kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » История населенных пунктов Курганской области » Новотроицкое деревня » ЖИЗНЬ ЧЕЛОВЕЧЬЯ

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




ЖИЗНЬ ЧЕЛОВЕЧЬЯ

ефимов петр новотройка

Петр Антонович Ефимов.

Широко раскинулась между двумя селами Старопершино и Михайловкой деревня Новотройка. Была она когда-то богатой да хлебосольной. Жили в ней крепкие семьи  с устоявшимся внутренним укладом, православными обычаями, соблюдающие церковные праздники.

Сидит, греясь на ласковом майском солнышке, старожил этой деревни Петр Антонович Ефимов, высокий, кряжистый как вековой могучий дуб – старик, которому уже за девяносто. Ветер треплет легонько его ставшие редкими, белые, как снег, волосы. Узловатые натруженные руки опираются на толстую крючковатую палку, потемневшую от времени, как и кожа на его морщинистом лице.

Вдоль деревенской дороги бежит босоногое детство - мальчик и девочка. Они весело шлепают ногами по теплым лужам, и брызги, отражаясь в лучах приветливого солнышка, веером разлетаются в разные стороны.

- О-хо-хо, - отчего-то  радостно, с посветлевшим лицом, вздыхает старик.

- Да, жизнь моя, как это летечко, катится да катится... Большой ее срок для меня оказался. В Ветхом Завете Господь  предсказал-от, когда царя-батюшку  скинут... Да там вся жизнь наша прописана: и про Сталина, и про Брежнева. Вся история сходится, - говорит он своему внуку, Петру Тимофеевичу, ныне живущему в Челябинске, но попутно заехавшему проведать старика.

- Вот пророк Варух предсказал, что церкви прикроют, колокола по всей Расее-матушке примолкнут, правда сказалась... В тридцатые годы в Михайловке-от, такое супостатство было... Канатами колокола сдергивали, как голову отрывали человеку живому. С церкви баграми наземь колокола сдергивали. Опять в Святом Писании все правда...

Старик прижмурил свои высветшие от времени глаза.

- Ай, спасибо, внучек, старого меня уважил, не забыл, заехал повидаться. Ты ж, наш, новотроицкий, не забывашь своей малой родины.

- Дедушка, а как Новотройка образовалась, не помнишь? Расскажи, пожалуйста.

- О-хо-хо, давно это было, Петьша... Наши предки из-под Курской, Смоленской губерний. Отец мой с обозом пришел на энто место в 1854 году, дык он сказывал, что здеся уже несколько домов стояло, люди старой веры жили. Сначала хотели нас в Першино сбыть, да сибиряки тамошние не пустили: самим, говорят, места мало, земли нераспаханной почти нет. Так посеред и определились мы:  промеж Михайловки и Старопершино. Така деревня была баская, улица длинна.

- Дед, одна?

- Да ты что? У нас их несколько: широка вдоль  реки, называлась  Середкиной, от нее – Забайкальский край, по другу сторону – Московка. А ишшо от реки –щ 4-я Мельница. Так и называли, там муку мололи. На Суери  в те годы много мельниц-ветрянок стояло, хлеба рожались богаты, был хлебушко-от, поэтому и жили в достатке: посты блюли, Бога уважали и боялись. Это сейчас не боятся грехов своих, о-хо-хо.

- А деревня наша почему зовется Новотройкой?

- Мой отец сказывал, что особо уважали наши предки Троицу Святую – Отца, Сына и Святого духа. На новом месте в честь возрождения деревни и стали ее величать Новотроицкой.

- Деда Петя, - продолжает интересоваться внук, - тебе вот уже 95 лет. Ты помнишь свою родню, людей, которые жили в Новотройке до революции?

- А как же, внучек, помню всех своих двоюродных братьев – Дмитрия, Якова, Дениса, бабку Ульяну – сестрицу мою сродную. Я десяти годов пошел по людям в работники. 12 лет женатым прожил, а в первую германскую меня в солдаты взяли. Нам, веры старой, оружие брать нельзя, дак я в карауле простоял с палкой два месяца, пока начальство не додумалось, потом на работах солдатских грыжу нажил. Домой отпустили. Не успел от германской очухаться, как революция пришла, потом гражданская война. Я тогда из Новотройки в работниках был у Мезенцева Савина, что жил в Старопершино. И бабушка моя, Мария Лаврентьевна, там робила, пряжу пряла. А в гражданскую войну Колчак-от, в наших краях всех мужиков подобрал. Хватали без разбору в свою армию. Я и там успел немного побыть. Убег потом. У Колчака в отрядах тиф начался, мы с тремя земляками рванули до дому. Едем – встренули  девять подвод. Два начальника, один из Мостового, другой – отставнинский. У Баксаровки Лебяжьевского уезда  нас встретили: куды, мол, зачем? По-хорошему, вроде бы договорились, чтобы с миром нас отпстили, да нервы не выдержали у одного из товарищей, ну и получил пулю в лоб. Еле сам живым до дому добрался.

Старик указал концом своей палки вдоль дороги, по которой важно вышагивали, гогоча, гуси с выводком.

- Вона, онтуда мы и явились в родную избу. У нас тогда старостой на деревне был Федор Зинович, а банда налетела, его расстреляли. Затем поставили Федосея Андреевича. Крепкий мужик был, нашей старой веры.

- Деда Петя, а ты грамоте учен? - задает вопрос внук.

- В Новотройке церковно-приходская школа была. Но меня грамотке-от,  учил Василий Широкий, поселенец из Завода (ныне г. Заводоуковск Тюменской области). А родом он сам-от, из Иркутской губернии, что-то там шаботажничал, ну его оттудова и выселили как "люцинера" к нам. Он и читать, и писать нас учил. А в церковно-приходской-от, школе, батюшка учил Закону Божьему, звали его Петром. Меня в честь его окрестили. В конце 30-х годов дьяконом в церкве служил, пока ее не порушили. А самого на 5 лет в тюрьму сослали. Да-а, жизнь человечья, - старик снова горестно вздохнул. - Это тогда Бога перестали бояться, - он прикрыл уставшие глаза, задумался, опираясь на свою палку.  Что-то вспомнил, вновь встрепенулся: - А ты знаешь, опосля тюрьмы батюшка к нам снова вернулся, пешком пришел. В аккурат на Вербное воскресенье. Служил уже без церкви, за кусок хлеба. Затем в Макушинский район ушел с женой, а там гонения разные. Уехал в Калининскую область, там псаломщиком, певчим при церкви состоял. Умер, болезный. Его жена после смерти  мужа, т.к. наша, новотроицкая была, вернулась на родину. В Смолино последние годы жила. Да, внучек, жизня наша людская, - растянул снова в задумчивости П.А. Ефимов.

Он опять глянул вдоль улицы, где возвращалось с поскотины мычавшее стадо.

- Вот наш род весь отсюда и произошел: отец твой, и матушка твоя, царствие им небесное. А жить стали худо, потому что, Бога забыли. А он ить, об всех нас помнит. Мне 95 нынче, скоро пойду ответ перед Ним держать за то, что после себя оставил. А ить, нас, ефимовских, много на земле расплодилось, потому что держались общиной дружно, друг за дружку, - во как! Он сжал в кулак свою суковатую палку, крепко уперев ее в землю. - Нас вот пятеро у родителев поначалу было, а теперь я один остался, все уже лежат в земле сырой. А Новотройка почти, как Михайловка, раньше была, столь народу в ней жило... Чой-от, я тебя на улице держу, айда скорее, внучек, в избу, айда, - и два Петра – дед и его внук, большой да маленький – вошли на широкий двор Ефимовых...

От автора: Я благодарна за предоставленную аудиозапись старожила Старопершино М.Д. Васильева. На кассете был записан живой голос его деда – П.А. Ефимова, когда внуки его "пытали" про образование деревни Новотройка. Дед прожил без малого сто лет. Ныне покоится на старообрядческом новотроицком кладбище, а семейная реликвия – кассета, хранится у Васильевых.  Голос Деда живет, рассказывает нам, потомкам, о старине.

Наталья Захарова (Мокроусово).



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites