница. От улицы двор был отгорожен такой же каменной стеной, с двумя деревянными воротами на каменных столбах по обе стороны здания. Воротные столбы завершались фигурами сидящих львов, которые в начале 20в. были заменены навершиями из просечного листового железа.

Сам дом Березина, сохранившийся до наших дней, был выстроен по типовому проекту. Нижний этаж таких домов предназначался для прислуги, а верхний этаж – для господ. Березин для прислуги выстроил флигели, чтобы нижний этаж дома отдать под торговые лавки. На первом этаже вместо окон по фасаду здания были сделаны три высоких железных двери, которые вели прямо в торговые помещения. Вход на второй жилой этаж был с левой стороны здания, с парадного крыльца. Широкая лестница с одной площадкой выглядела роскошно для Кургана 1870-х гг. На второй этаж вели еще две лестницы – одна со стороны садика, другая со стороны заднего двора. Под домом – прекрасный сводчатый подвал.

В 1889г. раскладочная комиссия записала в своей ведомости под № 699: «Каменный двухэтажный дом с каменными надворными строениями: флигелем, подвалом, кладовой и в доме лавками купца Федора Семеновича Березина. По оценке раскладочной комиссии стоимость 1750 рублей, налог 61 рубль 25 копеек» (ГАКО, ф.И-9, оп.1, д.50, л.104об.).

Имея такую усадьбу, Березины постепенно начинают продавать другие дома. Еще при жизни отца Федор Семенович в 1859г. продал одно подворье за 120 рублей серебром своему тестю Егору Игнатьевичу Папулову, потом продал остальные.

Федор не был родным сыном Семену Ивановичу и Акилине Федоровне. У супругов в 1837г. родился мальчик, которого нарекли Иосифом, но в пятилетнем возрасте он умер, и других детей в семье не было. В начале 1840 гг. Семен Иванович берет на воспитание сына своего двоюродного брата Герасима Васильевича (в другом документе – Егоровича) Березина – Федора. Герасим тоже был крепостным графини Борх. Он приехал в Курган позже своего младшего сына Федора, возможно, с семейством старшего сына Алексея. В 1848г. Герасим записан в исповедных росписях в графе «иногородние, проживающие по пачпортам», как вдовец (Жена Ирина уже скончалась, возможно, после ее смерти Семен Иванович и привез Федора в Курган). В том же 1848г., 1 сентября, Герасим умирает 68 лет.

Привезя Федора в Курган, Семен Иванович сразу же отдал его учиться в уездное училище, которое Федор и закончил в 1846г. Поскольку Березин был безграмотным, бумаги за него в дальнейшем будет подписывать Федор. Юноша оказался смышленым и деловым. Он вникал в дела Семена Ивановича и вел бухгалтерию, познавал азы торговли. При финансовой поддержке своего воспитателя начал самостоятельную торговлю. В 1848г. казначейство выдает торговое свидетельство 3 рода «проживающему в городе Кургане вольноотпущенному от графини Борх крестьянину Федору Герасимовичу Березину». Тут же Федор выдает доверенности на право торговли от его имени шестерым приказчикам, служившим у Семена Ивановича. Дела у него сразу пошли очень хорошо, Федор был оборотист, умен,  самостоятелен. В нем Семен Иванович увидел надежного продолжателя своего дела. Супруги Березины принимают решение Федора усыновить, тем более что он в 1848г. остался полным сиротой.

Подается ходатайство в Сенат, откуда 22 февраля 1852г. курганское окружное казначейство получило через Тобольскую казенную палату Указ Его императорского Величества Самодержца Всероссийского, гласивший: «Казенная палата по выслушании Указа Правительствующего Сената по 1 Департаменту от 4 декабря 1851г. за № 4812 об усыновлении купцу Березину крестьянского сына Березина же приказали: Согласно настоящему Указу … сына вольноотпущенного графинею Борг крестьянина Герасима Березина Федора причислить в семейство курганского купца Семена Березина с начала 1852г. с введением во все права родным детям принадлежащие и отметив об этом в окладной книге о купцах, к равному исполнению сего предписать курганскому городовому хозяйственному управлению и окружному казначейству».

Ожидая Указ Сената, Семен Иванович решил женить Федора. В невесты выбрали дочь Егора Игнатьевича Папулова Екатерину. Может быть Федор видел свою нареченную до сватовства, а может быть и нет. Жила она до свадьбы в деревне Верхняя Алабуга, хотя отец ее числился курганским 3 гильдии купцом и вел торговлю в городе, но дома своего в Кургане не имел. Венчались молодые 9 января 1852г. в Богородице-Рождественской церкви. Хотя указа об усыновлении еще у Березиных на руках не было, тем не менее, в брачном обыске Федор уже именуется, как приемный сын С.И.Березина и по отчеству записан «Семенович», а не «Герасимович». Поручителями по жениху были купцы, из бывших крепостных графини Борх, Василий Федорович Шветов и Афанасий Егорович Тюлькин; по невесте – купец Михаил Меньщиков, из крестьян Белозерской волости, и крестьянин Камышевской волости деревни Редут Михаил Еремеевич Шутихин. Венчали священник Александр Волков, диакон Александр Якиманский, дьячек Константин Михайловский. Жениху было 19 лет, невесте – 20 (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.21, л.21).

Теперь семья Березиных состояла из четырех человек. Ждали наследников, но у молодоженов детей не было. И все-таки ребенок в доме появился. Это была Таня Березина, родная племянница Федора. У Герасима Васильевича кроме Федора был старший сын Алексей. В год смерти отца ему было 30 лет, и он уже был отцом семейства. Жена его Дарья Ивановна была на три года старше. У них было два сына, рожденных еще в Вязниковском уезде Владимирской губернии, Демид (Дементий) и Петр. 7 января 1851г. у них в Кургане родилась девочка Таня. Восприемниками при крещении были крестьянская жена Евдокия Григорьевна Тюлькина (муж ее был поручителем по жениху на свадьбе Федора Березина) и крепостной господ Паниных Вязниковского уезда Владимирской губернии Матвей Иванович Гусев (Его брат Тимофей и дочь Парасковья были приказчиками у Семена Ивановича Березина). Это еще раз указывает, что вязниковцы крепко держались друг друга.

Рождение дочери совпало для Алексея Березина «с причислением его в мещанское звание по городу Кургану с шестилетнею от платежа податей и других повинностей льготою» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.25, л.315). Алексей купил  усадьбу на углу Солдатской улицы и Фроловского переулка с деревянным одноэтажным домом, на противоположных углах улицы, на четной стороне были усадьбы Семена и Акилины Березиных. 11 января 1853г. у Алексея и Дарьи родилась дочь Мария, ее крестной матерью стала Екатерина Егоровна Березина (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.13, л.336об.). Девочка умерла через несколько дней. 22 мая 1854г. от горячки умерла Дарья Ивановна, 38 лет. Больше года Алексей горевал и вдовел, но 22 августа 1855г. в Богородице-Рождественской церкви он обвенчался с 18-летнею девушкой Марфой Ивановной Кузнецовой, которая была почти ровесницей его старшего сына. Поручителем по жениху был вязниковец Семен Иванович Меньков, который одновременно с Алексеем Березиным был причислен в мещанское сословие; по невесте – крестьянин деревни Арбинской Агафон Белоглазов.

Маленькая дочка Алексея была забрана в семью Семена Ивановича Березина. Возможно, ее взяли сразу после смерти матери. Таня получила домашнее образование, умела читать и писать. Ее выдали замуж очень рано, ей не исполнилось даже 16 лет. Жених Яков Яковлевич Васильев был старше ее на 10 лет. Васильевы тоже были «вязниковцами»,  в купеческое сословие по городу Кургану причислены в 1842г. Венчание состоялось 28 октября 1866г. в Богородице-Рождественской церкви. В брачном обыске невеста записана как приемная дочь купца 1-й гильдии Семена Ивановича Березина, но отчество названо по родному отцу, т.е. Алексеевна. Вероятно, официально Таня не была удочерена. Поручителями по жениху были его родной дядя по отцу Василий Климович Васильев и родной дядя по матери, крестьянин деревни Олтуковой Вязниковского уезда Владимирской губернии Василий Артемьевич Миронин; по невесте – родной дядя Федор Березин и брат Екатерины Березиной, купеческий сын Осип Егорович Папулов. Венчал молодых Иоанн Волков.

Яков и Татьяна какое-то время жили в большой семье Васильевых, а потом переехали в село Чернавское (Введенское) и жили там постоянно. Их старшая дочка Наталья, родившаяся 14 августа 1869г., осталась у Березиных. Замуж она вышла в 1886г. за Стефана Порфирьевича Седова, 20-летнего крестьянина из деревни Коробейниковой (она же Колесникова). В брачном обыске было сказано, что жених идет под венец с благословения своих родителей, а невеста «с благословения своей бабки и крестных родителей, родные же находятся в отлучке» (ГАКО, ф.И-35,оп.1, д.66, л.44).

Седовы были потомками первопоселенца Царева Городища Микишки Седова, который упоминается в переписи Льва Поскочина 1683г. Многие из основателей слободы позже разъехались по окрестностям, Седовы оказались в деревне Коробейниковой. На момент замужества Натальи Яковлевны Седовых было четыре брата – Андрей, Порфирий, Иван и Василий. Все братья жили вместе, огромной семьей, хотя Порфирий Егорович, свекор Натальи, еще в 1881г. купил в Кургане усадьбу на Береговой улице,8, но оставался в деревне до 1894г. Во время холерной эпидемии 1893г. у Порфирия Егоровича умерло четверо взрослых детей – Иван (29л.), Татьяна (20л.), Евфросинья (19л.), Евдокия (14л.). В живых остались Стефан и Лев. В это время у Стефана и Натальи Седовых был сын Леонид, родившийся в 1891г. и уцелевший от холеры. Позже, уже в Кургане у супругов родится Николай (19.07.1893), Александр и дочь Зинаида, но девочка умерла в младенчестве. Стефан Порфирьевич служил почтальоном в курганской почтово-телеграфной конторе, рано умер. Наталья Яковлевна осталась одна в 32 года, имея на руках двоих сыновей. Она осталась жить со свекровью.

Семен Иванович и Акилина Федоровна Березины имели довольно широкий круг общения. Общались, главным образом, с вязниковцами, т.е. выходцами из восточных уездов Владимирской губернии – Вязниковского, Ковровского, Гороховского. Это можно проследить даже по кумовству. Кумовьями считаются между собой родные и крестные родители младенца, крестных родителей еще называли восприемниками. Так, в 1849г. Семен Иванович и купчиха Анна Никифоровна Букарина (из крепостных графини Борх) крестили сына у крестьянина-вязниковца Парфения Попова; в 1850г. Акилина Федоровна с Матвеем Ивановичем Гусевым, приказчиком Березиных и бывшим крепостным графа Панина, крестили младенца у Козьмы Ивановича Большакова, выходца из Ковровского уезда. В том же году Семен Иванович и купеческая жена Дарья Яковлевна Ушакова, из крепостных Вязниковского уезда, крестили у вязниковца Ивана Семеновича Ушакова дочь Ольгу. Федор и Акилина Березины были восприемниками девочки Любы у Василия Федоровича Шветова, вязниковца, будущего купца и отца городского головы. В 1851г. Акилина Федоровна и крестьянин -вязниковец Харлампий Гаврилович Пухов крестили сына у вязниковца Якова Ивановича Ушакова. С многочисленным семейством Ушаковых Березины постоянно кумились.

В 1855г. Семен Иванович и Матрона Федоровна Калашникова, из бывших крепостных княгини Долгоруковой, Вязниковского уезда, будущая купчиха, были восприемниками сына у вязниковца Александра Васильевича Зубкова, бывшего крепостного князей Долгоруких. Из местных крестьян семейство Березиных тесно общалось с выходцми из деревни Малой Чаусовой – Мякиниными. В 1846г. это семейство было причислено в купеческое сословие и в том же году Акилина Федоровна и бывший крепостной графини Борх Парфений Тимофеевич Попов крестили у Ивана Романовича Мякинина сына Ивана, в 1849г. Акилина Федоровна у них же крестила сына Прокопия (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.33, л. 128об.). В 1855г. Федор Березин крестил у них дочь Серафиму. Дружеское общение со временем переросло в родство. Старший сын Ивана Романовича Николай в 1856г. женился на родной сестре Екатерины Березиной Анне Егоровне Папуловой. Федор Семенович Березин был при венчании поручителем по невесте, а потом крестил у молодых Мякининых почти всех их детей: Александру (1856), Василия (1858), Алексея (1861), Константина (1862). В 1878г. в семействе Федора и Екатерины Березиных жила их маленькая племянница Анна Николаевна Мякинина (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.30, л.126об.).

В 1847г. Семен Иванович Березин был поручителем по жениху на свадьбе своего приказчика Стефана Михайловича Сыровацкого. Жених был выходцем из деревни Степной Чернавской волости, переселился сначала в Утятскую волость, затем в Курган, нанялся в приказчики и 20-ти  лет решил жениться. Невеста, Татьяна Сильверстовна Сотникова, дочь умершего казака, была на четыре года старше жениха. Свадьбу им организовал Березин и поручителями по жениху и невесте вместе с ним были только вязниковцы: Парфений Тимофеевич Попов, Федор Тимофеевич Калашников и Матвей Иванович Гусев. В 1849г. у Сыровацких родился сын Павел, крестной матерью которого стала Акилина Федоровна Березина. Она крестила детей у диакона Троицкой церкви Андрея Гавриловича Спекторского – Михаила (1845) и Евдокию (1846).

Тесное знакомство с Березиным вел купец Никанор Евграфович Евграфов, у которого в 1853г. Семен Иванович и молодая сноха его Екатерина Егоровна крестили дочь Ольгу. Потом эта Ольга вышла замуж в 1871г. за купца-вдовца Якова Павлова и уже Федор Березин был поручителем по жениху на этой свадьбе. Федор был поручителем по жениху и на свадьбе брата Ольги Иосифа Евграфова, 11 ноября 1859г. Акилина Федоровна крестила у Иосифа дочерей Елизавету(1860) и Марию (1862). Иосиф Никанорович Евграфов в 1888г. станет городским головой. Кумовьями Березиным были в Кургане мещанин, потом купец, Иван Кириллович Луговских, крестьянин из деревни Малой Чаусовой Василий Аверьянович Аверьянов, мещанин Петр Петрович Федоров, отставной магазейн-вахтер Петергофского Дворецкого правления Василий Федорович Латышев, квартальный надзиратель Михаил Ефимович Кудрявцев, купец Петр Михайлович Корнилов, крестьянин из деревни Смолино, потом купец, Захар Николаевич Галяминский, крестьянин Введенской волости Григорий Дмитриевич Сычев, крестьянин деревни Рябковой Петр Иванович Батеньков, диакон Троицкой церкви Александр Лукич Якиманский, крепостной графини Долгорукой, потом купец 2 гильдии, Федор Тимофеевич Калашников, крестьянин деревни Рябковой Изосим Агафонович Екимов.

В 1850-1860гг. начались в Кургане многочисленные акты крещения инородцев. Семен Иванович и крестьянка Ковровского уезда Владимирской губернии, крепостная господ Преженцевых Мавра Никифоровна Дунаева 21 января 1854г. стали восприемниками при крещении киргиза Бекона Аманжулова из Кутмурунского округа. Производящий таинство крещения священник Александр Волков нарек ему имя Василий. Они же 31 мая 1855г. стали крестными родителями выходцу из Кокчетавского округа Бибагишевской волости 18-летнего «киргизца» Кадырига Гаянова. Крестился Кадыриг по собственному желанию и получил имя Иван Семенович Березин. Через семь лет этот выкрест венчался в Богородице-Рождественской церкви с крестьянской дочерью Татьяной Андреевой. Поручителем по жениху был Семен Иванович Березин, а по невесте – Егор Кондратьевич Дунаев, муж крестной матери жениха. Так появилась в Кургане еще одна семья Березиных.

Кумом Березину был и декабрист Александр Федорович Бригген. В 1841г. гражданская жена Бриггена Александра Тихоновна Томникова купила на Троицкой усадьбу, через год Березины купили усадьбу напротив. Так что раскланиваться им приходилось ежедневно. Постепенно знакомство стало более тесным. Это очень льстило Березину, бывший крепостной, который не умеет написать свое имя, вхож в дом потомственного дворянина, умнейшего, образованнейшего человека. 13 мая 1848г. у Бриггена родился сын Николай. Восприемниками он пригласил бывших крепостных Семена Березина и Анну Букарину. Обряд крещения происходил в Богородице-Рождественсеом храме 23 мая 1848г. В 1850г. Бриггена переводят на поселение в Туринск, куда он уезжает со всем семейством. Через пять лет ему разрешают вернуться в Курган, и он пишет 22 апреля 1855г. в Ялуторовск Е.Оболенскому: «Пишу тебе эти строки среди уложенных сундуков и чемоданов, готовый к отъезду… Писать ко мне в Курган можешь на имя купца Семена Ивановича Березина». Уезжая в 1857г. навсегда из Кургана, Бригген поручил Березину отправить его багаж в Москву.

Что касается торговой деятельности Семена Ивановича, то он начинал приказчиком и довольно быстро начал собственную торговлю. Каждый год купцы и торгующие крестьяне должны были получать свидетельство на право торговли, и если она велась не только в городе, но и в округе, прилагалось удостоверение с описанием внешности. Удостоверения Березиных повторяют друг друга, только рост указан разный: «Березин Семен Иванович, от роду 37 лет, росту 2 аршина 6 вершков (у Акилины Федоровны рост 2 аршина 3 вершка), волосы, брови русые, глаза серые, нос, рот средние, подбородок круглый, лицо чистое» (ГАКО, ф.И-175, оп.2, д.122, л..857). Трудно предположить, чем Березин торговал первое время, и была ли это разносная торговля. Документально подтверждается лишь то, что в 1841г. он арендовал лавку в Гостином дворе, за что и было взыскано с него 25 руб. за торговлю в Рождественскую ярмарку (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.42, л.3об.).

В марте 1842г. в хозяйственное управление было донесено полицией, что купцы Карпов и Гарышев (оба – вязниковцы) сломали четыре замка у лавок торгующего крестьянина Семена Березина. Здесь лавки названы во множественном числе, но в любом случае их было не более четырех (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.45, л.499). Карпов в это время был городовым старостой. Спор об этих лавках тянулся долго, купцы считали, что в Гостином дворе не место крестьянину и всячески пытались отнять у Березина лавки. Хорошо видна суть вопроса из отношения курганского городничего Антона Соболевского, направленного 1 февраля 1843г. городовому старосте. Стоит привести документ полностью.

«Курганская городская полиция слушав отношение городового старосты от января сего года по делу об очистке лавки, занимаемой торгующим крестьянином Симеоном Березиным, для перемещения в нее перечислившегося ныне лишь из крестьян в курганское купечество Климу Васильеву и встретив вслед за сим объявление торгующего крестьянина Симеона Березина журналом от 1 февраля со справкой, из которой видно, что Курганское общество купцов и мещан приговором от 17 апреля1841г., единодушно приглашая торгующих к примирению, советует оставить личности, причем желая соблюсти справедливость, не допущая поползновениям одних вытеснить из Гостиного двора торгующих крестьян, так равно и намерение других занять лавки, занятые уже своими торговцами, оставить всех их при занимаемых ныне…, постановил: уведомить городового старосту Карпова, что требование его очистить лавку, занимаемую уже несколько лет крестьянином Симеоном Березиным, для перемещения в нее перечислившегося в курганское купечество Клима Васильева, как основанное более на домогательстве лица, вытесняющего его, чем на прямом законе, воспрещающее всякое стеснение и руководствуясь буквально приговором  Общества от 17 апреля 1841г., градская полиция исполнить не может, тем более, что об лавках сих производится дело в курганском частном окружном управлении, по положению которого губернским начальством не сделано никакого окончательного распоряжения» (ГАКО, ф.И-8,оп.1, д.46 л.79).

Распря с Климом Васильевым длилась несколько лет, но со временем мирные отношения наладились настолько, что в 1866г. приемная дочь Семена Березина Таня вышла замуж за Якова Васильева. Уже в 1850г. Клим Васильев в числе других купцов поручился за Березина при получении последним займа из хозяйственного управления. «1850года генваря 19 дня. Мы, нижеподписавшиеся, города Кургана купцы и мещане, домохозяева, отдельные семейства нештрафованные, неподсудимые и несостоящие по казенным и частным делам в поручительстве дали сие одобрение курганскому 3 гильдии купцу Семену Иванову Березину на сумму 450 рублей серебром. По сему одобрению ручаюсь на 100 рублей серебром 3 гильдии курганский купец Клим Васильев, по безграмотству его руку приложил курганский мещанин Григорий Кропанин; ручаюсь на 200 рублей серебром курганский 3 гильдии купец Петр Марфутин, а по безграмотству его руку приложил мещанин Дмитрий Стрельников; ручаюсь на 150 рублей серебром торгующий по свидетельству 3 рода крестьянин Федор Калашников, а по безграмотству, его велением сын его Василий Калашников, руку приложил; ручаюсь на 50 рублей серебром курганский мещанин Семен Грирорьев Шибаев, а по безграмотству его и личной просьбе расписался мещанин Дмитрий Степанов» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.104, л.2об.). Обращает на себя внимание, что из четырех поручителей трое вязниковцев, бывших крепостных – Васильев, Марфутин и Калашников. Не смотря на временные распри, вязниковцы продолжают поддерживать друг друга.

Семен Иванович неоднократно брал в хозяйственном управлении деньги по векселям, с обязательством вернуть в определенный срок всю сумму и с процентами. Деньги вкладывал в покупку не только городских усадеб, но и в покупку промышленных заведений. 16 января 1851г. он купил у купца Федора Яковлевича Букарина (тоже бывший крепостной Голынских, из той же деревни Родионовой, что и Березин) салотопенное заведение с землею 25х30 саженей, находившееся на городском выгоне, в  версте от города по течению Тобола. Заплатил 200 рублей серебром (С-Петерб. Сенатс. Объявления №58. 19.07.1851). Но участок был почти равен городской усадьбе. Для его расширения Березин обратился в хозяйственное управление с ходатайством о передаче ему в потомственное владение двух десятин земли, примыкающих к купленному участку. Состоялся приговор граждан города Кургана с полным согласием, который и был представлен 1 декабря 1851г. в хозяйственное управление. С разрешения Министерства внутренних дел Березину дозволялось выстроить салотопенное и кожевенное заведения.

9 декабря 1854г. он внес 20 рублей на обеспечение исправного платежа акцизной суммы. Через два года хозяйственное управление потребовало заключить контракт на потомственное владение землей, по условиям которого Семен Иванович обязывался вносить в пользу города в течение 10 лет по 55 ¼ копейки за десятину, всего в год 1 рубль10,5 копеек. После 10 лет плата должна возрасти в связи с ежегодно возрастающей ценностью городской земли и должен заключаться новый контракт (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.150, л.76).

Если Березин, уже имея салотопенное заведение, купленное у Букарина, решает выстроить еще одно или расширить существующее, да выстроить кожевенное заведение, то он должен был озаботиться поставкой скота, иначе, где же брать сырье. И он приобретает « киргизских» баранов, которые паслись на территории современного Казахстана и по мере надобности перегонялись в Курган. В 1859г. командующий 3-м казачьим полком станицы Пресновской сообщает 4 августа в курганское хозяйственное управление «о расхищенных зверем баранах, принадлежащих купцу Семену Березину» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.183, л.13об). Кроме живых баранов Березин, как и все владельцы салотопенных заводов, закупал сало-сырец, как скотское, так и баранье. Закуп производился во время ярмарок, особенно на Никольской в Ишиме, а также по договоренности в течение года у частных продавцов в Ялуторовском, Ишимском и Курганском округах, а также в Акмолинской области. Перетопленное сало тоже сбывалось на ярмарках Тобольской и Пермской губерний. Для перевозки сала-топца закупались бочки, главным образом, в Мендерской, Иковской и Тебенякской волостях.

Во время торговых операций случались крупные неприятности, и дело доходило до суда. 14 ноября 1856г. Семен Березин заторговал у крестьянина Смолинской волости Адрияна Вахрушева две тысячи пудов говяжьего сала по 11 рублей ассигнациями за пуд и дал ему задаток 500 рублей серебром. На следующий день Вахрушев объявил, что по 11 рублей за пуд не согласен, попытался вернуть задаток, но Березин обратился в словесный суд, чтобы тот истребовал запроданное сало. Вахрушев суду возразил, « что он не три тысячи, а две с половиной тысячи пудов сала менее 12 рублей за пуд Березину не продавал и в задаток 500 рублей серебром не брал, а оставил у него Березин таковые самовольно» (ГАКО, ф.И-234, оп.2, д.38, л.2). Суд признал покупку действительной и тогда Вахрушев решил подать апелляцию в окружной суд. Березин 28 ноября снова обращается в словесный суд, указывая, что пересмотр дела может затянуться, «сало же купленное им у Вахрушева он как свою собственность уже продал на срок, почему от недоставки его в свое время должен будет понести значительные убытки и по торговым оборотам может подвергнуть таковым же убыткам и других, а с тем вместе и цена на сало постоянно изменяется». Суд предписал Смолинскому волостному правлению обязать Вахрушева доставить сало, что и было сделано. Березину сало доставили – говяжьего 1378 пудов 10 фунтов, бараньего 1251 пуд 4 фунта. Березин выплатил за него ассигнациями 27107 рублей 25 копеек.

От первоначального замысла построить еще и кожевенное заведение Семен Иванович отступил и всю землю занял салотопенным заводом. Уже после его смерти Федор Семенович достраивал и перестраивал завод. В 1875г. на нем выработано скотского и бараньего сала 25000 пудов на 96250 рублей, считая в общей сложности по 3 рубля 85 копеек за пуд. Рабочих было 10 человек при одном мастере. Механизации никакой не существовало, был только один конный привод с тремя лошадьми. Завод имел четыре печи, четыре железных котла и по четыре чана холодильных и отстойных (ТГВ. №50. 11.12.1876). На заимке было выстроено два деревянных дома и флигель, двенадцать амбаров в трех корпусах, восемь завозен, два сарая, конюшня, баня и две бойницы (ЦГИАЛ, ф.1290, оп.2, д. 146, л.1).

К этому заводу Федор Семенович в марте 1883г. прикупил салотопенное и свечное заведение у родного брата своей жены Алексея Егоровича Папулова. Заимка Папуловых находилась близ деревни Малой Чаусовой и с восточной стороны примыкала к заимке Березиных (ныне территория Кургансельмаша). В 1889г. старые постройки снесены или сгорели и само заводское здание уже не деревянное, а каменное, с жилым деревянным одноэтажным домом на каменном фундаменте, три корпуса амбаров сохранились с прежних времен, да выстроили еще одну конюшню. Вся стоимость имущества на заимке исчислялась в 1750 рублей серебром (ГАКО, ф.И-9, оп.1, д.50, л.1620). Новый завод, вероятно, был как-то механизирован, имел два котла, два постава, три чана, два ларя, использовал за сезон 15 сажен дров. Темпы по перетопке сала падали. В 1887г. на заводе было шесть  работников, вытопили сала 8000 пудов на 29600 рублей (ГАТОТ, ф.417, оп.1, д.355, л.6). В 1893г. на заводе было двое рабочих и один мастер. Зарплата рабочих была шесть рублей в месяц, мастера – десять рублей. Топленого сала производили 5000 пудов, продавали по 4 рубля 50 копеек за пуд. Чистой прибыли получали 2958 рублей. После смерти Федора Семеновича заимка с салотопенным заведением была продана братьям Смолиным, к территории винокуренного завода которых она примыкала.

Кроме большого салотопенного завода в 1860гг. Березины имели кирпичный сарай, под которым земли находилось 3000 кв. саж., так что новый каменный салотопенный завод они строили из своего кирпича, так же как и основную усадьбу. Вероятно, и сарай-то завели из-за усадьбы. Кроме того, после пожара, уничтожившего в 1860г. деревянный Гостиный двор, Семен Иванович выстроил в 1866г. собственную каменную лавку на горе, близ нового Гостиного двора. Кстати, во время пожара 1860г. в Гостином дворе первой загорелась лавка Березина, куда он только что завез новую партию товара. Предполагали, что это поджог. Завершив строительство, ликвидировали и кирпичный сарай.

Крупным приобретением Семена Ивановича была покупка двух крупчаточных мельниц. Куплены они были на паях с купцом Василием Федоровичем Шветовым 25 августа 1858г. от купеческой жены Фелисаты Васильевны Пелишевой за 6000 рублей серебром. Это были громадные деньги, но мельницы давали хорошую прибыль, хотя требовали ремонта и перестройки. Для этих целей новые хозяева вырубили в бору необходимое количество деревьев, но сделали это без разрешения и в ноябре 1859г. заседатель земского суда Александр Кевролев (будущий тюменский исправник) запросил депутата от городского общества для присутствия при следствии о вырубке из казенной оброчной Илецко-Иковской дачи леса на заведения купцов Березина и Шветова (ГАКО, ф.И-8, оп. 1, д.183, л.66об.). В 1864г. был совершен раздельный акт, который гласил: «…купец 1 гильдии С.И.Березин и 2 гильдии В.Ф.Шветов собственно принадлежащие нам двум крупчаточные мельницы со всеми к ним пристройками и инструментами, находящиеся в Введенской волости, внутри Иковской оброчной статьи на реке Ик… учинили добровольный раздел: первая мельница на реке Ик, в 12 верстах от Иковского винокуренного завода, земли под ней 1200 кв.саж. – Шветову, вторая мельница – на реке Ик, ниже первой трех верст, земли – 1200 кв.саж. – Березину» (ГАКО, ф. 236, оп.1, д.6, л.23).

20 сентября 1867г. Семен Иванович пишет прошение в курганское частное окружное Управление следующего содержания: «Ко мне дошел частный слух, что будто бы сдешнему 1 гильдии купцу Федору Васильевичу Шишкину имеет быть в скором времени отведен довольно значительный участок лесной дачи, который отходит от Мясниковых и много лет рощеная, для вырубки на оной за поленные и посаженные деньги строевого и дровяного леса, между тем я имея в виду, во-первых то, что и мне подобный лес на моих заводах необходим, в особенности же строевой для поправки и переделки мельничных колес, ларей и других предметов, находящихся при заведениях моих, и, во-вторых, что лесная дача соседствует с моим мукомольным заведением, вследствие чего я и имею честь покорнейше просить: не благоугодно ли будет Окружному Управлению произвести на продажу для вырубки вышеозначенного леса публичные торги, на которых я и другие могли бы надбавлять цены и это для казны будет выгоднее. Во всяком же случае я заявляю, что как мне хорошо известно то, что между предполагаемым к отводу купцу Шишкину лесом есть такие деревья, которые стоят от 1 до 10 рублей серебром за одно дерево. Если же Окружное Управление само приостановить продажу купцу Шишкину упомянутого леса или произвести на оный публичные торги не может, то благоволите сделать о том, куда следует надлежащее представление…» (ГАКО, ф.245, оп.1, д.1533, л.43). Ходатайство Березина не имело успеха, все лесосеки были отданы Шишкину и Смолину.

Мельница Березина в 1893г. производила муки высшего сорта 600 мешков по 7 рублей 50 копеек на сумму 4500 рублей, первача-960 мешков по 6 рублей на 5760 рублей, второго сорта – 540 мешков по 5 рублей на 2700 рублей, третьего сорта 120 мешков по 3 рубля на 360 рублей, итого денег выручали 13320 рублей, а на закуп пшеницы тратили 10080 рублей (70 коп. за пуд). Работников на мельнице было восемь  человек при одном мастере. Зарплата мастера была 30 рублей, рабочих-мужчин – 9 рублей и единственной женщины – 5 рублей. Мельница была оборудована семью двигателями, имела шесть вальцов и три камня (жернова). Свою муку Семен Иванович в 1864г. представлял в Москве на Всероссийской выставке сельских произведений. Федор Березин продал эту мельницу 5 марта 1896г. братьям Бакиновым за 35000 рублей. У него осталась еще одна мельница на той же речке Ик, которую Семен Иванович выстроил в 1841г, и которая была его первым промышленным заведением (ГАКО, ф.245, оп.2. д.3, л.1).

Березины занимались также скупкой земельных участков в различных волостях курганского округа, потому что земля всегда была в цене. В том числе они владели землями, некогда принадлежавшими первому курганскому городничему Ивану Петровичу Розингу, которые находились в Сычевской волости при деревне Варвариной. Часто это были лесные участки, что давало возможность заготавливать строевой лес на продажу, а также обеспечивать свое производство и жилые помещения топливом. Таким образом, видим, что Березины торговали продукцией своих заводов – салом-топцом, мукой, кирпичом и лесом. Сами Березины не были сидельцам в лавках и не развозили товары по округам, для этого они нанимали приказчиков, на имя которых ежегодно писалась доверенность, которая давала право приказчикам действовать на свое усмотрение, но не в убыток хозяину. Текст доверенности составлялся произвольно.

«1852 года апреля 11 дня торгующий по свидетельству 3 рода крестьянин Федор Березин, усыновленный на правах родных детей курганским 3 гильдии купцом Семеном Березиным, сим объявляю, что я прикащику моему 1 класса Курской губернии рыльскому мещанину Михаилу Васильевичу Локтионову полную мочь даю и верю, производить в текущем в 1852 году в городе Кургане и округе оного на ярморках и торжках торговлю данными от меня товарами, имеющими получиться с роспискою в моей коммерческой книге. Он, Локтионов, товары эти обязывается продавать на наличные деньги, не раздавать в долг и не кредитуясь нисколько на мое имя. А по окончании 1852 года должен он, Локтионов, дать в вверенном ему капитале верный отчет… Определяю ему, Локтионову, в год жалованья 50 рублей серебром» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.127, л.33).

В свою очередь Федору Березину каждый год давал доверенность Семен Иванович. И эта доверенность включала все нюансы торговой деятельности семейства. Для примера возьмем доверенность за 1860 год, когда Семен Иванович был занят строительством теплого храма Богородице – Рождественской церкви, другими общественными делами, что  затрудняло ему ведение дел и уже утомляли поездки. 26 июля 1860г. в хозяйственном управлении заверяется следующая доверенность: «Любезный сын Федор Семенович! По совершенному моему к Вам доверию сим уполномачиваю я Вас управлять и распоряжаться всеми моими торговыми и другими делами без всякого изъятия на счет мой везде, где я сам на то законное право имею, акции, векселя, заемные письма и билеты непрерывных доходов от имени моего продавать, покупать и закладывть, выписывать из чужих краев товары и адресованные ко мне принимать и за море отправлять и очищать пошлиною, как по закону следует, деньги переводить, трассировать и в банк на трансферты вносить, трансферты всякого рода чинить, наблюдать кредитных учреждений надписи, замены делать по оным, деньги получать, заключать контракты и условия на покупку и транспортирование товаров и по всем другим торговым операциям. Во время выборов при Петербургском порте на вакансии браковщиков, биржевых маклеров и аукционистов и во всех других случаях голос вместо меня подавать, доверенности для очистки товаров в таможнях вместо меня давать и нанимать кладовые, складывать в оные товары и, если нужно, оные страховать в страховых от огня обществах, фрактовать корабли, суда, от имени моего покупать и продавать товары в кредит или на наличные деньги, векселя от моего имени давать и на мое имя брать у частных лиц векселя, заемные письма и записки дисконтировать и на оных бланковые и другие надписи чинить в Государственном коммерческом банке или его конторе; предъявлять векселя, писаные на мое имя или дошедшие ко мне по бланковым или полным надписям, по оным деньги получать и платить из оного же банка или его конторы, деньги под залог товаров получать и оные товары в свое время выкупать, в случае неплатежа по векселям и заемному письму оные протестовать, заключать договоры с частными лицами и казенными местами по трансфертным запискам на имя мое вносить, с должников моих миролюбло или чрез посредство присутственных мест деньги взыскивать, получать и в получении оных расписки выдавать.

В случае надобности подавать куда следовать будет всякого рода объявлении, прошении и жалобы учинять, мировые сделки совершать и подписывать устрочьные акты, отстрочки и удовлетворительные условия. Иметь хождения по делам в присутственных местах, выслушивать, подписывать удовольствии и неудовольствии и оные законным порядком переносить по рассмотрении в высшие суды, подписывать аппеляционные жалобы и вообще на основании торговых правил действовать Вам беспрепятственно и делать то, что Вы заблагорассудите назначать от себя. В нужных случаях поверенным давать доверенности и оные уничтожать, действуя во всем по законам и во всех могущих быть по моим делам случаях поступать полновластно и чинить все, что Вы для меня полезным сочтете. Прикащиков и артельщиков нанимать и увольнять; свидетельство на право торговли по какой гильдии нужно будет и таковое же для прикащика первого класса, если оное потребуется, брать, заключать всякого рода контракты и подряды с частными лицами и присутственными местами, из почтамта получать присланные на мое имя письма, посылки и деньги и давать в том росписки. Одним словом, что Вы ни учините, спорить и прекословить не буду и ответствую, как за учиненное самим мною. По востребованию же моему обязаны Вы давать мне верный отчет…» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.188, лл. 14-16 об.).

Для доставки товаров в Нижний Новгород, Петропавловск, Петербург, в уральские и сибирские города Березины заключали контракты с крестьянами, которые на своих подводах перевозили эти товары. Контракты тоже имели произвольную форму, каждый хозяин вписывал туда свои требования, а крестьяне – свои обязательства. В 1857г. Семен Иванович отправлял товары на Нижегородскую ярмарку, и заключил контракт с крестьянином Силиным следующего содержания: «15 июля 1857года, Шадринского уезда Каргапольской волости государственный крестьянин Прокопий Кириллович Силин дал сей контракт 2 гильдии купцу Семену Ивановичу Березину в том, что я, Силин, принял от Березина в городе Кургане 31 тюк разного товара, значущегося по накладной весом 286 пудов 23 фунта, каковой товар укрыв по надлежащему, обязуюсь я, Силин, доставить в Нижегородскую ярмарку сроком с 15 числа сего июля в 33 дня, а если в сей срок не доставлю, то волен он, Березин, вычесть с меня за одни сутки 5 копеек, за вторые сутки 10 копеек, а равно и за все прочие по 10 копеек с каждого пуда. В пути должен я товар беречь от подмочки, протирки, воровства, огня и, вообще, порчи, не продавать и не складывать, опасаясь за то законной ответственности. Если что-нибудь из сего товара от нашего несмотрения будет подмочено, протерто, утрачено, сгорит и при сдаче не явится, то обязан я, Силин, за весь таковой товар заплатить Березину по состоящим ценам деньгами сполна. За исправную доставку товара договорился я, Силин, получить с Березина по 1 рублю 23 копейки с пуда, что составит полной суммы за доставку 352 рубля 40 и 1/4 копейки серебром, в число которых я получил в Кургане по 75 копеек серебром за каждый пуд, а остальные по доставке товара Нижегородской ярморке. На покрытие товара я, Силин, получил 68 штук циновок и 11 штук кож конских, каковые и обязуюсь после сдать обратно. К исправной доставке товара закладываю 14 лошадей, на которых будет везена клажа. Контракт обязываюсь исполнять свято и нерушимо» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.155, лл.45-46).

Чтобы встретить товар и убедиться в его сохранности, Семен Иванович сам отправился в Нижний Новгород. Это подтверждает и письмо от 30 июля 1857г., которое А.Ф.Бригген отправил И.А.Анненкову: «Если Вас не затруднит, то отыщите, пожалуйста, на Кунавиной курганского купца С.И.Березина и скажите ему, что я выслал для него в Нижний с последнею почтою 50 рублей серебром, да спросите, отправил ли он мою кладь в Москву». Вероятно, в обозе Силина ехала и кладь Бриггена.

Семен Иванович Березин, как и все купечество, должен был нести определенный срок общественную службу. Указом курганского Духовного правления от 13 февраля 1850г. за №316 он был утвержден церковным старостой Богородице-Рождественского храма и был в этой должности до марта 1865г. В помощники ему был определен мещанин Степан Гордеев (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.10, л.13). Сделавшись старостой Семен Иванович задался целью расширить храм. Он понимал, что придется вложить личный капитал, но полностью оплатить строительство он не сможет. Березин много беседовал с купцами, мещанами и в конце концов 17 декабря 1860г. на собрании прихожан был составлен приговор: «Мы, нижеподписавшиеся, Тобольской епархии города Кургана граждане с общего нашего согласия постановили сей приговор в том, что так как наш гражданин, 2 гильдии купец Семен Иванович Березин, ныне церковный староста в Богородице-Рождественской церкви, по случаю чрезмерного холода в настоящем храме во время зимы, изъявил желание с помощью прихожан устроить при этой церкви, по предъявленному нам плану и фасаду, с западной стороны теплый храм с двумя приделами, по правую сторону во имя Св. Николая Чудотворца, а по левую сторону во имя Св. Симеона Богоприимца и Анны Пророчицы, жертвуя на этот предмет из собственного капитала 5000 рублей серебром. Сочувствуя таковому его богоугодному делу мы изъявили со своей стороны согласие на строительство означенного храма с приделами и обязуемся каждый по средствам своим сделать пожертвование. И вместе с тем, избрав его, Березина, строителем упомянутого храма, поручаем ему на разрешение того епархиальным начальством, употребить личное, где следует, ходатайство, и попросить книгу для собрания от доброхотных дателей пожертвований на сооружение того храма…».

В 1861г. собрали необходимую сумму, Березин отправил ходатайство к епископу Тобольскому и Сибирскому Феогносту о разрешении на начало строительства теплой части Богородице-Рождественской церкви. Феогност запросил Св. Синод и 24 мая 1862г. проект был утвержден. Вместе с разрешением пришло сообщение, что Семен Иванович пожалован за заслуги по духовному ведомству серебряной медалью на Станиславской ленте (ТГВ. №11.9.06.1862). Большой честью для Березина было то, что из уважения к его заслугам один из приделов был назван во имя соименного святого Симеона Богоприимца. По его ли просьбе это было сделано или по решению высшего духовного начальства – неизвестно.

Еще не будучи старостой храма, Семен Иванович делал много пожертвований в него. Первым его даром в 1848г. было Святое Евангелие, стоимостью 150 рублей: «Книга размером в лист, на Александрийской бумаге, в двух дубовых досках, обложенных алым бархатом, с золотым обрезом, размером 12х8 вершков (вершок 4,44см.). На верхней доске во всю величину серебряный вызолоченный лист 84 пробы с клеймом мастера, гладкий, с чеканною каймою. На нем посередине – Воскресение Христово, на углах – четыре евангелиста на пяти овальных больших финифтях, осыпанных 203 сразами, с чеканными вокруг узорами. На нижней доске – чеканная восьмиугольная звезда, в коей на овальном поле вычеканен восьмиконечный крест с копием и тростью. По сторонам – четыре вызолоченных угольника, чеканных звездами, с четырьмя круглыми ножками и двумя серебряными чеканными застежками на бархате. Книга отпечатана в 1841г.» (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.80, л.54). Насколько роскошным было это Евангелие можно судить по тому, что через год Березин заплатил 200 рублей, всего на 50 рублей больше, за покупку и установку на пяти главах храма железных вызолоченных шестиконечных крестов.

В 1851г. на деньги С.И.Березина и В.Ф.Шветова замостили дорожку от главных ворот до западного крыльца храма булыжником. Семен Иванович специально для Богородице-Рождественской церкви заказывал иконы и ризы на них, делая большие траты. В 1850г. он пожертвовал икону Богоматери «Всех скорбящих радость» за 300 рублей. Икона небольшая, 14х11,5 вершков, старинной живописи, на иконе риза серебряная, вызолоченная, 84 пробы, с клеймом мастера, чеканной работы, весом 4 фунта 55 золотников. (1кг. 878гр.) В клировых ведомостях икона описана так: «Вокруг ликов Богоматери и Спасителя чеканные из лучей венцы с двумя коронами, украшенными четырьмя зелеными камнями и сразами, кои находятся и в лучах венцов. Вверху, на облаках, поясное изображение Господа с благославляющей десницей и державой в левой руке и чеканное изображение Св.Духа. Вокруг главы Господа чеканный лучами венец с мелкими сразами и треугольником из бирюзы. Шесть изображений святых, по три на каждой стороне, без надписей. Ниже четыре ангела в лучистых со сразами венцах. Над главами их четыре свитка белой финифти в оправе с надписями на верхних – «Вси молящии Деву…», а на нижних – «Всем скорбящим радость». Возле ангелов четыре группы народа. Под изображением Богомотери, в чеканном с орнаментами четырехугольнике, на овальной пластинке белой финифти в оправе написан кондак акафиста «О всепетая мати…» На гладком поле ризы, в верхних углах, две пластинки белой финифти в оправе, с чеканными украшениями и надписью. Вокруг ризы кайма с угольниками из цветов и фигур» (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.8, л.52).

В 1852г. Семен Иванович Березин и Александр Иванович Дуранов, бывший земский исправник и первый попечитель храма, пожертвовали в алтарь придела во имя Св. Алексия, человека Божьего икону Господа Вседержителя, которая была помещена на «горнем месте, в окне». Стоимость иконы с киотом – 155 рублей. Через год Семен Иванович единолично жертвует икону старинной живописи Святителя и Чудотворца Николая Мирликийского с житием, размером 142см. х 75см. Икона в вызолоченной с резьбою раме, за стеклом. Стоила 20 рублей, но в 1856г. Березин завел на нее серебряную, вызолоченную, чеканной работы ризу весом 14 фунтов 16 золотников, т.е.5кг.800гр., за 276 рублей 43 копейки. Иконы и оклады такой красоты стоят того, чтобы сохранить их описание. По средине иконы Св.Николай во весь рост, в полном облачении, на орлеце. Саккос святителя белый, матовый, с золоченными разводами и каймой, омофор золоченный с тремя белыми крестами и украшениями внизу. На груди круглая панагия с крестом. Правая рука благославляет, в левой-витой посох, с крестом и змеями. На голове митра с крестом из сраз. В ней два фиолетовых, зеленый и три белых простых камня между сразами. Венец кованый лучами , некоторые из лучей составлены из сраз, из них же кайма вокруг лика. Всего в венце и митре 1204 сразы. По сторонам лика надпись на двух продолговатых пластинках белой финифти в оправе с чеканными украшениями. В верхних углах – на облаках Спаситель и Богоматерь. Двенадцать четырехугольных клейм с житием, в каждом из них над изображением святителя чеканные лучами венцы, а вверху на продолговатых пластинках белой финифти в оправе надписи.

В 1858г. Семен Иванович завел серебряную, вызолоченную ризу на большую икону « Господь Вседержитель», купленную им и Шветовым в 1852г. Риза весила 14 фунтов 62 золотника, и заплатил он 604 рубля. В 1859г. пожертвовал в храм икону «Рождество пресвятой Богородицы» в серебряной вызолоченной раме, стоимостью 50 рублей. Кроме икон жертвовал Березин и утварь драгоценную. В 1860г. старанием старосты и прихожан заведена дарохранительница напрестольная для хранения во Святую Четыредесятницу святых преждеосвященных даров. Все старания Семена Ивановича по благоустройству храма были опорочены молодым священником Вас. Вас. Гвоздицким, недавним выпускником тобольской духовной семинарии, переведенным к Богородице-Рождественской церкви от усть-суерской Николаевской церкви. Новичку показалось, что староста Березин злоупотребляет церковными суммами, он стал писать доносы и, наконец, прямо в храме в присутствии местного благочинного и клира в оскорбительных выражениях высказал свое подозрение. Березин обратился в суд, дело тянулось довольно долго и решилось 23 февраля 1865г. перемещением Гвоздицкого к Троицкому собору и требованием просить у Березина прощение.

Общественная и благотворительная деятельность Березина не ограничивалась церковным поприщем. Семен Иванович начинал свою благотворительность как мелкий жертвователь. В 1841г. в Кургане собирали деньги в пользу больницы, и он наравне со всеми дал 20 копеек серебром. В 1857г. была объявлена добровольная подписка на покупку здания для уездного училища. Списки жертвователей по предложению губернатора было решено публиковать в «Тобольских губернских ведомостях». Семен Иванович дал 100 рублей, и его имя было названо в первом списке, опубликованном 5 января 1858г. В 1864г. Березин и еще восемь курганских купцов были удостоены высочайшей благодарности императора за пожертвования в пользу учреждаемой в городе Тобольске ремесленной школы. В том же году Семен Иванович вошел в Совет директоров курганского Попечительного о тюрьмах отделения, которое было образовано в 1830-е гг. и находилось в введении губернского о тюрьмах комитета. В его задачи входило наблюдение за порядком размещения арестантов в тюремных камерах, за санитарным состоянием камер, за продовольственным снабжением тюрем и прочими подобными делами. В этом Попечительном отделении Семен Иванович состоял до самой смерти. В феврале 1869г. тобольский губернатор объявил благодарность Совету директоров, в том числе и Березину, «за принятое ими участие в сборе пожертвований и в постройке церкви при курганском тюремном замке» (ТГВ. №10. 8.03.1869). Федор Семенович Березин тоже входил в этот Совет директоров, только в 1880-е гг. Помогал Семен Иванович и городской богадельне. Со дня ее открытия 15 июля 1871г. до 1 января 1872г. он пожертвовал в богадельню 800 рублей (ТГВ.№8. 19.02.1872).

Несомненно, благотворительная деятельность Семена Ивановича продолжалась бы и далее, но 19 февраля 1872г. он скончался от горячки (ГАКО, ф.И-235, оп.3, д.9, л.40об.). Супруга его Акилина Федоровна умерла 22 июля 1868г. (ГАКО, ф. И-235, оп.6, д.128, л.291об). Все имущество и торговля перешли в руки их приемного сына Федора.

Березин Федор Семенович

Из крепостных крестьян Владимирской губернии Вязниковского уезда деревни Родионовой. Усыновлен дядей Семеном Ивановичем Березиным в 1852г. со всеми правами родных детей. Родных родителей звали Герасим и Ирина. После смерти приемных родителей получил большое наследство, заключающееся в салотопенном заводе, мельницах, лесных дачах, торговых лавках. Торговал чаем, сахаром, жировыми товарами и продукцией крупчаточного завода, т.е. мельниц. Эти мельницы незадолго до смерти он продал и «Тобольские губернские ведомости» в № 3 за 1897г. опубликовали следующее объявление»: «29 сентября 1896г. курганские купцы Иван и Петр Бакиновы введены во владение недвижимым имением, купленным ими у курганского купца Федора Семеновича Березина по купчей крепости, совершенной в Тобольском Губернском Управлении 5 марта 1896г., заключающимся в двух водяных мукомольных мельницах с пристройками и землею в количестве 1280 квадр. сажен удобной и неудобной, находящимися в Илецко-Иковской казенной даче Введенской волости Курганского округа. Цена имения 35000 рублей. Крепостных пошлин взыскано 1400 рублей. Актовый лист в 135 рублей».

Как и приемный отец, Федор Семенович активно занимался благотворительной деятельностью. После смерти Семена Березина, который долгие годы был старостой Богородице-Рождественского храма, новый староста, купец Яков Павлов, бывший приказчик Березиных, по своим материальным возможностям сильно уступал, а в 1874г. разорился и снял с себя обязанности церковного старосты. Тогда и прихожане и причт обратились к Федору Семеновичу с просьбой продолжить дело отца. И он согласился, в память о своем благодетеле стал церковным старостой и щедрым жертвователем. Первым его вкладом в храм в 1875г. стал четырехконечный напрестольный крест из серебра, вызолоченный, чеканной работы. Посередине – накладное рельефное изображение распятого Спасителя, со свитком вверху. Вокруг по всему полю креста лучистое сияние. В четырех углах креста в виде круга – тонкий резной узор; по концам креста – четыре овала матовой чеканки с каймами и небольшими резными узорами. В них накладные рельефные изображения Божьей матери, Св. апостола Иоанна, Господа Саваофа и головы Адама. На задней стороне по чеканному полю матовым узором орнаменты в форме креста, посередине которого в особой раме, на белом лучистом фоне – Моление о Чаше.

В то же время Федор Семенович вложил в храм Св. Евангелие, в 8-ю долю листа, на Александрийской бумаге, отпечатанное в Московской синодальной типографии в 1859г. Книга в деревянных досках, обложенных малиновым бархатом, с золотым обрезом. На верхней доске – чеканная серебряная восьмиконечная звезда с изображением Воскресения Христова, а по сторонам – угольники с чеканным  изображением евангелистов. На задней доске, на такой же звезде крест, а на угольниках чеканка с небольшими кругами. Стоила книга 18 рублей. Для алтаря в разные годы он пожертвовал: 1) потир серебряный со всеми принадлежностями за 359 рублей, 2) дарохранительницу серебряную в футляре за 510 рублей, 3) два кропила с чеканной высеребренной медной рукоятью на 4 рубля, 4) чашу водосвятную, серебряную, высотой 27,75 см и диаметром 26,42 см с двумя фигурными ручками, поддон круглый, гладкий, с городчатым венчиком у основания нижней части; крышка с таким же венчиком и восьмиконечным крестом. Вес чаши был 1 кг 936 гр, 5) сосуд на 25 ведер для освящения воды в навечерие Богоявления, медный, высеребренный снаружи и внутри, высотой 1м 78см при диаметре 71,12см. По сторонам чаши – четыре чеканных херувима, ниже херувимов – четыре крана, 6) две бронзовых вызолоченных хоругви, по 80 рублей каждая, в форме равноконечного креста, с каймою вокруг и разными фигурами в углах: на одной хоругви – Св. Николай Чудотворец и Воскресение Христово, на другой – Богоявление и Воздвижение Честного Креста Господня (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.80).

В 1876г. Федор Семенович завел ризу на икону Трех Святителей – Василия Великого, Григория Богослова и Иоанна Златоуста размером 142х68 см, серебряную, весом 6,5 кг. Святые изображены стоящими на облаках, в полных облачениях, митры и венцы святителей убраны простыми, разной величины 33-ю камнями красного и зеленого цвета. Стоила риза 793 рубля. В том же году Березин потратил 798 рублей 62 копейки на ризу для иконы Сретенье Господне, точно такого же размера, как и предыдущая. В 1880г. Федор Семенович начал капитальный ремонт храма. Сделали три печи в холодной части, чтобы вести там службу не только летом, две печи поставили в подвале, одну – в центральном алтаре, печи были чугунные, дымовые трубы провели внутри западной стены, от них для нагревания были сделаны в стене четыре медных отдушины. Заплачено за печи 500 рублей. В 1880-1882гг. Березин тратит 1000 рублей на отделку и роспись главной церкви и 1500 рублей на роспись стен теплой церкви. Роспись закончена в 1882г. В 1880-1881гг. он жертвует 15000 рублей на устройство трех новых иконостасов в холодной церкви. Главный предалтарный иконостас престола Рождества Богородицы был деревянный, столярной работы, сплошь украшен деревянною резьбою и вызолочен, цоколь окрашен под мрамор. Размер 11м.38смх8м.20см. В нижнем ярусе – царские врата с резными цветами и розетками, по сторонам врат местные иконы и боковые двери. Между ними шесть резных колон на тумбах, с базисами и коринфскими капителями. Над иконами первого яруса арки с тройным закруглением каждая, в которых иконы. Во втором ярусе иконостаса пять икон, между ними шесть пилястров. Пространство между иконами все было покрыто резьбой. В третьем ярусе три иконы, между ними по две колоны. В четвертом ярусе – одна икона и две колоны и сквозная резьба. Вершину иконостаса составлял крест, который находился наравне с окнами главного купола.

Для главного престола Федор Семенович в 1881г. заказал икону Господь Вседержитель, высотой равной окнам, т.е. 230 х 107см. Ее поставили в нишу окна, на «горнее место». Икона была написана на полотне, что было редкостью в те времена, фон светлоголубой. Господь был изображен сидящим на престоле, с митрою на голове, в белой, с крупными букетами цветов одежде, по вороту и разрезу которой на широкой желтой ленте в восьми кругах изображены орудия страданий Спасителя. Десница поднята для благословения, левая рука со скипетром опирается на лежащую на коленях державу. Над сиянием вокруг головы шесть херувимов. Икона была в вызолоченным киоте, по сторонам две гладкие вызолоченные колоны с коринфскими капителями и базисами.

Для главного иконостаса Березин заказал за 250 рублей икону Св.Вмч. и целителя Пантелеймона с житием в Русский Пантелеймоновский монастырь на Св. Горе Афонской, что в Греции. Там был сделан список (копия) с чудотворной иконы и прислан в благословение от Св. Горы жителям города Кургана. Икона была написана на кипарисовой доске и закрыта серебряной позолоченной ризой размером 102 х 66,6 см. Вокруг изображения святого широкая кайма. Под каждым изображением выпуклая надпись. Венец чеканный лучами, оканчивающимися рельефами, в нем семь крупных цветных камней: шесть круглых и один овальный. Посередине, в четырехугольнике 44,4 х 26,6 см был изображен Св. Вмч. Пантелеймон во весь рост, в верхней красной и нижней зеленой одежде. В правой руке его лжица, левая рука, закрытая одеждой, поддерживает ковчежец. В остальном пространстве иконы на гладком золотом фоне 14 изображений из жизни Св. Пантелеймона. Клейма четырехугольные, 17,76 х 13,32 см, при каждом изображении белыми славянскими буквами надпись.

Иконостасы для боковых приделов (Св. Архистратига Михаила и Св Алексия, человека Божьего) были малой копией главного иконостаса. Для Алексеевского придела Федор Семенович заказал два больших киота для иконы Рождества Богородицы и Смоленской Божьей Матери. Киоты были устроены вместе с иконостасом. В это же время он жертвует в память о приемном отце и благодетеле икону Св. Праведного Симеона Богоприимца на деревянной доске 44,4 х 35,5 см с вызолоченною каймою. Св Симеон был изображен во весь рост в красной верхней и зеленой нижней одежде с золотым отливом. На руках – Богомладенец. В общей сложности отец и сын Березины пожертвовали на Богородице-Рождественский храм около 25 000 рублей. В 1883г. «Тобольские епархиальные ведомости» сообщали, что «Государь император по представлению Св.Синода, вследствие ходатайства Его Преосвященства Всемилостивейше пожаловал в 18 день февраля сего года за заслуги по духовному ведомству курганскому 1 гильдии купцу Федору Березину золотую медаль на Александровской ленте». От Синода по указу от 7 апреля 1883г. преподано благословение « за заслуги по духовному ведомству церковному старосте Богородице-Рождественской церкви города Кургана 1 гильдии купцу Федору Семеновичу Березину с выдачею грамоты». В том же году Федор Семенович слагает с себя обязанности старосты и полностью окунается в торговые и хозяйственные дела.

Долгие годы семья Березиных оказывала помощь училищам и школам. В 1867г. были избраны и утверждены попечительницами курганского женского училища купеческие жены Екатерина Егоровна Березина и Елизавета Ивановна Незговорова с обязательным ежегодным 15-рублевым взносом. В почетные члены училища было избрано несколько купцов с 50-рублевым ежегодным взносом, среди них был брат Екатерины Березиной Осип Папулов. Екатерина Егоровна в 1868г. пожертвовала училищу 36,5 аршин холста, 18 аршин брани на 10 рублей 10 копеек. Федор Семенович тоже принял участие в женской школе. В 1872г. школа была преобразована в прогимназию. Федор Березин внес в курганский Общественный банк на вечные времена 1000 рублей с тем, чтобы проценты с этого капитала употреблялись на материальные нужды прогимназии. Генерал-губернатор Александр Петрович Хрущов прислал благодарность в Попечительный Совет прогимназии: «За таковое пожертвование купца Березина на пользу образования вверенного мне края, покорнейше прошу Попечительный Совет объявить ему мою искреннюю благодарность» (ГАКО, ф.И-63, оп.1, д.105, л.57).

Через год Федор Березин был утвержден в звании Почетного блюстителя курганского уездного училища с 14 мая 1873г. В уездных училищах полагалось иметь Почетного смотрителя. Это звание было учреждено в 1811г. Почетным смотрителям, считавшимся на службе государственной, вменялось в обязанность «иметь надзор за училищами и оказывать им сообразное со средствами вспоможение». Пожертвования – необходимое условие для получения звания Почетного смотрителя. Выбирались они преимущественно из дворян или из чиновников. В 1861г., по ходатайству сибирских властей, император Александр 2-й повелел, ввиду малого числа лиц в Сибири, имеющих по происхождению право на вступление в гражданскую службу, в т.ч. в звание Почетного смотрителя, предоставить Министерству народного просвещения возможность определять вместо Почетных смотрителей при уездных училищах Западной Сибири Почетных блюстителей, которые выбираются из купечества и обязаны заботиться о материальной стороне училищ и следить за учебно-воспитательной частью.

В этом звании Федор Семенович пребывал до конца 1880г., ежегодно внося на счет училища 200 рублей. Возможно, ему было приятно заниматься делами училища, которое он сам когда-то закончил. Их выпуск 1846г состоял из шести человек. Федор Березин и в дальнейшем способствовал курганским училищам. При открытии в 1886г. курганской церковно-приходской школы, он пожертвовал 50 рублей и, кроме того, в разное время – 15 рублей на канцелярские принадлежности, 42 рубля на заведение полушубков для беднейших учеников, 12 рублей на заведение пимов, 60 рублей на заведение летних парочек, 35 рублей на мебель, 40 рублей на обучение детей пению, итого 254 рубля за один учебный год. В 1893г. он был избран на три года попечителем цпш с ежегодным взносом 50 рублей на нужды беднейших учеников.

Когда в 1893г. в Кургане была открыта лесная школа, Федор Семенович оказал ей существенную помощь. Первый заведующий школой Виктор Александрович Энгельфельд в рапорте от 3 июля 1894г. на имя управляющего государственным имуществом Западной Сибири сообщает, что с наступлением весны возникло затруднение с летней практикой учащихся. Помог Ф. Березин, который уступил для школы принадлежавшие ему усадебные помещения в середине Илецко-Иковской казенной дачи, вблизи предназначенных к постройке летних помещений школы, где в начале весны был заложен питомник. Березин предоставил помещения бесплатно и Энгельфельд просит довести до сведения Министерства о любезной услуге Березина. «Всякое поощрение со стороны надлежащей власти будет вполне справедливым и может более уместным, что на будущее лето, когда летние помещения постройкой еще не закончатся, придется, вероятно, прибегнуть к Березину вновь» (ГАКО, ф.198, оп.1. д.92, л.64).

Федору Березину, как купцу грамотному, пришлось принять участие и в делах первого курганского Общественного банка. Банк был открыт в 1865г. и управляли им выборный директор и его заместитель, именовавшийся кандидат директора или товарищ директора. Одним из первых директоров был Федор Шишкин. 7 сентября 1871г. он был уволен в отпуск на четыре месяца с возложением его обязанностей на кандидата директора Федора Березина (ТГВ №42. 16.10.1871). В 1875-1876гг. Федор Семенович был директором этого банка.

В 1893г. встал вопрос об организации в селе Утятском сельской больницы. Стали искать в селах и деревнях большой дом, который можно было бы перевезти в Утятское. Остановились на доме, полученном в приданое Екатериной Егоровной Березиной. Дом находился в селе Верхнее-Алабугском Плотниковской волости, был просторен, имел девять комнат и очень подходил для больницы. Приобрести его было решено за 2500 рублей. Узнав о таком решении комиссии, Федор Семенович сбавил цену дома на 500 рублей, т.е. пожертвовал в пользу больницы эту сумму. Участвовать в любых городских начинаниях было в традициях курганского купечества. В 1895г. устраивая первую сельскохозяйственную и кустарно-промышленную выставку в Кургане организаторы «пустили шапку по кругу». Федор Семенович дал 300 рублей. В 1896г. на открытие скотолечебницы от него получено 50 рублей (ТГВ №9. 1896).

В это время Березин уже болел. Он сделал последний вклад в Богородице-Рождественский собор – «сребро-позлащенную ризу на икону Св.Вмч.Федора Стратилата» стоимостью в 475 рублей,  за что ему было преподано благословение архипастыря и через газету объявлена благодарность епархиального начальства (ТЕВ №5. 1.03.1897). Скончался Федор Семенович 24 сентября 1897г. Отпевали в том соборе, где он и отец его были долгие годы старостами. Певческий хор содержался на проценты с капитала в 2000 рублей, много лет назад внесенных Федором Березиным в Общественный банк специально на хор. Мировой судья через газету вызывал наследников на оставшееся после Березина имущество, «заключенное в капиталах, домах, земле и разной движимости» (ТГВ.№8. 24.02.1898). Казалось бы, что у бездетного Федора Семеновича есть только одна наследница, его жена Екатерина Егоровна. Но по завещанию ли, по каким-либо другим обстоятельствам усадьба и большая часть недвижимого имущества оказались в руках племянников Федора Семеновича, детей его старшего брата Алексея Герасимовича Березина.

Екатерина Егоровна покинула свой особняк и наняла квартиру в доме бывшего городского головы Михаила Ефремовича Серова. Мужа своего она пережила на три года и скончалась 6 сентября 1900г. от воспаления кишечника. Похоронена соборне на Богородском приходском кладбище.  В своем завещании она не упомянула ни одного родственника со стороны Березиных, ведь они уже получили свою долю наследства. Завещание было составлено 3 января 1899г. курганским нотариусом Андреем Васильевичем Хаберевым при трех свидетелях – всеми уважаемом, старейшем священнике города о. Иоанне Волкове и двух купцах: Алексее Ивановиче Дерягине и Иване Елисеевиче Шилове. Душеприказчиками Екатерина Егоровна назначила купцов Ивана Ивановича Бакинова, Ивана Ивановича Ушакова и мещанина Афанасия Яковлевича Кузнецова. Этот документ следует привести почти полностью.

«…Принадлежащее мне, Березиной, благоприобретенное недвижимое имение и движимое имущество, где бы таковое не находилось и в чем бы оно не заключалось, завещаю продать… по усмотрению душеприказчиков с тем, чтобы вырученные от сего деньги, а также капитал в наличных деньгах или процентных бумагах… все, что в день смерти моей будет мне принадлежать, распределить следующим образом:

На погребение мое, которое завещаю произвести соответственно моему званию и состоянию без лишней роскоши и на раздачу бедным милостыни до 2 тысяч рублей. На поставку двух памятников на могилах моего покойного мужа Ф.С.Березина и моей израсходовать до 1 тысячи рублей.

На вечное поминовение о душах Федора Семеновича, Екатерины, Георгия, Пелагеи, Симеона, Акилины, Герасима и Ирины должно быть внесено в нижеследующие церкви и монастыри в таком размере:

а) на украшение Богородице-Рождественского собора города Кургана – 500 рублей, церковно-служителям его – 2000 рублей.

б) церковно-служителям Троицкой церкви города Кургана – 500 рублей.

в) церковно-служителям тюремной церкви и на украшение храма по 250 рублей.

г) на украшение кладбищенской церкви в городе Кургане – 500 рублей и церковно-служителям ея – 250 рублей.

д) на украшение Пантелеймоновского храма при казармах города Кургана и церковно-служителям его – по 250 рублей.

е) на украшение храма Тобольской мужской гимназии и церковно-служителям его – по 250 рублей.

ж) на украшение храма в селе Мугрево Вязниковского уезда Владимирской губернии и церковно-служителям его – по 250 рублей.

з) на украшение храма в селе Верхне-Алабужском Курганского уезда и церковно-служителям его – по 500 рублей.

и) на украшение храма в селе Мостовском Курганского уезда – 150 рублей и церковно-служителям его – 50 рублей.

к) на украшение храма в селе Коробейниково Курганского уезда – 200 рублей и церковно-служителям его – 100 рублей.

л) на украшение храма в селе Сычевском Курганского уезда – 200 рублей.

м) на украшение храма в селе Барашковском Курганского уезда – 200 рублей.

н) на украшение храма в Смолиной Мало-Чаусовской волости – 100 рублей.

о) на украшение храма в селе Байдарском Курганского уезда – 100 рублей.

п) на украшение храма в селе Чесноковском Курганского уезда – 100 рублей.

р) на строительство часовни в деревне Рябковой – 100 рублей.

с) на поправку часовни в деревне Патронной – 50 рублей.

т) на украшение Верхотурского храма Симеона Праведного и на священнослужителей его – по 100 рублей.

у) на украшение храма в К…ском? мужском монастыре Верхотурского уезда Пермской губернии – 200 рублей.

ф) в обитель Михаила Архангела Пресновской станции Петропавловского уезда Акмолинской области – 200 рублей.

х) в Христорождественский монастырь города Слободского Вятской губернии – 100 рублей.

ц) в женский монастырь города Троицка Оренбургской губернии – 100 рублей.

ч) в монастыри, носящие названия: Ивановский – в Тобольске, Старый Афон, Новый Афон, Киево-Печерская лавра, Старый Иерусалим – по 300 рублей в каждый, а на странноприимников при Старом Иерусалиме – 500 рублей.

Пожертвовать в пользование бедных учеников курганских церковно-приходских школ и хора певчих Богородице-Рождественского собора – по 3000 рублей; в курганский Николаевский приют – 500 рублей; в женскую прогимназию – 500 рублей; в уездное училище – 500 рублей; в два приходских городских училища – по 500 рублей, с тем, чтобы капиталы сии оставались неприкосновенными, а проценты с них употреблялись на соответственные нужды. Предоставляю право выдать курганской библиотеке для народного чтения на выписку книг духовно-нравственного содержания – 500 рублей; в курганскую Владимирскую богадельню – 200 рублей; в курганскую столовую при ночлежном доме – 200 рублей; на провизию заключенным в курганском тюремном замке – 200 рублей.

Родному брату моему, курганскому купцу Алексею Егоровичу Папулову и его жене Парасковье Егоровне – 500 рублей, а детям их: Георгию, Александру, Антонине, Сергею, Владимиру – по 100 рублей каждому. Курганским мещанам: Анне Васильевне Егоровой, Ольге Никаноровне Павловой и жене отставного унтер-офицера Елизавете Николаевне Горбунковой – по 200 рублей каждой. Находящейся при мне прислуге – курганской мещанской вдове Елизавете Васильевне Модиной – 300 рублей. Крестникам и крестницам моим, детям протоиерея о. Никанора Грифцова, Владимиру, Марии, Михаилу и Параскеве – по 100 рублей каждому. Петроправловской купеческой жене Пелагее Иосифовне Малышевой и курганской мещанской жене Анне Николаевне Добровольской – по 200 рублей каждой.

Крестницам моим – дочери дьякона Варваре Аристарховне Калугиной, Ольге Афанасьевне Черепановой, урожденной Кузнецовой, крестнику моему курганскому мещанскому сыну Александру Афанасьевичу Кузнецову, дворянской дочери Софье Ивановне Серковой, вдове священника Александре Гавриловне Рождественской, отставному рядовому Филиппу Никитичу Алаеву, крестьянину Георгию Прохоровичу Марченко – по 100 рублей каждому. Мещанкам Акилине Федоровне Корниловой и Варваре Евграфовне Кузнецовой – по 200 рублей каждой. За исполнение возложенной обязанности сим завещанием на душеприказчиков, означенных выше, завещаю каждому из них троих по 200 рублей. Остальной капитал, какой окажется, должен быть употреблен на благотворительные дела…» (ГАКО, ф.И-63, оп.1, д.4, лл.116-120).

Душеприказчики Березиной по согласованию с городской Думой, которая давно планировала открыть в Кургане ремесленную школу, в начале Троицкой улицы, на берегу Тобола выстроили каменное двухэтажное здание с мансардой и каменные одноэтажные мастерские для такой школы. В 1911г. Министерство народного просвещения разрешило открыть в Кургане низшую ремесленную школу. Заведующий школой Михаил Федорович Коновалов в своем рапорте Директору народных училищ от 13 июля 1911г. писал: «Здания ремесленной школы построены на средства, полученные от продажи дома, пожертвованные душеприказчиками умершей курганской купеческой вдовы Екатерины Егоровны Березиной, в сумме 35000 рублей. В этой сумме нужно считать 8000 рублей городских средств, выданных городом душеприказчикам для выполнения обязательств, выраженных в духовном завещании. Работы по постройке здания велись распоряжением городской управы под наблюдением городского архитектора» (ГАТОТ, ф.5, оп.1, д.47, л.15). Попечитель Западно-Сибирского учебного округа исходатайствовал перед Министерством народного просвещения разрешение присвоить школе имена Екатерины и Федора Березиных. Разрешение было получено в июле 1911г.

Что касается той части наследства, которая досталась племянникам Федора Семеновича Березина, то она была растрачена, продана и пропита. У Алексея Герасимовича Березина было три сына: Дементий (Демид) и Петр от первого брака и Дмитрий от второго брака. Старший сын Дементий в 1869г. женился на крестьянской девушке из деревни Дундиной Сычевской волости Мавре Максимовне Крутиковой. Поручителями по жениху были исключенный из военного ведомства крестьянин Введенской волости Григорий Акентьевич Новоковский и крестьянин Смолинской волости Василий Николаев. За невесту ручались крестьянин Алексей Васильев и купеческий сын Марк Дунаев (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.59, л.73). Интересно, что ни Семен Иванович, ни Федор Березины, как ближайшие родственники, в поручителях не были. У супругов 3 июля 1869г. родилась дочь Анна, восприемниками которой были Петр Алексеевич Березин и крестьянка деревни Колесниковой Евдокия Фом. Завьялова. Дементий умер раньше жены, она же скончалась 1 июля 1892г. 47-и лет от воспаления легких.

Петр Алексеевич Березин был на девять лет младше Дементия. К 36 годам он уже овдовел, имея на руках троих детей: дочь Надежду (р.1866г), сына Дмитрия (р.1875г), дочь Марию (р. 1879г.). Жена его Прасковьи Лаврентьевны умерла 8 мая 1879г., 32-х лет, от горячки. Неизвестно, что досталось его братьям из наследства после смерти Федора Семеновича, но ему досталась основная усадьба на Троицкой, где воспитывалась его сестра Татьяна и откуда ее отдали замуж. Владел этой усадьбой Петр Алексеевич недолго, скончался в мае 1899г от пьянства. Тобольский окружной суд признал его наследниками по закону и утвердил в правах наследства его детей. Дочери Надежде Петровне досталась четвертая часть недвижимого имущество и восьмая часть движимого. Все остальное отошло сыну Дмитрию Петровичу, который скончался 18 марта 1902г. от водянки. У него остался сын Алексей, который 16 сентября 1922г., 19-ти лет, женился на девушке из села Песьянова Екатерине Ивановне Меньщиковой. Городскую усадьбу Федора Березина продали городской управе под казначейство. Страховая стоимость здания составляла 18200 рублей.

Дмитрий Алексеевич был младше Петра на десять лет. О нем известно, что к 1905г. он уже умер, над его детьми было установлено опекунство. Опекуном был назначен мещанин Семен Илларионович Хлызов. 4 января 1905г. Сиротский суд получил крепостной акт на недвижимое имение мещанина Дмитрия Алексеевича Березина, оцененное в 6931 рублей, а 15 ноября 1905г. в Сиротский суд поступил на приход от опекуна Хлызова билет на бессрочный вклад в Общественный банк 1100 рублей на имя опеки Наследников Дмитрия Березина (ГАКО, ф.И-12, оп.1, д.5, л.2об. и 50об.). По некоторым данным (возможно ошибочным) у Дмитрия Алексеевича были дети Евдокия, Зоя, Иван, Василий. Евдокия Дмитриевна Березина в замужестве Шелепова. Училась в гимназии, но не окончила из-за революционных событий 1917г. Потомки Шелеповой – Евгения Даниловна Старцева и ее дочь Светлана Михайловна Хрипунова.

Бирюков Иван Степанович

Купец 2 гильдии в 1880-1890гг. Имел лавку на временном праве на Нижне-Базарной площади, в пряничном ряду, во второй линии, но торговал посудой и другими товарами. Умер 5 августа 1896г. (ГАКО, ф.И-235, оп.3, д.180, л.157об.), оставив на руках у престарелой матери, купчихи Соломонии Никифоровны Бирюковой, восьмилетнего сына Александра, который после смерти бабушки в 1902г. остался в купеческой гильдии.

Блинов Василий Яковлевич

Из вятских мещан. В Курган переехал в 1845г. из Тюмени, в курганские купцы перечислен с начала 1846г.  из тюменских 3 гильдии купцов. В капитале в это время состояли он сам – 40 лет, жена Анна Дмитриевна – 31 года, сыновья Петр – 7 лет, Александр – 3 лет и дочери Таисья – 9 лет, Феоктиста – 5 лет, Евгения – 4 лет и Серафима – 2 лет (ГАКО, ф.И-8, оп. 1, д.25, л.113). Возраст записан со слов, поэтому приблизителен. Младшая девочка Серафима умерла от родимца уже подростком 15 июля 1859г. В Кургане у Блиновых родилась дочь Елена, которую 2 июня 1847г. крестили вятский мещанин Иван Яковлевич Блинов и жена канцеляриста ишимского земского cуда Надежда Дмитриевна Наумова. Правда, крестница умерла через месяц. В 1850г. Надежда Дмитриевна Наумова, в этот раз с курганским городничим Василием Ильичем Верещагиным, 14 февраля крестили у Блиновых сына Николая, который умер через полгода от поноса (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.33, л.169об.).

Сыновья Василия Яковлевича учились в местном уездном училище, которое и закончили: Петр в 1852г., Александр в 1856г. Старшая дочь Таисья 9 февраля 1859г. обвенчалась в Троицкой церкви с сургутским 3 гильдии купеческим сыном Николаем Яковлевичем Глазковым. Поручителями по жениху были губернский секретарь Флегонт Николаевич Забелин и учитель уездного училища Александр Андреевич Абрамов; по невесте – коллежский асессор, смотритель уездного училища Александр Иванович Немцов и брат невесты Александр Блинов.

Собираясь жить в Кургане, Блиновы приобретали недвижимость в Курганском округе. 5 ноября 1845г. в Тобольском губернском правлении была совершена купчая на водяную мельницу, которую курганский мещанин Михаил Моисеевич Пелишев продал Анне Дмитриевне Блиновой за 1000 рублей серебром. Мельница стояла по обе стороны речки Ик, в 10 верстах от села Введенского, в сосновом бору. В купчей были перечислены два постава, все инструменты и строения на территории мельницы, занимающей 120 кв. саж. земли (С-Пет. Сенат. объяв. №1. 3.01.1846). Приехав осматривать мельницу, уже расплатившись за нее, Блиновы обнаружили, что у нее нет колес, а значит она не может действовать. Анна Дмитриевна подала в курганский окружной суд исковое прошение, обвиняя Пелишева в нанесении ей убытка в сумме 1500 рублей серебром (ГАКО ф.И-175, оп.1, д.122, л.151). Иск не был удовлетворен. Блиновым пришлось отремонтировать старую мельницу, но тяжба продолжалась и 13 февраля 1854г. Анна Дмитриевна продала ее тому же Пелишеву обратно, взяв за мельницу 3800 рублей серебром. (С-Пет. Сенат.объяв. 26.05.1855). Взамен Анна Дмитриевна купила за 1200 рублей серебром в январе 1855г. мельницу у крестьянина Московской губернии Бронницкого уезда Тихона Михайловича Мегакова в Чернавской волости, при деревне Сосновской на речке Талице. Земля под мельницу была уступлена крестьянским обществом на 50 лет, с платою за 3 десятины 6 рублей серебром ежегодно (С-Пет.Сенат.объяв. №39. 16.05.1855).

На имя Анны Дмитриевны была куплена и городская усадьба в Кургане. Она тянулась от улицы Троицкой до улицы Дворянской (ныне здесь городская типография и Общество охраны памятников). Купчая была совершена в Тобольском губернском правлении 23 января 1846г., заплачено за усадьбу 1000 рублей серебром. Прежним владельцем был титулярный советник Николай Прокопьевич Булыгин. Ту часть усадьбы, которая прилегала к Троицкой улице, старший сын Петр Васильевич продал 27 ноября 1864г. Ивану Трофимовичу Харламову под постройку каменного дома. Часть усадьбы, прилегающая к Дворянской улице, осталась за Анной Дмитриевной.

В 1867г. второй сын Блиновых, Александр Васильевич, женившись и отделившись от родителей, решил строить собственную мельницу и отправил ходатайство в Тобольскую казенную палату о наделении его 6-ю десятинами земли из запасной казенной дачи №4, что в Илецко-Иковском бору на речке Черный Ик, под названием участка Маховского, в трех верстах от деревни Банниковой. Он обязывался вносить ежегодно по 50 копеек серебром за каждую десятину, с условием, что земля будет в его вечном потомственном владении, тем более, что она « дикое бесплодное болото или займище, не приносящее казне никакой пользы» (ГАКО, ф.245, оп.1, д.713, л.1). Блинов просил, чтобы ему разрешили еще до отвода земли начать строительство плотины и мельницы, потому что в это время в реке Ик воды мало и работы дешевы.

Хозяйственное отделение Казенной палаты на отвод земли дало согласие, но выяснилось, что по распоряжению Главного Управления Западной Сибири участок Банниковский предоставлен в полном его составе переселенцам из Мехонской волости Пермской губернии, которым не хватало земли, чтобы нарезать даже по 12 десятин. После долгих переговоров 25 ноября 1869г. туринский старший окружной землемер Павел Алексеевич Кевролев все же произвел отвод земли под мельницу на четыре постава (ГАКО, ф.245, оп.1, д.714). Семейство перечислено в мещанское сословие в начале 1860-х гг.

Богданов Алексей Николаевич

Из выборгских купцов. По Сибирскому торгово-промышленному календарю на 1895г. числится как курганский 2 гильдии купец, виноторговец. Имел усадьбу на углу Дворянской улицы и Гостинодворского переулка (Советская-Пичугина), 17х30 саженей. На усадьбе стояло два дома - угловой одноэтажный, каменный и по улице двух – этажный полукаменный. 11 ноября 1897г. городская Дума рассмотрела ходатайство Богданова о выдаче ему разрешения на открытие в 1898г. гостиницы в угловом каменном доме (ТГВ.№1.6.01.1898) и разрешение дала. Алексей Николаевич умер 29 декабря 1911г. от чахотки и рака кишек, 69 лет (ГАКО, ф.И-235, оп.4, д.101, л.441об.). После его смерти вдова его Мария Федоровна и сестра Анна Николаевна Павлова заложили усадьбу, доставшуюся им в наследство, и продолжили гостиничное дело (ГАКО, ф.И-52, оп.1, д.1, л.62). 12 февраля 1913г. в гостинице Богданова арестовали за дебош и тайную проституцию двух женщин, приехавших из Омска и остановившихся в номерах. Обе были препровождены в распоряжение мирового судьи (Кург. вест. №13. 14.02.1913).

Вдова Мария Федоровна умерла в 1913г. и ее наследники продали 28 августа 1916г. всю усадьбу с гостиницей Николаю Алексеевичу Баранцеву за 22000 рублей, который продолжал содержать гостиницу. После революции гостиница какое-то функционировала, а потом была переоборудована под офицерскую столовую и ресторан. В апреле 1944г. была начата реконструкция здания гостиницы и 5 ноября того же года здесь открыт кинотеатр имени Ленинского комсомола. Сейчас на этом месте выстроено офисное здание.

Бологов Василий Васильевич

Из тюменских мещан. В курганские купцы 3 гильдии перечислен в 1791г. (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.2, л.2об.). Капитал объявлен в 2020 рублей. На 1800г. в капитале состояли сам купец – 67 лет, жена его Федосья Максимовна – 66 лет, сын Василий – 31 года, жена его Параскева Михайловна – 31 года, другой сын  Савва – 25 лет, жена его Марфа Ивановна – 26 лет, дети Саввы и Марфы – Марья – 4года, Александра – 3 года, Елизавета – 1 года (ГАКО, ф.235, оп.6, д.177). Сын Василий неоднократно перечислялся из купцов в мещане и обратно, умер раньше жены. Она скончалась 28 января 1833г. от чахотки. Про Савву известно, что он имел усадьбу на Троицкой.

Бологов Николай

Курганский купец 2 гильдии. Умер от чахотки 28 января 1827г. (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.30, л.15об). Его вдова Параскева 6 февраля 1829г. обвенчалась с курганским мещанином Александром Власовым. Единственным поручителем был отставной солдат Власов, брат жениха.

Бологов Тимофей Васильевич

Старший сын курганского купца Бологова В.В. В 1800г. числится как самостоятельный купец. Жена Дарья Федоровна, взята в Тюменском округе, в деревне Зырянской, у ямщика Пяткова. В 1800г. у супругов два сына, два Ивана – 10 и 9 лет (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.177).

Большаков Егор Иванович

Из крестьян Владимирской губернии Ковровского уезда, волости Больших Стеглец, деревни Кривоноговой. Жена Дарья Васильевна, дети – Михаил, Пелагея, Параскева, Ирина, Матрона, Иван. В Кургане появились в конце 1840-х гг. В 1860г. Егор Иванович купил усадьбу стандартного размера 17х30 саженей на Береговой, 21, против Богородице-Рождественской церкви за 150 рублей серебром. На усадьбе стоял деревянный двухэтажный дом, деревянный флигель, амбар, завозня, баня. Имел лавку в третьем среднем корпусе Гостиного двора на временном праве, т.е.взятую в аренду, в его случае на 25 лет. Со временем эта лавка будет числиться за его снохой Таисьей Ивановной Большаковой, в 1892г. будет сломана и увезена (ГАКО, ф.И-9, оп.1, д.59, л.10). 5 сентября 1879г. Егор Иванович дал доверенность младшему сыну Ивану на ведение всех торговых дел: «Ведя торговлю, имея дела, я по своей старости не всегда могу сам лично ими заниматься, а потому уполномочиваю Вас находящийся у Вас на руках товар продавать, разъезжая по деревням, селам, городам, на торжках и ярмарках…» (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.38, л.57об). Егор Иванович умер в 1902г.

В семье Егора Ивановича долгие годы жила его сноха, вдова умершего брата Иллариона, Пелагея Афанасьевна с сыном Василием. 14 февраля 1861г. у Егора и Дарьи Большаковых родился последний ребенок – сын Иван. Его восприемниками были купец Семен Иванович Березин и дочь Большаковых Параскева (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.37, л.349об.). Эта Параскева 17-летней вышла замуж за 20-летнего вдовца, казака Новорыбинского торгового общества Якова Алексеевича Балашова. Венчание состоялось 27 октября 1865г. в Богородице-Рождественском храме. За невесту ручались ее старший брат Михаил и купеческий сын Никанор Евграфович Евграфов. Еще раньше, 9 января 1863г., венчалась Пелагея Большакова, 19 лет, и купеческий сын Никандр Никанорович Евграфов, 24 лет. При венчании все поручители – вязниковцы. По жениху – купеческий племянник Василимй Егорович Шветов и купец Яков Павлович Павлов; по невесте – родной брат ее Михаил и дядя Козьма Иванович Большаков.

В 1867г. в семье было две свадьбы подряд. 9 января женился старший сын Михаил, в жены взял дочь курганского купца Никифора Григорьевича Шумилова Анну. За Михаила ручались сват Никанор Евграфович Евграфов и дядя Козьма Большаков; за невесту – брат Яков Шумилов и купец Зосима Алексеевич Шумилов. Через два дня, 11 января венчалась в той же церкви, что и остальные, Ирина Большакова, 23 лет и крестьянин Падеринской волости Николай Лаврентьевич Дерягин, 25 лет. Поручителями жениха были мещанин Иван Букин и крестьянин Павел Спирев, у невесты – Никандр Евграфов и купец Иван Бакинов.

В ноябре 1874г. вышла замуж младшая дочь Большаковых, Матрона, за коллежского регистратора, исправляющего должность землемера межевой партии казачьего войска Льва Дмитриевича Чупреева. Жених был на 11 лет старше. За него ручались крестьянин села Утятского Александр Дмитриевич Симаков и крестьянин Смолинской волости Василий Илларионович Большаков, тот двоюродный брат, который вместе с матерью жил в семье Егора Ивановича. За невесту ручались мужья сестер – Николай Дерягин и Яков Балашов. Последним родился и последним женился Иван. У них с женой Таисьей Ивановной было три сына – погодка: Леонид (1884), Константин (1885) и Сергей (1886). Сыновья Ивана все закончили тобольскую мужскую гимназию. Как младший сын, Иван с семьей жил в родительском доме, где жил и племянник Егора Ивановича Василий Илларионович с женой Анной Афанасьевной. С 1894г. семейство перечислено в мещанское сословие.

Большаков Козьма Иванович

Из крестьян деревни Кривоноговой Владимирской губернии, брат Егора Ивановича Большакова. В Кургане с конца 1840-х гг. Жена Ирина Ивановна пришла вместе с ним, но все дети родились уже в Кургане. Здесь Козьма Иванович начинал как приказчик у Березиных с годовой платой 60 рублей серебром в год. Березины крестили его детей. Первый ребенок появился 27 июля 1850г. Это был мальчик Матвей, которого крестили вязниковцы – Матвей Иванович Гусев и Акилина Федоровна Березина. Мальчик умер, не прожив и месяцу, от поноса. Второго ребенка, Симеона, крестили тоже вязниковцы - Федор Семенович Березин и Екатерина Егоровна Шветова. Младенец умер. 4 ноября 1856г. родилась дочь Матрона, которую в 16 лет выдадут замуж за Маркела Александровича Менькова, дед которого в 1850-е гг. тоже был приказчиком у Березиных. За невесту ручались родной дядя Егор Иванович Большаков и крестьянин деревни Мало-Чаусовой Петр Леонтьевич Мезенцев; за жениха – мещанин Осип Никанорович Евграфов, будущий городской голова, и Федор Березин (ГАКО, ф.И-35, оп.1, д.51, л.19).

Федор Семенович в 1896г. предъявил иск Маркелу Менькову на возврат дома и усадьбы, когда-то завещенных его деду Ивану Семеном Ивановичем Березиным. 28 ноября 1859г. родилась Анна, которую крестили Егор Иванович Большаков и купеческая сноха, вдова Пелагея Афанасьевна Большакова, жена умершего брата Иллариона Ивановича Большакова (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.54, л.63).

В купеческую гильдию братья перечислены в конце 1850-х гг. В апреле 1860г. Козьма Иванович купил за 200 рублей серебром у отставного коллежского регистратора Михаила Петровича Иванова двор на Дворянской улице, под которым земли было 17х29 саженей. Этой усадьбой семейство владело по 12 апреля 1879г. На ней стоял деревянный одноэтажный дом, деревянный флигель и надворные постройки. В 1865г. Козьма Иванович уже купец 2 гильдии, а в 1867г. вместе с семейством перечислен в мещане, но к концу жизни снова оказался в купеческой гильдии. Козьма Иванович умер 17 сентября 1876г. от боли в груди, 58 лет (ГАКО, ф.И-235, оп.3, д.12, л.264об.).

Бороздин Алексей Симеонович

Появляется в списках курганских купцов в 1844г., 25-летним и холостым. В последующие годы не указан (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.25, л.210об.).

Борщ Тимофей Никитич

Из поселенцев деревни Рябковой. Его мать Устинья Ивановна умерла 16 ноября 1842г. от родов 35 лет, оставив двух сыновей – Ивана и Тимофея. Отец Никита Петрович Борщ женился вторично на Александре Гавриловне Ильиной, которая родила ему троих дочерей – Евдокию, Анисью, Устинью. Известно, что Устинья 3 июля 1878г. венчалась в Троицкой церкви с унтер-офицером дополнительного штата Тобольского губернского жандармского управления Филимоном Ивановичем Пучковым. Поручителями по жениху были купец Петр Михайлович Корнилов и крестьянин Василий Михайлович Кропанин; по невесте – крестьянин Введенской волости деревни Силкиной Тимофей Петрович Гонцов и крестьянин деревни Рябковой Михаил Тимофеевич Борщ, племянник невесты (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.93, л.17). Иван Борщ и жена его Агриппина Яковлевна имели сына Константина и дочь Татьяну.

Тимофей Никитич 31 января 1860г. 23 лет венчался в Троицкой церкви, к которой была приписана подгородная деревня Рябкова, с дочерью мало-чаусовского крестьянина Петра Леонтьевича Мезенцева, 22-летней Анной. За жениха ручались брат его родной Иван и крестьянин деревни Рябковой Виктор Гаврилович Ильин, брат мачехи; за невесту – дядья родные, Анфим и Спиридон Леонтьевичи Мезенцевы (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.54, л.230об.). Через девять месяцев у молодых родился сын Михаил, 25 декабря 1866г. – Федор, 12 декабря 1868г. – Николай. Тимофей Никитич имел в Рябковой пимокатную мастерскую, в которую в 1873г. нанял курганского мещанина из ссыльных Николая Егоровича Давыдова на один год делать пимы мужские, женские и детские. Годовую плату положил 48 рублей 31 копейку. Давыдов обязался «во все время годичного служения… вести себя честно, трезво, быть постоянно на работе, прогульных дней не делать, работу производить чисто и аккуратно, соблюдать во всем хозяйский интерес» (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.264, л.21).

Тимофей Никитич долгое время оставался в крестьянах, но торгующих. Детей надо было учить, в Рябковой не было даже ЦПШ, и Борщ решил купить усадьбу в Кургане. В январе 1877г. крестьянин Введенской волости Тимофей Петрович Гонцов запродал ему дом на Троицкой улице за 1400 рублей серебром. Сразу отдать такую сумму Борщ не мог и получил от Гонцова отсрочку на 8,5 месяцев, но окончательная сделка так и не состоялась. 22 июня 1878г. Анна Петровна Борщ покупает на свое имя усадьбу на углу улицы Дворянской и переулка Фроловского (Советская – Савельева), с деревянным одноэтажным домом и деревянным двухэтажным флигелем на каменном фундаменте. В 1881г. Борщ перечислен в купеческую гильдию.

К этому времени его старший сын Михаил уже женился.30 апреля 1879г. он обвенчался с купеческой дочерью Елизаветой Иосифовной (Осиповной) Евграфовой (Отец невесты – будущий городской голова). За жениха ручались дядя Иван Тимофеевич Борщ и крестьянин деревни Сычевой Тимофей Петрович Гонцов; за невесту – купеческий отец Никанор Евграфович Евграфов и купец Иван Стефанович Бакинов (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.93, л.82).

Михаил Тимофеевич стал арендатором городских переправ через реку Тобол. В 1914г. ходатайствовал о понижении подрядной суммы и об отсрочке очередного взноса за аренду. Городская Дума 8 мая 1914г. постановила прекратить сдачу в аренду городских переправ, и эксплуатировать их хозяйственным способом (Кур. Вестн. № 52. 15.05.1914). Но Михаил Тимофеевич без работы не остался. 7 августа на Думе было прочитано заявление хлеботорговцев (24 подписи), ходатайствующих о выборе базарного смотрителя для наблюдения за внутренним распорядком торговли зерновым хлебом на Нижне-Базарной площади и за исполнением торговцами всех обязательных постановлений городской Думы. На должность смотрителя предложили Михаила Борщ (Извест. Кург.гор. общ. управления Вып.12. 23.08.1914).

Федор и Николай Борщ пошли по военному ведомству. В брачном обыске младшего брата Николая 11 ноября 1892г. записано: «венчались уволенный в запас ополчения 2 разряда военный писарь старшего разряда Николай Тимофеевич Борщ, 23 лет и города Омска мещанская дочь Олимпиада Ивановна Русакова, 27 лет, жительствующая в Омске. Поручители по жениху – мещанин, отставной ротмистр Филимон Иванович Пучков и купец Иосиф Никанорович Евграфов; по невесте – мещанин Александр Яковлевич Добровольский и мещанин Яков Безруков» (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.120, л.32). Жить молодые стали в Рябковой, детей у них не было и они удочерили Лиду Русакову, возможно племянницу Олимпиады Ивановны, родившуюся в 1893г.

Федор в 1879г. окончил Троицкое приходское училище и был отправлен в Казанское юнкерское училище, затем служил офицером в городе Копале (ТГВ №9. 3.03.1896). Вернувшись в Курган, служил при Управлении курганского уездного воинского начальника. В его брачном обыске 2 июля 1895г. записано: «Подпоручик 8-го запасного линейного батальона Федор Тимофеевич Борщ венчается с купеческой дочерью Антониной Григорьевной Дунаевой, родившейся 28 февраля 1875г. Поручители по жениху – брат Николай и купеческий сын Константин Маркович Дунаев; по невесте – купеческий сын Федор Маркович Дунаев и состоящий при Управлении курганского уездного воинского начальника капитан Александр Константинович Анциферов». 30 января 1905г. у Федора и Антонины родился сын Иннокентий, которого крестили в Троицкой церкви 15 февраля владивостокский купец Михаил Тимофеевич Гонцов и его дочь Люба, а также врач 19 Восточно-Сибирского стрелкового полка Федор Михайлович Малкин и Галя Борщ, старшая дочь Федора (ГАКО, ф.И-235, оп.3, д.326, л.238об.). Мальчик умер через год от прореза зубов. В 1905г. Федор Борщ  уже в чине штабс-капитана продолжает служить при том же Управлении. Жил на Ново-Запольной (Гоголя), 6.

Как видно, дети Тимофея Никитича не пошли по его стопам и торговлей не занялись. Тем более, что он потерпел крах. Сначала дела его шли хорошо, Тимофей Никитич в 1888г. покупает еще одну усадьбу на Дворянской, 72. Он нанимал приказчиков, давал товар под реализацию, давал в долг, но часто эти долги ему не возвращали. В ноябре 1881г. он выдал две доверенности на взыскание денег со своих должников. Одними из них были дьякон Алексей Суворов и его сын Иван, проживавшие в Каменском заводе и задолжавших Тимофею Никитичу 130 рублей серебром (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.44, л.128).

Испытывая нехватку капитала, Борщ переходит в мещанское сословие. Курганское окружное полицейское управление 3 августа 1895г. представило в Тобольское губернское правление дело о взыскании с мещан Тимофея Никитича Борщ и его свата Осипа Никаноровича Евграфова 9756 рублей 58 копеек разными кредиторами (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.96, л.1). У них описали имения и назначили публичные торги. У Тимофея Никитича 20 апреля 1896г. продали усадьбу по Дворянской, 72 и 10 мая 1896г. у него же – участок земли в Шмаковской волости – 80 десятин удобной земли, за 1650 рублей. Эти неудачи подорвали здоровье Тимофея Никитича и он 8 марта 1897г. 60 лет скончался от паралича. Вдова его Анна Петровна переехала обратно в Рябково, где с ней жила семья старшего сына Михаила, он сам, жена его Елизавета и дочь их Зинаида. Все числились крестьянами. Но в 1913г. снова в Кургане и в мещанах.

Бояркина Устинья Васильевна

Купеческая вдова. Умерла 22 октября 1868г. от чахотки, 53 лет (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.9, л.128).

Брейторус Богдан Богданович

Из прусских подданных. Причислен в купцы 3 гильдии по городу Кургану указом Тобольской казенной палаты от 15 января 1851г. Жил в Тобольске (ГАКО, ф.И-175, оп.1, д.126, л.11об.).

Бронников Иван Александрович

Из ялуторовских купцов. Образование получил в местном уездном училище. За успехи в учебе был награжден книгой «Начальные основания чистой математики», ныне хранящейся в ГАКО. На книге надпись: «1843года июля 1-го дня подарена сия книга при похвальном листе ученику третьего класса Ялуторовского уездного училища Ивану Бронникову за благонравие, прилежание и отличные успехи в науках при торжественном акте». Среди подписей учителей подпись законоучителя Стефана Знаменского, бывшего настоятеля курганского Троицкого собора. В августе того же года в Ялуторовск прибыли на поселение декабристы Иван Иванович Пущин и Евгений Петрович Оболенский. Пущин писал в 1845г. бывшему директору лицея Энгельгардту: «Дом занимаем порядочный, вдовы Бронниковой, которая позволяет нам на свой счет делать поправки всевозможные  и за это позволение берет 250 рублей в год». Оболенский вскоре снял отдельную квартиру и съехал от Бронниковой, Пущин же оставался в этом доме вплоть до отъезда из Сибири. Но был ли это дом родителей Ивана Александровича, мне неизвестно.

В Ялуторовске Бронников был хорошо знаком с семейством Балакшиных и в 1860г. Константин Балакшин был городовым старостой, а Иван Бронников – кандидатом (т.е. заместителем) городового старосты. Вскоре Константин переехал в Курган. Другим приятелем Бронникова был Дмитрий Смолин, который был уже женат на курганской девушке. Иван появляется в Кургане как жених Надежды Федоровны Шишкиной, свояченицы Дмитрия Ивановича Смолина, который, вероятно, и был инициатором этого знакомства. 18 апреля 1862 г. происходит венчание в курганском Троицком соборе «купеческого сына Ивана Александровича Бронникова, 30 лет, с дочерью курганского 2 гильдии купца Федора Шишкина Надеждой, 25 лет». Поручителями жениха были курганский 2 гильдии купец Михаил Петрович Меньщиков и ялуторовский купеческий сын Сергей Иванович Смолин. За невесту ручались коллежские секретари Александр и Николай Трифоновы.

Молодожены жить остались в Кургане. В 1864г. у них родилась дочь Анна, 20 апреля 1866 родилась Александра, которую крестили Дмитрий Иванович Смолин и Ольга Петровна Шишкина. Девочка умерла через два месяца от поноса. 26 июля 1867г. родилась Ольга. Восприемниками стали Дмитрий Смолин и надворная советница Александра Александровна Антонова (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.125, л.36об.). Первоначально Бронниковы жили в доме Шишкиных, в 1875г. тесть его Федор Васильевич и свояк Дмитрий Иванович Смолин продали Ивану Александровичу часть своей усадьбы, на которой они все и жили, на Троицкой улице, между переулками Шишкинским и Гостинодворским. Проданная усадьба имела размеры 30х33 сажени. Находящиеся на усадьбе деревянный дом и прислуги Смолин должен был снести в течение лета. Купчая была совершена 23 апреля. Уже осенью Бронниковы начинают строительство каменного двухэтажного дома, через год справляют новоселье, затем тут же строят две каменные лавки в улицу, во дворе – двухэтажный флигель с ренсковым погребом (ГАКО, ф.И-9, оп.1, д.28). В ренсковых погребах продавали только иностранные вина и только на вынос.

В последующие годы приобретается еще несколько городских усадеб. 26 мая 1877г. Бронников купил небольшую усадьбу на Кладбищенской, 106, размером 9х30 саженей, с деревянным домом, за 270 рублей серебром у крестьянина Герасима Семеновича Потапова. 7 мая 1880г. продал ее за ту же сумму диакону Троицкой церкви Илье Николаевичу Лукианову, потому что деньги понадобились на покупку мельницы. Мельница находилась близ деревни Редькиной и принадлежала крестьянину Ивану Александровичу Ивину (ТГВ №20. 16.05.1881). Раньше мельницы Бронников в 1878г. берет в аренду на 48 лет земли 1 десятину 480 кв. саж. и строит на ней салотопенный завод (ГАКО, ф.И-9, оп.1, д.59, л.10). В Ялуторовске Бронников вел активную торговлю, имел завод. Для управления делами он нанимал местных жителей. 13 февраля 1879г. он дал доверенность ялуторовскому мещанину Петру Александровичу Андрееву, в которой указаны его обязанности: управлять водочным заводом, ренсковыми погребами, питейными заведениями, по назначению Бронникова покупать и принимать с завода вино, выдавать водку и наливки и всяческого рода товары как для собственных, бронниковских, заведений, так и для прочих, находящихся с ними в торговых отношениях (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.38, л.13). Из курганских приказчиков известен крестьянин Белозерской волости Константин Варфоломеевич Мергенев, в 1873г. нанятый Бронниковым на один год с жалованьем 180 рублей серебром на готовом содержании (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.264, л.15).

В 1826г. были даны первые позволения на поиски золота в Сибири. Министр финансов, граф Канкрин, добился Высочайшего разрешения для нескольких купцов отыскивать золотоносные руды и пески по Вятской, Тобольской и Томской губерниям в казенных дачах, не принадлежащих горным заводам. В 1838г. было издано Положение о частной золотопромышленности в Сибири, которым разрешалось потомственным и личным дворянам, Почетным гражданам и купцам 1 гильдии производство золотого промысла в Западной и Восточной Сибири, за исключением Забайкальского края, Алтайского горного округа и внешних киргизских округов. В мае 1870г. последовало издание нового Устава о частной золотопромышленности, который установил общие для всей империи правила производства поисков и разработки золота из россыпей, отменил многие формальности по разведке, заявке и разработке приисков, упростил администрацию, изменил правила о найме.

Тесть Бронникова Федор Васильевич Шишкин еще в 1836г. начал искать золото в Восточной Сибири, в 1850-1860гг. снаряжал экспедиции в Березовский край. Его два зятя, Смолин и Бронников, живущие рядом с ним, в 1881г. тоже решили заняться золотоискательством. 20 апреля Иван Александрович оформил доверенность крестьянину села Иковского Кузьме Николаевичу Козлову: «Имея дозволительные свидетельства на производство золотого промысла, руд и минералов во всей Западной Сибири и на землях, подведомственных Уральскому Горному правлению и господину Оренбургскому генерал-губернатору, я доверяю Вам производить от моего имени в местах, в свидетельствах указанных, поиски золотоносных россыпей, а также руд, минералов и дорогих камней… Уполномачиваю Вас 1) составлять поисковые и разведочные партии в размерах, каковые будут необходимы, нанимать для этого рабочих людей с письменными видами, заключать с ними договоры, рассчитывать на основании надобности, доставлять им содержание и удовлетворять их платою согласно условию, заготовлять предметы продовольствия для партии, инструменты и материалы для работ на капитал, вручаемый вам от меня сообразно потребности, 2) По открытии золото содержащих россыпей, руд, минералов и дорогих камней и убедившись в благонадежности к разработке заявлять на имя мое в надлежащих полицейских управлениях или других местах, копии с заявок получать и представлять надлежащим властям в сроки о частной золотопромышленности определенные» (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.44, л.54). Неизвестно, принесла ли семейству прибыль эта деятельность.

Как все представители купечества, Иван Александрович должен был нести общественные обязанности. 28 ноября 1880г. он утвержден Почетным блюстителем курганского уездного училища на три года без зачета этой службы в очередную городскую (ТГВ.№1. 3.01.1881). 11 февраля 1887г. Бронников умирает от чахотки 56 лет. С разрешения архипастыря его хоронят не на приходском кладбище, а на старом городском (ныне горсад) (ГАКО, ф.И-235, оп.3, д.88, л.142об.). Жена его Надежда Федоровна сама вступает в купеческую гильдию. В 1889г. она приобретает три усадьбы сразу: 23 января на переторжке покупает у запасного рядового Василия Семеновича Фомина усадьбу по Бакиновскому переулку (Володарского), против Конной площади, земли под ней 10х20 саженей, сохраняет эту усадьбу до конца дней своих; 19 сентября покупает по Троицкой двор 17х28 саженей с двухэтажным и одноэтажным деревянными домами, эту усадьбу она продала за 1000 рублей 1 мая 1895г. дворянке Марии Павловне Кублицкой; третья усадьба, купленная в 1889г. и проданная в 1897г. находилась на Солдатской улице (Горького).

Кроме двух лавок, на основной своей усадьбе на Троицкой, 64, где шла торговля вином и бакалейными товарами, Надежда Федоровна имела лавку в третьем корпусе каменного Гостиного двора для продажи продукции своей мельницы, или как ее называли, крупчаточного завода. В январе 1889г. она дала доверенность на управление оптовым винным складом, находящимся тут же на Троицкой, мещанину Ивану Ивановичу Разеву (?) и тогда же наняла управляющим ренсковыми погребами и питейными заведениями в Кургане и округе ишимского мещанина Петра Андреевича Протасова (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.59, л.115). В 1908г. в доме Бронниковой на Троицкой размещался магазин аптекарских товаров Ипполита Ивановича Манушкевича.

У супругов Бронниковых выросли две дочери – Анна и Ольга. Анна вышла замуж за купеческого сына Федора Васильевича Шветова. Он станет городским головой, и долгие годы будет возглавлять курганскую Думу и управу. Свадьба состоялась 22 января 1884г. Жениху было 26 лет, невесте – 20. Поручителями по жениху были учитель арифметики и геометрии уездного училища Георгий Енбаев и двоюродный брат Павел Шветов; по невесте – двоюродный брат Петр Смолин и петропавловский 1 гильдии купец Сергей Иванович Смолин. Через год у них родился сын Василий, который умер подростком. И сама Анна Ивановна вскоре умерла, в марте 1899г. решался вопрос об учреждении при Александровской женской гимназии стипендии имени Анны Ивановны Шветовой на счет процентов с капитала в 500 рублей, пожертвованных Надеждой Федоровной Бронниковой и супругом Федором Васильевичем Шветовым (ГАКО, ф.И-63, оп.1, д.96, л.102).

Вторая дочь, Ольга Ивановна, имела более счастливую судьбу. 11 апреля 1890г. она вышла замуж за товарища тобольского губернского прокурора, титулярного советника Владимира Эмильевича Шух, 30-летнего лютеранина. Поручителями по жениху были судебный следователь 1 части города Кургана, коллежский секретарь Петр Петрович Дубовский и судебный следователь 2 участка курганского округа Казимир Ксаверьевич Добровольский; по невесте – Федор Васильевич Шветов и потомственный Почетный гражданин Александр Дмитриевич Смолин. Владимир Шух свою службу начинал при псковском окружном суде, 15 октября 1885г. приказом Министра юстиции назначен товарищем тобольского губернского прокурора и определен заведовать Курганским округом. В Курган Шух прибыл коллежским секретарем, а в 1915г. уже действительный статский советник. Собственного дома Владимир Эмильевич в Кургане не приобретал.

23 марта 1912г. 74 лет умерла Надежда Федоровна Бронникова от воспаления легких. Схоронили ее на старом городском кладбище, рядом с мужем. После ее смерти Ольга Шух осталась единственной наследницей большого состояния. В родительском доме по Троицкой Владимир Эмильевич 20 ноября 1913г. открывает свою нотариальную контору (Кург. Вест.№92, 21.11.1913). В том же году Ольга Ивановна страхует усадьбу по Бакиновскому переулку, против Александровской (бывш. Конной) площади на 3600 рублей – деревянный одноэтажный дом, крытый железом, амбар, навес, погреб, во дворе деревянный одноэтажный флигель. Осенью страхует водяную раструсную мельницу и усадьбу при ней в Илецко-Иковском бору, в 25 верстах от города, купленную еще отцом: шесть деревянных строений, машины и принадлежности мельницы были застрахованы на 3570 рублей на один год при оценке имущества в 5355 рублей (ГАКО, ф.И-226, оп.1, д.1, лл.302, 449). На мельничной заимке в хозяйстве Шух разводили сибирских кур «ерошек» весом до 3,5 фунтов, с торчащими перьями (откуда и образное название) и отличающихся яйценоскостью. Шух показывал своих куриц на выставках по птицеводству, организуемых КО МОСХом.

28 мая 1915г. курганская городская Дума дает разрешение Ольге Шух строить каменное торговое помещение на Троицкой, рядом с домом (ГАТОТ, ф.353, оп.1, д.1039, л.114). Этот новый дом Ольга Ивановна решила сдать в аренду Союзу Сибирских маслодельных артелей для кооперативных курсов. «Народная Газета» писала 15 октября 1916г. – «Отделка помещения для кооперативных курсов заканчивается и к 1 ноября, вероятно, удастся курсы открыть». В 1917г. Ольга Ивановна остается вдовой при четверых детях: Владимир – 24 года, Надежда – 25 лет, Ольга – 21 год, Нина – 10 лет. Старший сын Владимир Владимирович вступил в белую армию, получил чин подпоручика и погиб 11 июля 1918г. в бою под Далматово. Погибших в этом бою привезли хоронить в Курган, в братской могиле на Соборном кладбище, через некоторое время их перезахоронили в сквере при Богородице-Рождественском соборе, в центре города. В советское время заимка Бронниковых в Илецко-Иковской даче получила название «Кордон Шух». На этом кордоне в 1967г. был обнаружен большой клад серебряных вещей с гравированными инициалами владельцев.

Брыков Григорий Савельевич

Из курганских мещан. Купец 2 гильдии, торговал бакалейными товарами (Сибир. Торг.-пром. календарь на 1895г. л.415). Жил в Тихоновке, по Евграфовской улице (Сибирская), 14. Усадьба была приобретена его отцом ранее 1876г. Имел мыловаренный завод.

Расстрелян в ночь на 3 марта 1921г. в числе 23 представителей местной буржуазии (Крас. Кург. 4.05.1921).

Бузин Федор Петрович

Из купцов 3 гильдии Вышневолочского уезда Тверской губернии. В курганские купцы перечислен с начала 1849г. с женою Анной Гавриловной (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.25, л.247). Через год уехал в Бийск навсегда и числился там купцом 3 гильдии.

Букарин (Бухарин) Яков Гаврилович

Из крепостных крестьян графини Борх Владимирской губернии Вязниковского уезда деревни Родионовой. С начала 1849г. числится курганским 2 гильдии купцом вместе с семейством – женой Марией Фаддеевной, сыном Федором и его женой Анной Никифоровной и их сыном Арсением; сыном Никифором и его женой Агафьей Васильевной и племянником Терентием Егоровым (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.25, л.174). Первое упоминание Букариных по городу Кургану относится к 1834г., когда братья Федор и Никифор получили в курганском казначействе свидетельства на право торговли – Федор по Кургану и его округу, Никифор по городу Челябе Оренбургской губернии. В дальнейшем Никифор навсегда останется в этом городе, в 1850 г. выделится из капитала отца и из курганского купеческого сына будет перечислен в купеческую гильдию по городу Челябе (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.16, лл.8-11). Сделавшись курганским купцом Яков Гаврилович Букарин купил у крестьянина деревни Рябковой Якова Прохоровича Шумкова мельницу на два постава, под которой земли было 3 десятины по берегам реки Черный Ик (ГАКО, ф.245, оп.1, д.811, л.12).

Букарин Федор Яковлевич

Старший сын Якова и Марии Букариных. Свою торговлю начал в 1834г. весьма успешно, через два года имел уже трех приказчиков, земляков-вязниковцев – Федора Тимофеева, Федора Павлова и Василия Федорова (ГАКО, ф.И-8, оп.1, д.16, л.8-11). 15 апреля 1842г. купил собственную усадьбу в предместье Тихоновка на углу Фроловского переулка и Средней (Уральской) улицы. 17 января 1844г. Федор Яковлевич купил у рядового инвалидной команды Ивана Стефановича Стрижева деревянный дом с землею 9х25 саж. на Прожектированной Большой улице (Куйбышева) за 142 рубля 85 копеек серебром (С-Петер. Сенатс. Объявл. №23. 20.03.1841).

22 мая 1845г. жена его Анна Никифоровна купила за 850 рублей серебром усадьбу в центре города, угловое место против Троицкой церкви, но в 1850г. продала ее.

12 декабря 1846г. Федор Яковлевич продал усадьбу в Тихоновке за 1150 рублей серебром Дарье Ушаковой, купеческой жене из вязниковцев. Ему понадобились деньги для устройства в Кургане картофелепаточного завода. Картофель в Сибири начали высаживать по настоянию правительства в 1840-е гг. и завод Букарина по его переработке был первым в Сибири. Федор Букарин был первопроходцем не только при устройстве паточного завода. Годом ранее к нему обратился мещанин, отец которого был купцом, Евграф Петрович Калмаков и сообщил, что он умеет выделывать из сибирских солонцеватых трав, растущих на высохших озерах, содовый поташ и самую соду, которые до настоящего времени никем в России не производятся. А так как у Калмакова своих капиталов нет, то он предлагает свои услуги Букарину. 9 августа 1845г. был заключен следующий контракт: «Курганский мещанин Евграф Петрович Калмаков дал сей контракт торгующему в городе Кургане по свидетельству 2 рода вольноотпущенному от графини Борх крестьянину… Федору Яковлевичу Букарину в том:

1) Зная он, Калмаков, способы выделывать из солонцеватой золы поташ и соду, обязываясь выстроить Букарину на его капитал, по назначению им для того места, деревянный завод, с приведением в настоящее действие и выделывать на оном для его, Букарина, из имеемой доставляться от него солонцовой золы поташ и соду, в настоящей по качеству доброте… Обязался он, Калмаков, производить поташ и соду в течение 10 лет со дня заключения сего контракта (считая время на устройство завода) с предоставлением Букарину или от него доверенному по заводу, отчетов по требованию.

2) Когда же завод устроит и будет производить но оном поташ и соду, то он, Калмаков, обязался в то же время показывать способы свои в выделке этого изделия самому Букарину или из семейства его сыну или брату…с тем условием, чтобы этого более из посторонних никому не показывать, а сохранять в четырех лицах.

3) Букарин изъявил согласие за все это… платить Калмакову с 9 августа 1845г. по 9 августа 1855г. ежегодно по 1200 рублей ассигнациями, а на серебро 342 рубля 85,5 копеек, с содержанием Калмакова при заводе пищею, с таким условием, что Калмаков годовую плату может получать во всякое время, однако ж не прежде заслуги.

4) Если же в течение 10 лет по заводу сделается каким-либо образом какие повреждения (однако ж неумышленно) или чего само разрушится, то Калмаков должен устраивать это сам на капитал Букарина.

5) До истечения 10 лет Букарин Калмакову отказывать не должен, а Калмаков обязывается вести образ жизни при трезвом поведении самый скромный, не выходя из повиновения как самого Букарина,  так равно и семейства, исполняя по заводу приказания во всем буквально… (ГАКО ф.И-236, оп.2, д.18, л.6-7).

Первая партия соды и поташа была отослана в Тобольскую Врачебную управу на химический анализ. Управа признала соду пригодной для мыловарения и стеклянных заводов и только. Тогда Букарин представил соду и поташ в Департамент мануфактуры внутренней торговли, откуда ответили, что годность изделий может быть определена «опытами употребления в фабричном деле». Букарин обратился на фабрики и получил отзывы весьма невыгодные. Он потребовал от Калмакова усовершенствовать производство. В январе 1847г. был в Кургане проездом чиновник особых поручений Министерства внутренних дел Шемиот. Курганская квартирная комиссия определила его на постой в дом Букарина, который рассказал ему о своем заводе. Шемиот предложил Букарину вступить с ним в компанию с тем, чтобы Шемиот исхлопотал на свое имя привилегию на производство соды и поташа. Букарин согласился с условием, что привилегия будет уступлена ему.

Калмаков, узнав об этом, воспротивился, «потому что произведения его, стоющие ему стольких трудов и потеряния хотя небольшого, но собственного капитала..дабы произведения эти не оставались без особенного внимания от правительства, а тем более, как всем известно, что в России употребительный поташ извлекается из древесной золы, но сода из поташа никогда и нигде еще не извлекалась, а потому желает быть полезным новым его изобретением Отечеству своему» (ГАКО, ф.И-236, оп.2, д.18, л.11). Он не отдал никому документы, но согласился по совету коллежского регистратора, декабриста Александра Бриггена, иметь переписку как с Шемиотом, так и с доверенным Бриггена в С-Петербурге подполковником Терентьевым. Бригген и Букарину посоветовал обратиться к Терентьеву. Он сочувствовал развитию промышленности в Сибири, да и с женой Букарина был кумом – Анна Никифоровна крестила у него сына Николая. В июле 1847г. Букарин повез в Нижний Новгород на  Макарьевскую ярмарку, которая начиналась 15 июля, поташ и соду, надеясь продать их на стеклянных и хрустальных заводах, да на мануфактурных фабриках и взял с собой Калмакова, который обещал доказать пригодность своих изделий.

Калмаков повез поташ в Судогодский уезд, на хрустальную фабрику купца Кайсарова, но поташ для этого производства оказался негодным. Букарину удалось променять 1000 пудов поташа на хрустальную посуду помещику Бурцеву и в 1848г. он открыл в Кургане лавку по продаже этой посуды. Ранее имевшуюся лавку он продал в 1847г. из-за больших расходов по заводу. Однако на Ирбитской ярмарке он получил известие от Бурцева, что поташ оказался негодным и надобно оплатить неустойку. Еще осенью 1847г. Букарин получил письмо от купца Демидова: «Милостивый государь Федор Яковлевич! Почтеннейшее письмо Ваше от 10 октября мною получено, коим Вы спрашиваете о содовом поташе, купленном у Вас в Нижегородской ярмарке. Сим Вас имею уведомить, что оный поташ для наших заведений совершенно неспособен, а потому Вы и не должны иметь видов для сбыту оного нам. Я пробовал разными манерами и он оказался совершенно неудобным, не имеет силы очистить суровость» (ГАКО, ф.И-236, оп.2, д.18, л.35об.). То, что не удалось сбыть в 1847г. на Нижегородской ярмарке, было оставлено Букариным там же до будущей ярмарки, но во время пожара 1848г. ярмарочные павильоны сгорели, был уничтожен и поташ на сумму 15600 рублей серебром. Это подкосило Букарина. Он перестал платить жалованье Калмакову, требуя от него должного качества соды и поташа.

Не принесло надежды и письмо Шемиота, в котором сообщалось: «Долго я и господин Терентьев хлопотали, пока нашлись люди, желающие испытать Вашу соду. Из числа этих любознателей аптекарь Вильгельм, отец которого браковщиком на петербургской бирже соды и поташа, разлагал Вашу соду и решительно сказал, что она негодна даже для варки мыла, потому что в ней содержится очень много посторонних частиц, которые трудно определить, преимущественно сернокислый натр, углекислый, сернокислый и хлористый калий, от которых настоящая сода, или углекислый натр должен быть освобожден… На это нужно столько же издержек, сколько требуется на покупку настоящей соды… Даю Вам слово испытать соду хорошенько. Я предполагаю просить химика Гесса разложить ее, но не могу ручаться за успех...» (ГАКО, ф.И-236, оп.2, д.18, л.37).

Вскоре пришло письмо и от доверенного Бриггена подполковника Терентьева: «…На письмо Ваше, почтенный Федор Яковлевич, от 30 июля… я должен Вас уведомить, что дело Ваше с господином Шемиотом не подается вперед. Соду Вашу я передавал для химического разложения в Технологический институт, и когда я получил оттуда результат этого разложения, который оказался очень удовлетворительным, я поспешил тотчас же сообщить об оном г. Шемиоту, но его уже не было в Петербурге, он за неделю перед тем отправился с семейством в Сибирь на свои золотые промыслы и неизвестно, когда он возвратится. А потому дело Ваше с ним совершенно остановилось. Не заедет ли он к Вам, тогда Вы можете показать ему это письмо, в котором я опишу вам подробно результаты разложения Вашей соды в Технологическом институте, и он может дать этому делу ход. А по первым результатам он не полагал иметь больших выгод от Вашей соды.

Между тем она оказывается очень удовлетворительною. Вот результат разложения в Технологическом институте и который по всей вероятности правильнее всех результатов первоначально открытых разными лицами: она (сода) в 100 частях содержит чистого углекислого натрия 52 части; серно-кислого натра и поваренной соли 18 частей, воды 30 частей, но как достоинство соды зависит от количества углекислого натра, в ней содержащегося, и употребительнейшие сорта соды следующего содержания: сода сырая содержит углекислого натра от 30 до 33 частей, кристаллическая и очищенная от 75 до 100 частей, то Ваша сода по достоинству занимает средину между кристаллической и концентрированной и потому ее находят очень удовлетворительною для употребления в мыловаренных и стеклянных производствах и в белильнях, равным образом и для всех химических продуктов, для которых употребляется какой-либо сорт соды. При этом присовокупили, что если бы на Ваш завод взять хотя бы на год одного из воспитанников, хорошо окончивших курс в Технологическом институте, то эту соду можно довести до высшей степени стоит только при производстве устранить воду, которая заключается в соде в довольно большом количестве» (ГАКО, ф.И-236, оп.2, д.18, л.38).

Букарин письмо это от Калмакова утаил и продолжал требовать повышения качества соды, удерживая жалованье. Но аналогичное письмо получил и Бригген, который рассказал о нем Калмакову. Последний подал иск в суд, указывая в нем, что «через снисходительность к нему господина Брыгена он узнал от него, что… в С-Петербурге его поташ и сода были испытаны в Технологическом институте и признаны… в хорошем достоинстве, что он мог видеть лично из писем, писаных г. Брыгену доверенным его г. Терентьевым». Калмаков просил полицию сделать «удостоверение от г.Фон-дер-Брыгена о действительности этих писем». На запрос, сделанный 12 января 1849г., Бригген подтвердил содержание письма подполковника Терентьева.

Окружной суд постановил выплатить жалованье Калмакову, но Букарин к этому времени был разорен. Как несостоятельный должник он был заключен в курганский острог, на покрытие долгов часть содопоташного завода была продана, из оставшейся части устроен паточный завод. На повторный иск Калмакова окружной скд вынес определение: «Курганскому мещанину Евграфу Калмакову в иске с бывшего купецкого сына, а ныне несостоятельного должника Федора Букарина, как недоплаченных денег, так и за остальное время, на которое обязывался приготовлять поташ и соду в надлежащей доброте, по нарушению контракта отказать и самый контракт неисполнением его и упразднением содопоташного завода Букарина считать уничтоженным» (ГАКО, ф.И-236, оп.2, д.18, л.39).

Во время этой судебной тяжбы в 1848г. в семье Федора Яковлевича происходит значительное событие – женится единственный сын Арсений на дочери челябинского купца Первухина Олимпиаде Арсеньевне. 1 июля 1849г. у молодоженов родилась дочь Марфа, 25 октября 1850г. – Анастасия, 17 февраля 1852г. – Василий, позже родились Татьяна, Мария, Евгений. Детей крестили купцы Василий Тимофеевич Багашев, Яков Иванович Ушаков, Глафира Ивановна Курбатова (в замужестве Кочешева) и купеческая жена Екатерина Арсеньевна Осинцева (урожд. Первухина).

Возможно, неудачи Федора Яковлевича заставили отца его Якова Гавриловича отделить сыновей, с выдачею им определенного капитала. В 1850г. Федор Яковлевич причислен в курганские 3 гильдии купцы с объявленным капиталом 2400 рублей серебром. Арсений теперь пишется не купеческим внуком, а купеческим сыном. Федор и Арсений Букарины имели торговую лавку « под горой», у Федора была мелочная лавка и при доме, который стоял в самом центре города, возле пожарной каланчи. Дом был деревянный, одноэтажный, на дворе – амбар, конюшня, баня (ГАКО, ф.И-9, оп.1, д.10). В 1867г. вдовый Федор Яковлевич перечисляется в мещанское сословие, у него в этот год умирает сын Арсений и восьмилетний внук Евгений. Заботу о семействе сына Федор Яковлевич берет на себя. 29 января 1873г. Букарин продает место земли с паточным заводом, домом и другими строениями на уплату долгов. Место  находилось в одной версте от города, на восточном выгоне, между заведениями купцов Шишкина и Березина и заключало в себе 4150 квад. саж. и куплено было Дмитрием Смолиным за 800 рублей (ГАКО, ф.И-236, оп.1, д.17, л.6).

Федор Яковлевич скончался 31 июля 1876г. Сноха его Олимпиада Арсеньева, чтобы иметь дополнительные деньги, во время приездов в Курган архиерея с хором пускала певчих на постой, за что в августе 1874г. получила 12 рублей 50 копеек, в 1876г. – 30 рублей (ГАКО, ф.И-72, оп.1, д.85, л.9об.). Она умерла 47 лет от чахотки 12 мая 1879г.

Бурцев Дмитрий Ефимович

Курганский 2 гильдии купец по спискам 1869г. Торговал в селе Чернавском (Введенское), где и жил постоянно, хотя в Кургане имелась усадьба на Дворянской улице, 74, купленная его отцом Ефимом Ларионовичем 1 июня 1849г. У Дмитрия Ефимовича и Анны Ивановны в Чернавском родилась 23 мая 1869г. дочь Елена и 5 ноября 1870г. сын Михаил. Детей крестили в Введенской церкви, восприемниками Елены были местный священник Стефан Петрович Наумов и мещанская жена из поселенцев Параскева Михайловна Харина (ГАКО, ф.И-235, оп.6, д.131, л.669). Михаила крестили крестьянин деревни Степной Чернавской волости Стефан Михайлович Власов и жена купеческого сына Михаила Константиновича Бакина Мавра Яковлевна (ГАКО, ф.И-235, оп.2, д.129, л.435об.).



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites