kurgangen.ru

Курган: история, краеведение, генеалогия

Зауральская генеалогия

Ищем забытых предков

Главная » История населенных пунктов Курганской области » Варгаши с. » ПАРТИЗАН ИЗ МАКСИМКОВО

О проекте
О нас
Археология
В помощь генеалогу
В помощь краеведу
Воспоминания
Декабристы в Зауралье
Зауралье в Первой мировой войне
Зауралье в Великой Отечественной войне
Зауральские фамилии
История населенных пунктов Курганской области
История религиозных конфессий в Южном Зауралье
История сословий
Исторические источники
Карты
Краеведческие изыскания
Мартиролог зауральских краеведов и генеалогов
Репрессированы по 58-й
Родословные Зауралья
Улицы Кургана
Фотомузей
Персоны
Гостевая книга
Обратная связь
Сайты друзей
Карта сайта
RSS FeedПодписка на обновления сайта




ПАРТИЗАН ИЗ МАКСИМКОВО

В декабре1924 г. Степан Наумович Попов изложил основные вехи своего жизненного пути на бумаге. Потом эта автобиография оказалась в его личном деле, ставшем достоянием архива. И вот, наконец, спустя 90 лет довелось уже нам взглянуть на нее любопытствующим краеведческим оком. Надо признаться, это любопытство было сполна вознаграждено. С первых же строк автобиографии стало ясно, что она представляет собой очень интересный документ, в котором личная история одного человека тесно переплетена с большой отечественной историей. Пожалуй, пришло теперь время поведать о нашем земляке, опираясь на его автобиографию – и путем ее пересказа, и через прямое цитирование.

 Попов Степан Наумович (стоит справа)

Попов Степан Наумович (стоит справа)

В трудах и скитаниях

Степан родился в 1890 году в деревне Максимково Моревской волости Курганского округа Тобольской губернии. В1924 гМаксимково вошло в состав Варгашинского района Курганского округа Уральской области. В нынешнем Варгашинском районе Курганской области такой деревни нет, но ее название в речевом обиходе еще сохранилось. Ведь на месте бывшей деревни расположились дачи, которые в своей совокупности еще именуются как Максимково.

В начале 1890-х гг. хозяйства многих зауральских крестьян подкосила сильная засуха, обернувшаяся неурожаем и голодовкой. Вот и главе семьи Науму Попову пришлось из деревни податься на заработки.  «В девяностых годах мой отец работал где-то в Сибири по постройке железной дороги, - поведал в автобиографии Степан, - затем приехал в деревню, работал батраком, завел свое хозяйство. Нас было три брата, я из них старший по возрасту, на 11 году отец меня и еще одного брата определил в сельскую школу, так как отец любил грамоту и сам выучился писать и читать от какого-то старика. Но проучил нас две зимы, крайняя нужда дальнейшее наше учение не позволяла; тогда отец решил отдать меня как старшего сына в батраки и за счет моего заработка продолжать учить второго брата. И так я с 13 до 19 лет весну и лето работал батраком у деревенских кулаков, зимой же жил у отца, работал поденно у кулаков. Несколько раз ходил в Курган, чтобы найти какой-либо работы, но там еще было хуже и часто с работы, не предупредив работодателя, бежал в деревню. В 1910 году я женился и в 1911 году поехал на работу в Томскую губернию». Там Степан проработал полгода плотником, но из-за низкой зарплаты был вынужден вернуться опять в Максимково, помогал в хозяйстве отцу.  В 1912 году он стал работать в своей деревне на артельном маслозаводе.

По признанию С. Попова, вследствие скитаний и батрачества он почти забыл свою грамоту, приобретенную в школе, даже навыки письма стал утрачивать. И тут «в ноябре 1912 года был взят на военную службу в саперный батальон в Омске, откуда в 1915 году отправлен на фронт. За время военной службы по личному желанию пополнил свою грамотность».

Претерпевший за большевизм

Совершившаяся в октябре1917 г. революция застала Степана Попова в глубине Финляндии, которая тогда еще входила в состав России. Там он был задействован на работах по укреплению позиций. В этот период обозначилась его политическое самоопределение в пользу большевиков. Оно еще усилилось после демобилизации в ноябре 1917 года и возвращения на родину. «В начале декабря 1917 года я был в своей деревне, где фронтовики, сочувствующие большевикам, начинали работать. Мужики же, почувствовав свободу, как они понимали, разбивали винокурные заводы и пили спирт». Степан Попов активно принимает участие в политической борьбе в Моревской волости.  Как и повсюду в Зауралье она день ото дня только обострялась. «В январе 1918 года с помощью других товарищей была сброшена эсеровская волостная земская управа и организован ВИК, после чего я был на двух крестьянских уездных съездах в г. Кургане». В образованном Моревском волостном исполнительном комитете (ВИКе) С. Попов занимал ответственную должность председателя.

Однако вскоре Советская власть во главе с большевиками в Зауралье пала под натиском своих противников. Главную их ударную силу составили белочехи. Степан Попов так отразил этот исключительно драматический момент в автобиографии: «Во время выступления чехов я в числе 50 человек отряда нашей волости приехал в Курган в качестве политрука. Был на последнем расширенном пленуме уисполкома (уездного исполнительного комитета – Н.Т.) как представитель отряда, где были представители чехов. А затем после боя красной гвардии с чехами наш отряд отступил в село Моревское, надеясь найти сочувствующих, подкрепиться силами и ждать указаний от уездного командования. Но большинство отряда были сынки кулаков. Придя в село, бросили оружие или же открыто перешли на сторону контрреволюции. Таким образом, остатки отряда все были переловлены и [с ними] часть уездных работников – Князев, Малин и другие. После избиения брошены в Курганскую тюрьму».

За Байкалом в партизанах

В конце 1918 года Попова и других арестантов белогвардейцы перевели в Омский лагерь, а в конце июля 1919 года, когда красные уже вступили в Зауралье, их увезли вглубь Сибири – в Хабаровск-на-Амуре. «Во время тюрьмы я уже работал в кружке по разработке планов на случай восстания рабочих. В Хабаровске, узнав, что в окрестностях имеются партизанские отряды, я приступил к подготовке слабо развитых политически товарищей к бегству в отряд, что и удалось 18 октября 1919 года. Группой в 100 человек соединились с 2-м Тунгусским партизанским отрядом».

Такое название отряд получил от места своего формирования и расположения – Тунгусской волости Хабаровского уезда Приморской области. Эта волость занимала территорию, прилегавшую к берегам левого притока Амура – реки Верхняя Тунгуска. 2-м Тунгусским партизанским отрядом командовали рабочие братья Кочневы. А вот 1-м Тунгусским отрядом командовал И.П.Шевчук, выходец из крестьян, а комиссаром, осуществлявшим политическое руководство, являлся большевик П.П.Постышев. Именно в этом отряде воевал командир бывшего Моревского красногвардейского отряда Андрей Егорович Пичугин (младший брат Д.Е.Пичугина). Кстати, сестра братьев Пичугиных Евлампия как раз была замужем за Степаном Поповым. Вместе с зятем Андрей Пичугин содержался сначала в Курганской тюрьме, потом в Омском лагере, а затем был отправлен на Дальний Восток. Ему удалось чуть раньше Попова освободиться из белогвардейского плена. Это произошло во время отправки военнопленных в Хабаровск. Вдвоем с товарищем они совершили побег из вагона, подпилив оконную решетку с помощью переданных накануне одной женщиной пилок по металлу.

Оба партизанских отряда тесно взаимодействовали, поэтому, как можно предположить, Степан Попов и Андрей Пичугин вскоре узнали друг друга.  Земляки-свояки, конечно, радовались собственному счастливому спасению, но еще в большей степени они радовались тому, что снова находятся в боевом строю, вместе сражаются с белогвардейцами и иностранными интервентами.

 Курганцы-участники Граждан. войны на Дал. Востоке

Курганцы – участники Гражданской войны на Дальнем Востоке.

Весной1920 г. из воевавших на Дальнем Востоке партизанских отрядов были созданы регулярные воинские части – дивизии и бригады. Они составили костяк народно-революционной армии Дальневосточной республики. Еще в ноябре1920 г. Степан Попов в результате демобилизации распрощался с Дальним Востоком. Так завершился насыщенный опасностями целый период его жизни. Он вернулся на родину.

Мирный фронт: перемещения по назначениям

Как бывшего председателя волисполкома его вновь направляют на советскую работу в исполнительные органы. С декабря1920 г. по июль1921 г. Попов работает в должности инструктора-организатора Курганского уездного исполкома. Потом два года его деятельность была связана с Челябинским уездным продовольственным комитетом (упродкомом) и уездным финансовым отделом (УФО) в качестве продфинагента. А в ноябре1923 г. Степан Попов стал членом Звериноголовского райисполкома, где ему поручили заведовать отделом коммунального хозяйства.

Постоянное перемещение по службе помешало Попову окончательно закрепить и оформить свое членство в партии. И хотя он активно поддерживал большевиков уже в 1917-1918 гг., официально в ряды Российской Компартии (большевиков) вступил в ноябре1919 г., сразу после побега из плена. Однако из-за сложной военно-политической обстановки на Дальнем Востоке учесть впоследствии эту партийную принадлежность не представилось возможным. В автобиографии Степан Попов разъяснял: «Имел партбилет от организации г. Зея-на-Амуре, но во время всероссийской переписи партии не попал. В то время Дальний Восток был разделен бандой Семенова, и в январе 1921 года я вновь вступил кандидатом РКП в ячейку бывшего Курганского уисполкома. И после того, находясь на продфинработе, частое перемещение не позволило мне прожить достаточный срок для перевода из кандидатов в члены РКП». Поэтому все формальности удалось уладить только в1924 г., когда в сентябре1924 г. он наконец-то стал полноправным членом партии.

Заполняя в январе1925 г. личный листок (анкету) коммуниста, Степан Наумович самокритично оценил свою теоретическую марксистскую подготовку как «слабую». Но вместе с тем он признался: «Стараюсь пополнить знания путем чтения имеющейся литературы на месте и бесед с более развитыми товарищами из членов партии». Кроме того, с возобновлением своей работы в советских органах исполнительной власти Попов с1920 г. состоял в профсоюзе совработников.

В период работы в Звериноголовском районе семья С. Попова вместе с женой состояла из 5 человек. Главным источником семейного дохода являлось жалование главы семьи. Для пропитания в домашнем хозяйстве держали также корову и поросенка.

По архивным документам устанавливается, что в1926 г. Степан Наумович уже работает в Варгашинском районе, в состав которого отошла Моревская волость с родной деревней Максимково. 15 сентября1926 г. решением Варгашинского райисполкома Попов был назначен заведовать механической мельницей в пос. Варгаши. В1919 г., во время боев с белыми, она пострадала. Наряду с восстановлением требовалась замена ставших непригодными механизмов. Так, Степану Попову предстояло по поручению районной власти позаботиться о приобретении нового нефтяного двигателя для мельницы.

Но в должности заведующего мельницей Попов  пробыл недолго. Вскоре его ожидало повышение – назначение заведующим отделом местного хозяйства. По сути, эта сфера деятельности совпала с тем, чем он занимался еще в Звериноголовском районе, а именно с коммунальным хозяйством.

«Считать проверенным»

Вообще же, в 1920-1930-е гг. партийные и советские работники разных рангов довольно часто меняли должности и перемещались по службе в соответствии с различными назначениями. Не стал исключением и Степан Наумович Попов. Впрочем, выяснить подробнее его биографию в этот период пока что не представилось возможности.

Последнее из выявленных документальных свидетельств относится к 1929 г. В это время проходила очередная партийная чистка. И хотя Попов являлся уполномоченным контрольной комиссии Курганского окружкома партии, имевшей непосредственное отношение к проверке партийных рядов, а подпись Попова стояла под характеристиками партячеек, тем не менее, и ему предстояло подвергнуться этой проверке. Попов состоял в Максимковской партячейке. В родной деревне его прекрасно знали партийные и беспартийные земляки. Это подтвердило состоявшееся 23 июля 1929 г. открытое собрание коммунистов Максимковской ячейки в присутствии 158 беспартийных. Когда настала очередь обсуждать Степана Наумовича, то вопросов к нему у присутствовавших не возникло. Напротив, послышались дружные голоса: «Все хорошо знаем его». Беспартийные крестьяне-бедняки Пшеничников и Носков заявили: «Тов. Попов во время Колчака был избит за большевизм (строго говоря, еще до правления Колчака, но тоже при белой власти – Н.Т.), сидел около года в тюрьме, партизан, предан партии. Для нас он хороший товарищ и незаменимый работник. Никто из бедняков и средняков не скажет плохого про Степана Наумовича. Таким коммунистам честь и хвала!» Последние слова завершились бурными аплодисментами.

На следующий день, 24 июля 1929 г., состоялось уже заседание проверочной комиссии по проверке и чистке коммунистов Максимковской ячейки. Отметив основные вехи биографии С.Н.Попова и упомянув даже о наличии в прошлом у него партвзысканий – «два выговора за халатность в работе учреждений», комиссия в подтверждение уважения к Попову со стороны партийцев и беспартийного населения выделила его положительные качества: «Выдержанный партиец, авторитетный, политразвитие удовлетворительное».В итоге последовал краткий вывод-постановление комиссии в отношении Попова: «Считать проверенным».

На этом придется закончить наш рассказ о дальневосточном партизане из зауральского Максимково. Возможно, его дальнейшая судьба прояснится в ходе новых изысканий. Отдельного рассказа заслуживает брат Степана Попова – Павел Наумович. Ведь именно ради продолжения его учебы в сельском училище старшему брату пришлось пожертвовать собственным учением и пойти работать по найму. Поэтому не будет ставить окончательную точку. Поставим многоточие…

Николай Толстых

Бумажная публикация: Зауралье. - 2014. – 25 июня. – С. 10.



Дизайн и поддержка | Хостинг | © Зауральская генеалогия, 2008 Business Key Top Sites